Материал: Khrestomatia_po_istorii_Dalnego_Vostoka_Kniga_1

ми, а теперь именовались в воеводской канцелярии «провиантскими магазейнами».

Алексей Ильич был человек скромный и держался просто. Поэтому разные люди охотно и доверчиво гово­ рили с ним. Постепенно он накапливал сведения о том, как живут казаки и промышленники-охотники, как ве­ дут свое хозяйство крестьяне, кто и когда собирает на­ лог — «государев хлеб» и закупает у крестьян их зерно.

Разузнав, где и как легче всего получить или ку­ пить припасы, Алексей Ильич сумел вовремя загото­ вить провиант. Поэтому Беринг смог привезти на своих дощаниках немалые запасы муки и крупы в Якутск. А уезжая в Охотск, он оставил в Якутске лейтенанта Чи­ рикова, поручив ему доставить в начале лета 1727 го­ да к берегу Охотского моря дополнительный запас муки.

Алексей Ильич зазимовал в Якутске. Эту зиму он мог провести в достаточно хорошем доме и многое ра­ зузнать о тех краях, куда направлялась экспедиция.

В якутской воеводской канцелярии была сделана не­ большая пристройка, в которой на полках лежали ста­ рые, иногда уже совсем ветхие бумаги. «Архива» — на­ зывали это помещение подьячие воеводской канцеля­ рии, с удовольствием выговаривая новое, недавно во­ шедшее в оборот слово. Здесь было немало донесений казаков — служилых людей о их походах в далекие се­ веро-восточные земли.

Неизвестно, пытался ли Чириков познакомиться с этим архивом. Но, зимуя в Якутске, он без того мог ус­ лышать рассказы, дававшие не меньше сведений об

этих местах, чем старинные, обычно слишком краткие документы.

Лейтенант Чириков, как и всякий новый человек, прибывший из столицы, несомненно, стал желанным гос­ тем в любом доме Якутска, и все заметные люди в горо­ де постарались познакомиться с ним. Алексей Ильич мог от них услышать многое о разных поездках и похо­ дах из Якутска в Охотск, на Камчатку и в Чукотскую землю, предпринимавшихся за последние годы.

В Якутске жил Иван Львов — «боярский сын», так называли тогда служилых людей, получавших звание сибирского дворянина за те или иные заслуги. Иван Львов служил с 1710 по 1714 год приказчиком в разных местах Якутского воеводства, в том числе и в Анадыр­ ском крае. А из Анадырского острога казаки часто спу-

175

скались по реке Анадырю до Тихого океана, собирая ясак, ходили по суше до Чукотской земли и на Кам­ чатку.

В начале января 1711 года казак Петр Попов по­ ехал из Анадырского острога с одним промышленником и юкагиром на собаках к Чукотскому Носу, чтобы попы­ таться собрать ясак с чукчей. Попову был дан и другой наказ: присматриваться и проведывать, не значатся ли против Чукотского Носа «...какие в море острова; и ес­ ли какие острова значатся, и про те острова спрашивать у тех носовых чукчей: есть ли какие на тех островах лю­ ди и звери, и какое они у себя имеют богатство».

Петр Попов должен был разузнать, как велико рас­ стояние до тех островов, и даже «написать чертеж» Чу­ котской земли.

Чукчи считались в Якутске и в Анадырском остроге «людьми мирными». Они нередко соглашались вести меновую торговлю с русскими людьми, отдавая моржо­ вые клыки за медные котлы и бисер.

Зато они рассказали через толмача, то есть перевод­ чика, много интересного об островах и земле, которые лежат против Чукотского полуострова. Попов узнал от чукчей, что напротив есть Большая земля, до которой летом пригребают в один день на байдарах, а зимой налегке доезжают тоже в один день на оленях.

Людей, живущих на этой земле, чукчи называли «зубатыми» и рассказывали, что они втыкают в щеки как украшения маленькие кости из моржового зуба, то есть клыков моржей.

Попов и сам видел у чукчей несколько таких «зуба­ тых» людей, взятых в плен во время какой-то стычки. Петр Попов понял рассказ чукчей так, будто земля, ко­ торая находится против Чукотского Носа, — ост­ ров.

В начале сентября 1711 года Попов вернулся в Ана­ дырский острог. Там в приказной избе с его слов запи­ сали рассказ о Большой земле и «зубатых» людях: «Есть де на том острове всякой зверь, соболи и куни­ цы, и лисицы всякие, и песцы, и волки, и росомахи, и медведи белые, и морские бобры. Держат де у себя ве­ ликие табуны оленей. А кормятся де они морскими зве­ рями и ягодами, и кореньем, и травою. И всякой на том острову есть де лес: кедр, сосна, ельник, пихтовник,

176

листвяк. И тот островной лес он, Петр, с товарищи у них, чюкоч, в байдарах и ветках1, и в юртах видели».

На самом деле Большая земля против Чукотского полуострова была не островом, а полуостровом Аляс­ кой, частью Америки. «Зубатые» люди, о которых го­ ворил Попов, были эскимосы, жители Аляски, действи­ тельно вставлявшие в то время в щеки пластинки из моржовой кости. Но, перечисляя деревья, Попов ошибся: кедр не растет в тех местах.

Пересказ известий казака Петра Попова о земле, лежащей против Чукотского Носа, Алексей Ильич мог услышать не только от Ивана Львова, но и от других людей, знавших Петра Попова.

Через два с половиной года после того, как казак Петр Попов вернулся с Чукотки в Анадырск, управи­ телем этого острога был назначен капитан Петр Тата­ ринов. Позднее он долго жил в Якутске и, может быть, находился там в то время, когда Чириков зимовал в этом городе.

Дело было сравнительно недавнее, и рассказ о поездке Петра Попова на Чукотский Нос, конечно, пом­ нили многие.

Иван Львов и сам еще в 1710 году получил наказ от якутского воеводы «с великим тщением» проведы­ вать острова и в Студеном море против Колымского устья и на море против Камчатской земли. Львов поста­

ется, не точно, а лишь приблизительно, Чукотская, Кам­ чатская и другие земли.

Вполне вероятно, что Алексей Ильич, живя в Якут­ ске, видел этот чертеж и разговаривал с Иваном Льво­ вым. На этом чертеже были показаны против Чукотки два острова. А за ними лежала какая-то большая го­ ристая земля — та самая, о которой сообщал Петр По­ пов. Именно в эти места теперь направлялась экспеди­

1 Ветки — очень легкие лодки, в которых обычно мог сидеть лишь один человек.

177

Поэтому нельзя было сказать наверное, что дальше эти земли не соединяются.

и мореходы, чтобы наладить связь с Камчаткой.

Всего двенадцать лет прошло с тех пор, как летом 1714 года в Охотский острог было послано несколько человек: казак Козьма Соколов, мореход Яков Невейцын, голландец Андрей Буш, служащий матросом в шведском флоте и попавший в плен; мореходы, поморы по происхождению — Никифор Треска, Кондратий Мош­ ков — и плотники. Якутский воевода дал им лодки, мор-

скую снасть, четыре тяжелых ружья-пищали, порох, плотничьи инструменты и запас муки.

— До той поры морем из Охотска на Камчатку не хаживали, и ни одного судна на Охотском море не было. А ходили на Камчатку дальним путем из Анадырского острога зимою на нартах, со многими опасностями и часто погибали в пути, — говорили Чирикову новые зна­ комые в Якутске.

Козьма Соколов и Яков Невейцын получили указ по­ строить в Охотске небольшое судно, на котором можно было бы пересечь Охотское море и дойти до Камчатской земли. Мореходы и плотники отправились из Якутска по Лене, Алдану, Мае и Юдоме тем самым путем, кото­ рым пошел летом 1726 года лейтенант Шпанберг на до­ щаниках и лодках.

В Якутске, видимо, уже тогда хорошо знали, как труден этот путь. Якутский воевода дал Козьме Соколо­ ву с товарищами наказ, в котором, обещая награду, требовал, чтобы они выполнили поручение, не останав­ ливаясь перед смертельной опасностью. «Предела сего смертного никакая плоть минуть не может... А остав­ шиеся жены и дети не будут оставлены, по указу его царского величества уснабжены будут»,— сказано было в наказе.

Соколов, Невейцын и их спутники добрались до Охотска с большим трудом. Там они построили неболь­ шое судно — лодию, летом 1716 года благополучно до­ шли морем до Камчатской земли и вернулись в Охотск.

178

С тех пор это судно каждое лето хотя бы один раз пересекало Охотское море и возвращалось назад.

А в декабре 1716 года сибирский губернатор князь Матвей Гагарин приказал снарядить и отправить на Камчатку и в другие места северо-восточного края це­ лую экспедицию под командой бывшего якутского во­ еводы полковника Елчина. «Большой Камчатский на­ ряд» — называли эту экспедицию в Якутске.

Но об этом предприятии осталась печальная память. Полковнику Елчину было предписано обследовать

не только Камчатку, но и берега Ледовитого океана и Тихоокеанское побережье до устья Амура. Под его на­ чальство были даны несколько сот служилых, капи­ таны Петр Абыштов и Татаринов и много других лю­ дей. Но оказалось, что экспедицию такого большого масштаба слишком трудно осуществить.

Полковник Елчин два года заготавливал припасы, чтобы прокормить столько людей в безлюдном крае, и материалы для постройки судов. В конце концов новый якутский воевода отказался выполнять требования Елчина и обвинил его в каких-то злоупотреблениях. Пол­ ковник Елчин был отдан под суд, а его заместитель Абыштов умер.

Многие грузы так и не удалось перевезти в Охотск, И хотя некоторые участники этой экспедиции побывали на Шантарских островах в Охотском море, она принес­ ла мало пользы. «Большой Камчатский наряд» был пре­ кращен в 1719 году, как неудавшаяся затея.

Люди, принимавшие участие в этом деле, еще жили в Якутске в то время, когда там зимовал Чириков. Он мог, потолковав с ними, ясно представить себе те труд­ ности, которые ему придется испытывать, доставляя му­ ку в Охотск, и заранее обдумать, как их преодолеть.

Требовалось найти бывалых людей, на которых мож­ но положиться, и выйти из Якутска не позднее начала мая, когда на пути будет достаточно молодой сочной травы для лошадей.

Алексей Ильич сумел это сделать.

Весна началась в Якутске только в апреле, но за­ то очень быстро вступила в свои права, как будто ста­ раясь наверстать упущенное время. Лена еще стояла, скованная толстым льдом, а за околицей Якутска уже

179