В 1379 году Дмитрий
Донской решил отправить Стефана на земли Коми, чтобы начать свою миссионерскую
деятельность. Стефан начал свою проповедническую деятельность в Коми области
Нижней Вычегды в Пирозе (недалеко от современного Котласа) и реки Вяля.
Послесловие, в 1380 году, он переходит на реку Вым, а здесь, в устье Выма, он
основал город и положил церковь Благовещения Богородицы и кельи. Вокруг этой
церкви была развита деревня Усть-Вым, где Стивен сделал свою резиденцию. Однако
местное население Зыряна вначале оказывало ожесточенное сопротивление его
миссионерской деятельности.
В 1383 году Патриарх
Пимен основал новую Пермскую епархию и назначил Стефана епископом. В отличие от
другой епархии в то время, Пермская епархия была обращена к служению
новокрещенному народу Коми и развитию христианства на языческих землях. Это,
также, значило, что земли, которые теперь относятся к Московскому патриархату,
находятся под контролем Москвы. Этот факт дает возможность считать Стефана не
только религиозным лидером этих территорий, но и дипломатической связующей
между данными землями и Москвой.
Один из примеров его
дипломатической работы появляется после развития Пермской епархии. Создание
епархии не было оценено Новгородом, который видел, что Москва пытается взять
под свой контроль свои земли. В 1385 году они напали и были побеждены группой
христианизированных коми. Опять же в 1386 году Новгород попытался догнать
епархию, но на этот раз Дмитрий Донской отправил войска для его защиты. После
этого, Стефан отправился в Новгород, чтобы договориться об окончании военных
действий с епархией, а также помочь с проблемой стригольников и ереси, которая
обосновалась в Пскове, Новгороде и Твери.
Стефан восхищал и
вызывал уважение у своих современников, это подтверждают документы с XV и XVI
веков описывающие его как одного из самых влиятельных деятелей Русской
православной церкви, наряду с такими людьми как Петр и Алексий из Москвы,
Леонтий Ростовский, Сергий Радонежский, Кирилл Белозерский и Варлаам Хутынский.
Он был официально канонизирован в 1547 году в Совете Метрополита Макария, одним
из первых тридцати святых, которые были канонизированы в Московии.
Всеобщее признание
пришло из-за использования, в то время, так называемых, нетрадиционных
миссионерских методов: Стефан, выступал как участник богословского сражения
между русским православием и существующими языческими верованиями. Часто такое
вмешательство представляет собой битву между двумя религиозными системами,
пока, наконец, одна из них не окажется побежденной. Часто это связано и с
реальными боевыми действиями (войной), кровопролитиями и принудительной
ассимиляцией. Но применение силы, в таких ситуациях, зачастую, не только
способствует победе религиозной системы прошлого, но и ее культуры в целом. В
случае со Стефаном, был использован публичный дискурс и грамматология для
прозелитизма коми народа.
Главным преимуществом
Стефана в его прозелитизме был язык и литература. Создание коми-алфавита
Стефаном по-настоящему важное деяние, предпринятое им ещё до начала своей
миссионерской деятельности в Перми. Коми-язык стал не просто средством
обучения, но формой религиозной и политической реформы. Это связано с тем, что
Стефан смог перевести Библию и другие религиозные тексты на язык коми, что
свидетельствовало не только о его способностях, но и преданности священному
предназначению, так как в то время для перевода литургических текстов было
только четыре одобренных языка. К ним относились: греческий, латинский, иврит и
в IX веке, славянский. Кроме того, до XVI века считалось ересью переводить
тексты на народные языки. Коми-языку было позволено стать пятым из языков,
которые поддерживались церковью и считались литургическими.
Стефан разработал
алфавит, где появились различия между закругленными гласными средней серии (o,
e); то есть, сценарий был фонематическим. Из-за этого система
Стефана звучала достаточно близко к окружающим русским диалектам: не было ни
дифтонгов, ни различий между длинными и короткими гласными, палатализации
зубных согласных, Коми также присущи аффрикаты. Сегодня осталось только около
900 слов, но их достаточно, чтобы показать структуру языка. В текстах есть и
русские церковнославянские элементы, и новации Стефана, которые основаны на
славянских и комистических элементах. Коми-язык сегодня по-прежнему
используется, но ему пришлось интегрировать многие русские слова для адаптации.
В XVIII веке в маленькой
церкви на реке Вычегде были найдены две иконы «Сошествие Святого духа» и
«Ветхозаветная Троица». Эти предметы особенно интересны потому, что они
являются двумя из четырех основных икон, надписи на которых содержат древние
буквы азбуки коми. В реконструированном Свято-Стефанском Кафедральном Соборе
можно найти памятник Стефану с надписью сделанной древней пермской азбукой. К
сожалению, древняя пермская письменная система не стала очень распространенной
и в конечном итоге исчезла. Существуют некоторые документы на Древне-пермском
языке, они содержат приблизительно 225 слов когерентного текста.
Хотя Стефан принес на
эти земли зырянский язык и алфавит, зырянская литература на народном языке
началась позже, через почти 100 лет, с развитием культурной идентичности Коми и
работами И.А. Куратова. Коми, желающие стать книжниками, знали, для того чтобы
стать книжником необходимо было научиться писать по-русски. Коми писцы XV века
- Гаврила Лукин, его сын Васюки, попов, сын Гаврилова, написали несколько книг,
в том числе Сочинения Григория Синаита и Номоканон, но они были написаны на
русском языке, хотя оба они знали зырянский язык. Однако литературная традиция
коми книжников по-прежнему включала в себя духовную связь с землей.
В политическом плане это
символизировало, что Москва принимала коми как этническую группу с ее
собственным языком и землями. Они могли быть интегрированы в Московское
государство без необходимости принимать русский язык в качестве своего официального
языка. Этому способствовало развития нескольких деревень, которые были
спроектированы и управлялись как русские деревни. Это еще означало и то, что
они получали русское образование и включались в духовную жизнь России. Таким
образом, эти жители Коми считали себя русскими, в отличие от тех, которые все
еще жили в лесу и следовали языческой религии. Стефан выступал своеобразным
дипломатом, ведя диалог не только с церковью, но и с Московией. Эти отношения
были очень для них важны, так как позднее Коми, могло бы помочь российскому
государству расшириться на восток, в Сибирь, помимо разработки, одной из первых
в России шахт по добыче серебра для чеканки монет, хотя она и просуществовала
недолго.
2.3 Эпифаний
Мудрый [агиография] и фольклорные интерпретации образа св. Стефана Пермского
История Стефана и его
миссионерской деятельности известна, во многом, благодаря работе Эпифания
Мудрого, который написал историю жизни Стефана «Слова о Житии св. Стефана
Пермского» в 1396 году. Этот документ, так же, считается началом истории Коми
из-за отсутствия более ранних письменных источников о Коми. Важность документов
для восстановления системы убеждений Коми и мировоззрения в дохристианскую
эпоху уже была рассмотрена в первой главе. Здесь мы будем использовать этот
документ как способ понять процесс христианизации и влияние, которое он оказал
на коми людей в целом.
Самое главное, нам
известно, что Эпифан создал это в то время, когда эти события происходили, в
отличие от других документов о жизни и творчестве святых, которые были написаны
много лет спустя. В данной книге содержатся сведения о людях, участвующих в
каждом из этих событий. Кроме того, стиль письма имеет структуру повествования
схожую со стилем героического эпоса. Считается, что Эпифан писал для своей аудитории,
которую составлял народ коми. Это объясняет, почему Стефана часто описывают так
же, как могучих колдунов в устных историях у Коми.
Тот факт, что документ
был написан во время событий и содержал описания персонажей и действий,
наделяет этот документ большой исторической ценностью. А также из-за содержания
в нём определенных моментов жизни Коми, которые были изменены или существовали
во время миссионерской деятельности. Традиционно агиография святого была
написана во время его канонизации и в большей степени полагалась на устные
истории, чем на фактические литературные свидетельства. В случае Стефана, его
канонизация произошла в 1547 году, через 151 год после его смерти. Во время
написания истории Епифанием зависимость от устной истории была не такой сильной,
потому что она писалась одновременно с происходящими событиями и описывалась в
порядке их возникновения. Он смог выбрать факты и события, которые считались
важными для истории России и Православной Церкви. История следует за сюжетной
линией развития духовного образования Стефана, включает развитие конфликта,
кульминацию и, в конечном счете, вывод.
В агиографии
используется традиционная сюжетная линия, которую можно считать похожей на
фольклорные литературные традиции. Она описывает события как великие битвы
знаний и духовной силы между двумя противоречивыми идеологиями. Этими
идеологиями, конечно, являются христианством против язычества. Павел Лимеров
описывает этот литературный стиль письма как новый тип «народной агиографии».
Стефан и божества неразделимы, а поражение языческих колдунов вместе и богов,
которым они поклоняются, создает впечатление, что Стефан становится новым
верховным колдуном, принося с собой нового верховного Бога. Считается, что
благодаря именно такому стилю письма существуют работы великих писателей коми,
таких как И.А. Куратова, К.Ф. Жакова, Г.А. Юшкова, Ю.А. Екишева, О.И. Уляшева.
В этом документе
отражены наиболее важные аспекты процесса христианизации народа коми. Описано
создание алфавита, и его влияние на грамотность людей и их обращению к
литургическим текстам. Кроме того, он повествует о нескольких столкновениях с
языческими религиозными лидерами и общественностью в целом. Стефан провел много
публичных дебатов с религиозными лидерами в попытке преобразовать население
через диалог. Кроме того, есть много историй о том, как Стефан доказывает
превосходство христианства над языческими убеждениями, уничтожая определенных
идолов.
В этот период Стефан
также стал частью коми фольклора. Тексты Епифана описывают Стефана как великого
миссионера и божьего человека, работающего над христианизацией народа Коми, в
то время как новый фольклор интерпретировал его как пророка, чудотворца и даже
как колдуна. Образ Стефана можно найти в фольклорных текстах трех жанров:
апокрифические истории, космологические тексты и фантастические эпосы. Эти
истории чрезвычайно важны для понимания развития мировоззрения Коми и их
религиозной самобытности после христианизации.
Фольклорный образ
Стефана был исследован несколькими специалистами этнографии и истории. П.Ф.
Лимеров - один из них - написал несколько текстов о лингвистической и
фольклорной интерпретации Стефана Зырянами и о движении этих историй по всей
Перми. Александр Котылев исследовал историческую важность Стефана и его работы
для церкви и истории Коми. Оба исследователя изучали образ Стефана и то, как
его воспринимали при выполнении во время его миссионерской деятельности.
Николай Конаков написал несколько книг и статей о реструктуризации
мировоззрения коми в дохристианскую эпоху, столкновении этого мировоззрения и
развития постхристианских зырян.
Стефан очень много
работал над тем, чтобы найти и уничтожить религиозных идолов и храмы, связанные
с языческой религией. Он находил в лесу и в домах жителей деревни резных
идолов. Когда он начал свою миссионерскую деятельность, рассказ о нем и его
компаньонах был окружен язычниками Вимом Зыряном, они хотели убить Стефана, но
он ослепил их в одном из своих первых рассказов о том, что власть христианства
была выше власти языческой религии.
Рубка березы - очень
известная история, которая происходит в начале миссионерской деятельности
Стефана. Береза стояла на месте нынешней церкви Михаила Архангела. На дерево в
качестве приношения лесному духу весили множество предметов одежды, денег и
шкур животных. Стефан начинает распиливать дерево на три полных дня, и береза
начинает сливать кровь, но она продолжает расти. Затем Стефан находит идола,
который был помещен туда главой колдунов, и он вынужден продолжать пилить
дерево целую неделю, чтобы он не мог быть восстановлен. Это одна из первых
историй, представляющая разрушение прошлого мировоззрения, основанная на
языческих религиозных убеждениях, и начало прихода христианство приходит на их
место.
Истории, связанные со
Стефаном в фольклоре Коми, следуют тем же основным принципам, что и колдовские
поединки, о которых рассказывали до христианизации. Стефану бросает вызов
антагонист, и он должен доказать, что он сильнее или способен остановить злую
магию другого. Как и в фольклорных рассказах о колдовском соперничестве,
положительный результат этих историй заключается в том, что магические качества
героя раскрываются и доказываются сильнее, чем антагонистические. Подобный
сюжет можно найти во всех фольклорных рассказах о Стефане и его миссионерской
деятельности.
Один сюжет, который
используется в нескольких разных интерпретациях, - это Стефан, плывущий по реке
на плоту, сделанном из камня, в котором он находит колдуна на берегу реки. Этот
же сюжет был использован в фольклоре для описания других поединков колдунов, а
затем был использован со Стефаном, занимающим место героя. Одна из историй:
Стефан плавает по реке Мозынь (Коми для Мезена) и видит издалека, что на берегу
реки Тун Мелейка готовит сусло для пива. Степан кричит: «Сусло, остановись;
Сусло, не плыви!». В ответ Мелейка говорит Степану, который приближается к
берегу: «Если сусло остановится, то и лодка, и ты тоже остановитесь!». И
одновременно остановилось сусло Мелеики и лодка Стефана.
Они поняли, что
заклинания друг друга равны по силе, и Стефан говорит: «сусло, плыви», и
Мелейка говорит: «Если сусло поплывёт, тогда твоя лодка тоже поплывёт». Стефан
причаливает лодку к речному берегу, когда Мелейка говорит ему, что он знает,
почему он здесь, и не должен бросать ему вызов из-за его могучей силы. Стефан
говорит ему, что он не боится его, и Мелейка начинает бросать стрелы и другое
оружие в Стефана, но своим заклинанием Стефан делает его оружие безвредным.
Спутники Стефана блокируют путь к реке, потому что они знают, что колдун
получает свою силу оттуда.
Когда Мелейка видит, что
его путь заблокирован, он произносит еще одно заклинание, чтобы заставить сусло
прекратить кипеть: «Мое сусло, мое сусло из зерна, помоги мне одолеть моих
врагов!». Затем он вскакивает, чтобы попытаться убежать, однако Стефан отвечает
своим заклинанием, чтобы снова заставить кипеть сусло. Meleika вылезает
обожженный из кипящей воды, и компаньоны Стефана останавливают его и начинают
бить его топорами. Мелейка не умирает, хотя и просит их отрезать свою нижнюю
половину, чтобы наконец умереть. После того как он умирает, его хоронят в
могиле из камней.
Эта фольклорная история
имеет много аспектов дохристианского повествования, и в ней находит отражение
мировоззрение коми. Стефан попросил своих компаньонов оградить колдуна от воды,
потому что именно там он обретает свою силу. Этот аспект основан на убеждении,
что колдуны имели связи с духами леса и воды и получали от них силу, хотя
считается, что вода является домом для злых духов. Это означает, что Стефан
конкурирует с колдуном, который, использует злую магию, а Стефан использует
магию, данную ему через своего христианского Бога. Кроме того, во многих
фольклорных историях Коми о поединках колдунов, колдун не может быть убит
обычными методами. В конце концов, он сообщает своим нападавшим, как убить его,
чтобы его страдания закончились. Могила из камней также является одним из
мотивов, найденным в дохристианских верованиях. Считалось, что колдуны
становятся отрицательными духами после смерти, а камни или деревья
используется, чтобы помочь оградить дух от окружающего населения.
Существует несколько
разных толкований этого конкретного сюжета в фольклоре с участием Стефана.
Другим примером является Стефан, плывущий по реке на своем плоту из камня, где
он встретился с двумя братьями Кöртом
Айкой и Князем. Князь жил в Княжпогосте, а Кöрт
Айка жил в Корткеросе. Считается, что эти места названы после этих колдунов
после их поражения Стефаном. Это еще одно распространенное явление в пост-христианский
период. Многие из мест, названных в честь колдунов, или влиятельных фигур
миссионерского процесса. Существует множество интерпретаций взаимодействия
Стефана с этими колдунами.
Одна из интерпретаций
заключается в том, что Стефан плыл по реке Эмве и встречался с Князем, когда он
пил пиво на берегу. Затем Стефан крикнул: «Сухое, остановись!», и сусло
перестало кипеть. Тогда Князь закричал: «сусло должно остановится, когда и
Стефан остановится!». Через некоторое время Князь понимает, что, хотя его сусло
кипит в течение долгого времени, оно все еще не превратилось в пиво. Затем он
вскакивает в чан и провозглашает: «Кажется, это сильнее меня». Он спускается на
реку Эмва и отправляется навестить своего брата Кёрта Айку, чтобы спросить,
почему Стефан намного сильнее, чем они. После того, как он уходит, Стефан
продолжает плыть в Усть-Вым.