Материал: Borodin_S_V_Otv-t_za_ubiystvo-M-1994

9. Наказание за убийство 139

4 . Судебная практика показывает, что суды при определении наказания за убийство также учитывают обстоятельства убийства, повлиявшие на его квалификацию; другие обстоятельства, относящиеся к преступлению; данные, характеризующие обвиняемого и потерпевшего, учтенные при квалификации преступления; другие данные об обвиняемом и потерпевшем, а также иные обстоятельства, имеющие отношение к делу.

Остановимся здесь лишь на тех вопросах, которые возникают в судебной практике по делам об убийствах или являются спорными в литературе.

Важное значение для назначения наказания за убийство имеют обстоятельства, смяг­чающие и отягчающие ответственность (ст.ст. 38, 39 УК). Однако, развивая ранее выска­занную мысль, подчеркнем, что в тех случаях, когда эти обстоятельства (например, п. 5 ст. 38, п. п. 1, 2, 3, 7, 9 ст. 39 УК) при совершении убийства признаются квалифицирую­щими, суд, с нашей точки зрения, не должен принимать их во внимание при определении наказания. Эти обстоятельства уже учтены в диспозиции статьи УК, относящейся к соот­ветствующему виду убийства. Необходимо также сказать, что некоторые из смягчающих обстоятельств прямо ограничивают применение наиболее строгих мер наказания. Напри­мер, для несовершеннолетнего (в возрасте до 18 лет) срок лишения свободы не может превышать 10 лет.

Судебная практика показывает, что суды по делам об убийстве учитывают характе­ристики личности виновного по работе, в быту, участие в Отечественной войне, наличие наград и другие данные, могущие свидетельствовать о личности виновного. В литерату­ре высказывалось мнение о том, что эти данные не следует учитывать при назначении наказания за убийство, совершенное при отягчающих обстоятельствах¹. По нашему мне­нию, нельзя заранее утверждать, что указанные обстоятельства не имеют значения при назначении наказания во всех случаях убийства при отягчающих обстоятельствах. Это противоречит ст. 37 УК и судебной практике, да и здравому смыслу, особенно по груп­повым делам, когда роли участников преступления даже при соисполнительстве нередко различны. С другой стороны, суды должны учитывать и отрицательные стороны жизни и деятельности подсудимого: прежняя судимость, неоднократные привлечения к админи­стративной ответственности, совершение других аморальных действий, свидетельствую­щих о деградации личности подсудимого и его опасности для окружающих.

Анализ дел об убийствах в Верховном суде РФ показывает — суды не всегда учиты­вают, что п. 4 ст. 38 УК признает совершение преступления впервые смягчающим обсто­ятельством при назначении наказания только в случаях, когда преступление не представ­ляет большой общественной опасности. Умышленное убийство, предусмотренное ст. ст. 102 и 103 УК, к числу таких преступлений не относится. Поэтому ссылки некоторых су­дов при назначении наказания за указанные убийства на то, что преступление совершено впервые, нельзя признать обоснованными. Вместе с тем, по нашему мнению, данное смяг­чающее обстоятельство может быть учтено судом при назначении наказания за убийство, квалифицированное по ст. ст. 104, 105, 106 УК.

Назначая наказание виновному в убийстве, суд принимает во внимание данные о личности потерпевшего и его поведение до совершения преступления. Отдельные случаи неправильного поведения потерпевшего закон специально учитывает и предусматривает привилегированные виды убийства. Но встречаются и другие ситуации, чаще всего по делам о бытовых убийствах, например, когда они совершаются из ревности в «ответ» на аморальное поведение потерпевшего. Из дел, рассмотренных Верховным судом РФ,

п рименения уголовного наказания органами внутречних дел. Труды Академии МВД СССР. М., 1987. С. 91, Кругляков Л. Л. Уголовно-правовые средства обеспечения справедливости наказания. Ярославль, 1986. С. 12.

См.: Герцензон А. Л. Рецензия на книгу Загородникова Н. И., упоминаемую в работе / Советское государство и право. 1962. № 3. С. 149.

140 9. Наказание за убийство

в идно, что наказание за убийство, предусмотренное ст. 103 УК, смягчается тем лицам, которые совершили его в связи с противоправными действиями потерпевшего (кражей, хулиганством, изнасилованием и т. п.). В иных случаях, когда месть является реакцией на правомерные действия потерпевшего, преступление приобретает уже другой характер. Ни о каком смягчении наказания в связи с мотивом убийства не может быть и речи.

В практике судов встречаются случаи, когда виновному назначается более мягкое на­казание в связи с тем, что у суда не сложилось твердое убеждение о доказанности вины подсудимого в убийстве. Даже среди юристов, имеющих отношение к судебной системе, можно услышать выражение «спустить дело на тормозах». Это бывает чаще всего, когда обвинение основано на косвенных уликах. Между тем очевидно, что суд в любом случае обязан выяснить все обстоятельства, имеющие значение как для установления виновно­сти, так и для назначения наказания, либо должен возвратить дело на доследование или вынести оправдательный приговор. Назначение же более мягкого наказания для «смягче­ния» виновности недопустимо. Это создает благоприятную почву как для необоснованного осуждения, так и для уклонения виновных в убийстве от уголовной ответственности.

По некоторым делам суды, мотивируя назначение строгого наказания, ссылаются на предумышленный характер убийства. Нам представляется такой подход вполне обосно­ванным. Убийство, заранее задуманное, когда виновный не только намечает жертву, но и обдумывает место, время, способ убийства, а иногда и готовит орудие совершения преступления, является более коварным. Многие предумышленные убийства связаны с подготовкой мер к сокрытию следов убийства, а наредко и алиби, чтобы уклониться от ответственности за совершенное преступление. Все это, с нашей точки зрения, повышает опасность как самого убийства, так и лица, виновного в его совершении.

Наша позиция находит подтверждение в п. 20 постановления Пленума Верховного суда РФ от 22 декабря 1992 г., где судам рекомендуется при назначении наказания учиты­вать «вид умысла». Это означает установление умысла не только прямого или косвенного, определенного или неопределенного, конкретизированного или неконкретизированного, но и выяснение того, было ли убийство предумышленным. По Уложению о наказаниях уголовных и исправительных, как уже отмечалось, предумышленность убийства относи­лась к отягчающим ответственность обстоятельствам и даже влияла на квалификацию преступления.

К рассматриваемому вопросу примыкает и другой: является ли (при прочих равных условиях) убийство с прямым умыслом более опасным, чем убийство с косвенным умыс­лом. С нашей точки зрения, первое более опасно, поскольку виновный действует спе­циально с целью убийства. Следовательно, лицо, его совершившее, заслуживает более строгого наказания, чем лицо, которое безразлично относилось к смерти потерпевшего. Нам представляется, что Пленум Верховного суда РФ, рекомендовавший судам выяснять и учитывать при назначении наказания лицам, виновным в убийстве, вид умысла, имел в виду и различия в опасности прямого и косвенного умысла.

5. Имеются некоторые особенности при назначении наказания за убийство, совершен­ное в виде приготовления или покушения.

В соответствии со ст. 15 УК суд при назначении наказания за приготовление или покушение на убийство исходит из общих правил назначения наказания, о которых уже говорилось.

Общественная опасность приготовления к убийству или покушения на него прежде всего зависит от вида убийства, которое намеревался совершить виновный. Кроме того, определяя опасность приготовления или покушения, суд исходит из конкретных действий виновного, которые он совершил в направлении осуществления умысла на убийство. Но этого в ряде случаев недостаточно. Для справедливого наказания за покушение на убий­ство имеет значение выяснение завершенности покушения, т.е. установление того, что

9. Наказание за убийство 141

о но является оконченным или неоконченным. При неоконченном покушении виновный не выполняет всех действий, которые он считал необходимыми для наступления преступного результата. При оконченном покушении виновный выполняет все намеченные для убий­ства действия, но результат не наступает. Надо учитывать, что и в первом и во втором случаях результат не наступает по не зависящим от виновного обстоятельствам. С пози­ции доктрины уголовного права большую опасность представляет оконченное покушение, при котором виновный, хотя и безрезультатно, но все сделал для того, чтобы совершить убийство. При этом необходимо учитывать, что возможны два варианта оконченного по­кушения: 1) когда потерпевшему не причинено физического вреда (А. с целью убийства Б. нажимает курок пистолета, но происходит осечка); 2) когда потерпевшему причиняется физический вред (А. с целью убийства Б. производит в него выстрел и причиняет ему тяжкое телесное повреждение, но смерть потерпевшего не наступает в связи с оказанием квалифицированной медицинской помощи).

При оконченном покушении для определения наказания важно установить причины недоведения преступления до конца, а также установить, почему виновный не повторил неудачного покушения. Здесь нет добровольного отказа от преступления, поскольку по­кушение уже совершено, но может быть отказ от повторения покушения, который нельзя не учитывать при назначении наказания за покушение на убийство.

Изучение практики в Верховном суде РФ показывает, что при покушении на убийство суды по сравнению с полностью выполненным преступлением назначают, как правило, более мягкое наказание, учитывая, что смерть потерпевшего не наступила.

6. Назначая наказание за убийство, совершенное в соучастии (группой лиц), суд ру­ководствуется ст.ст. 17, 37, 38, 39 и п. «м» ст. 102 УК При этом он исходит из того, что убийство, совершенное в соучастии, представляет повышенную опасность по сравнению с аналогичным преступлением, совершенным одним лицом. Мы уже анализировали разли­чия и сходство между нормами п. 2 ст. 39 УК, где речь идет о совершении преступления организованной группой, и п. «м» ст. 102 УК, предусматривающим ответственность за убийство, совершенное по предварительному сговору группой лиц. При назначении на­казания, как нам кажется, в таких случаях необходимо иметь в виду, что п. 2 ст. 39 УК как обстоятельство, отягчающее ответственность, учитывается при назначении нака­зания только при убийстве группой лиц без предварительного сговора, чаще всего при соисполнительстве, например, во время драки. Что касается всех других форм соучастия, включая соисполнитель-ство при сговоре, то в этих случаях, назначая наказание, суд исходит только из п. «м» ст. 102 УК. Учитывать при назначении наказания и п. 2 ст. 39 УК было бы в данном случае нарушением признанного во всем мире принципа, сформу­лированного еще римлянами: non bis in idem — не наказывать дважды за то же. Иными словами, нельзя учитывать одно и то же отягчающее обстоятельство дважды.