331
44.Короленко П.П. Указ. соч. С. 393.
45.АКАК. Т. 9. С. 891.
46.Сталь К.Ф. Указ. соч. С. 208.
47.РГВИА. Ф. ВУА. Д. 6500. Л. 40.
48.ГАКК Ф.20. Оп. 1. Д. 1. Л.85.
49.Сталь К.Ф. Указ. соч. С. 206.
50.Там же. С. 226.
51.РГВИА. Ф. 414. Д. 434. Л. 105-108.
52.Сталь К.Ф. Указ. соч. С. 258.
53.Там же. С. 244.
54.Там же. С. 214.
55.Бентковский И.В. Историко-статистическое обозрение инородцев-магометан, кочующих в Ставропольской губернии. Ногайцы. Ч. 1. Ставрополь, 1883. С. 85.
56.Волкова Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII – начале XХ века. М, 1974. С. 94.
57.ГАСК. Ф. 70. Оп. 1. Д. 467. Л. 16-17.
58.ГАСК. Ф. 70. Оп. 1. Д. 511. Л. 7.
59.ГАСК. Ф. 70. Оп. 2. Д. 611. Л. 23.
60.ГАСК. Ф. 70. Оп. 2 Д. 612 Л. 3-4
61.Сталь К.Ф. Указ. соч. С. 204.
62.ГАКК. Ф. 70. Оп. 1. Д. 241. Л. 1 об.
63.Там же. Л. 5-6.
64.Бегеулов Р.М. Указ. соч. С. 21.
65.Венюков М.И. Указ. соч. С. 166.
66.Сталь К.Ф. Указ. соч. С. 196.
331
332
ГЛАВА 7. ВОЕННО-ПЕРЕСЕЛЕНЧЕСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МАГОМЕТ-АМИНА
После учреждения Лабинской линии российские власти вступили в непосредственное соприкосновение с народами на пространстве от р. Белой до Чёрного моря. В 1848 г. Наместник на Кавказе М.С. Воронцов сделал попытку предотвратить силовое воздействие и обратился к ним с прокламацией, призывая признать над собой российскую власть, но «они на это и внимания не обратили»1.
В конце 1848 г. в Закубанье прибыл наиб Магомет-Амин, третий посланец Шамиля. Избегая до времени боевых действий, он стремился собрать на контролируемую им территорию по р. Белой как можно больше верного населения. Ему удалось привлечь к себе и часть «аристократических» народов с Лабинской линии. Мероприятия властей по водворению бесленеевцев, башильбаевцев и беглых кабардинцев на постоянные места жительства позади укреплений и введению у них приставского правления были парализованы массовыми бегствами аулов за Лабу. Н.Г. Волкова отмечала, что серьёзным препятствием для быстрого расселения горцев позади линии стала военно-административная деятельность Магомет-Амина2.
К.Ф. Сталь писал, что с 1849 по 1850 год до 25 тысяч черкесов бежало в горы к абадзехам, «которые и сами не имеют с избытком земли и стесняются этими многочисленными пришельцами»3. Под влияние наиба первыми на Лабинской линии попали бесленеевцы4. Несмотря на то, что власти разрешили им поселиться на Нижнем Урупе с условием покорности, «неблагонамеренностью и своим двуличным поведением они не оправдали милостей правительства: во-первых, они давали у себя пристанище партиям абреков… во-вторых, когда на Кубани появился Мухамет-Амин (МагометАмин. – З.К.), они вступили с ним в открытые сношения, 2 раза присягали ему на верность»5.
332
333 В 1849 г. значительная часть бесленеевцев бежала к Магомет-Амину, а
остальных в 1850 г. переместили «из лесистых ущелий Тегеней на открытые места по р. Урупу», ближе к казачьим станицам6. Однако с Урупа они извещали Магомет-Амина обо всём, что происходило на Линии и просили переселить их за Лабу. Наиб намеревался собрать у себя всех бесленеевцев, беглых кабардинцев и башильбаевцев для усиления войска и «проникнуть в Карачай»7. Царский историк В.С. Толстов писал: «Магомет-Амин собрал большое скопище из буйных абадзехов с целью взять башню у Каменного моста на Кубани, завладеть орудиями и затем поднять к восстанию всех мирных горцев, до карачаевцев включительно»8.
Власти рассчитывали, что «аристократические» общества, управляемые владельцами, не попадут под влияние Магомет-Амина, так как «основанием этого влияния было единство прав всех классов народонаселения и истребление привилегированных сословий»9. Тем не менее беглые кабардинцы и бесленеевцы, допущенные на жительство в Западном Карачае в 1843 г., в 1849 г. бежали на р. Белую, «увлечённые проповедями МагометАмина»10.
Для поисков бежавших аулов в феврале 1851 г. генерал Евдокимов собрал главный отряд на Лабе, а второй отряд сформировал пристав тохтамышевских ногайцев и закубанских кабардинцев подполковник Соколов, у которого осталась только небольшая часть абазин-алтыкесеков и беглых кабардинцев, расселённых на Кубани с условием несения кордонной службы. В это время к Соколову приехали по «земельному» вопросу карачаевские князья Крымшамхаловы с узденями, так как большая часть их пастбищных мест, изъятых в казну, оказалась в Тохтамышевском приставстве. Соколов собрал отряд из 200 ногайцев, абазин и кабардинцев, 400 казаков и «пригласил с собой 60 человек карачаевцев, прибывших в Усть-Джегуту для решения некоторых спорных вопросов с тохтамышевцами»11.
В сопровождении Крымшамхаловых отряд прошёл до верховий Лабы и 6 февраля между Псеменским лесом и Ахметовским укреплением обнаружил и
333
334 уничтожил три зимовника (коша): тамовский, кызылбековский и беглых
кабардинцев. Они оказали сопротивление, и отряд Соколова понёс потери, в том числе погибли родные братья подпоручик Гелихан (Гиляксан) и Мурзабек Крымшамхаловы. Разрушив высокогорные убежища, колонна прибыла в Ахметовское укрепление, где были оставлены пленные абазины-шкарауа: тамовцы и кызылбековцы. Беглых кабардинцев вернули на Большой Зеленчук и насильно водворили вблизи укреплений, но они тайно связались с МагометАмином, занявшим Псеменский лес, просили его прибыть за ними и в ночь на 14 апреля сожгли свои жилища, приготовившись к бегству. Начальник Баталпашинского участка Вайсмунд с казаками ждал появления МагометАмина, но утром отряд из 400 человек стремительно увёл кабардинцев у них на виду, а тохтамышевская милиция догнать их не смогла. Бежал даже аул княгини Касаевой, вдовы Исмаила Касаева, в «преданности которой менее всего можно было сомневаться»12 .
Беглецы поселились у истоков Фарса и Псефира и сразу же стали уговаривать Магомет-Амина повести их в набег к тохтамышевским ногайцам: «Там, у верховий Кубани, пасутся многочисленные стада и табуны мирных ногайцев, если ты поведёшь нас туда, мы вернёмся с богатой добычей»13. Но наиб готовился к наступлению, поэтому сначала хотел собрать под свои знамёна больше воинов, и в мае он увёл с Урупа бесленеевцев и башильбаевцев14. Отряд генерал-майора Эристова, шедший от устья Тегиня, упустил их при подъёме на Джельтиймезские высоты: «При спешном отступлении неприятель отклонился от Урупа в направлении к Джентелмесским (Джельтиймезским. – З.К.) высотам и был принужден оставить арбы уводимых из трёх аулов»15.
Осенью российские войска отправились за беглецами, дошли до р. Белой, построили укрепление Белореченское и перекинули мост на левобережье. 3 ноября отряд перешёл за Белую, вывел обратно часть беглых кабардинцев и «без выстрела водворил на местах прежнего жительства аул узденя Али Хахандукова на Большом и аул княгини Касаевой на Малом Зеленчуках»16.
334
335 Исмаила Касаева, бежавшего в 1822 г. из Кабарды семнадцатилетним
юношей, в живых к этому времени уже не было, владелицей аула считалась его жена, так как их сыну Казы было только 11 лет17. Так, после тридцатилетних скитаний по Закубанью аул Касаева в 1851 г. приобрёл постоянное местоположение на территории современной Карачаево-Черкесии и был назван Касаевским (ныне с. Хабез)18. По преданиям местных жителей, первыми на берег Малого Зеленчука пришли князья Касаевы из Каменномостского на р. Малке, Озроковы, Дауровы, Бураевы, Кятовы и Хапсироковы: «Эти фамилии, составлявшие 60 дворов, обосновались недалеко от башни Адиюх»19.
Основная часть лабинских жителей в 1848–1851 гг. продолжала вести «скитальческую жизнь и слушать возмутительные воззвания агентов Шамиля»20. Российские власти были вынуждены упразднить приставство лабинских адыгов из-за отсутствия жителей, а для надзора за покорными обществами на Нижней Кубани в 1852 г. учредить приставство НижнеКубанских народов21.
Сталь писал: «Год за годом бежавшие народы волею-неволею должны будут вернуться и просить у нас прощения и участки земли; и мы водворим их, но не на прежних местах их жительства, а дадим им участки сообразно с нашими видами, имея главною целью успокоение края и отвращение на будущее время подобного рода побегов»22. Пока же на пространстве между Верхней Кубанью и Лабой не было опорных пунктов для войск: ни аулов, привязанных к одному месту, ни казачьих станиц.
Закубанцы ходили в набеги на мирные селения Ставропольского и Баталпашинского участков: «Малые партии от 15 до 50 человек вторгаются через Лабу на Кубань, имея целью поживиться чем-нибудь. Главным путём вторжения служит волнистое пространство, ограниченное на Лабе укреплением Ахметовским и Подольским постом, а на Кубани укреплением Каменная башня и станицей Беломечетской. Партии, переправившись на правый берег Кубани, скрываются, высматривают удобный случай и,
335