Дипломная (вкр): Анализ творческой деятельности А. Блока

2.2 «Действо о Теофиле»: сопоставительный анализ старо-французского оригинала Рютбёфа и перевода А. Блока

Для того, чтобы приступить к рассмотрению перевода А. Блоком миракля о Теофиле, обратимся к самому понятию перевода с научной точки зрения.

По мысли Поля Рикёра, «понимать − значит переводить», то есть изучать и осваивать чужое, избавляясь от «чуждости» в процессе такого взаимодействия. Основным движущим средством и механизмом диалога культур, в таком случае, является перевод.

Традиционный смысл перевода в лингвистическом понимании заключается в передаче одного текста средствами другого языка. В действительности же это более широкое понятие − «герменевтический акт», как об этом пишет А.И. Жеребин в своей статье «Проблема перевода в герменевтическом освещении». И от этого акта зависит вся история общества.

Автор статьи также рассматривает перевод, как фундаментальную проблему науки культурологии. По мнению исследователя, в России на данный момент широкий взгляд на эту проблему основан на достаточно хорошо развитой традиции рассмотрения литератур и культур разных наций со сравнительно-исторической точки зрения. Однако он добавляет, что пока это не осознается, как отдельное направление, обладающее своими особенностями. Тем не менее, уже началось освоение в этом аспекте опыта зарубежной науки. На данный момент наблюдается зарождение новой области знаний гуманитарных наук − «translation studies». Так, взаимодействие и связь разных литературных традиций становится частным случаем языковой практики переводов, и это явление регулирует социальные коммуникации.

Известны три основных типа, на которые подразделяются переводы: дословный, эквивалентный и вольный. Названия их говорят сами за себя: в дословном автор старается максимально точно перевести каждую лексему, что может идти в ущерб художественности и стилю (а в стихах −и рифме), в вольном переводчик, напротив, уделяет больше внимания форме, а содержание может сильно отличаться от исходного текста; и, наконец, в эквивалентном автор старается соблюсти некий баланс − не дать тексту потерять основного смысла, но в то же время не буквально и дословно переводить каждое слово, а подбирать эквиваленты, более подходящие культуре народа, на чей язык переводится произведение.

Цели переводчиков в обращении к тем или иным текстам для работы могут быть совершенно разными. В частности, перевод можно рассматривать, как средство субъективного выражения изображаемой эпохи, на чем мы и сделаем уклон в наших рассуждениях ниже.

В 1907 году А. Блок впервые серьезно занялся материалом, связанным с эпохой Средних веков во Франции. Поэт перевел миракль «Действо о Теофиле» французского поэта Рютбёфа для Старинного театра Н.Н. Евреинова и Н.В. фон дер Остен-Дризена.

А. Блок подошел к работе со всей тщательностью. Кроме самого текста, он представил и «Предисловие», в нём передана история самого Теофиля. Этот персонаж являлся реальным историческим лицом, он был «экономом» в некой церкви в Киликии примерно в 538 году. Его история была не раз обработана в Средневековье. Е.Г. Эткинд в своей статье «Французское средневековье в творчестве Александра Блока» задается вопросом, почему поэт выбрал именно этот текст для перевода, полагая, что главной причиной был далеко не заказ этой работы Н.В. Дризеном. Дело в том, что многие издатели предлагали поэту выгодные заказы, но чаще всего их попытки не завершались успехом. Е.Г. Экинд полагает, что А. Блок брался лишь за ту работу, которая соответствовала его внутреннему миру и потребностям. Исследователь приводит несколько предположений, почему миракль заинтересовал поэта.

В частности, это случилось потому, что «Действо о Теофиле» - вполне типичный текст эпохи Средних веков и искусства того времени, так как в нём показан вечный конфликт между силами добра и зла через образ Богородицы (а этот аспект еще более усиливал интерес А. Блока, в то время находившегося под большим влиянием соловьевской философии, идей о Вечной Женственности и Прекрасной Даме) и Дьявола, противостоящих друг другу в борьбе за душу человека. Напомним, что спасение кающегося грешника - монаха Теофиля - было одним из наиболее известных чудес Богородицы.

Следующей возможной причиной пристального внимания поэта к работе над мираклем Е.Г. Эткинд считает интерес А. Блока к наивному, простейшему аллегоризму текста, его достаточной абстрактности, а значит, добавим мы, нахождением его словно вне времени и универсальности - чертами, которыми так старательно хотел наградить поэт драму «Роза и Крест».

Наконец, еще одной чертой, которая, по мнению Е.Г. Эткинда, возможно привлекла А. Блока в этом средневековом тексте, было интересовавшее его в искусстве той эпохи соединение противоположностей, в частности, соединение набожности и скоморошества. В тексте «Действа о Теофиле» соединены религиозность, спиритуализм с достоверной действительностью, происходящей вокруг, её деталями.

В рамках нашего исследования нам необходимо понять, как А. Блок подошел к работе над этим материалом, как выполнен его перевод: насколько близок он к тексту оригинала; с чем связаны случаи вольного перевода или отступление от подлинника, то с чем это связано и какова их функция.

Для анализа перевода А. Блока нам помогут статья Е.Г. Эткинда, указанная выше, статья И.А. Ревякиной «Перевод «Действа о Теофиле»: история текста и его цензурное искажение».

Е.Г. Эткинд в своей работе уделил внимание стилистическому аспекту перевода миракля, работая с французским текстом и каноническим переводом А. Блока. И.А. Ревякина же главным образом обращает внимание на искажения оригинального текста, которые пришлось сделать под влиянием цензуры, работает она с двумя вариантами перевода: изначальным, т.е. черновым, и цензурным. Также ею обращается внимание на попытку А. Блока, спустя немного времени, вернуть произведению исходные черты, заданные Рютбёфом.

А. Блок переводил миракль, пользуясь редкой книгой Michel et Monmerqué. Théàtre français au Moyen âge (XI-XIVs.). Paris, 1839. Chez Delloye éditeur et Firmin Didot. Книга была билингвальной, так как в ней содержался как старофранцузский, так и современный французский тексты. Поэт работал с прозаическим переводом на современный язык.

Некоторые современные А. Блоку рецензенты отмечали удачность проделанной им работы, однако наравне с положительными отзывами сразу после выхода спектакля обсуждалось и вмешательство цензуры, наложившее на текст большой отпечаток. В частности, Л.Я. Гуревич выразила мысль о том, что перевод «Действа о Теофиле» обесцветил текст оригинал. Подобные отзывы влияли на то, как поэт оценивал проделанную им работу.

Обозначим основные изменения в тексте оригинала А. Блоком до попытки вернуть мираклю исходный смысл:

·        «вырезаются» из текста все связанные с религией и Богом понятия, понятие «Бог» отсутствует, он заменен на некого абстрактного «хозяина»;

·        средневековая Мадонна трансформируется в такого же абстрактного «Светлого Духа»;

·        «выброшена» практически вся молитва Теофиля к Мадонне;

·        епископа заменен на «кардинала»;

Таким образом, мы видим, что работа над текстом под влиянием цензуры отняла у оригинала основной смысл, его «сердце», так как А. Блок был вынужден смягчить богоборческие реплики главного героя. Французский средневековый поэт Рютбёф желал передать в своем тексте истинное покаяние человека, совершившего один из самых страшных грехов (отречение от Бога), но пришедшего просить защиты у самой Богородицы, а также показать истинное чудо прощения Мадонной этого грешника. Замена же Бога на «кардинала» и вырезание большей части молитвы Теофиля сводит сюжет к раскаянию корыстного «эконома» церкви в нечестивых мыслях и поступках и возвращение его на службу, так как в новом варианте изменились масштабы проступка и прощения главного героя миракля. Помня о важности для А. Блока мифа о Прекрасной Даме, можно представить, как тяжело, возможно, далась поэту эта вынужденная цензурная замена Богородицы на Светлого Духа. В отмеченном выше отзыве Л.Я. Гуревич содержалась и её мысль о том, что пьеса была освещена вовсе однобоко, чему способствовали потеря религиозной окраски в переводе, выступление на первое место «наивной угловатости», юмористических черт, потеря глубоких внутренних мотивов оригинала.

Именно поэтому поэт пытался переписать перевод «Действа о Теофиле» в дальнейшем, как на это указывает исследователь И.А. Ревякина. А. Блок действительно хотел вернуть тексту изначальный смысл. Это подчеркивает важность для него отстаивания и сохранения темы Вечной Женственности, а также средневековой амбивалентности изображаемого: смешения высшего, религиозно-спиритуалистического и низкого, бытового, земного планов.

По мысли И.А. Ревякиной, текст перевода, исходя из числа стихов, изначально был полным, без сокращений. Все особенности, присущие стихотворному тексту (рифма, ритм строфика), были сформированы еще в черновике. Цензурные изменения были введены также еще в черновые наброски, они были надписаны над текстом карандашом. Важно, что изначально в черновике А. Блок ввел фигуру Всевышнего, на которого негодует Теофиль, что сохраняло тему богоборчества, присутствующую в средневековом тексте. Однако цензура вынудила его изменить этот текст.

В ноябре 1909г. поэт написал в редакцию журнала «Новое слово» с предложением напечатать «Действо о Теофиле», вскоре миракль появился в газете «Слово». Основные изменения в тексте тогда касались обозначения Мадонны вместо прошлого варианта «Светлый Дух» и полный текст покаянной молитвы героя к ней. Следующая попытка вновь послать миракль на печать в 1911 году не увенчалась успехом: сборник «Стожары», для которого А. Блок выслал редактору текст, не состоялся.

В итоге «Действо» напечатали впервые в альманахе «Стрелец», в первом его сборнике в 1915г. Тот текст содержал частичное устранение влияний цензуры. Затем миракль выходил еще через год, в 1916 году в сборнике «Театр».

Для того, чтобы внимательнее рассмотреть, как А. Блок передал историю средневекового «эконома» церкви в своем переводе, приступим к самостоятельному сравнительному анализу этих текстов.

Возьмем в качестве примера самое начало миракля, где Теофиль начинает свою богоборческую речь, для сравнения приведем здесь текст оригинала, раннюю редакцию А. Блока и окончательный вариант.

Таблица 1

Помимо упомянутой замены Бога на господина, а епископа на кардинала, отметим некоторые стилистические и лексические различия переводов. В обоих вариантах А. Блок опускает крик отчаяния Теофиля, с которого начинается его пассаж, обращенный к Всевышнему. Восклицания «Ahi! Ahi!» в старофранцузском варианте поэт опустил. Это междометие точнее всего перевести на русский словом «Увы!», и его отсутствие делает речь Теофиля менее трагичной, так как снижается экспрессия. Кроме того, сразу после данного междометия в тексте оригинала звучит обращение к Богу, сопровожденное эпитетом «Diex, rois de gloire», что можно перевести как «Господь Всемогущий». А. Блок тоже его опускает, оставив только номинацию: «Господь и Бог», а в цензурном варианте - «Мой господин», что снова немного снижает экспрессивность его обращения.

С другой стороны, А. Блок добавляет в обоих вариантах лексему «мольба», хотя в оригинальном тексте её не было. Фраза блоковского героя «В своей мольбе / Я столько помнил о тебе!» смягчает настроенность Теофиля против «хозяина», чем героя Рютбёфа против Бога, ведь он молился и помнил его.

В старо-французском тексте Теофиль говорит о том, что Бога он «столько хранил в своей памяти», что теперь всё растратил, подарил бедным. Упоминание о бедных также опущено у А. Блока, и здесь сложно судить о причине такого изменения оригинала. Возможно, поэт хотел стереть из текста некоторые поступки Теофиля, которые можно истолковать как положительные. «Все роздал, раздарил, что мог» звучит заметно менее эффектно (словно герой беспечно все потратил), чем «Et tout ai aus povres tendu» («всё отдал бедным»). Отметим, что в этой фразе окончательный цензурный вариант даже ближе к оригиналу, чем черновой, так как А. Блок заменил лексему «думал» на дословный перевод «помнил о тебе» («gardé en mémoire»)

Далее, в оригинальном тексте не упоминается «король», появившийся в переводе: фраза о епископе, сделавшего ему мат, заканчивается тем, что он оставил Теофиля «совсем одного», ни с чем, и ему не остается ничего, кроме как умереть от голода, если он не раздаст свои вещи, чтобы добыть себе хлеб насущный. А. Блок облекает этот пассаж в более бытовые и реалистичные детали: «Подрясник свой к ростовщикам / Снесу, иль жизни я лишусь». Вероятно, здесь поэт также хотел снизить выразительность, общий эмоциональный дух посыла Теофиля, сделать его более приземленным и реалистическим. В остальном в этом отрывке А. Блок в целом следует оригинальному средневековому тексту.

Рассмотрим также окончание этой длинной речи Теофиля, в оригинале обращенной к Богу.

В средневековом варианте Рютбёфа Теофиль причитает о том, как хотел бы он попробовать найти Бога, достать до него и сражаться против него. И он бы тогда заставил его дрожать:

«Se or pooie a lui tancier,

Et comatrё et escremir,char li feroie fremir»

В варианте А. Блока Теофиль не говорит так смело и резко, напрямую, что именно он сам хотел бы пойти и сражаться:

«Ах! Славный бы провел денек,

Кто подстеречь его бы мог,

Побить, посечь, пообтесать!

Да только − как его достать? […]

Эх, если б только удалось,

Ему бы солоно пришлось!

А он, блаженный, в высоте,

Моей смеется нищете»

Это, казалось бы, небольшое изменение смысла меняет восприятие образа Теофиля. А. Блок сильно смягчает его реплики, теперь герой не так решительно настроен. Он выглядит скорее сильно обиженным, но не до такой степени озлобленным, как это звучит у Рютбёфа.

Посмотрим его речь далее:

«Je n’oserai nului veoir,

Entre gent ne devrai seoir,l’en m’i mousterroit au doi.ne sai je que fere doi:m’a bien Diex servi de guile!»

Теофиль у Рютбёфа говорит о том, что он более не осмелится никого видеть и не сможет больше сесть среди других людей, потому что на него будут показывать пальцем. Герой не знает, что дальше делать: Бог над ним хорошо посмеялся! Действительно, исходя из этой реплики, он находится в тупике, не зная, как жить дальше в таком положении, не имея возможности нормально находиться в обществе.

Посмотрим, как передал эти слова А. Блок:

«Смотри, что слух пойдет − скандал!

Меня прогонят от людей,

Запрут, не пустят к ним, ей-ей,

Укажет пальцем, скажет: «Вот,

Гляди, как Бог с ним поступил»

На наш взгляд, здесь проступает совсем иной посыл героя: если у Рютбёфа он сам не может себе позволить показываться людям на глаза от стыда, то у А. Блока он боится, что его прогонят другие, более того, даже запрут и не пустят к людям. Это делает блоковского героя более пассивным и вновь снижает его эмоциональность и резкость высказываний. Примечательно, что поэт именно в этих строках сохранил упоминание Бога, но, если у французского автора герой высказывается более резко (Бог над ним подшутил, можно сказать - поиздевался), то в блоковском переводе слова его более нейтральны.

Е.Г. Эткинд, рассмотрев в своей статье некоторые пассажи Теофиля у Рютбёфа и А. Блока также отметил, что блоковский текст несколько смягчен. Исследователь объясняет это отсутствием фигур Бога и Богородицы в переведенном тексте. Однако, на наш взгляд, обращения героя к Светлому Духу и хозяину могли остаться не менее экспрессивными, тем не менее, поэт выравнивает их тон, делает реплики менее язвительными и поражающими адресата.

Рассмотрим также ключевой момент всего текста: молитву Теофиля Мадонне, являющуюся кульминацией всего произведения и передающую нам искреннее раскаяние героя.

Мы считаем, что текст А. Блока отличается здесь от оригинала по нескольким параметрам. Отчасти это выражается в степени глубины раскаяния Теофиля, масштабе его отчаянной и в то же время наполненной верой молитвы. Если в первоначальных репликах героя, открывающих текст миракля, были смягчены его экспрессивные и грубые богоборческие пассажи, то здесь поэт смягчил всю силу и степень раскаяния грешника, тем самым отчасти уменьшив её.