56
50.Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа. Т. 1. С. 335.
51.Гарданов В. К. Указ. соч. С. 22-24.
52.Бутков П.Г. Указ. соч. С. 80.
53.Броневский С. Указ. соч. С. 39.
54.Гюльденштедт И.А.. Географическое и статистическое описание Грузии и Кавказа // АБКИЕА. Нальчик, 1974. С. 205.
55.Рейнегс Якоб. Всеобщее историко-топографическое описание Кавказа // АБКИЕА.
Нальчик, 1974. С. 213.
56.АКАК. Т. 1. С. 88.
57.Абазины (историко-этнографический очерк). Черкесск, 1989. С. 20.
58.Бутков П.Г. Указ. соч. С. 92.
59.Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа. Т. 1. С. 364.
60.Документальная история образования многонационального государства Российского. С. 180.
61.АКАК. Т. 1. С. 83.
62.Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа. Т. 1. С. 356.
63.Там же. С. 359.
64.Там же. С. 356
65.Там же.
66.Виноградов Б.В. Дискуссионные проблемы этнополитической ситуации на Северном Кавказе в 1783-1816 годах // Научная мысль Кавказа. 2004. № 1. С. 50.
67.Черкесы и другие народы Северо-Западного Кавказа. Т. 1. С. 357.
68.Документальная история образования многонационального государства Российского. С. 181
69.АКАК. Т. 1. С. 84–85.
70.Кабардино-русские отношения. С. 295.
56
57
ГЛАВА 4. ОРДЫНСКИЕ НОГАЙЦЫ МЕЖДУ АЗОВОМ И КУБАНЬЮ
Османская империя не могла помочь Крымскому ханству, так как проигрывала России: «Нетерпеливое желание султана Мустафы ввязаться в
войну до того, как он будет к ней готов, дало императрице Екатерине время, чтобы мобилизовать против него пять отдельных армий»1. С запада на восток они соответственно базировались на Украине по р. Днестру, перед Перекопским перешейком, который вел в Крым, на территории между Доном и Кавказом и в районе Тифлиса в Грузии.
После смерти хана Крым-Гирея в 1769 г. его преемники не смогли оказать достойного сопротивления российским войскам. В 1770 г. новый хан Селим-Гирей не только отказал в военной помощи закубанским народам, но и звал их в Крым, так как сам «от предстоящих российских войск находится в великом страхе»2. Российские войска разбили турок на Дунайском фронте и в 1771 г. вошли в Крым через Перекоп и со стороны Керченского пролива. Селим-Гирей бежал в Стамбул, а новому хану Сагиб-Гирею и его брату Шагин-Гирею Екатерина II предложила покровительство, и они в СанктПетербурге дали ей клятву верности3.
Независимость Крымского ханства от Османской империи лишала бы последнюю легитимной возможности воевать за своего вассала, поэтому Екатерина II проводила политику раскола крымчан. В 1770 г. успехи российских войск в северном Причерноморье склонили кочевавших там ногайцев, подданных Османской империи, искать российской протекции. Мурзы «обещались быть в нерушимой дружбе и союзе с Империею Российскою», и против них были прекращены военные действия4.
В 1771 г., перед военным вторжением в Крым, Екатерина II организовала переселение в обширные степи правобережья Кубани около 30 000 ногайцев с северо-запада Крымского ханства. «Первыми поддались ногайские орды хана
– едисанцы и буджаки. Лишённые после взятия русскими Ларги, Кабула и Бендер доступа в родные степи, они вступили в союз с Россией, отказавшись
57
58 от турецкого верховенства. Им последовали едичкулы и джамбулуки, после
чего Крым остался в одиночестве»5. Перемещённые на правобережье Нижней Кубани ногайцы стали российскими союзниками, а территория, ими занятая, становилась недосягаемой для Османской империи. Екатерина II писала Медему, что эти ногайцы являются «отторженными от подданства Порты Оттоманской и находящимися на кубанской стороне, с дозволением и обещанной им от нас независимостью и свободой»6.
Так потомки знаменитой некогда Большой Ногайской орды, разделённые на орды: Буджакскую, Едисанскую, Едишкульскую и Джембойлукскую, расселились от Кубани до р. Еи, что имело важное тактическое значение для развития российско-татарских и российско-османских отношений. Примечательно высказывание И. Дебу: «Сей народ, а особенно его мурзы, воинствен, неустрашим, способен переносить невероятные трудности и нужды, уметь управлять своим оружием, которое любит и сохраняет более всего; не боясь что-либо потерять, склонен к хищничеству и разбоям; ведёт жизнь подвижную, укладываясь и переносясь с одного места на другое с невероятною проворностью. При малейшей же тревоге в пути делает с величайшей скоростью из телег своих четвероугольное укрепление, внутри которого помещает своё имущество, жён и детей. И обороняется отчаянно, притом же имеет непременным правилом, что ногаец никогда не может быть невольником. Не было ещё примера, чтобы мурза или простой ногаец взят был в плен, ибо сие почитают они крайним бесчестием, посрамляющим весь их род; тем самым и отличались они от соседственных с ними черкесов»7.
Этих ногайцев, которые «переселились на Северный Кавказ в качестве наших союзников»8, в отличие от других этнолокальных групп, чаще называли ордынцами. Их надежды на независимость не осуществились, более того, само их нахождение на правобережье Кубани не входило в долгосрочные планы России. Астраханский губернатор уже в конце 1771 г. представил правительству проект переселения ордынских ногайцев «на уральскую степь или на луговую сторону Волги», но в тот момент
58
59 «предложение Бекетова найдено неудобоисполнимым»9. Ордынцы
продолжали кочевать по рекам Кубани, Ее, Есени, Кирпилею, Бейсугу и др., служа удобным плацдармом для давления на Крымское ханство. Ордынцы вытеснили с правобережья кубанских ногайцев, которые «удалились большей частью за Кубань, и, подружившись там с черкесскими племенами, стали непримиримыми врагами своих единоплеменников»10.
Учитывая, что издревле собственно в Крыму обитали автохтоныземледельцы, так называемые «татары перекопские», а за пределами полуострова владения ханства занимали ногайские орды, то с переходом последних на российскую сторону, Крым оказался беззащитным. Переселение ордынцев с западных крымских границ, предпринятое Екатериной II, совершенно ослабило Гиреев, так как «основную и наиболее воинственную часть татарского войска составляла ногайская орда»11.
В июле 1771 г., когда тридцатитысячная армия Долгорукого вторглась в Крым, недавние союзники хана уже были на стороне русских. По сведениям Буткова, в степях от правобережья Кубани до р. Еи расселилось до 80 тыс. ордынцев12. Сложилась ситуация, когда ногайцы Кубанской орды должны были защищать Крымское ханство от своих же сородичей, склонившихся к России. Других военных сил у хана не осталось.
Таким образом, миграция ногайских орд была осуществлена в военнотактических целях Российской империи для принуждения крымских ханов к отказу от покровительства Османской империи. Султан упорно отказывался предоставлять независимость Крымскому ханству, но в Крыму с помощью пророссийской партии утвердился на престоле Сагиб-Гирей. Как только российские власти стали муссировать вопрос о создании отдельной ногайской области на Кубани, хан согласился с требованиями Екатерины II и отказался от вассальной зависимости от Османской империи. Взамен Россия отказалась от планов по отделению от ханства ногайцев. После подписания 1 ноября 1772 г. с крымским правительством Карасунского договора, т.е. «Декларации
59
60 об отделении от Порты» и «Союзного договора с Россией», российские войска
вышли из Крыма, оставив за собой только крепости Керчь и Еникале13.
Под властью Крыма оставались «татарские и черкасские народы, таманцы и некрасовцы», а Кабарда утверждалась в подданстве Российской империи14. Сепаратный Карасунский мир стал результатом неожиданного по своей стремительности успеха военных и дипломатических действий Екатерины II. В объяснениях с Османской империей российское правительство упорно отстаивало приобретённое им право на Кабарду. Так, в инструкции к мирным переговорам с Турцией генералу Щербинину в апреле 1772 г. указывалось, что в начале войны «кабардинцы действительно в наше подданство приняты, в таком положении толь нужнее и впредь их содержать»; что же касается других народов, то рекомендовалось не вступать «ни в какую подробность ни о тех народах, ни о их пределах»15.
Однако возникли проблемы в переговорах с Османской империей, не желавшей признавать независимости Крымского ханства, и императрица готова была пожертвовать ради этого Кабардой. Посланнику в Стамбуле Обрескову она предписала настаивать в переговорах на пункте «об уступке в нашу сторону обеих Кабард», но если султан согласится на независимость Крымского ханства, тогда «в пользу сего последнего отступить по нужде от требования и на обе Кабарды»16.
Впрочем, в 1772 г. склонить султана на предоставление независимости Крыму не удалось и необходимости отказаться от Кабарды не возникло. Европейские державы вынудили султана после годичного перерыва продолжить русско-турецкую войну. На Крымский престол Порта назначила вместо Сагиб-Гирея его сына Девлет-Гирея17. Кабарда оставалась предметом притязаний ханов, и прямое влияние на ситуацию в Кабарде имели военные и дипломатические успехи России в русско-турецкой войне и судьба Крымского ханства.
Владения Крыма на Северном Кавказе стали новым театром войны, поэтому российское правительство вплотную занялось «кубанским
60