Не слушая мямлившего оправдания Гарри, Локонс увлекал его дальше по коридору под взглядами спешащих на уроки учеников.– Позволь откровенно тебе сказать: раздавать фото с автографом на этом этапе карьеры – верх неблагоразумия. Придёт время, когда тебе, как сейчас мне, будет необходимо иметь наготове пачку таких фотографий, но, – жизнерадостно хохотнул он, – думаю, что сегодня, пожалуй, ещё рановато.Наконец они вошли в кабинет Локонса, и Гарри обрёл свободу. Одёрнул мантию, устроился на последнем ряду и, сев за стол, водрузил перед собой стопку из всех семи книг Златопуста Локонса – спрятался за ними от автора.Тут же в кабинет вошли, громко переговариваясь, и остальные ученики. Рон с Гермионой поспешили к Гарри и сели рядом – один слева, другая справа.– На твоём лице хоть яичницу жарь! – шепнул Рон. – Моли Бога, чтобы Колин и Джинни не познакомились, а то, глядишь, создадут клуб фанатов Гарри Поттера.– Тише ты! – Гарри толкнул Рона локтем. Не хватало ещё, чтобы Локонс услышал последние слова Рона.Когда все расселись по местам, Локонс громко прокашлялся, и в классе стало тихо. Он протянул руку, взял «Тропою троллей» – экземпляр, принадлежащий Невиллу Долгопупсу – и поднял его, демонстрируя собственный подмигивающий портрет на обложке.– Это я, – сказал он и тоже подмигнул. – Златопуст Локонс, рыцарь ордена Мерлина третьего класса, почётный член Лиги защиты от тёмных сил и пятикратный обладатель приза «Магического еженедельника» за самую обаятельную улыбку. Но не будем сейчас об этом. Поверьте, я избавился от ирландского привидения, возвещающего смерть, отнюдь не улыбкой!Златопуст замолчал, ожидая смеха. Несколько учеников довольно кисло улыбнулись.– Я вижу, вы все купили полный комплект моих книг. Как это прекрасно! Пожалуй, начнём урок с проверочной работы. Не пугайтесь! Я только хочу проверить, как внимательно вы их прочитали и что из них усвоили…Вручив каждому листки с вопросами, Златопуст вернулся к столу.– Даю вам полчаса, – сказал он. – Начинайте.На первой странице Гарри прочитал:1. Какой любимый цвет Златопуста Локонса?2. Какова тайная честолюбивая мечта Златопуста Локонса?3. Каково, по вашему мнению, на сегодняшний день самое грандиозное достижение Златопуста Локонса?И так далее и тому подобное. Последний, пятьдесят четвёртый вопрос звучал так:54. Когда день рождения Златопуста Локонса и каков
, по вашему мнению, идеальный для него подарок?
Спустя полчаса Локонс собрал работы и быстренько просмотрел их.
– Ай-яй-яй! – покачал он головой укоризненно. – Почти никто из вас не помнит, что мой любимый цвет сиреневый. Я об этом пишу в книге «Йоркширские йети». А кое-кому не мешало бы повнимательнее читать «Встречи с вампирами». В главе двенадцатой я чёрным по белому пишу, что идеальный подарок для меня в день рождения – благорасположение между всеми людьми, магами и немагами. Но, разумеется, я не отказался бы и от бутылки доброго огненного виски Огдена!
И Локонс ещё раз проказливо подмигнул. Рон уставился на Локонса недоумённым взглядом. Сидевшие впереди Симус Финниган и Дин Томас тряслись от едва сдерживаемого смеха. Гермиона же, наоборот, вся обратилась в слух. Вернуло её к действительности только произнесённое на весь класс её имя.
– А вот мисс Гермиона Грэйнджер знает мою честолюбивую мечту. Да, я хочу избавить мир от зла и наводнить рынок составами для сохранения шевелюры моего собственного изобретения. Умница девочка! – Он ещё раз перелистал её работу. – Она заслуживает самой высокой оценки. Где мисс Гермиона Грэйнджер?
Гермиона подняла дрожащую руку.
– Отлично! – излучал восторг Локонс. – Отлично с плюсом! Десять баллов Гриффиндору. А теперь перейдём к делу…
С этими словами он нагнулся за своим столом и поднял с полу большую, завешенную тканью клетку.
– Сегодня я вас научу, как обуздывать самые мерзкие создания, существующие в мире магов и волшебников. Предупреждаю: вы будете лицезреть в этой комнате нечто действительно ужасное. Но не бойтесь, пока я рядом, ничего плохого с вами не случится. Единственно я прошу – сохраняйте спокойствие.
Гарри невольно выглянул из-за баррикады, чтобы лучше видеть происходящее. Локонс опустил руку на ткань, закрывающую клетку. Дин и Симус перестали трястись от смеха. Невилл явно трусил, сидя за столом в первом ряду.
– Ведите себя тише, – понизив голос, погрозил пальцем Локонс. – Они могут перевозбудиться.
Весь класс затаил дыхание, Локонс сдёрнул ткань.
– Да, это они, – драматически произнёс он. – Только что пойманные корнуэльские пикси.
Симус Финниган не сдержался и так явно хихикнул, что даже Локонс не принял его смешок за вопль ужаса.
– Что такое? – расплылся он в улыбке.
– Но… но ведь они совсем… неопасные, – выговорил сквозь смех Симус.
– Не скажите. – Локонс покачал головой. – Их забавы могут быть чертовски неприятны.
Пикси были ярко-синие, ростом сантиметров двадцать, с заострёнными мордочками. Оказавшись после темноты на свету, они пронзительно заголосили, точно в класс ворвался полк трубачей, заметались по клетке, стали барабанить по жердям и корчить рожи, не то дразня зрителей, не то забавляя.– А теперь посмотрим, – повысил голос Златопуст Локонс, – как вы с ними справитесь! – И он открыл клетку.Что тут началось! Светопреставление! Пикси выскочили из клетки, как маленькие ракеты, и разлетелись во все стороны. Два проказника схватили за уши Невилла и взвились с ним под потолок. Штук пять-шесть, разбив окно и осыпав осколками стекла последний ряд, вылетели из класса. Остальные принялись крушить всё, что попадало в их проворные ручки, с яростью разъярённого носорога. Били пузырьки с чернилами и залили весь класс, рассыпали корзину с мусором, рвали в клочки книги и тетради, срывали со стен картины, швыряли в разбитое окно сумки и учебники. Не прошло и пяти минут, как весь класс сидел под столами. Только бедняга Невилл, держась за люстру, болтался под потолком.– Чего вы испугались? Действуйте! Гоните их обратно в клетку! Это ведь всего только пикси, – кричал Локонс.Он засучил рукава, взмахнул волшебной палочкой и быстро произнёс:– Пескипикси пестерноми!Его слова, однако, не укротили разбушевавшуюся нечисть. Один даже выхватил у Локонса волшебную палочку и выбросил в окно. Локонс охнул и нырнул под собственный стол. Очень вовремя – люстра не выдержала и Невилл упал прямо на то место, где секунду назад стоял профессор.Тут как раз прозвенел звонок, и весь класс ринулся к двери. В кабинете стало потише, Локонс вылез из-под стола, увидел неразлучную троицу, готовую уже выскочить за дверь, и приказал:– Прошу вас, друзья, загоните оставшихся пикси обратно в клетку.Профессор резво пронёсся мимо них и захлопнул дверь перед их носом.– И ты после этого будешь ему верить! – гневно воскликнул Рон, получив хорошую оплеуху от одного из разбушевавшихся баловников.– Он просто хотел поместить нас в реальную жизненную обстановку, – сказала Гермиона. Не раздумывая, она наложила заклинание Заморозки на двух пикси и без труда отправила их в клетку.– По-твоему, это реальная жизненная обстановка? – сказал Гарри, мучаясь с маленьким чертёнком, который плясал перед ним, высовывая язык. – Да Локонс просто сам не знал, что с ними делать!– Глупости, – сказала спокойно Гермиона. – Ты ведь читал его книги. Вспомни все те удивительные подвиги, которые он совершил.
– Это он только пишет, что совершил, – уточнил Рон.
Несколько дней Гарри старался не попадаться на глаза Златопусту Локонсу, и это ему удавалось. Труднее было избежать встреч с Колином Криви, который, похоже, выучил наизусть расписание уроков Гарри. Колин был на седьмом небе от счастья: раз десять в день он произносил: «Как дела, Гарри?» – и слышал в ответ: «Нормально, Колин», пусть даже говорились эти слова с нескрываемым раздражением.Букля всё ещё сердилась на Гарри за злосчастный полёт на фордике, а волшебная палочка Рона до сих пор работала из рук вон плохо. Утром в пятницу на уроке заклинаний она превзошла себя: вырвалась у Рона и ударила хрупкого старого профессора Флитвика в лоб, где у него вскочил огромный зелёный фурункул. Гарри с облегчением вздохнул, когда наконец наступили выходные. Друзья все вместе собирались сходить в гости к лесничему Хагриду. Но в тот день кто-то разбудил его ни свет ни заря. Он разлепил глаза и увидел Оливера Вуда.– Что… что такое? – сонно пробормотал Гарри.– Тренировка! – решительно заявил Вуд. – Вставай!Гарри поглядел в окно. Золотисто-розовое рассветное небо подёрнуто лёгкой дымкой, оглушительно гомонят птицы – как это они его раньше не разбудили.– Но, Оливер, – взмолился Гарри, – сейчас такая рань!– Вот именно, – согласился Вуд. В глазах высокого, крепкого шестиклассника горел сумасшедший огонь энтузиазма. – Это новая тренировочная программа. Бери метлу и пошли! Другие команды ещё и не приступали к тренировкам, мы будем в этом году первыми…Зевая и поёживаясь, Гарри выбрался из постели и начал искать в чемодане спортивную форму.– Молодец! Жду тебя на площадке через пятнадцать минут.Надев алую форму и накинув сверху мантию – утро было прохладное, – Гарри нацарапал Рону записку: пусть тоже идут с Гермионой на стадион. Закинув на плечо свой «Нимбус-2000», он спустился в Общую гостиную и уже готов был выйти в коридор, как вдруг наверху послышался шум. По винтовой лестнице, сжимая что-то в руке, скатился Колин Криви; висевшая у него на шее камера болталась из стороны в сторону.– Кто-то произнёс твоё имя, Гарри! Смотри, что у меня есть! Я напечатал их, хочу тебе показать…Гарри ошеломлённо уставился на фотографию, которую Колин держал у него перед носом. На ней чёрно-белый Локонс изо всех сил пытался втащить кого-то за руку в кадр. Гарри узнал на снимке собственную руку и с удовольствием отметил, что оказал Локонсу достойное сопротивление. Локонс скоро сдался и устало прислонился к белому краю фотографии.