Нет никаких дезагрегированных по возрасту данных для молодых работников (в возрасте 15-24 лет), но имеющиеся данные для работников в возрасте 25-39 лет указывают на то, что вероятность их перехода с временных контрактов на постоянные снизилась в большинстве стран ЕС с 2011 года - довольно сильно в некоторых странах Балтии и Центральной Европы (Евростат, 2019). Более того, по данным Eurofound (2017), каждый пятый молодой работник, работающий по временному контракту, боится потерять работу в течение ближайших шести месяцев. Проблема временной занятости менее остро стоит в странах Восточной Европы и Центральной Азии, хотя это отчасти объясняется в целом менее строгим законодательством о защите занятости, которое стирает различие между постоянной и временной занятостью, маскируя тем самым вопросы обеспечения занятости.
2.3 Перспективы развития рынка труда в современных геополитических условиях
Бурная пандемия, вызванная чрезвычайно заразным вирусом COVID-19, вызвала беспрецедентные ограничения не только на передвижение людей, но и на ряд видов экономической деятельности, а также на объявление чрезвычайных ситуаций в большинстве стран Европы и Северной Америки. Растущий спрос на неотложную медицинскую помощь и рост числа погибших напрягают национальные системы здравоохранения. Пандемия разрушает глобальные цепочки поставок и международную торговлю. За последний месяц почти 100 стран закрыли национальные границы, движение людей и туристические потоки резко прекратились. Миллионы рабочих в этих странах сталкиваются с безрадостной перспективой потери работы.
Правительства рассматривают и внедряют большие пакеты стимулов, чтобы предотвратить резкий спад в их экономике, который потенциально может ввергнуть мировую экономику в глубокую рецессию. В худшем случае мировая экономика может сократиться на 0,9 %а в 2020 году.
Опасения по поводу экспоненциального распространения вируса - и растущая неопределенность в отношении эффективности различных мер сдерживания - всколыхнули финансовые рынки во всем мире, при этом волатильность рынка превысила свой пик во время глобального финансового кризиса, а рынки акций и цены на нефть упали до -летние минимумы.
Значительное снижение цен на активы и высокая волатильность финансового рынка будут влиять на реальную экономическую деятельность через кредитные и инвестиционные каналы. Более низкие цены на акции повысят соотношение долга к собственному капиталу фирм с высоким левереджем, ограничивая их доступ к кредитам и увеличивая вероятность дефолта и банкротств. Ужесточение условий кредитования может вынудить фирмы быстро сокращать кредитные ресурсы, усугубляя спад. Банки могут быть вынуждены сократить кредитование, усиливая давление на кредитном рынке. По мере роста дефолта по корпоративным и потребительским кредитам это также приведет к ухудшению банковских балансов, что еще больше ограничит возможности банков по предоставлению кредитов и усилит уязвимость внутренних банковских систем.
Растущие ограничения на передвижение людей и ограничения в Европе и Северной Америке сильно бьют по сектору услуг, особенно в отраслях, связанных с физическим взаимодействием, таких как розничная торговля, отдых и гостиничный бизнес, отдых и транспортные услуги. В совокупности они составляют более четверти всех рабочих мест в этих странах. Поскольку предприятия теряют доходы, безработица, вероятно, резко возрастет, трансформируя шок со стороны предложения в более широкий шок со стороны спроса для экономики.
Негативные последствия продолжительных ограничений экономической деятельности в развитых странах вскоре распространятся на развивающиеся страны по каналам торговли и инвестиций. Резкое снижение потребительских расходов в Европейском Союзе (ЕС) и США сократит импорт потребительских товаров из развивающихся стран. Кроме того, мировое производственное производство может значительно сократиться на фоне вероятных сбоев в глобальных цепочках поставок. В последние недели несколько автомобильных компаний объявили о крупномасштабном производстве подвесок в Европе и США. Многие компании во всем мире, особенно в автомобильной, бытовой электронике и телекоммуникационной отрасли, сталкиваются с нехваткой промежуточных компонентов, поскольку экспорт из Китая сокращался в годовом исчислении на 17,2% в первые два месяца года.
Развивающиеся страны с высокой степенью концентрации торговли в ЕС и США особенно уязвимы к спадам роста в этих двух странах (Рисунок 3). Например, почти 90 % экспорта из Кабо-Верде и Сан-Томе и Принсипи предназначено для Европы. Для Марокко и Туниса этот показатель превышает 60 %. Если спрос со стороны ЕС упадет, эти экономики будут страдать от значительных спадов. То же самое относится и к Доминиканской Республике, Гаити или Мексике, причем более половины их экспорта направляется в одну страну - Соединенные Штаты.
Пандемия также наносит удар по мировой туристической индустрии. Поскольку все большее число стран закрывают свои границы, поездки - как внутренние, так и международные - зашли в тупик. В феврале пассажиропоток в Китае сократился на 84,5 %а в годовом исчислении, в то время как в Шри-Ланке и Вьетнаме количество прибывающих туристов сократилось на две цифры по сравнению с февралем прошлого года. Более длительные ограничения на международные поездки могут серьезно навредить развивающимся странам, которые сильно зависят от туризма как источника валютных поступлений. На Багамах, Кабо-Верде, Мальдивах и Вануату на долю туризма приходится почти 20 % ВВП и почти 60% их валютных поступлений. Малые и средние предприятия (МСП) составляют 80 % мирового туристического сектора, в котором работает около 123 миллионов человек по всему миру. Многие зависящие от туризма страны в значительной степени зависят от туристов, прибывающих из определенной страны - например, из Соединенных Штатов - как в случае многих стран Карибского бассейна. В этих экономиках будет наблюдаться резкий рост уровня безработицы, что повлияет на уровень жизни низкоквалифицированных работников и более уязвимых слоев общества, которые зависят от доходов от отраслей, связанных с туризмом.
Недавний обвал мировых цен на сырьевые товары усугубляет мрачные финансовые перспективы многих стран-экспортеров, многие из которых еще не полностью оправились от последствий резкого снижения цен на сырьевые товары в 2014-2016 годах. Поскольку мировой спрос ослабевает на фоне растущих ограничений на поездки, цены на нефть упали до самого низкого уровня почти за два десятилетия. Производственные разногласия между Российской Федерацией и Саудовской Аравией усиливают неопределенность на мировом рынке нефти. Для многих не зависящих от нефти сырьевых экономик снижение связанных с сырьем доходов и обращение потоков капитала увеличивают вероятность возникновения долговых проблем. Особенно подвержены риску экспортеры товаров с высоким уровнем внешнего долга. Монголия, зависимая от сырьевых товаров экономика, 90% экспорта которой идет в Китай, имеет отношение внешнего долга к ВВП более 220 % ВВП. Республика Конго, Мавритания и Мозамбик - все зависимые от сырьевых товаров страны - имеют одинаково высокие уровни внешнего долга. Растущие долговые проблемы - и вероятность долгового кризиса - могут вынудить многие правительства резко сократить государственные расходы в то время, когда им необходимо увеличить расходы для сдерживания пандемии и поддержки потребления и инвестиций.
Ожидается, что до вспышки COVID-19 мировое производство в 2020 году будет расти умеренными темпами - на 2,5 %а в 2020 году, о чем сообщалось в «Мировом экономическом положении и перспективах на 2020 год» . Принимая во внимание быстро меняющиеся экономические условия, в модели мирового экономического прогнозирования ДЭСВ ООН были оценены наилучшие и наихудшие сценарии глобального роста в 2020 году.
В лучшем случае - с умеренным снижением частного потребления, инвестиций и экспорта и компенсацией увеличения государственных расходов в странах G-7 и Китае - глобальный рост упадет до 1,2% в 2020 году.
В наихудшем сценарии глобальный объем производства сократится на 0,9%, а не на 2,5% в 2020 году. Сценарий основан на шоках со стороны спроса различных масштабов в Китай, Японию, Республику Корея, США и ЕС, а также снижение цен на нефть на 50% по сравнению с нашей базовой отметкой в ??61 долл. США за баррель. Предполагается, что широкомасштабные ограничения на экономическую деятельность в ЕС и США продлятся до середины второго квартала. Глобальный рост может еще больше упасть, если ограничения на движение и экономическую деятельность в этих странах выйдут за пределы второго квартала. Мировая экономика сократилась на 1,7 %а во время мирового финансового кризиса в 2009 году.
Серьезность экономического воздействия будет в значительной степени зависеть от двух факторов: (1) длительности ограничений на передвижение людей и экономическую деятельность в основных экономиках; и (2) фактический размер и эффективность фискальных мер реагирования на кризис. Хорошо продуманный пакет налогово-бюджетных стимулов, расстановка приоритетов в расходах на здравоохранение для сдерживания распространения вируса и обеспечение поддержки доходов домохозяйств, наиболее затронутых пандемией, поможет свести к минимуму вероятность глубокого экономического спада.
Пандемия COVID-19 не только подавит экономический рост, но и негативно повлияет на устойчивое развитие в краткосрочной перспективе. В Африке вспышка вируса вызывает крайнюю обеспокоенность из-за хрупкости систем здравоохранения в странах и из-за того, что многие из этих стран уже сталкиваются с серьезными проблемами в области общественного здравоохранения, в частности малярией, корью, ВИЧ и туберкулезом. Во время вспышки лихорадки Эбола в 2014-16 годах многие случаи смерти были связаны с отвлечением ресурсов от других болезней. В Западной Азии пандемия может повлиять на гуманитарные действия международного сообщества в Ираке, Сирии и Йемене, где продолжающийся конфликт по-прежнему требует своевременного реагирования.
Пандемия также может подорвать усилия по искоренению нищеты. Паническая экономика, которая останавливается, ставит под угрозу занятость многих людей - либо в виде более низкого дохода, либо менее оплачиваемого рабочего времени, либо полной безработицы. Без немедленной государственной поддержки домохозяйства могут быстро попасть в нищету, полностью изменив прошлые достижения.
Пандемия будет иметь различное влияние на занятость и доходы даже в большинстве развитых стран. Факты свидетельствуют о том, что те, кто находится в нижней части распределения доходов, пострадают больше всего. Работники с низкими доходами, как правило, пользуются меньшей защитой на рынке труда - значительная их часть работает в неформальных секторах, где защита минимальна; и даже для тех, кто работает в формальных секторах, многим платят по часам, как правило, мало или вообще нет оплачиваемого отпуска по болезни. Кроме того, значительная доля работников с низкими доходами занята в отраслях, наиболее подверженных пандемии, таких как розничные продажи и предприятия общественного питания, которые требуют непосредственной физической близости с другими. В случае США более четверти рабочих мест требуют, чтобы работники работали на расстоянии вытянутой руки от других, и подавляющее большинство из них - это рабочие места с более низкой заработной платой. К сожалению, сочетание плохой защиты рынка труда и тесной физической близости с другими означает, что пандемии несоразмерно пострадали работники с более низкой заработной платой с точки зрения как экономических последствий, так и последствий для здоровья. Порочный круг между низким социально-экономическим статусом и высоким риском для здоровья может усугубить высокий уровень неравенства в доходах во многих странах.
Пандемия также проливает свет на другие аспекты неравенства. Это может привести к гендерным последствиям, поскольку женщины, как правило, составляют большинство работников здравоохранения и социальных служб, которые в большей степени подвержены инфекции. Закрытие школ также делает цифровой разрыв более заметным. Учащиеся, находящиеся не на той стороне пропасти, не могут в полной мере воспользоваться преимуществами дистанционного обучения. Цифровой разрыв может перерасти в образовательный разрыв с возможными долгосрочными последствиями.
Пандемия COVID-19, оказывающая пагубное влияние на благосостояние людей, усугубляет глубокую экономическую тревогу, вызванную более медленным ростом и неравенством, которое испытывают люди во всем мире. Даже во многих странах с высоким уровнем дохода значительная часть населения не имеет достаточных финансовых средств, чтобы жить за национальной чертой бедности в течение трех месяцев, что заставляет многих опасаться за свою экономическую безопасность. В сильно пострадавших Италии и Испании примерно 27% и 40% населения, соответственно, не имеют достаточных сбережений, чтобы позволить себе не работать более трех месяцев, даже если они живут только за чертой бедности. ; и это число является тревожным 39 %ов для среднего показателя по ОЭСР. В Соединенных Штатах, почти 40 %ов домохозяйств не могут заплатить за непредвиденные расходы в размере 400 долларов, не занимая или продавая часть своих активов. Длительные ограничения на экономическую деятельность - а также риск потери рабочих мест и доходов - усугубят повсеместную экономическую нестабильность и еще больше подорвут и без того снижающееся общественное доверие к институтам, включая многосторонние организации. Низкое доверие общественности может подорвать усилия правительств по быстрому сдерживанию распространения вируса, усиливая чувство экономической нестабильности среди значительной части населения.
В ответ на растущую чрезвычайную ситуацию в области здравоохранения и быстро ухудшающиеся экономические перспективы национальные органы власти и многосторонние организации во всем мире рассматривают беспрецедентные политические меры. Центральные банки в развитых и развивающихся странах предприняли активные действия, чтобы помочь предотвратить кризис, снизив процентные, введя ликвидность и предоставив экстренное финансирование фирмам и домашним хозяйствам. Со времени начала кризиса около 60 различных монетарных властей снизили свои ставки, часто на экстренные заседания. Федеральный резервный банк США (ФРС) снизил свою целевую ставку на 150 базисных пунктов до 0,0-0,25 %, а Банк Англии снизил ее ставку на 50 базисных пунктов до 0,25 %. Центральные банки развивающихся рынков, особенно в Восточной Азии, Западной Азии и Латинской Америке, также осуществили снижение ставок.