86
Ключевые термины
общепринятые: канон, канонизация, принцип относительности,
принцип дополнительности, порядок
авторские (Ф.В.Лазарева): интервал, интервальная концепция,
интервал абстракции, интервальная ситуация
Представление интервальных позиций, развиваемых Ф.В.
Лазаревым, целесообразно предварить кратким рассмотрением ситуации деканонизации, проявляющейся в настоящее время не только в философии, но и в других культурных сферах.
Оправданность задания подобного направления размышлений обусловлена тем, что есть основания предположить одним из следствий принятия интервального подхода обнаружение механизма,
обеспечивающего связность культурного пространства. Отмеченный механизм приходит на смену столетия функционирующему в европейской культуре механизму канонизации.
Дивергенция познавательных канонов
В современных философских текстах можно встретить выражение
познавательный канон (к примеру, в работах А.Д. Шоркина, Е.К.
Быстрицкого). Отмеченное словосочетание естественно рассматривать как некоторую философскую метафору,
обнаруживающую общекультурные конвергентные тенденции,
проявляющиеся, например, в том, что специальные термины начинают свое существование в новых, непривычных контекстах.
Традиционное употребление термина канон характерно для сферы религиозных практик и искусствоведения. Слово канон происходит от греческого kanōn – норма, правило, которое происходит от еще более раннего греческого термина kanna, означающего прямую палку,
входившую в устройство ткацких станков и служащую для измерения
[4]. Новый семантический уровень отмеченного термина был задан греческим скульптором Поликлетом (V век д.н.э.), зафиксировавшим в своем тексте «Канон» эстетический статус этого термина. В
средневековье слово канон стало широко использоваться в сфере религиозного культа. Канонизации подвергались иконографическая,
космогоническая системы.
87
Как отмечает С.В. Зотов в работе «Каноны как константная субстанция национальных культур» [4], канонизацию следует рассматривать как естественный и необходимый процесс существования культуры. Благодаря наличию канонов культура обретает определенную устойчивость. Но на разных этапах культурного развития меняется роль и значение культурных канонов.
На стадии зрелости культуры имеет место последовательная замена одного познавательного канона другим, реализуется линейная модель
смены познавательных канонов. Закат культуры отмечается определенным каноническим плюрализмом, или дивергенцией канонов,
каноны теряют свою жесткую нормативность.
ВСоветском энциклопедическом словаре термин канон, толкуемый,
впервую очередь, как свод положений, имеющих догматический характер имеет ряд дополнительных значений, а именно:
1) библейский канон – совокупность книг Библии, признаваемых церковью «боговдохновенными», применяемых в богослужении в качестве «священного писания»;
2) церковный канон – правила в области догматики культа,
организации церкви, возведенные христианской церковью в закон [9,
с. 537].
Осмысление приведенных значений термина приводит к мысли о том, что отдельные этапы развития философии также отмечены некоторой канонизацией тех или иных учений. Можно говорить о
познавательных канонах Аристотеля, Декарта, Канта, Гегеля… Каждый из отмеченных канонов выступает в роли идейного и методологического норматива, направляющего развитие философской и, отчасти, научной мысли.
Интересно заметить, что термин канон имеет еще одно значение, а
именно – обозначает жанровую форму литургической поэзии, «вид церковной поэмы-гимна сложной конструкции. В VIII веке канон пришел на смену кондаку. В церковной музыке словом канон
обозначается многоголосная музыкальная форма, «основанная на строгой имитации – проведении во всех голосах той же мелодии, в
каждом последующем голосе вступающей до того, как она закончилась в предыдущем» [9, с. 537].
88
Канон связан с многоголосым развитием одной и той же темы, в то время как кондак, как жанр ранневизантийской поэзии,
характеризуется наличием рефрена и акростиха, а также
«диалогической драматизации повествования» [9, с. 616].
Если переосмыслить сказанное о каноне и кондаке, то можно получить достаточно интересные заключения.
Кондак, как ранняя форма византийской поэзии (впоследствии – церковной поэзии), в чем-то напоминает особенности оформления античной философской мысли с ее подчеркнутой диалогичностью,
становящейся основанием для формирования связности общего пространства философских размышлений. Кондак ориентирован на
неразрывность целого, что проявляется и диалогичностью, и
наличием акростиха. Что же касается канона, то в этой новой форме,
следующей за кондаком, подчеркиваются иные функциональные акценты. Во-первых, канон выполняет функцию упорядочивания
текстов. Во-вторых, в каноне имеет место выделение той или иной темы и ее разноголосое повторение. Тема уже никак не исчерпывает
целого, а лишь представляет его. Таким образом, термин канон, с
одной стороны, обозначает стремление к целостности путем упорядочивания отдельных проявлений целого, с другой – в
сформированной целостности подчеркивается одна из тем путем создания множества ее разноголосых вариаций.
Смена кондака на канон в церковном песнопении созвучна тем изменениям, которые чуть позже обнаружили себя и в философии.
Попытки построить истинную философскую систему, столь характерные для европейской философской традиции начиная с Нового времени, в чем-то являются манифестацией пути деструкции общего пространства развития философской мысли, пренебрежением отдельных, не столь фундаментальных философских построений.
Выражение познавательный канон действительно допустимо применять по отношению к складывающимся в философии традициям, начиная с конца средневековья и приблизительно до середины ХIХ века. В этот культурный период обнаруживается доминирование отдельных гносеологических систем с их многочисленными толкованиями, переосмыслениями, которые в своем единстве формируют некоторые познавательные нормы.
89
ХХ век вполне возможно назвать веком деканонизации. Следствием распространения атеистических идей стало крушение традиционных культурных устоев. Отрицание жестких культурных нормативов первоначально вызвало ощущение разложения всей культурной целостности. Низвержение старых социальных систем сопровождалось возникновением авторитарных культурных форм,
искусственно насаждавших жесткие идеологические ориентиры. Но и эти формы исторически оказались отвергнутыми. Интересно то, что при этом общекультурное пространство не взорвалось, из чего можно предположить существование особых механизмов, пришедших на смену традиционным способам культурного нормирования. Эти механизмы и в настоящее время выполняют функцию поддержания связности общекультурного пространства. Поиски подобных механизмов представляют чрезвычайно интересную и важную культурологическую задачу, особенно если учесть, что современное культурное сообщество все еще находится в состоянии страха по поводу того, что роковая точка максимального культурного напряжения еще не преодолена и сохраняется вероятность скатывания в культурное небытие.
Ф.В. Лазарев отмечает, что «в ХХ веке дивергенция философских концепций достигает своего крайнего выражения. Сегодня философы все реже объединяются под знаменами общих «измов», сегодня каждый предлагает свой собственный «изм»» [6]. В складывающейся ситуации все отчетливее возникает вопрос: что же противостоит дивергентным тенденциям, поддерживая связность пространства культуры и, в том числе, пространства философской мысли? Поиску ответов на поставленный вопрос способствует рассмотрение идей
интервальной антропологии, развиваемых Ф.В. Лазаревым.
Первые разработки интервальной антропологии (или – интервальной исследовательской программы) были предприняты Ф.В.
Лазаревым еще в период обучения на философском факультете МГУ в
1959 году. В 1971 году им была опубликована работа «О природе научных абстракций», в которой интервальный подход был применен по отношению к проблемам теории познания. Распространение интервальных идей имело место в целом ряде публикаций, часть из которых была выполнена в соавторстве с М.М. Новоселовым.
90
Освещению идей интервальной методологии посвящалась работа нескольких симпозиумов, конференций, проводившихся в Крыму в Таврическом национальном университете им. В.И. Вернадского.
Проблемы, стимулирующие возникновение интервальной
методологии
Осмысление основных положений интервальной методологии позволяет обнаружить, по крайней мере, две фундаментальные проблемы, стимулировавшие ее появление.
Проблема плюрализма философских подходов
Первая проблема связана с формированием отношения к целому ряду фундаментальных вопросов, возникших перед современным философским сообществом. Некоторые из отмеченных вопросов могут быть сформулированы следующим образом:
1.Правомерны ли претензии на истинность философского знания?
2.Какую философию следует считать истинной?
3.Как должны соотноситься новые философские системы с теми,
которые уже признаны философской классикой? 4. Каковы границы философского плюрализма?
Ф.В. Лазарев отмечает существование в философии двух тенденций: аналитической, представленной, к примеру, творчеством Д. Беркли, Д. Юма, И. Канта и синтетической, развиваемой Г.
Гегелем, Н. Гартманом и др. Лазарев предполагает, что любой философ в своем творчестве тяготеет к реализации либо
синтетического, либо аналитического подхода. Синтетический подход направлен на объединение, систематизацию в рамках единых оснований наиболее важных накоплений философской мысли.
Метатеоретические, а в более широком смысле – метапостроения
являются примерами синтетических философских конструкций. Для реализации синтетических подходов плюрализм философской мысли является необходимой питательной средой, дающей возможность осуществления обобщающего синтеза. Что же касается подхода
аналитического, то он являет собой совершенно иную когнитивную стратегию, направленную на детальное рассмотрение той или иной
части целого.