96
Продумывание представленных постулатов, опять же, порождает целый ряд вопросов. Самый фундаментальный вопрос имеет онтологический характер: что есть «уровень», или «срез реальности»? Вопросы следующие: не закладывает ли допустимость
«специфичных онтологий», характерных для различных интервалов,
основание для потенциально возможных взрывов многомерной разномасштабной структуры универсума или ее изначальной принципиальной несвязности? Существуют ли границы онтологической относительности? Что гарантирует связность разномасштабной структуры универсума? Хотелось бы, чтобы эти и все предыдущие вопросы в той или иной мере задавали направления будущим дискуссиям по поводу интервальной концепции, являющей собой чрезвычайно интересный гносеологический подход.
Представления о человеке и о мире
Определенным итогом любой философской концепции является формирование некоторой картины мира или отдельных ее фрагментов. В этой картине всегда наиболее интересным оказывается рассмотрение места человека, обнаружение той особой роли, которая ему отводится тем или иным философом.
Главные характеристики человека интервальной концепции – это
двухплановость и многомерность.
Двухплановость человека, по Лазареву, следует понимать как его способность существовать в глобальном и локальном. Глобальное существование (или глобальное бытие) противостоит локальной экзистенции, существованию в конкретных обстоятельствах.
Способность человека к глобальному существованию дает возможность обозрения бытия локального и, соответственно,
способность переживания надинтервальных смыслов. Локальное бытие предполагает допустимость пребывания в различных интервалах. Лазарев пишет: человек «никогда не закреплен намертво ни с одним из конкретных контекстов, интервалов» [5, с. 39].
Континуум интервалов присутствия человека и образует то, что в философии принято называть жизненным миром субъекта [5, с. 75].
Многоинтервальность человеческого бытия становится основанием для введения представлений о многомерности. Лазарев отмечает: «В
97
рамках интервального учения человек рассматривается как многомерный и многоуровневый феномен. Ни одна отдельно взятая концепция, имеющаяся в истории философской мысли, не может признаваться в качестве универсальной» [5, с. 34].
Мир человека, по Лазареву, – интервален. При этом
«интервальность как свойство мира противостоит тотальности как целостности, нерасчлененности и полноте бытия» [5, с. 88].
Интервальный мир можно представить как некоторую ячеечную структуру, способную распадаться на «иерархизированное множество отдельных реалий, актуальных и возможных миров»[6]. Таким образом, многомерный интервальный мир и, соответственно, его картины – иерархизированы. К сожалению, из текстов автора интервальной концепции не совсем понятно, каким образом соответствующая иерархизированность реализуется.
Лазарев отмечает не только иерахизированность картины мира человеческого бытия, но и ее голографичность: «отдельные картины отнюдь не сливаются в каком-то одном обобщенном полотне, а
образуют сложно иерархизированную «голографическую модель»» [5,
с. 35].
Новый уровень представлений о порядке
Определенным образом зафиксированные представления о порядке
являются обязательным условием существования любой картины мира, сформированной на основании той или иной концепции.
Справедливость сказанного кажется настолько очевидной, что не возникает необходимости в приведении специальных доказательств по этому поводу.
Любая концепция, теория уже самим фактом своего существования выражает тот или иной порядок. Но если порядок в теории обнаружить просто, для этого достаточно обратить внимание на постулаты, принципы, законы, правила, терминологический аппарат,
эту теорию представляющий, то зафиксировать порядок,
представленный в концепциях, бывает значительно сложнее. Поэтому столь важно отследить точку зрения автора, концепцию разрабатывающего, на заложенные в развиваемом подходе представления о порядке.
98
Ф.В. Лазарев отмечает, что если интервальная концепция познания верна, то в общей картине мира следует отказаться от привычного
«идеала порядка»: «В общем случае, мы не можем говорить об
“интервальной реальности” как упорядоченной структуре в математическом смысле термина “порядок”. Если же мы хотим сохранить термин “структура”, то с большой вероятностью следует ожидать структуру с “испорченным порядком”. Пользоваться для её характеристики такими понятиями, как “иерархичность”, “симметрия” и пр., придётся с большой осторожностью. Интервальная структура,
вообще говоря, не моделируется кристаллической решёткой, хотя в локальной области порядок, конечно, возможен» [6].
При анализе приведенного фрагмента возникает желание прояснить ключевые термины, с помощью которых автор размышляет о порядке.
Согласно толковому словарю В. Даля, сам термин порядок означает
«совокупность предметов, стоящих по ряду, рядом, рядком, вряд,
сподряд, не вразброс, не враскид, а один за другим; ряд, линия,
шеренга, строй». То есть термин порядок имеет ярко выраженный смысловой акцент на линейности, линейном рядоположении. Что же касается термина структура, то его происхождение связано с латинским словом, означающим устройство, строение, состав,
строй, склад. Следовательно, термином структура подчеркивается идея устройства и обнаруживается возможность фиксации порядка уже не только линейного. Именно поэтому при размышлениях о
многомерности использование термина порядок кажется не совсем корректным. Скорее, речь следует вести об определенной структуре.
В этой связи достаточно понятна мысль Ф.В. Лазарева о том, что необходимо отказаться от старых идеалов порядка. Немного скорректировать смысловую нагрузку термина действительно можно использованием словосочетания ближний порядок, подчеркивая этим наличие определенного локального порядка, существующего уже не только в одном измерении. И все же, для исследования многомерных процессов более эффективным кажется употребление слова
структура.
С термином структура Ф.В. Лазарев совершенно естественно связывает термины иерархия и симметрия, отмечая, что оперирование ими в каждом конкретном случае требует специальных прояснений.
99
На основании отмеченного можно заключить, что любая познавательная концепция предполагает существование специальным образом зафиксированных с помощью терминов порядок, симметрия,
иерархия и пр. представлений о структуре исследуемых реальностей.
Что же касается интервальной концепции, то Ф.В. Лазарев подчеркивает, что интервальный подход в понимании порядка
оказывается «в общем круге идей, провозглашённых синергетикой».
Следовательно, представления о порядке, структуре, симметрии,
иерархии в интервальной методологии во много определяются развитием соответствующих представлений в рамках синергетической традиции.
Для более глубокого проникновения в суть интервального подхода целесообразно подробнее исследовать смысловую нагрузку ключевых терминов интервальной методологии.
Интервал
Главным термином, с помощью которого Ф.В.Лазарев развивает
интервальный подход, является, естественно, интервал.
По Лазареву, «интервал, подобно монаде Лейбница, это такая познавательная позиция, из которой открывается вид на мир в целом,
хотя и в одной единственной проекции» [5, с. 92]. С помощью интервалов происходит локализация познавательных подходов.
Пространство познания обретает некоторую интервальную организованность.
Введение представлений об интервале дает возможность зафиксировать точку зрения в отношении целого. Само целое обретает
многомерность, обнаруживающуюся в результате существования множества интервалов, взятых в некотором единстве.
Соответствующее единство мыслится Лазаревым как «многомерная система соподчиненных и разноуровневых интервалов» [5, с. 32].
Множество познавательных интервалов формирует некую многомерную когнитивную среду, в которой и развертывается бытие человека. «Интервальная структура реальности, в которую вписано существование индивида, представляет собой некий стабильный каркас универсума» [5, с. 38]. В этом многомерном образовании человек имеет возможность реализовать свободу выбора. Лазарев
100
пишет: «Сущность человеческой свободы коренится в многовариантности, в способности индивида – благодаря интеллекту,
интуиции и воле – осуществлять удовлетворяющий его выбор того или иного варианта измерения бытия» [5, с. 38]. Свободная реализация человека актуализирует представление об
ответственности каждого человека в выборе пространства для свободного и достойного существования [5, с. 39]. В этом смысле размышления Ф.В. Лазарева чрезвычайно близки интуициям М.
Полани об ответственном существовании. Несмотря на то, что Лазарев не так много в своих текстах говорит о свободе, можно все же предположить, что именно тема свободного проявления человека, его способности по своей воле выбирать любой из существующих интервалов познания является ключевой для создания самого интервального подхода.
Термин интервал в интервальной концепции проясняется с помощью специального терминологического ряда, к которому принадлежат термины – интервальная ситуация, интервальная истина, интервальная структура реальности, надинтервальность.
Под интервальной ситуацией, по Лазареву, следует понимать проявление конкретной среды, конкретных обстоятельств, в которых имеет место функционирование изучаемого объекта и деятельность познающего субъекта по формированию познавательного интервала.
Разворачивающееся в рамках той иной интервальной ситуации человеческое познание обнаруживает некоторую интервальную истину. «Каждый интервал рассмотрения претендует на свою, хотя и ограниченную, но «законченную в себе» истину о человеке» [5, с. 35].
В ряду специальных терминов, используемых Ф.В. Лазаревым в интервальном подходе, следует особо обратить внимание на термин
горизонт, понимаемый как «поле зрения, охватывающее и обнимающее все то, что может быть увидено из какого-либо пункта»
[5, с. 77]. Горизонт у Лазарева часто предстает смысловым горизонтом и переход от одного интервала к другому рассматривается как переход между смысловыми горизонтами.
Приведенное содержание термина горизонт позволяет установить его определенные корреляции с постнеклассическими представлениями о
границе, которая, к примеру, в интерпретации российского философа