<16> Приговор судебной коллегии по уголовным делам Верховного суда Республики Дагестан от 15 января 2013 г. по делу N 2-75/12 // СПС "КонсультантПлюс".
На практике экстремистские сообщества, как правило, обладают всеми признаками, согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ, образующими преступное сообщество (наличие внутренних структурных подразделений; единое руководство; цель совершения тяжких и особо тяжких преступлений; корыстный мотив). В связи с этим мы полагаем, что с точки зрения общих предписаний о формах соучастия (ст. 35 УК РФ), являющихся фундаментом для норм об отдельных видах соучастия в Особенной части УК РФ, более обоснованной является позиция судов, рассматривающих экстремистское сообщество как особую разновидность преступного сообщества (преступной организации).
Проанализированные материалы судебной практики позволяют сделать вывод, что признаками экстремистского сообщества фактически являются:
1) сложная внутренняя структура в виде объединения организованных групп либо структурных подразделений в рамках одной организованной группы;
2) объединение организаторов (руководителей) сообщества;
3) сплоченность;
4) цель совершения преступлений экстремистской направленности;
5) цель совершения тяжких и особо тяжких преступлений;
6) корыстный мотив <17>.
--------------------------------
<17> Сплоченность, цель совершения тяжких и особо тяжких преступлений и корыстный мотив не упомянуты законодателем в ст. 282.1 УК РФ, поэтому данные признаки не имеют значения для квалификации преступления.
При помощи выявленных нами признаков представляется возможным устранить отмеченную выше противоречивость судебного толкования термина "экстремистское сообщество", изложив п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 г. N 11 в новой редакции: "Под экстремистским сообществом (статья 282.1 УК РФ) следует понимать устойчивую структурированную организованную группу либо объединение организованных групп, заранее объединившихся для подготовки или совершения нескольких преступлений экстремистской направленности, характеризующуюся наличием в ее составе организатора (руководителя), стабильностью состава, согласованностью действий ее участников в целях реализации общих преступных намерений".
Вторая форма общественно опасного деяния предполагает склонение, вербовку или иное вовлечение лица в деятельность сообщества (ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ). Поскольку данная норма включена в Уголовный кодекс Российской Федерации сравнительно недавно <18>, на сегодняшний день практики ее применения по конкретным делам не выработано. Тем не менее толкование ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ дано в п. 15.1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 г. N 11: "Под склонением, вербовкой или иным вовлечением лица в деятельность экстремистского сообщества... следует понимать, в частности, умышленные действия, направленные на вовлечение определенного лица (группы лиц) в такую деятельность, например, путем уговоров, подкупа, угрозы, убеждения, просьб, предложений (в том числе совершенные посредством размещения материалов на различных носителях и распространения через информационно-телекоммуникационные сети), применения физического воздействия или посредством поиска лиц и вовлечения их в деятельность экстремистского сообщества".
--------------------------------
<18> Федеральный закон от 5 мая 2014 г. N 130-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".
По своей юридической природе указанные действия представляют собой подстрекательство к преступлению. Согласно общим положениям института соучастия "подстрекателем признается лицо, склонившее другое лицо к совершению преступления путем уговора, подкупа, угрозы или другим способом" (ч. 4 ст. 33 УК РФ).
Термины "вербовка" и "склонение" необходимо рассматривать как синонимы вовлечения. В юридической литературе предпринимаются попытки разграничить данные понятия, но провести четкое различие между ними не удается. Например, склонение определяется как разновидность подстрекательской деятельности, а вербовка - как разновидность склонения как способа вовлечения, предполагающая воздействие исполнителя на вовлекаемое лицо в направлении получения согласия <19>.
--------------------------------
<19> Наумов А.В. Преступления против основ конституционного строя и безопасности государства // Уголовное право России. Особенная часть / Под ред. О.С. Капинус. М., 2016. Т. 2. С. 316.
По всей видимости, практическое применение рассматриваемой нормы столкнется с двумя проблемами, о решении которых Пленум Верховного Суда РФ предпочел умолчать в процитированном выше Постановлении от 28 июня 2011 г. N 11:
1) конкуренция ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ с нормой ч. 1 ст. 282.1 УК РФ (создание и руководство сообществом);
2) конкуренция ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ с нормой ч. 2 ст. 282.1 УК РФ (участие в сообществе).
На наш взгляд, при решении первой проблемы, связанной с отграничением вовлечения (ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ) от создания и руководства (ч. 1 ст. 282.1 УК РФ), необходимо опираться на общие нормы института соучастия (гл. 7 УК РФ). Действия, предусмотренные в ч. 1 ст. 282.1 УК РФ, по своей юридической природе являются проявлением роли организатора преступления. В ч. 3 ст. 33 УК РФ "организатором признается лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную группу или преступное сообщество (преступную организацию) либо руководившее ими".
Из практики применения норм об организаторе преступления следует, что функции организатора включают в том числе вовлечение в преступление (приискание соучастников) <20>. Приговором Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики Б.К. был признан виновным по ч. 1 ст. 282.1 УК РФ в создании экстремистского сообщества и руководстве им. Осуществляя управленческие функции, Б.К. "занимался приемом новых участников, от которых получал устное согласие на участие в сообществе и признание его "амиром", т.е. руководителем".
--------------------------------
<20> Клименко Ю.А. Организатор в преступлении: понятие, виды, уголовно-правовое значение: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2011. С. 95.
В частности, узнав от участника сообщества Б.Э. о его знакомстве с А., разделяющим религиозную идеологию экстремистского характера, Б.К. дал указание сообщить А. о существовании экстремистского сообщества и предложить вступить в его состав. Через несколько дней Б.Э. доложил Б.К. о выполнении поручения и о готовности А. к вступлению в состав сообщества. В целях подтверждения своих намерений А. уведомил Б.Э. о наличии у него пистолета и о готовности его использовать для совершения нападений на сотрудников правоохранительных органов. Впоследствии, рассказав о целях и задачах сообщества, заключающихся в создании незаконного вооруженного формирования, совершении убийств сотрудников правоохранительных органов, военнослужащих, представителей органов власти, Б.К. окончательно убедил А. вступить в состав экстремистского сообщества <21>.
--------------------------------
<21> Приговор Верховного суда Карачаево-Черкесской Республики от 14 июля 2015 г. N 2-4/2015 // ГАС "Правосудие". Следует иметь в виду, что в указанном судебном решении квалификация дана по старой редакции УК РФ. При оценке по действующей редакции УК РФ содеянное подлежит квалификации по ч. 1 ст. 205.4 УК РФ как создание террористического сообщества.
Роль организатора, создавшего и (или) руководившего экстремистским сообществом, охватывает подстрекательские действия по вовлечению в состав сообщества новых соучастников, а значит, действия такого лица полностью охватываются нормой ч. 1 ст. 282.1 УК РФ и не требуют квалификации по совокупности с ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ. В пользу подобной квалификации также свидетельствует сравнительное соотношение строгости санкций по ч. 1 ст. 282.1 УК РФ и ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ - до десяти и до восьми лет лишения свободы соответственно. Как видно, общественно опасная деятельность по приисканию соучастников уже учтена законодателем в ч. 1 ст. 282.1 УК РФ.
Не столь однозначно разрешается вторая проблема (конкуренция норм ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ и ч. 2 ст. 282.1 УК РФ). Норма об экстремистском сообществе построена по принципу выделения различных ролей, выполняемых соучастниками в рамках данного преступления, в самостоятельные составы. В соответствии с этим принципом и исходя из наличия в уголовном законе исчерпывающего перечня видов (ролей) соучастников в первоначальной редакции ст. 282.1 УК РФ участие по ч. 2 ст. 282.1 УК РФ предполагало выполнение любых ролей, за исключением упомянутой в ч. 1 ст. 282.1 УК РФ роли организатора (главы) сообщества.
Однако в связи с дополнением ст. 282.1 УК РФ ч. 1.1 подход к толкованию ч. 2 статьи нуждается в пересмотре. Роль лица (не являющегося главой группы), вовлекающего в сообщество новых соучастников, в новой редакции ст. 282.1 УК РФ не охватывается ч. 2 данной статьи, а требует квалификации по специально созданной для него норме - ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ.
Возникает вопрос о том, как квалифицировать содеянное в случае, если виновный, помимо приискания соучастников, предусмотренного в ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ, также выполняет и другие функции (роли) - исполнителя, пособника или организатора (применительно к последней роли имеется в виду организация конкретных преступлений, а не руководство сообществом в целом).
На наш взгляд, для ответа на данный вопрос необходимо использовать телеологическое толкование, учитывать те цели, для достижения которых Уголовный кодекс Российской Федерации был дополнен нормой ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ. Данные цели сводятся к ужесточению уголовной ответственности за терроризм и экстремизм, о чем свидетельствует, в частности, увеличение максимального срока наказания в виде лишения свободы, назначаемого по совокупности преступлений и приговоров за совершение деяний террористической направленности, и увеличение максимального наказания по ч. ч. 1 и 2 ст. 282.1 УК РФ <22>.
--------------------------------
<22> Статья 2 Федерального закона от 5 мая 2014 г. N 130-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".
В этой связи действия участника экстремистского сообщества, выполняющего как функции подстрекателя, предусмотренные в ч. 1.1 ст. 282.1 УК РФ, так и функции исполнителя (выполняющего роль рядового члена сообщества), подлежат наиболее суровому варианту правовой оценки, т.е. квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ч. ч. 1.1 и 2 ст. 282.1 УК РФ. Однако данный способ квалификации должен использоваться лишь при условии, что виновный не выполняет задачи, связанные с руководством сообществом либо его структурным подразделением, поскольку действия главы преступного объединения подпадают под признаки ч. 1 ст. 282.1 УК РФ.
Третья форма преступного деяния - участие в сообществе (ч. 2 ст. 282.1 УК РФ) разъясняется в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г. N 11. Под участием рекомендуется понимать "вхождение в состав такого сообщества с намерением участвовать в подготовке или совершении одного или нескольких преступлений экстремистской направленности, участие в подготовке к совершению указанных преступлений экстремистской направленности и (или) непосредственное совершение таких преступлений, а также выполнение лицом функциональных обязанностей по обеспечению деятельности такого сообщества (снабжение информацией, ведение документации и т.п.)".
Благодаря приведенному толкованию применение ч. 2 ст. 282.1 УК РФ не вызывает трудностей на практике. Тем не менее следует иметь в виду, что в данном разъяснении Верховный Суд Российской Федерации обошел молчанием вопрос о соотношении исследуемой нормы с положениями ст. 282.3 УК РФ <23>, диспозиция которой включает "предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг, заведомо предназначенных для финансирования организации, подготовки и совершения хотя бы одного из преступлений экстремистской направленности либо для обеспечения деятельности экстремистского сообщества или экстремистской организации".
--------------------------------
<23> Федеральный закон от 28 июня 2014 г. N 179-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".
Включение в УК РФ данной статьи поставило вопрос о возможности конкуренции норм ч. 2 ст. 282.1 и ст. 282.3 УК РФ. В уголовно-правовой доктрине высказана точка зрения, согласно которой участник экстремистского сообщества не может нести уголовную ответственность по ст. 282.3 УК РФ, поскольку участие в сообществе охватывает собой его финансирование <24>.
--------------------------------
<24> Хлебушкин А. Уголовная ответственность за финансирование экстремистской деятельности (ст. 282.3 УК РФ) // Уголовное право. 2015. N 3. С. 83.
На наш взгляд, подобное "поглощение" нормы о финансировании экстремизма нормой об участии в экстремистском сообществе невозможно, поскольку в ч. 1 ст. 282.3 УК РФ предусмотрено более суровое максимальное наказание, чем в ч. 2 ст. 282.1 УК РФ (до 8 и до 6 лет лишения свободы соответственно). Иными словами, в ст. 282.3 УК РФ закреплен квалифицированный состав преступления (состав с отягчающими обстоятельствами), который в соответствии со сложившимися правилами квалификации не может быть "поглощен" основным составом.
Таким образом, вполне возможна квалификация действий участника экстремистского сообщества по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 282.1 УК РФ и ст. 282.3 УК РФ. Показательно, что в прежней (утратившей силу) редакции п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 г. N 11 финансирование экстремистского сообщества рассматривалось как частный случай участия, как одна из функций, выполняемых участником группы. Данный подход не утратил своей актуальности и сейчас. С точки зрения логики и с точки зрения практики финансирование преступления есть один из способов участия в нем.
В этой связи норму ст. 282.3 УК РФ следует рассматривать как специальную по отношению к ч. 2 ст. 282.1 УК РФ. Соответственно, в силу правил о конкуренции общей и специальной нормы действия лиц, финансирующих экстремистское сообщество, подлежат квалификации как предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг, заведомо предназначенных для обеспечения деятельности экстремистского сообщества, по специальной норме ч. 1 ст. 282.3 УК РФ.
Поскольку положения ст. 282.3 УК РФ распространяются лишь на финансирование, то действия лиц наряду с финансированием осуществляющих в сообществе иные функции надлежит квалифицировать по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 2 ст. 282.1 и ст. 282.3 УК РФ.
В связи с дополнением УК РФ ст. 282.3 считаем необходимым дополнить п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28 июня 2011 г. N 11 новым абзацем, разъясняющим возможность квалификации действий участников экстремистского сообщества по совокупности со ст. 282.3 УК РФ:
"В случае если участие в сообществе, помимо вышеуказанных действий, выразилось в финансировании экстремистского сообщества, содеянное не охватывается нормой части 2 статьи 282.1 УК РФ и требует квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных частью 2 статьи 282.1 УК РФ и соответствующей частью статьи 282.3 УК РФ".
Для правильного применения нормы об участии в экстремистском сообществе (ч. 2 ст. 282.1 УК РФ) в случаях, когда участие сопряжено с финансированием сообщества и совершением конкретных преступлений экстремистской направленности, необходимо верно истолковать положения пункта 22.2, недавно пополнившего Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2011 г. N 11: "В случаях, когда наряду с финансированием преступлений экстремистской направленности виновное лицо оказывает иное содействие их совершению (помощь советами, указаниями, предоставлением информации, устранением препятствий и т.д.), его действия образуют совокупность преступлений, предусмотренных статьей 282.3 и соответствующей статьей Особенной части УК РФ со ссылкой на ч. 5 ст. 33 УК РФ" <25>.
--------------------------------
<25> Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 3 ноября 2016 г. N 41 "О внесении изменений в Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 г. N 1 "О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности" и от 28 июня 2011 г. N 11 "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности" // СПС "ГАРАНТ".
В процитированном акте судебного толкования идет речь о ситуациях, когда виновный осуществляет содействие (пособничество) совершению конкретных экстремистских преступлений в качестве "разовой акции", не являясь участником экстремистского сообщества. В случае когда виновный соучаствует в совершении конкретного преступления экстремистской направленности, будучи участником экстремистского сообщества, содеянное подлежит квалификации без ссылок на какую бы то ни было часть ст. 33 УК РФ.
Такой подход к квалификации обусловлен тем, что экстремистское сообщество представляет собой организованную группу либо преступное сообщество, а преступления, совершенные в составе данных форм соучастия, с точки зрения Верховного Суда РФ необходимо квалифицировать как соисполнительство. Соответственно, если участник экстремистского сообщества профинансирует совершение публичных призывов к осуществлению экстремистской деятельности (ч. 1 ст. 280 УК РФ) путем массовой рассылки сообщений абонентам мобильной связи, а также поспособствует совершению данного посягательства предоставлением базы данных с телефонными номерами, содеянное подлежит квалификации по совокупности преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 280 УК РФ, ч. 2 ст. 282.1 УК РФ и ч. 1 ст. 282.3 УК РФ. В приведенном примере виновным фактически выполнена функция пособника (в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 280 УК РФ), однако квалифицироваться его роль должна точно так же, как деяние исполнителя преступления.
Материал подготовлен с использованием правовых актов
по состоянию на 15 мая 2019 года
В Российской Федерации экстремистская деятельность находится под запретом, а соблюдение этого запрета - под строгим контролем. Подобная строгость обусловлена в т.ч. обширным многонациональным и многоконфессиональным составом нашего государства, что требует пристального внимания и необходимости быстрого реагирования на попытки отдельных лиц и организаций посеять рознь между народами и различными группами населения нашей страны. Противодействие экстремизму осуществляется на федеральном, региональном и местном уровнях. Рассмотрим правовую основу такого противодействия.
Понятие экстремизма
Нормативному регулированию борьбы с таким явлением, как экстремизм, посвящен, в частности, Федеральный закон от 25.07.2002 N 114-ФЗ "О противодействии экстремистской деятельности" (далее - Закон о противодействии экстремизму).
Указанный Закон в ст. 1 содержит обширный перечень признаков, входящих в понятие экстремизма. В частности, к экстремизму (экстремистской деятельности) относятся:
- насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации;
- публичное оправдание терроризма и иная террористическая деятельность;
- возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни;
- пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии;
- пропаганда и публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, либо публичное демонстрирование атрибутики или символики экстремистских организаций;
- организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению;
- финансирование указанных деяний либо иное содействие в их организации, подготовке и осуществлении, в том числе путем предоставления учебной, полиграфической и материально-технической базы, телефонной и иных видов связи или оказания информационных услуг и др.
Уголовный кодекс РФ (далее - УК РФ) в примечании 2 ст. 282.1 дает более лаконичное определение данного понятия для целей привлечения к уголовной ответственности за соответствующие преступления. В частности, под преступлениями экстремистской направленности в УК РФ понимаются преступления, совершенные по мотивам политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо по мотивам ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы, предусмотренные соответствующими статьями Особенной части УК РФ (например, ст. ст. 280, 280.1, 282, 282.1, 282.2, 282.3 УК РФ, п. "л" ч. 2 ст. 105, п. "е" ч. 2 ст. 111, п. "б" ч. 1 ст. 213 УК РФ), а также иные преступления, совершенные по указанным мотивам, которые в соответствии с п. "е" ч. 1 ст. 63 УК РФ признаются обстоятельством, отягчающим наказание (см. также п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2011 N 11 "О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности" (далее - Постановление Пленума ВС РФ о преступлениях экстремистской направленности)).
Ответственность за экстремизм
На основании ст. 15 Закона о противодействии экстремизму за осуществление экстремистской деятельности граждане РФ, иностранные граждане и лица без гражданства несут уголовную, административную и гражданско-правовую ответственность в установленном законодательством РФ порядке.
К примеру, ст. 20.3 КоАП РФ предусмотрена административная ответственность за пропаганду либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики либо атрибутики или символики, сходных с нацистской атрибутикой или символикой до степени смешения, атрибутики или символики нацистских, экстремистских организаций, а также иных атрибутики или символики, запрещенных федеральными законами, а также за изготовление или сбыт в целях пропаганды либо приобретение в целях сбыта или пропаганды указанной атрибутики или символики.