Далее, гражданско-правовая ответственность характеризуется ответственностью между участниками гражданского оборота (друг перед другом). Указанный тезис объясняется все теми же фундаментальными принципами гражданского законодательства, выраженных, в том числе, в невмешательстве кого-либо в частные дела субъектов гражданских правоотношений. Данный довод возвращает к мысли о том, что гражданские правоотношения носят горизонтальный тип отношений, координационного характера. Здесь же прослеживается особенность от, например, административной и/или уголовной ответственности, где взаимоотношения строятся на основе субординационных связей.
Наверное, не секрет, что гражданско-правовая ответственность, как и иные виды юридической ответственности, является нормативно-обоснованной. Это проявляется в том, что действующим гражданским законодательством предусмотрены основания и условия, при наличии которых будет применяться институт ответственности в гражданском праве. Между тем, диспозитивность лежит в основе и этого компонента-особенности гражданско-правовой ответственности. Она выражается в том, что меры ответственности могут быть установлены самими участниками гражданских правоотношений, например, при определении типа и размера неустойки в рамках договорных правоотношений. Напротив, меры публично-правовой ответственности строго установлены соответствующими нормативными актами и не подлежат изменению в частном порядке.
Вытекающая из предыдущей особенности, спецификой гражданско-правовой ответственности является ответственность не только физических лиц, но и иных субъектов гражданских правоотношений, например, юридических лиц, публично-правовых образований. Согласно положениям Конституции Российской Федерации формами собственности признаются частная, государственная и иные. Вместе с тем, все участники гражданского оборота наделены определенным имущественным комплексом, который выступает предметом воздействия гражданско-правового характера. Поэтому, публично-правовые образования так же вступают в гражданские правоотношения на принципах горизонтальной модели правоотношений с иными участниками оборота.
Заключительной особенностью гражданско-правовой ответственности является презумпция виновности правонарушителя. В данном ключе такое лицо самостоятельно должно доказать обратное в рамках действующих положений материального и процессуального законодательства Российской Федерации. Разумно предположить, что данное правило действует в условиях того, что единственным предметом воздействия на нарушителя положений гражданского законодательства является его имущество.
Следующим аспектом изучения общих начал гражданско-правовой ответственности является видовая характеристика.
Таким образом, в теории права выделяют договорную и внедоговорную (деликтную) виды ответственности. Первая категория гражданско-правовой ответственности применяется в рамках договорных правоотношений между участниками оборота. Поэтому, обязательным условием применения именно этого вида ответственности является наличие заключенной сделки. В случае, если договор будет признан незаключенным или недействительным по определенным критериям, соответственно, будет невозможно применить положения об ответственности, например, сторон договора. При таких обстоятельствах необходимо использовать положения о внедоговорной ответственности.
Как уже понятно из смысла изложенного, внедоговорная ответственность применяется в отсутствие договорных правоотношений между участниками гражданских правоотношений. В частности, ответственность из причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения и иное будут применяться при обозначенных параметрах гражданского правоотношения. Например, при признании договора незаключенным, при условии оплаты одной из сторон незаключенного договора, такое лицо вправе требовать в суде возмещения неосновательного обогащения, а не надлежащего исполнения договора.
К слову, гражданско-правовая ответственность арбитражного управляющего в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника носит внедоговорный характер. Это следует из объективного анализа правоотношения. Например, арбитражный управляющий в соответствующей процедуре действует на основании судебного акта, принятого в соответствии с федеральным законом, а не на основании договора. Своими действиями (бездействием) арбитражный управляющий может создать деликтное правоотношение, нарушив законные права и интересы иных участников дела о несостоятельности (банкротстве) должника. Как следствие, лица, чьи права были нарушены вправе требовать компенсации и восстановления баланса интересов, в частности возмещения убытков.
Еще одной разновидностью гражданско-правовой ответственности является субсидиарная ответственность. Прежде всего, данная категория ответственности относится к критерию количества лиц, привлекаемых к гражданско-правовой ответственности. К слову, в теории права выделяют еще некоторые разновидности гражданско-правовой ответственности в рамках указанного критерия. Однако, акцентируется внимание именно на субсидиарной ответственности, поскольку в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) контролирующие должника лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Между тем, именно данный вид гражданско-правовой ответственности набирает популярность в профессиональной среде. Более того, арбитражные суды все чаще стали использовать данный механизм покрытия недостающей суммы требований конкурсных кредиторов должника Мороз А., Сбитнев Ю., Нюхалкина А., Иванова Т. Субсидиарная ответственность контролирующих должника лиц - М.: Совместный проект журнала «Арбитражная практика для юристов» и Адвокатское бюро «Эксиора», 2018.. Раскрывая перспективы развития института субсидиарной ответственности в делах о несостоятельности (банкротстве) должников, обратим внимание, что в рамках настоящего исследования будет осуществлён анализ возможного применения субсидиарной ответственности в отношении самих арбитражных управляющих, как одного из передовых способов возмещения имущественного ущерба заинтересованных лиц в деле о банкротстве.
Далее, в теории права выделяется блок, посвященный вопросу мер гражданско-правовой ответственности. К таковым мерам относят возмещение убытков, выплату неустойки, потерю суммы задатка, уплату процентов за пользование чужими денежными средствами, возмещение вреда (которое может производиться разными способами) и т.д. Гражданское право: Учебник: в 2 т. / С.С. Алексеев, О.Г. Алексеева, К.П. Беляев и др.; под ред. Б.М. Гонгало. М.: Статут, 2016. Т. 1. 511 с., §3 глава 13. В настоящее время действующие положения Закона о банкротстве предусматривают единственную меру гражданско-правовой ответственности, применяемой в отношении арбитражных управляющих, действующих в той или иной процедуре дела о несостоятельности (банкротстве) должника. В силу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.
Гонгало Б.М. утверждает, что возмещение убытков, как одна из мер ответственности, применяемой в отношении участников гражданского оборота, во-первых, является наиболее распространенной, во-вторых, носит универсальный общий характер Гражданское право: Учебник: в 2 т. / С.С. Алексеев, О.Г. Алексеева, К.П. Беляев и др.; под ред. Б.М. Гонгало. М.: Статут, 2016. Т. 1. 511 с., §3 глава 13. При этом, указанная мера ответственности в наибольшей степени удовлетворяет критерию компенсаторной функции гражданско-правовой ответственности в целом. Это выражается в том, что в результате применения меры возмещения убытков, в частности, в отношении арбитражного управляющего, сторона, чьи законные права и интересы были нарушены незаконными действиями (бездействием) со стороны арбитражного управляющего в деле о несостоятельности (банкротстве) должника, будет поставлена в положение, в котором она находилась бы, в случае если арбитражный управляющий не совершал действий (бездействия), влекущего наступление негативных последствий для такого заинтересованного лица. При этом, особо стоит подчеркнуть, что в связи со спецификой гражданско-правовой ответственности, речь идет об имущественной составляющей восстановлении нормального функционирования гражданского оборота в отдельно взятой процедуре несостоятельности (банкротства) должника. Кроме того, указанный принцип восстановления нарушенных прав заинтересованного лица подразумевает собой возмещение убытков в полном объеме.
В целях демонстрации значимости исследования основ гражданско-правовой ответственности арбитражного управляющего в рамках дел о несостоятельности (банкротстве) проанализируем информацию, представленную в виде судебной статистики на официальном сайте Судебного департамента при Верховном суде Российской Федерации Данные судебной статистики // [Электронный ресурс на 07.03.2019]: http://www.cdep.ru/index.php?id=79.
В 2018 году за первое полугодие в арбитражных судах Российской Федерации было рассмотрено 293 522 различных заявлений, ходатайств и жалоб. Из этого общего числа было рассмотрено 155 заявлений о взыскании убытков с арбитражных управляющих должников. При этом, годом ранее в аналогичном периоде, было рассмотрено в общем 245 034 заявлений, ходатайств и различных жалоб. Из них лишь 80 заявлений имели предметом взыскание убытков с арбитражных управляющих. К сожалению, Судебный департамент при Верховном суде Российской Федерации не представил аналогичных данных за 2016 год. Имеются исключительно данные об общем количестве заявлений, ходатайств и жалоб - 172 077.
Таким образом, можно констатировать, что налицо тенденция к стремительному росту количества рассматриваемых заявлений в делах о несостоятельности (банкротстве) должников. В 2017 году рост составил 42% от показателя 2016 года. В 2018 году арбитражные суды Российской Федерации рассмотрели на 19% больше заявлений, чем годом ранее. Если же проанализировать соотношение 2018 и 2016 годов, то разница составит 70%.
Вместе с тем, в 2018 году было рассмотрено на 93% больше, чем годом ранее, заявлений о взыскании убытков с арбитражных управляющих. Данные статистические цифры позволяют выявить вектор развития судебной практики категории дел, связанных с несостоятельностью (банкротством) должников. Поэтому, в условиях значительного роста рассматриваемых заявлений по исследуемой тематике, заметим, что изучение института гражданско-правовой ответственности актуально и востребовано. Более того, в силу сложившегося направления развития данного сегмента правового регулирования арбитражного управляющего, как одной из ключевых фигур в деле о несостоятельности (банкротстве), необходимо наиболее качественно применять те или иные подходы в выявлении признаков, оснований и условий гражданско-правовой ответственности с целью повышения эффективности проведения процедур несостоятельности (банкротства) должников. Это, в свою очередь, станет катализатором максимального соблюдения баланса интересов в рамках дел о банкротстве, а также стабилизации гражданского оборота, в целом.
В заключение, отметим, что были выявлены специфические черты присущие гражданско-правовой ответственности, как разновидности юридической ответственности. Кроме того, были установлены видовые характеристики, а также меры указанной ответственности, которые непосредственно коррелируют с фигурой арбитражного управляющего. Наконец, было установлено, что на сегодняшний момент времени применения гражданско-правовой ответственности в отношении арбитражных управляющих носит системный характер при постоянном повышении количества рассматриваемых в арбитражных судах дел. На следующей стадии исследования, обратимся к основаниям и условиям наступления гражданско-правовой ответственности, а также обязательным элементам, составляющим соответствующий вид юридической ответственности.
1.2 Основания возникновения гражданско-правовой ответственности
Исследовав общие начала гражданско-правовой ответственности, на настоящей стадии научного исследования надлежит акцентировать внимание на вопросах оснований и условий наступления данного вида юридической ответственности. Понятно, что без определённых параметров невозможно говорить об однозначном применении мер гражданско-правовой ответственности. Более того, ввиду особого характера юридической ответственности, ее ключевого значения для всего гражданского оборота - имущественных ущемлений причинителя вреда, необходимо с особой точностью применять указанный институт в целях недопущения ложных ущемлений тех или иных участников оборота.
Поэтому, в теории права принято выделять состав гражданского правонарушения, который, в свою очередь, также именуется основаниями наступления гражданско-правовой ответственности.
В первую очередь остановимся на форме гражданского правонарушения. По аналогии с любым иным видом юридической ответственности (уголовной, административной) можно выделить совершение гражданского правонарушения в форме действия или бездействия. Если переносить сугубо теоретическое восприятие данной части проблематики исследования в практикоориентированную плоскость, стоит пояснить, что в практике дел о несостоятельности (банкротстве) должников есть такая категория обособленных споров, связанных с признанием действий (бездействия) арбитражного управляющего в той или иной процедуре банкротства. Исходя из указанной информации, следует, что арбитражный управляющий может причинить вред имущественным интересам иных участников дела о банкротстве должника в форме незаконного действия либо незаконного бездействия. Наиболее яркими примерами незаконных действий арбитражного управляющего можно назвать нарушение очередности погашения требований конкурсных кредиторов должника. Более того, при определенных условиях именно такие незаконные действия могут образовывать состав деяния, подпадающего под действие норм уголовно-правового характера. Далее, что касается незаконного бездействия со стороны арбитражного управляющего, то в данном случае уместно говорить о не подаче заявлений в рамках дела о банкротстве на оспаривание сделок должник, подпадающим под признаки оспоримых сделок, как по общегражданским, так и по специальным («банкротным») основаниям. Безусловно, этот пример иллюстрирует, что арбитражный управляющий должен избирать такую тактику ведения дела о банкротстве должника, при которой будут в максимальной степени удовлетворяться требования федерального закона, в частности, симбиоз положений о праве (а не обязанности) арбитражного управляющего оспаривать сделки (п. 1 ст. 61.9, п. 1 ст. 99, п. 3 ст. 129 Закона о банкротстве) с требованием о руководстве принципами разумности и добросовестности (п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве) в деле о несостоятельности (банкротстве) должника.