Материал: _Антонян Ю.М., Сексуальные преступления. Чикатило и другие

131

несексуальных, психических нарушениях также ] живается сексуальная мотивация. Известны слу* гда пироманы испытывают сексуальное возбу при виде огня или даже онанируют при сове! пироманического акта. Кража также может од менно быть одним из этапов девиантного сексуа поведения, если совершается из фетишистских дений, т.е. если преступление связано с удовл* нием половой потребности, а сама похищенна служит половым фетишем. Однако такого ро ступки обычно распознаются лишь в наиболее случаях краж белья или других предметов же туалета, тогда как зачастую фетиш может бь столько преобразованным и отдаленным от пе чального сексуального стимула, что его символ! значение не осознается самой личностью. Бс часть наблюдений лиц с патологическими влечс позволяет с убежденностью говорить о том, антиобщественное поведение порождено извраг сексуального влечения.

Парафилии, являясь самостоятельным видо* логии, могут выступать изолированно и пото ществовать у лиц в целом здоровых психически. зательно в этом смысле следующее наблюдение Ж., 32 лет, обвинялся в убийствах и изнасило] В дошкольном возрасте ему нравилось раз девочек и рассматривать их половые органы. I пытался совершить половой акт со своей сверс на кладбище. В 13 лет совершил половой акт « кой, тогда же совершил впервые половой акт с женщиной. Онанировал с 12 лет, вначале редко лет до армии по 3—4 раза в день. Учился ела тереса к учебе не проявлял. Учителя жаловались дисциплину, в то же время со сверстниками ник дрался, был общительным, хотя близких дрз имел. Отличался хорошей памятью, быстро игру на баяне, гитаре, легко мог подобрать мелодию. Однако рос ленивым, безынициат книг практически не читал. Родители охарак вали его трусливым, лживым, склонным к вым Даже будучи уличенным во лжи, он от всего < вался, смотрел в глаза и клялся, что этого не Уже тогда проявлял жестокость—мог рукам: рвать кошку. В подростковом возрасте ходил к где подглядывал за трупами женщин, испытьп

льное половое влечение. Регулярная половая 15 лет с девушкой на год младше, с частотой 1а в неделю, в дальнейшем намеревался на ней я. Окончил ГПТУ. В возрасте 18 лет с соучаст-совершил кражу мотоцикла, за что был осуж­дено. С 19 лет служил в армии. Периодически в случайные половые связи, раз в день мастур-, Периоды полового воздержания переносил —становился нервным, возникали головные ловокружения, «появлялась темнота в глазах». переживал замужество любимой девушки. эзвращения из армии работал, был общителен, эпизодически груб и несдержан. шея в 23 года. Производил на жену впечатле­нного, общительного человека, хорошо играл ре, спиртное употреблял редко. Однако был юсобен «смотреть в глаза и врать с три коро-югда не признавался в неблаговидных посту->бманывал даже в деталях, если было невоз-юврать в главном», был холоден и безразличен шению к беременной жене и новорожденной Жена считала, что у него «повышенная сексу-тотребность», видела у него порнографические фии. При расторжении брака через год сов-: жизни жена указывала, что Ж. устраивал до-[далы, оскорблял ее, изменял, не участвовал гании ребенка. До и после развода он поддер-штимные отношения с Я., которая отмечала ность его полового акта, усиление влечения е менструации. Последний факт подтверждала я женщина, с которой Ж. был близок. Иногда (ся причинить боль во время полового акта. ы во время поездки на машине внезапно уда-ю знакомую, затем «сам испугался», оказывал ., оправдываясь, говорил, что не хотел ее из-ать и ударил нечаянно. Вторично женился в 25 ^ет двоих детей. Однако через пять лет и этот :пался по инициативе жены в связи с его супру-неверностью. За это время поведение Ж. триж-злекало внимание сотрудников милиции, при-жды — в связи с нанесением жене легких телес-реждений. В ее заявлении о расторжении брака одержались обвинения в неверности, злоупот-;и спиртными напитками, безучастном, равно-[ отношении к детям. Она также обращала

133

внимание на его повышенную сексуальную возбуди­мость, он предлагал ей совершать половые акты в не­привычной для нее, неестественной форме. Подчерки­вала его лживость. Сексуальная распущенность, саль­ность и скабрезность рассказываемых им анекдотов, нескромность, лицемерие в быту, хитрость, трусость и вместе с тем жестокость, хвастливость, цинизм и эго­изм подмечали и другие. Так, одному из знакомых Ж. во время поездки в машине, показывая то на одну, то на другую женщину, говорил, что это проститутки, демонстрировал порнографические фотографии. Про­ходя по поселку, рассматривал маленьких девочек, отпуская при этом циничные замечания. Часто рас­пускал слухи об интимной близости с теми женщина­ми, которые ему в ней отказывали. Сотрудница Ж. описывала случай, когда он избивал ее сестру, внима­тельно наблюдая, как она корчится от боли, с замет­ным удовольствием причинял ей страдания, запугивал ее. Специально подкрадываясь к ней в лесу, пристав­лял ракетницу к животу с показным намерением вы­стрелить, придавливал буфером машины живот, хохо­ча при виде страха. На станции перестрелял всех ще­нят, ради развлечения стрелял в собак. Несмотря на внешне видимую ярость, мгновенно успокаивался при виде сильного соперника, мужчины, причем тут же переводил все в шутку. По поселку нередко ездил в состоянии алкогольного опьянения.

Будучи привлеченным в качестве подозреваемого в убийстве 10-летней девочки, Ж. первоначально отвер­гал обвинение, а затем последовательно описал со­деянное. Пояснял, что специально заманил девочку в фургон, чтобы ее изнасиловать, нанес удар. Когда она упала, потащил на лавку. Полностью раздев, включил обогрев, так как решил не торопиться, стал совершать половой акт. Она дергалась, и он несколько раз бил ее кувалдой по голове, при этом она рукой поцарапала ему грудь. Обнаружив кал жертвы, пре­рвал половой акт, не завершив его семяизвержением. В дальнейшем оставил тело в машине, но, проехав несколько километров, услышал посторонний звук и, когда подошел к двери фургона, то обнаружил, что дверь открыта, а девочки нет. Обозлился, так как собирался изнасиловать ее еще раз. Схватив ружье, догнал ее и застрелил почти в упор, потом оттащил труп в сторону, присыпал его снегом. Несколько раз

134

затем возвращался к трупу с намерением снова из­насиловать, но не сделал этого, так как руками чувст­вовал кал. В ходе следствия Ж. дал признательные показания по фактам изнасилования и убийства еще семи девочек. При совершении преступлений наносил жертвам многочисленные телесные повреждения, стре­мился продлить агонию, испытывал «особо сильное волнение ц удовлетворение» при наблюдении за агони­ей жертвы и истечением крови. Объяснял, что при этом у него даже возникала мысль «вырезать влагалище и унести на память». Говорил, что во всех случаях после содеянного состояние его было тревожным, ис­пытывал страх перед разоблачением, старался контро­лировать себя, чтобы ничем не выдать, старался ни у кого ни о чем не расспрашивать. Не скрывал фикси­рованное™ на сексуальных вопросах, постоянно думал о женщинах, представлял различные эротические сце­ны, мысленно раздевал проходящих мимо женщин. При описании убийств пояснял, что понимал ужасный смысл совершаемого им, однако «как кто-то за руку тянет, всего трясет изнутри, не хочешь делать, но не в силах остановиться». Приводил примеры предшест­вующих преступлениям конфликтов с женой, когда был возбужден, злобен, «зол на всех женщин». Не отрицал полового акта с трупом одной из девочек. Настаивал на том, что после убийства несколько раз возвращался к трупу, испытывал сильное сексуальное желание, хотел повторно совершить с ним половой акт; стоя на дороге, не знал куда идти — к машине или к трупу. Был склонен к примитивным формам психо­логической защиты (вытеснение, фантазирование). За­являл, что воспринимает содеянное «как-то отстранен­ие, будто это происходило не с ним».

При экспериментально-психологическом исследо­вании были выявлены характерные для личности Ж. выраженная эгоцентрическая позиция, отсутствие под­чиняемое™ и внушаемости при способности приспо­сабливаться к внешним требованиям. Высокий уровень притязаний, стремление к престижу сочетались с не­уверенностью в себе, нерешительностью, тревожно­стью, ранимостью, эмоциональной неустойчивостью. Выявлялась трудность интеллектуального контроля эмоциональных проявлений наряду с ригидностью суждений и оценок, упрямством, упорством в дости­жении целей, снижение чувства вины. Характерной

135

была поверхностная общительность наряду с интра-вертированностью, стремлением це раскрывать себя в контактах, трудности близкого общения. Ощуще­ние недоброжелательности окружающих сочеталось с собственной враждебностью по отношению к ним, мстительностью, злопамятностью. В эксперименталь­ные задания проецировалось ощущение отверженности со стороны эмоционально значимого партнера и связан­ные с этим агрессивные тенденции, реализация которых в свою очередь вызывала чувство страха. Отмечались защитные реакции по типу замещения, переключения.

Хотя .психическая патология, за исключением от­дельных психопатических черт характера, у Ж. выявле­на не была, о полном его психическом здоровье гово­рить не приходится. В первую очередь потому, что постепенное формирование садизма с некрофилией (влечением к трупам), подчиняясь своим собственным закономерностям, происходило на фоне определенных нарушений развития с последующим изменением всей структуры его самосознания. Можно указать на один из значимых признаков — раннее, опережающее стано­вление сексуального влечения с фиксацией актуальных в тот период педофильных и некрофилических стиму­лов. В формировании некрофилии некоторые авторы усматривают особое значение доминирования с пол­ным подчинением объекта влечения. По-видимому, не менее важную роль играет и общее измененное от­ношение к смерти, лишенное у таких личностей при­вычных устрашающих ассоциаций.

В целом можно рассматривать биологические и в ряде случаев психопатологические факторы как определяющую основу для запуска внутрипсихических процессов, связанных с механизмами половой ауто-идентификации и выбора полоролевых стереотипов поведения, с различными вариантами мотивационных программ конкретного аномального поведения. Со­циальные же факторы, играя огромную роль на всех этапах индивидуального развития, начиная с внутриут­робного периода, создают более или менее благопри­ятные условия для определения всех этих явлений.

Как видно из всех приведенных наблюдений, за внешне однотипными поведенческими актами, с точки зрения стороннего наблюдателя одинаковыми, нахо­дятся совершенно различные переживания с разным субъективным смыслом совершаемого поступка.

136

Глава II

САМОЕ РАСПРОСТРАНЕННОЕ

СЕКСУАЛЬНОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ—

ИЗНАСИЛОВАНИЕ

1. Общая характеристика

Изнасилованием, как известно, признается половое сношение с применением физического насилия, угроз или с использованием беспомощного состояния потер­певшей*. Обстоятельствами, отягчающими уголовную ответственность, являются: совершение изнасилова­ния, сопряженного с угрозой убийством или причине­нием тяжких телесных повреждений, либо совершенное лицом, ранее совершавшим изнасилование; группой лиц или изнасилование несовершеннолетней; особо опасным рецидивистом или повлекшее особо тяжкие последствия, а равно изнасилование малолетней. В по­следних трех случаях к виновному может быть приме­нена высшая мера наказания.

Изнасилование всегда расценивалось как одно из самых тяжких преступлений против личности, и поэ­тому виновные в нем наказывались весьма сурово. Иначе и не может быть, поскольку половые отношения играют важную роль в жизни людей, влияют на уровень культуры общества, а сама половая потреб­ность является одним из основных жизненных ин­стинктов. Понятно, что наказывается не эта потреб­ность, а антиобщественные формы ее удовлетворения. Поэтому общество, предоставляя индивиду свободу в определении своих половых влечений, в то же время ограничивает средства и пути их удовлетворения. При этом цивилизованное государство стремится как мо­жно реже прибегать к силовым мерам, но, повторяем, изнасилования караются везде. Справедливости ради следует отметить, что у нас отношение к этому пре­ступлению в некоторых социальных группах, харак­теризующихся невысокой культурой, не то чтобы тер­пимое, но, во всяком случае, не достигающее уровня безусловного осуждения. В поведении насильника

137

окружающие слишком часто находят множество раз­личных оправданий, прежде всего его нетрезвое со­стояние (что действительно бывает часто) и якобы неправильное поведение самой женщины. Поэтому и относятся к таким преступникам как к неудачливым шалунам.

Надо признать, что, несмотря на очевиднейшую аморальность и преступность изнасилования, находи­лись его защитники—конечно, из. числа самых без­нравственных людей. Например, небезызвестный мар­киз де Сад (от его фамилии выдающийся немецкий психиатр Р. Крафт-Эббинг образовал известное всему миру понятие «садизм») писал: «Перейдем к изнасило­ванию, наиболее вредному, как то может показаться с первого взгляда, из всех видов распутства, ведь наси­лие якобы наносит человеку оскорбление. Однако же совершенно ясно, что насилие, совершение которого, кстати говоря, доказывается редко и с великим тру­дом, наносит ближнему несравненно меньше вреда, нежели воровство, так как, воруя, мы присваиваем себе чужую собственность, а насилуя, мы такую собствен­ность только портим. Да и в чем, сверх того, обвините вы насильника, если тот ответит, что, в действитель­ности, совершенное им злодеяние представляется весьма невинным, поскольку он, злоупотребляя объектом страсти, всего-навсего ускорил приближение того состояния, в котором подобный объект непремен­но бы очутился, вступив в брак или отдавшись любов­ному чувству»¹.

С такими, как де Сад, в полемику не вступают. Приведем лишь еще одно его высказывание: «Неужели люди поверят в такую нелепость, будто бы любовное наслаждение с матерью, сестрой или дочерью следует, вообще говоря, считать преступлением»². Без коммен­тариев.

Не нужно забывать, что в периоды крупных со­циальных потрясений, в первую очередь войн, насилие над женщинами становится «привычным» делом наря­ду с ограблением и истреблением мирного населения.

Возвращаясь к «обычной» жизни, следует признать, что, к сожалению, в некоторых социальных слоях

¹ Маркиз де Сад. Философия в будуаре. Тереза-философ.— М., 1991.—С. 195.

² Там же.—С. 194.

138

представления о норме и патологии в сексуальном поведении довольно существенно расходятся с приня­тыми в цивилизованном обществе. Слишком рано при­общаясь к алкоголю и сексу, девочки из этих слоев начинают вступать в половые сношения в 12—13, а иногда даже в И лет, причем первый сексуальный опыт очень часто носит насильственный характер. Пе­чально, что их близкие воспринимают это довольно равнодушно, иногда родители даже разрешают своим 13—14-летним дочерям создавать некое отдаленное подобие семьи.

А. Б. Кошелкин, в течение ряда лет изучавший антиобщественные молодежные группы в городах По­волжья, установил, что эти группы в районах своего «господства» устанавливают собственные нормы по­ведения. В их число входит грубое принуждение не­совершеннолетних девушек к половым актам. Напри­мер, представитель такой группы мог подойти на улице к незнакомой, но приглянувшейся ему девушке и цинично предложить ей вступить с ним в половое сношение. В случае отказа она рискует быть избитой сразу или потом, стать объектом издевательства и оскорблений.

В названных молодежных объединениях сущест­вуют так называемые «общие девочки» — забитые, униженные, презираемые подростки, переходящие из рук в руки, иногда в течение одного вечера. При этом их согласия, естественно, никто не спрашивает и, по существу, над ними все время творится насилие, о котором становится известно очень редко. Попытки же этих несчастных созданий вырваться из ада, час­тично созданного их же руками, их слабоволием, податливостью, неумелыми поисками иной жизни и иной судьбы, часто заканчиваются новыми изде­вательствами, новым насилием.

Поэтому к статистическим данным о количестве тащтх преступлений, как изнасилование, надо отно­ситься с немалой долей скептицизма.

Тем не менее изнасилование—наиболее распро­страненное половое преступление. Его удельный вес среди других правонарушений на протяжении доволь­но длительного времени практически остается неиз­менным: по официальным статистическим данным и результатам выборочных исследований, изнасилова­ния составляют 90—95% половых преступлений.

139

Количество последних не превышает 2—3% от числа всех преступлений.

Если взять динамику изнасилований за 10 лет, мы обнаружим ее волнообразный характер, как, впро­чем, и всей насильственной преступности. Особенно сильно возросло количество изнасилований в 1989— 1990 гг.—и в бывшем СССР, и в России. В эти годы в России совершалось 14,5—15,5 тысячи такого рода преступлений.

Уровень изнасилований в городах и сельской мест­ности в пересчете на одно и то же число жителей и в абсолютном выражении почти равен. Это говорит об одинаковой интенсивности действия в городе и на селе всего комплекса явлений, обусловливающих совер­шение изнасилований. И там, и там остро стоит про­блема влияния на совершение изнасилований недостат­ков в проведении совместного досуга. В городе ниже доля изнасилований знакомых преступникам девушек и женщин, здесь чаще нападают на одиноких женщин.

Очевидна проблема «сезонности» совершения из­насилований: наблюдения показывают, что больше всего они имеют место с мая по сентябрь. Именно с теплым временем года уже давно связывают увеличе­ние количества названных преступлений, прежде всего имея в виду температуру воздуха, наличие зелени, возможность длительного пребывания на воздухе и в местах, где мало людей, и т. д. На наш взгляд, играют свою роль и некоторые биологические циклы у человека, влияющие на его сексуальную активность.

Немалая доля изнасилований происходит в квар­тирах, личных домах, общежитиях и на дачах. Понят­но, что незнакомых женщин насилуют чаще всего в об­щественных местах (на улицах, в парках, лесопосадках, подъездах и т. д.) в вечернее и ночное время. Именно такие преступления чаще заканчиваются убийствами и ограблениями жертв и представляют наибольшую опасность.

Общественная опасность изнасилований тем более велика, что среди их жертв немало несовершеннолет­них— 36,6%, по нашим выборочным данным. К таким подросткам можно присоединить немалую группу де­вочек и девушек, которые пострадали от развратных действий, не связанных с насилием. В целом можно сделать вывод о слабой защищенности несовершен­нолетних, которые в силу небольшого жизненного

140

опыта, беззащитности, доверчивости, иногда любо­пытства, любви к лакомствам, непонимания соверша­емых с ними действий довольно легко могут стать жертвами сексуальных преступников. Понятно, какие тяжкие последствия в этом случае наступают для их психики, здоровья, отношения к людям и всему миру, жизни в целом. В нашей стране отсутствует система социальной помощи несовершеннолетним, ставшим жертвами сексуального посягательства.

Вслед за изнасилованиями наиболее распростра­ненными сексуальными правонарушениями являются развратные действия в отношении несовершеннолет­них женского пола, насильственное мужеложство и развратные действия гомосексуального характера в отношении детей и подростков мужского пола. Ме­ньше всего выявляется таких преступлений, как по­нуждение женщины к вступлению в половую связь и половое сношение с лицом, не достигшим половой зрелости.