186
осознанной работы с семемой слов, смыслообразование потеряло бы некую целезаданность и превратилось бы в хаотический процесс.
Именно ноэзис, понимаемый как осознанный отбор смыслов из непрерывно развивающейся смысловой множественности семемы,
выполняет функцию упорядочивания развивающегося смыслового континуума.
Смысловой континуум
Проведенное рассмотрение семемы слова естественно актуализирует представления о континуальности смысла, о
соотнесении семемы слова и смыслового континуума, который в самом первом приближении можно определить как некоторое чрезвычайно плотное множество смыслов (лат. continuum –
непрерывное).
Представленность близких смыслов разными выражениями позволяет обнаруживать незначительные смысловые оттенки, которые возникают даже при изменении порядка слов в выражении,
фиксирующем тот или иной смысловой аспект. Такие аспекты смысла формируют, если следовать терминологии, используемой А.Ф.
Лосевым, синтагматические слои семемы (см. более подробно [1, с. 120]), которые можно рассматривать как проявления континуальных смысловых образований. Понятно, что на уровне обыденного оперирования смыслами необходимости в фиксировании внимания на многочисленных тонкостях смысловых различений нет и из множества очень близких друг другу смыслов чаще всего выбирается один. Тогда континуальность смысла предстает дискретностью,
семема слова заменяется набором его значений. Целесообразность же обращения к представлению о смысловом континууме актуализируется тогда, когда к рассмотрению принимаются все смыслы, имеющие даже ничтожную вероятность своего употребления.
Представления о континууме смыслов чрезвычайно значимы при осмыслении процессов непрерывного генерирования новых смысловых аспектов в ходе познания мира субъектом, оперирующим СЛОВОМ.
187
О частном и общем смысле, а также о сути как пределе,
к которому стремится общий смысл
Рассмотрение смысла и значения в контексте представлений о
семеме, ноэме слова, смысловом континууме целесообразно завершить введением терминов, которые могут быть востребованы на дальнейших этапах проводимого исследования. Речь идет о частном
и общем смысле. Под частным смыслом следует понимать тот или иной смысловой аспект, смысловой оттенок, образующийся в результате употребления слова в языке. Таким образом семему слова можно определить как некое множество его частных смыслов.
Совокупность же всех зафиксированных в языке частных смыслов образует смысл общий. Общий смысл, несомненно, чрезвычайно близок семеме слова, но их не следует отождествлять. Словосочетание
общий смысл подчеркивает смысловую целостность, некую смысловую соборность, в которой только и может быть выявлена
суть. Общий смысл обнаруживает себя как промежуточное множество смыслов, позволяющее прикоснуться к сути. Общий смысл не следует мыслить как смысл окончательный, ибо окончательного смысла скорее всего не существует. Все частные смыслы равноправны в своей аспектной проявленности. Смысл общий не есть лучший смысл, не есть абсолютный смысл. Его следует понимать как совокупность обнаруженных частных смыслов, взятых в некотором единстве и актуализирующихся не в своей конкретной частносмысловой проявленности, как это имеет место в случае семемы, а как некий компакт, находящийся в непрерывном становлении и переформатировании.
Оперирование общим смыслом предполагает актуализацию всех смыслов, доступных субъекту – носителю языка. То есть, общий смысл обретает субъектную окрашенность и предстает разным в
каждом конкретном случае своей актуализации. В связи с отмеченным, общий смысл, в отличие от значения, не наделяется неким особым статусом в коммуникативных актах. Главная функция общего смысла состоит в формировании условий для образования новых смысловых аспектов.
Наиболее интересным вопросом, направляющим дальнейшее исследование смысла, является вопрос о том, как из частных смыслов
188
конституируется смысл общий, ибо общий смысл не следует мыслить как некое хаотическое нагромождение смыслов частных. Вне зависимости от того, каким может быть ответ на обозначенный вопрос, важно еще раз подчеркнуть бесперспективность поиска одного – истинного смысла, ибо смысл есть единство своих частных проявлений. Несомненный интерес для исследователей представляет способ упорядочивания текущих частносмысловых многообразий и
возможные закономерности, проявляющиеся в соответствующих процессах. К сожалению, в указанном направлении исследования мало что изменилось со времен Гуссерля, который отмечал, что
«отсутствовал и до сих пор отсутствует подлинный очевидный самоотчет активно-познающего субъекта не только о том, что он сделал нового, о том, чем он занимается, но и о всех импликациях смысла, скрытых процессами окаменения прежних традиций и возникновения новых традиций; он не дает себе отчета в устойчивых предпосылках своих конструкций, понятий, принципов, теорий» [3].
Несомненно, отмеченное Гуссерлем актуально и сегодня, из чего можно заключить, что усилия, прикладываемые в направлении развития новых подходов к исследованию смысла, своевременны и востребованы для развития философской мысли.
На основании изложенного выше о связи смысла, значения и знака
можно сформулировать следующие выводы.
1. Фиксирование смысла в проявленном мире связано с процедурой
означения, при которой выражению, проявляющему смысл, ставится в соответствие какой-либо знак.
2. Благодаря знаку, появляющемуся в результате процедуры
означения выражения, представляющего тот или иной аспект смысла,
начинается процесс циркуляции соответствующего смыслового аспекта в языке.
3.Зафиксированные с помощью знаков аспекты смысла могут выступать, в свою очередь, в роли денотатов для обнаружения новых смыслов.
4.Значение является наиболее вероятным в данный исторический момент развития языка выражением смысла слова, оставаясь при этом всего лишь одним из возможных его смысловых аспектов.
189
5. При использовании термина смысл следует иметь в виду необходимость различения смыслов частных и общих. Частный смысл иначе можно понимать как тот или иной аспект смысла. Что же касается смысла общего, то он есть совокупность всех частных смыслов, взятых как некоторая целостность, конституируемая смыслооперирующим субъектом.
Литература
1.Богатая Л.Н. Гештальт сознания. – Одесса: Альянс-Юг, 2004 г. –
221с.
2.Гуссерль Э. Собрание сочинений. Т.3 (1). Логические исследования Т.II (1) / Перев. с нем. В.И. Молчанова. – М.: Гнозис, Дом интеллектуальной книги, 2001. – 471 с.
3.Гуссерль Э. Кризис европейских наук и трансцендентальная феноменология // Пер. с нем. В.И. Молчанова. Вопросы философии. – 1992. – №7. – С. 167.
4.Делез Ж. Логика смысла / Пер. с фр. Я.Я.Свирского. – М.: Раритет;
Фуко М. Theatrum philosophicum / Пер. с фр. Я.Я.Свирского. –
Екатеринбург: Деловая книга, 1998. – 480 с.
5.Кравець А.С. Структура смысла: от слова к предложению // Вестник ВГУ. Серия 1. Гуманитарные науки. – 2001. – №1. – С. 60-84.
6.Лосев А.Ф. Из ранних произведений. – М.: Правда, 1990. – 656 с.
7.Флоренский П. У водоразделов мысли // Соч.: В. 4-х тт. – М.: Мысль, 1994. – Т.2. – 446 с.
8.Фреге «О научной правомерности исчисления понятий» // Фреге Г. Логика и логическая семантика: Сборник трудов / Пер. с нем. Б.В. Бирюкова. – М.: Аспект-Пресс, 2000. – С. 153-157.
9.Фреге Г. Смысл и денотат // Семиотика и информатика. – Вып.8. – 1977. – С. 181-210.
190
2.5. Смысл и число. Категориальное проявление смысла
Ключевые термины
общепринятые: смысл, абсолютный смысл, частные и общие смыслы, семема, ноэма, число, категория, симметрия
авторские: симметрия смысла
В проведенных выше рассмотрениях смысл был соотнесен с восприятием, представлением, знаком, значением, обсуждался онтологический статус смысла. Целью же данного этапа исследования оказывается осмысление чрезвычайно интересной группы связей, а
именно – рассмотрение смысла в его категориальном окружении.
Главным ориентиром при движении к обозначенной цели являются ранние тексты одного из интереснейших философов ХХ века – Алексея Федоровича Лосева – «Философия имени» и «Музыка как предмет логики».
Смысл и свет
Начать размышления о связи смысла, числа и наиболее
фундаментальных категорий можно с привлечения внимания к некоторой академической вольности, которую позволил в своих ранних работах молодой А.Ф. Лосев. Лосев соотнес смысл со светом.
Утверждение того, что «смысл есть свет» можно рассматривать как своеобразное присвоение смыслу некоторого статуса «выделенности»,
ибо быть причастным свету значит быть причастным всему тому, что позволяет обозревать, исследовать мир тварный.
«Смысл есть свет, и бессмыслие – тьма. Смысл в себе, в своей абсолютной природе, – абсолютен и не имеет очертания; это стихия и бесконечная сила света. Бессмыслие – меон, отсутствие смысла; оно окружает смысл и тем оформляет его, дает ему очертания и образ» [2,
с. 49]. В развитии своей мысли философ допускает использование недостаточно строгой терминологии: свет, тьма, стихия.
Удивительно, но при этом создается ощущение не понижения философского уровня текста, а как раз наоборот, возникает некая интеллектуальная сила и убедительность. Однако значимость представленной цитаты в ином.
Лосевский уровень рассмотрения смысла – это уровень
«абсолютного смысла, не имеющего очертаний» и границ. На этом