Так, историк XIX века А.Г. Брикнер использует для обозначения исследуемого явления термин «самозванство», полагая, что оно является «результатом общего брожения, несносного положения массы народа, коллективным преступлением черни». О «широком распространении самозванства» говорят также историки В.В. Мавродин и Н.А. Васецкий. Еще один известный исследователь, В.Н. Козляков, сравнивая действия первого самозванца Лжедмитрия I и Емельяна Пугачева, называет эпоху последнего «страшным повторением самозванства в русской истории».
В трактовке автора «Толкового словаря живого великорусского языка» В.И. Даля, самозванец - это индивид, «принявший чужое имя или звание, утаившийся под видом иного человека, выдающий себя за кого-либо иного». Историк И.В. Побережников в принципе соглашается с такой формулировкой, но именует «присваивание себе царского звания» уже по- иному - «самозванчество».
Исследователь А.С. Логинова также применяет для описания исследуемого феномена термин «самозванчество», характеризуя его как необоснованное притязание каким-либо человеком на высочайшее имя или статус. В то же время этот же исследователь пишет, что «о самозванщине в целом, и в том числе о провинциальной, рассказывается в «Казанском сказании» первых лет царствования Михаила Федоровича». Таким образом, А.С. Логинова, не подготовив к этому читателя, использует новый для себя термин «самозванщина», непонятно что обозначающий в ее интерпретации. В статье Д.И. Антонова встречается ещё одна альтернативная словоформа - «самозванничество», которая представляется наиболее сложной и нелогичной с точки зрения русского языка.
Исследователь Ю.А. Обухова использует одновременно два понятия: самозванство и самозванничества, предлагая их развернутые трактовки. Так, по мнению данного автора, самозванство - это необоснованные притязания индивида на чужое имя и/или статус, а самозванчество - это появление у самозванца сторонников, которые признали за ним право на это имя и/или статус. В рамках данного исследования интерес представляет второе из представленных понятий.
По мнению автора, самозванчество может быть определено как присвоение чужого имени и звания по социально-политическим, националистическим, корыстным мотивам или по причине психических отклонений. В XVII-XVIII веках самозванчество превращалось в мощный стимул социального и политического протеста, фактор мобилизации масс для борьбы с правящей династией или местными властными структурами.
1.2 Политико-исторические и социокультурные предпосылки самозванчества в России второй половины XVIII века
Одним из знаковых явлений европейской жизни конца XVII - начала XIX вв. было последовательное проведение государственной политики «просвещенного абсолютизма», теоретические основы которой были заложены рационалистической философией эпохи Просвещения. Исторически сложившаяся к этому моменту идеология абсолютной монархии получила дальнейшее развитие при слиянии с теорией общественного договора Томаса Гоббса, политическими воззрениями Вольтера и идеями французских физиократов.
Итогом такой интеграции стало формирование философской идеи и концепции и политики достижения «общего блага», что наложило на государственную власть наряду с правами также и определенные обязанности. Неслучайно период «просвещенного абсолютизма» ознаменовался многочисленными структурными реформами, призванными модернизировать существующие институты феодального общества и приспособить их к назревшим потребностям развивающихся капиталистических отношений.
Хронологические границы просвещённого абсолютизма были условно установлены с 1740 по 1789 годы, а центральными фигурами эпохи стали король Пруссии Фридрих II Великий и император Священной Римской империи Иосиф II Австрийский. Политика «просвещённого абсолютизма» последовательно проводилась практически во всех странах Европы: в Швеции её представителем стал король Густав III, в Дании - Кристиан VII совместно с министром Струэнзе, в Тоскане - Леопольд I и т.д.
В России эпоха «просвещенного абсолютизма» связана с именем императрицы Екатерины II Великой. В период её правления Россия в культурном отношении окончательно вошла в плеяду величайших европейских держав, чему в значительной степени способствовала сама Екатерина II, интересовавшаяся литературой, собиравшая шедевры живописи и состоявшая в личной переписке с французскими просветителями. Реформами в духе просвещённого абсолютизма историки называют:
- деятельность Уложенных комиссий, созывавшихся для систематизации действующего законодательства;
- реформа административно-территориального деления Российской империи;
- принятие Жалованной грамоты городам, признавшей их право на самоуправление и оформившей права и привилегии «третьего сословия» - горожан;
- принятие манифеста о свободе предпринимательства;
- реформы в сфере образования.
В то же время указанные преобразования имели весьма ограниченный характер. «Золотой век» российского абсолютизма одновременно сопровождался максимальным закрепощением крестьян, крестьянскими бунтами, политическими гонениями и арестами. Именно в этом заключалось основное противоречие теории и практики «просвещенного абсолютизма»: между необходимостью трансформации сложившегося порядка вещей (сословный строй, деспотизм, крепостничество) и невозможностью ущемить дворянство - социальную силу, которая поддерживает этот порядок.
Историческими и социокультурными предпосылками самозванчества в России второй половины XVIII века являлись следующие факторы:
1) Огромная протяженность коммуникаций и малая эффективность государственного управления страной. Из-за обширных просторов государства не всегда удавалось вовремя и эффективно контролировать деятельность местных властей, не допускать произвола в отношении обывателей и нарушения имперских законов;
2) При возникновении бунта или других неприятностей скорость реакции власти была достаточно долгой и давала изрядное количество времени зачинщикам бунтов и восстаний. Не раз большая протяженность территорий в истории государства положительно влияла на исход войн при иностранных вторжениях, во время восстания Пугачева этот фактор стал одним из решающих негативных моментов;
3) Повсеместное злоупотребление местной властью в стране чиновниками разного уровня. Учитывая общественно-политическое устройство Российской Империи, и то, что абсолютное большинство населения не обладало практически никакими правами, среди чиновников распространились различного рода злоупотребления;
4) Гражданские суды в стране полностью дискредитировали себя беззаконием по отношению к низшим сословиям;
5) Помещики и дворяне распоряжались своими крестьянами, как собственностью, проигрывая их в карты, разлучая семьи при продаже, подвергая пыткам. Все это вызывало праведное негодование у народа;
6) Служащие и чиновники в большинстве своем не были заинтересованы в улучшении управления страной, а лишь пользовались данной им властью и приумножали собственные капиталы;
7) На социальном уровне увеличение бесправия привело к росту недоверия между классами и, соответственно, возникновению борьбы, напряжения между ними;
8) Элита государства была представлена духовенством, дворянством и мещанами. Эти сословия обладали не только неограниченной властью, но и практически всеми богатствами страны, нещадно эксплуатировали остальной народ. Простые крестьяне по пять дней в неделю работали на барина, отрабатывая повинность, а лишь оставшиеся два дня работали на себя. Каждые 3-5 лет в стране проявлялся массовый голод, служивший причиной гибели тысяч людей.
При сопоставлении периодов правления Петра III, Екатерины II и их сына оказывается, что на долю первого приходится лишь 1 самозванец, на долю «Российской Минервы» - 54, а Павла - 5 самозванцев. В пересчете на случаи самозванства доля екатерининского правления увеличивается до 58 «проявлений», а павловского - до 6. По мнению О.Г. Усенко, это обусловлено тем, что количественное преобладание самозванцев и «проявлений» именно в эпоху Екатерины II можно объяснить не только тем, что она долго правила, но и тем, что к ней («бабе») было негативное отношение в тех слоях общества, которые выступали хранителями традиционной, по сути патриархальной, культуры. Речь идёт о «социальных низах» и прежде всего о крестьянстве.
Принципиально важной предпосылкой самозванчества были также политические обстоятельства, сопровождавшие дворцовые перевороты XVIII века, а именно - обстоятельства прихода к власти Екатерины II и таинственная гибель всех, кто мог бы претендовать на престол вместо нее.
Так, вступивший в 1762 году на престол Пётр III осуществил ряд действий, вызвавших отрицательное отношение к нему офицерского корпуса. При этом он окончательно испортил отношения со своей женой Екатериной.
28 июня (9 июля) 1762 года, пока Пётр III находился в Ораниенбауме, Екатерина в сопровождении Алексея и Григория Орловых приехала из Петергофа в Санкт-Петербург, где ей присягнули на верность гвардейские части. Пётр III, видя безнадёжность сопротивления, на следующий день отрёкся от престола, был взят под стражу и погиб при невыясненных обстоятельствах. В своём письме однажды Екатерина указала, что перед смертью Пётр мучился геморроидальной коликой. После же смерти Екатерина приказала сделать вскрытие, дабы рассеять подозрения об отравлении. Вскрытие показало (со слов Екатерины), что желудок абсолютно чист, что исключает присутствие яда.
Вместе с тем, как пишет историк Н.И. Павленко, насильственная смерть императора неопровержимо подтверждается абсолютно надёжными источниками - письмами Орлова Екатерине и рядом других фактов. Есть и факты, указывающие на то, что она знала о готовящемся убийстве Петра III. Так, уже 4 июля, за 2 дня до смерти императора во дворце в Ропше, Екатерина отправила к нему врача Паульсена, и как пишет Павленко, «показателен факт, что Паульсен был отправлен в Ропшу не с лекарствами, а с хирургическими инструментами для вскрытия тела».
После отречения мужа Екатерина Алексеевна вступила на престол как царствующая императрица с именем Екатерины II, издав манифест, в котором основанием для смещения Петра указывались попытка изменить государственную религию и мир с Пруссией. Для обоснования собственных прав на престол (а не наследника - семилетнего Павла) Екатерина ссылалась на «желание всех Наших верноподданных явное и нелицемерное». 22 сентября (3 октября) 1762 года она была коронована в Москве. Как охарактеризовал её воцарение В.О. Ключевский, «Екатерина совершила двойной захват: отняла власть у мужа и не передала её сыну, естественному наследнику отца».
Ещё одним политическим событие, способствовавшим развитию самозванчества, было убийство 23-летнего Ивана VI - российского императора из Брауншвейгской ветви династии Романовых. Формально он царствовал первый год своей жизни при регентстве сперва Бирона, а затем собственной матери Анны Леопольдовны. Император-младенец был свергнут Елизаветой Петровной и провёл почти всю жизнь в одиночном заключении.
Пока Иван был в заточении, предпринималось много попыток освободить свергнутого императора и вновь возвести на престол. Последняя попытка обернулась для «безымянного узника» гибелью. В 1764 году, когда уже царствовала Екатерина II, подпоручик В.Я. Мирович, нёсший караульную службу в Шлиссельбургской крепости, склонил на свою сторону часть гарнизона, чтобы освободить Ивана.
Однако стражникам Ивана, капитану Власьеву и поручику Чекину, была выдана секретная инструкция умертвить арестанта, если его будут пытаться освободить (даже предъявив указ императрицы об этом), поэтому в ответ на требование Мировича о капитуляции они закололи Ивана и только потом сдались.
События Дворцового заговора и убийства императора Петра III (1762 г.) к власти пришла Екатерина II получили своеобразный отклик и в народе. По стране поползли слухи, что Петр III не убит, а остался жив и скрылся. Народная молва стала идеализировать личность императора, связывая с его именем надежды на улучшение положения крестьян.
Новую пищу для толков дало убийство в 1764 г. номинально царствовавшего 13 месяцев, а затем почти 23 года находившегося в заключении Ивана Антоновича во время неудачного заговора подпоручика В. Я. Мировича, хотевшего возвести его на престол и свергнуть Екатерину II. Слухи о том, что Петр III жив, распространялись в Центральной и Южной России, на Украине и в Оренбургской губернии. Расширение «географии» самозванства свидетельствовало о нарастании противоречий в стране.
1.3 Типология самозванцев в России второй половины XVIII века
Самозванчество во второй половине XVIII в. заметно возросло. По подсчетам О.Г. Усенко, за 1762 - 1800 годы в России объявились 60 самозванцев. Большинство из них были беглые крестьяне, солдаты, однодворцы.
Если указанный период разбить на десятилетия (первый отрезок, правда, будет куцым), то получится следующая картина: 1762-1770 гг. - 18 самозванцев, 1771-1780 гг. - 20, 1781-1790 гг. - 16, 1791-1800 гг. - 6.
С учётом того, что 3 человек «проявлялись» под разными именами, а ещё 2 чел. становились лжемонархами дважды (после саморазоблачения принимались за старое), имеет смысл распределить по десятилетиям 65 «проявлений» (случаев самозванства): в 1762-1770 гг. их было 20, в 1771- 1780 гг. - 22, в 1781-1790 гг. - 16, в 1791-1800 гг. - 7.
В 1764 г. появились первые «самозваные императоры» - Николай Колченко (на Украине, под г. Глуховом) и разорившийся армянский купец Антон Асланбеков. В последующие годы стало известно о новых самозванцах, которые заявляли о себе в различных районах Российской империи. Один из них, беглый рекрут Иван Евдокимов, объявился в Нижегородской губернии в феврале 1765 г. и назвался Петром II.