Философияправа
в отдельном индивиде. Они считают, что предназначение каждого - осуществлять на практике нравственную ценность, для всех одинаково полную, бесконечную, превзойти которую невозможно. Для демо кратии, наоборот, нравственная ценность обнаруживает свое содержание в зависимости от ее применения к различным индивидам, и для каждого это содержание разное. И лишь в бесконечном множестве индивидов может полностью раскрыться все богатство мира нравственности.
Наряду с либеральным и демократическим индивидуализмом нельзя не упомянуть и о социальном индивидуализме. Это интеллектуальное течение обязано своим появлением критике политического и гражданского равенства при социальном и экономическом неравенстве. Такое формально-юридическое равенство на практике означает уси ление и углубление социального неравенства. Формально равная для всех свобода собственности трансформируется в условиях современ ного общества для собственников средств производства из господства над вещами во власть над людьми, а для неимущих классов - в зависимость от собственности. И равная для всех свобода договора становится для богатых свободой диктовать условия, для бедных - свободой безропотно подчиняться этому диктату. Равные для всех политические права означают для толстосумов, способных пополнять партийные кассы и финансировать прессу, многократное усиление власти над обездоленными. Эта критика лишь формально-юридического равенства означает, наконец, критику изолированного и лишенного индивидуальности (абстрактного) индивида, служащего моделью для «демо-либеральных» взглядов. Она стимулирует ориентацию государства и права на конкретного и «обобществленного» индивида6, то есть не на индивидуальность каждого, которая, как было показано выше, не служит источником государственно-правовых теорий, и даже не на абстрактное, родовое понятие человека, мыслимого в категориях пер сонифицированной свободы, а на тот многоликий тип индивида, который олицетворяет все социальные слои общества, в частности работодателей и людей наемного труда, рабочих и служащих7. В то время как государственно-правовые теории направлены прежде всего
6К. Marx (Zur Judenfrage): «Лишь после того, как индивид перестал рассматривать себя как абстрактного гражданина и как индивид в своей реальной жизни, в своем индивидуальном труде, в своих индивидуальных отношениях обрел чувство принадлежности к человеческому роду, лишь после того, как человек осознал и организовал свои силы как общественные, как единство общественно-поли тических сил, лишь после этого свершилась человеческая эмансипация».
7См. Radbruch. Von der individualistischen zur sozialen Rechtsfassung. Hanseatische Rechts - u. Gerichtszeitschrift, 13 Jahrg. 1930, Sp. N. 57 ff. (также Archives de Phil. Du Droit, 1931, S. 387 ff.).
80
§ 8. Философско-правовое учение о политических партиях
лишь на выявление правовых аспектов дисбаланса общественных сил, положение власть имущих и безвластных граждан, эта теория открывает перед правом возможность дифференцированного регулирования сильных и слабых в социальном смысле индивидов путем ограничения первых и предоставления защиты вторым. В ней «демо-либеральная» идея (формального) равенства заменяется социальной идеей уравновешивания общественных сил. Охарактеризованное подобным образом социально ориентированное право представляет собой «торжество» нравственной справедливости (Billigkeit), ведущей к сбалансированности социальных сил, над закостеневшей формальной справедливостью права (Gerechtigkeit), порождающей социальное неравенство.
Если социальная идея направлена на устранение неравенства в обществе, социализм1™ настаивает на искоренении его причины - частной собственности на средства производства, а затем и самого неравенства. Однако, как и социальная идея, социализм - одна из форм философс-ко- правового индивидуализма'7^. В экономическом плане социализм противопоставляет себя индивидуализму, поскольку рассматривает хозяйственную жизнь не как результат совместных или конкурирующих действий индивидов, а как стремление подчинить ее надындивидуальному регулированию. Но с точки зрения философии права суть заключается в том, что даже это индивидуальное регулирование в конечном счете призвано служить индивидуумам. И не случайно даже в «Коммунистическом манифесте» провозглашается в качестве конечной цели «ассоциация, в которой свободное развитие каждого является условием свободного развития всех». Но эта цель свободы для всех, достижение которой обусловлено ограничением свободы всех, является парадоксом, который роднит социалистические воззрения со всеми другими индивидуалистическими воззрениями. И в этом заключается основная проблема индивидуализма в философско-правовом смысле, которую пыталась разрешить еще теория общественного договора.
При сравнении социализма с «буржуазным» индивидуализмом выявляется его тактическая двойственность: переходная форма к социалисти-
1721 При включении социализма цитата из Маркса выглядит неполной: образу- ется следующая диалектическая триада: «демо-либерализм» - понятие ра-
венства субъектов права при игнорировании социального и экономического неравенства; социальное право, которое учитывает это неравенство и классифицирует по различным социальным типам; социализм - преодоление такого неравенства и возврат к реальности адекватного понятия ра- венства субъектов права.
Социализм как индивидуализм: «Социализм - это логическое продолжение и завершение индивидуализма. Он расширяет это понятие, включая в него революционный индивидуализм» -Жорес, цит. по Bougie, Idees egalitaires, p. 35.
8 1
Философия права
ческому общежитию - диктатура пролетариата, которая предполагает, с одной стороны, власть демократического большинства, а с другой - власть меньшинства пролетарской элиты. В одной форме соединились социалистическая и демо-либеральная идеи, в другой - социализм считает важным по крайней мере временное раздельное существование форм правового государства и общенародного государства.
Надындивидуалистическая консервативная партийная идеология стала противопоставляться индивидуалистическим партийным идеологиям гораздо позднее8. Первая - оборонительная, вторая - агрессивная. Индивидуалистические партии стремились трактовать факты политической жизни по-новому в соответствии со своей идеологией. Консервативные партии возводили над фундаментом уже существующей политической платформы дополнительную идеологическую надстройку. Поэтому индивидуалистические идеологии - рациональны, консервативные - иррациональны: в историческом или религиозном смысле. Для индивидуалистических идеологий государство - машина, состоящая из отдельных частей, для надындивидуальных - организм, обладающий потаенной живой силой. Образ организма, образ власти головы над его частями, служит консерватизму инструментом для формирования мировоззренческой основы своего учения, чтобы подобно тому, как организм в процессе смены своих клеток утверждает свою идентичность, также и народ был бы единством всех настоящих, прошлых и будущих членов, «священными узами всех поколений» (Treitschke), чтобы не только народ выбирал себе правителя, но и правитель стоял над народом, чтобы он от имени единого целого, а не по поручению отдельных индивидов правил, чтобы он получил свою власть не снизу, по воле народа, а сверху, освященной историей и религией, легитимно, как Божью милость, как харизму вождя9. «Власть,
8См. Mannheim. Das konservative Denken. Archiv, Sozialwissenschaft u. Sozialpolitik, Bd. 57. S. 68 ff., 470 ff.
9Та же политическая функция, которую до сих пор использовала «органическая теория» государства, взята на вооружение интеграционным учением (Smend, Verfassung u. Verfassungsrecht, 1928). Оно противопоставляет теории «организма» мысль о том, что «индивид живет в целом в равной мере, что и целое в индивиде»
(Litt, Individuum u. Gemeinschaft, 3 Aufl., 1926, S. 284). Целое живет в индивиде постольку, поскольку он вновь и вновь переживает целое. В интеграционном учении придается большое значение органической теории государства, стати ческое трансформируется в динамическое, субстанциальное - в функциональ ное. Политическая функция интеграционного учения и органической теории призвана служить инструментом обоснования посредством воли народа некон ституционных форм, но не большинства, а всего народа, то есть с помощью количественного критерия, но не конкретизированного и не контролируемого, а потому и во многом субъективного, поскольку допускает большую степень произвола при создании политической конструкции «общности народа».
82
§8. Философско-правовое учение о политических партиях
ане большинство», - говорит Шталь. Муссолини же заменяет триаду 1789 г. (свобода, равенство, братство. - Ред.) новой: «власть, порядок, справедливость» - последнее он понимает в платоновском смысле, как справедливость сословную.
Результаты последствий, вытекающих из органической теории государства, едва ли не более важны для положения индивида, чем для правителя. Индивидуалистическая философия права исходит из индивида и из суммы индивидов. Надындивидуалистическая - из индивидуальностей и из составляемого ими единства. Образ организма олицетворяет государство с многочисленными частями, разнообразными связями между целым и единичным, с разнообразными и неравнозначными функциями, с местностями и ландшафтами различного вида и ранга, родами, сословиями и индивидуальностями. В консервативных идеологиях индивидуальности отводится совсем иное место, чем в индивидуалистических. В индивидуалистических теориях государства индивид - абстрактное, изолированное и лишенное индивидуальности существо. Поскольку для консерватизма индивид уже не изолирован, а часть организма, то его можно воспринимать как индивидуальность. Его свобода - это не свобода, одинаковая для всех, абстрактная возможность для всех и каждого, а свобода, которую в соответствии с ограниченными возможностями, характерными для данного индивида, следует использовать в интересах целого. Это - свобода не от всего, но во имя чего-то. Это также свобода без равенства.
Если для индивидуальности в индивидуалистических идеологиях не было места, поскольку она служила для них конечной целью, то ее нахождение в консервативных теориях объясняется тем, что она служила средством для общности. Как и индивид, целое само по себе индивидуальность. Индивидуалистическая идея с ее индивидом без индивидуальности не может остановиться до тех пор, пока не воплотится в космополитическом, лишенном национальности человечестве, достигнув тем самым своей конечной цели. Для наднационалистических воззрений достижением конечной цели служит индивидуальность национального целого. Для консервативного образа мышления характерно деление мира на нации, а государства - на сословия.
В современных условиях консервативная государственно-правовая мысль деформируется идеологами партий,- которым она ближе всего по духу. Консерватизму присущ исторический или религиозный монизм, который видит в действительности ценность. Партии, противопоставляющие действительности идеал, пусть даже идеал прошлого, Не в состоянии адекватно воспринять структуру консервативного
83
Философия права
мышления. Следуя консервативному образу мышления, они впадают в еще более глубокое противоречие, когда они, будучи не в состоянии воссоздать прошлое, противопоставляют настоящему новый идеал будущего, сплошь пронизанный элементами прошлого. Это проти воречие достигает своего апогея, если для достижения партийного идеала используют не конституционные, а революционные или - что то же самое - контрреволюционные средства и методы. Но и в поли тическом образе будущего этой партии до сих пор проявляются лишь всеобщие «консервативно-органические, надындивидуалистические» черты. В сущности, все сводится к часто и охотно используемой, но многозначной пословице: «Общественное выше личного». Все индивидуалистические требования имеют скорее агитационный характер, чем программный. Иррациональному образу мышления этих партий не свойственно обусловливать требование политической власти необ ходимостью выполнения собственной заранее разработанной программы. Наоборот, они заявляют: «сперва - власть, потом - программа»'74. Так было и с программой итальянской фашистской партии перед зах ватом ею власти. Она полностью сводилась к лозунгу «Италия наша!» (Italia a noi!). А о корпоративной форме правления этой страны, принятой после захвата фашистами власти, справедливо говорили, что это «не самостоятельная государственная система, а лишь искусный инструмент самой тривиальной диктатуры»"1.
Наконец, среднее положение между надындивидуалистическими и индивидуалистическими партиями занимает политический католицизм. Воззрения протестантской и католической конфессий соотносятся между собой точно так же, как индивидуалистические и надындивидуалистические теории государства. Для протестантской доктрины церковь - светское учреждение на службе религиозных душ прихожан, ибо для Бога только душа представляет ценность. Согласно католическим воззрениям церковь, независимо от ценности, которую она может представлять для освящения душ каждого верующего, наоборот, установленное самим Богом учреждение, имеющее соответственную надындивидуалистическую религиозную ценность. Государство же, включенное в созданную таким образом церковь или даже подчиненное ей, может рассматриваться как «власть, дарованная Богом» и, соответственно, осиянное отблеском надындивидуалистической цен-
"'" См. Reichspressechef der NSDAP Dr. Otto Dietrich, Die philos. Grundlagen des NSoziahsmus (Vortragin Koln, 15. XL 34) (Veroffenthcht 1935).
10 CM. Ludwig Bernhardt. Der Staatsgedanke des Faschismus, 1931, S. 42.
84