Одной из значительных работ Фрейда была книга «Психопатология обыденной жизни» (1901). В ней он привел доказательства того, что подавленный материал может проявляться не только через невротические симптомы и сновидения, но и через оговорки, «описки», забывания, неузнавания и др.
Свои взгляды на структуру личности Фрейд изложил в работах («По ту сторону принципа удовольствия» (1920), «Я и Оно» (1923), «Торможение, симптом и страх» (1925). В этих работах Фрейд создал топографическую модель, согласно которой психика, личность человека состоит из 3-х структур, уровней (Фрейд З. 1989 (б)):
1. «Оно» («Ид») – бессознательная часть психики, бурлящий котел сексуальных и агрессивных инстинктивных влечений. «Оно» насыщено не только сексуальной жизнетворящей энергией – «либидо», но и смертоносной, разрушительной – «мортидо». «Оно» подчиняется принципу удовольствия, т.е. удовольствие и счастье есть главные цели в жизни человека. Второй принцип поведения – гомеостаз – тенденция к сохранению примерного внутреннего равновесия.
2. «Я» («Эго») – область сознательного – находится в состоянии постоянного конфликта с «Оно», подавляет сексуальные влечения. Сознание формируется под влиянием общества. На «Я» воздействуют три силы: «Оно», «Сверх-Я» и общество, которое предъявляет свои требования к человеку. «Я» старается установить гармонию между ними, подчиняется не принципу удовольствия, а принципу «реальности». По сути «Я» выполняет адаптационные, приспособительные функции.
3. «Сверх-Я» («Супер-Эго») – нравственное начало – служит носителем моральных стандартов, это та часть личности, которая выполняет роль критика, цензора, совести. Если «Я» примет решение или совершит действие в угоду «Оно», но в противовес «Сверх-Я», то испытывает наказание в виде чувства вины
, стыда, укоров совести. «Сверх-Я» поэтому стремится не пускать инстинкты в «Я». И тогда энергия из «Оно» сублимируется, т.е. трансформируется, воплощается в иных, приемлемых для социума формах деятельности (творчество, искусство, труд, сны, описки, оговорки, шутки и др.). Если же психическая энергия (либидо или мортидо) не находит выхода, то человек заболевает неврозом. Поэтому Фрейд считал, что чем больше культура общества налагает тех или иных запретов, тем более невротизированным оно становится.
Фрейд считал, что «Супер-эго» формируется у ребенка за счет преодоления им так называемых эдипова комплекса (у мальчиков) и комплекса Электры (у девочек). Фрейд ошибочно считал, что греческий миф о царе Эдипе, убившем своего отца и женившемся на матери, иллюстрируем тяготеющий над каждым ребенком комплексу: влечение к матери и восприятие отца как соперника. Он полагал, что преодоление Эдипова комплекса происходит к 5 – 6 годам, после чего у ребенка формируется совесть, т.е. «Сверх-Я». Как эта, так и многие другие идеи Фрейда вызвали чрезвычайно бурную реакцию в обществе. Еще при жизни Фрейда в 20-30-е годы многие американские антропологи, в том числе Рут Бенедикт и Маргарет Мид) занялись проверкой его идей на обширном антропологическом материале. Идея эдипова комплекса подтверждения не нашла.
Также сегодня вызывает большое сомнение фрейдовская концепция онтогенеза, в соответствии с которой задержка на той или иной стадии сексуального развития в детском возрасте (оральной, анальной, фаллической, латентной, генитальной) является определяющим фактором, формирующим характер взрослого человека.
Не случайно Фрейда, как и Дарвина, очень много критиковали и продолжают критиковать. Например, английский биолог, Нобелевский лауреат Питер Брайан Медавар (1915 – 1987) считал психоанализ самым грандиозным интеллектуальным мошенничеством ХХ века.
Тем не менее, заслуга Фрейда в истории психологии и в целом в развитии социогуманитарного знания огромна. Очень точно об одном из ее проявлений написал великий русский философ Николай Бердяев (1874 – 1946) в работе «Смысл творчества»: «У Фрейда нет психиатрической затхлости, у него есть свобода и дерзновение мысли. Фрейд научно обосновывает ту истину, что сексуальность разлита по всему человеческому существу и присуща даже младенцам. Он колеблет обычные границы нормально-естественной сексуальности… Но склонность школы Фрейда объяснять все вплоть до религиозной жизни, неосознанной сексуальностью принимает формы маниакальной идеи, характерной для психиатров… И все же Фрейд помогает осознанию сексуальности
» (Бердяев Н.А., 1989, С. 562 – 563). И действительно, основным недостатком его концепции, на который также указывали его ближайшие ученики, так называемые «великие вероотступники» Карл Юнг и Альфред Адлер, явилось сильное преувеличение роли сексуальной сферы в жизни человека и общества (так называемый пансексуализм). Поэтому его последователи, поняв, что не только сексуальные влечения определяют психическое развитие личности, выдвинули иные факторы и причины. Например, Эрих Фромм (1900 – 1980)в объяснении природы человека особенно подчеркивалвлияние социально-экономической структуры общества, Карен Хорни (1885 – 1952) считала, чточеловеком движут не только биологически предопределенные бессознательные побуждения, но и приобретенные стремления к безопасности и самореализации, а Гарри Салливен (1892 – 1949) доказывал, чтомотивация человека прежде всего образами себя и других, сложившимися в раннем детстве.
Но несмотря на критику отдельных идей Фрейда, многие его начинания были продолжены и развиты в дальнейших исследованиях.
Опираясь на представления Фрейда о психосексуальном развитии человека, американский психолог Эрик Эриксон (1902 – 1994) разработал теорию, в которой акцентируются социальные аспекты этого развития, рассматриваемого как процесс интеграции индивидуальных биологических факторов с факторами воспитания и социокультурного окружения.
Стадии развития личности, открытые Фрейдом, не отвергаются Эриксоном, а усложняются и как бы заново осмысливаются с позиции нового исторического времени. Но Эриксон считал, что не столько бессознательное «ОНО», сколько именно сознание – «ЭГО» составляет основу поведения и функционирования человека, а направлением развития «ЭГО» является достижение социальной адаптации, причем параллельно идет развитие «ОНО» и инстинктов. Указанный взгляд на природу человека назвали ЭГО-психологией. Психосоциальная концепция развития личности, разработанная Эриксоном, показывает тесную связь психики человека и характера общества, в котором он живет.
Развитие «ЭГО» тесно связано с меняющимися особенностями социальных и культурных предписаний и системой ценностей. Сравнение воспитания детей в индейских племенах с воспитанием белых американских детей позволило ему сделать вывод, что в каждой культуре имеется особый стиль воспитания детей, – он всегда принимается матерью как единственно правильный. Этот стиль определяется тем
, что ожидает от ребенка общество, в котором он живет. Каждой стадии развития человека соответствуют свои, присущие данному обществу ожидания, которые человек может оправдать или не оправдать.
Эриксон ввел в психологию понятие «групповая идентичность». Она формируется с первых дней жизни, ребенок ориентирован на включение в определенную социальную группу, начинает понимать мир, как эта группа. Но постепенно у ребенка формируется и «эгоидентичность», чувство устойчивости и непрерывности своего «Я», несмотря на то, что происходят многие процессы изменения. Формирование эгоидентичности – длительный процесс, включающий ряд стадий развития личности. Каждая из них характеризуется задачами этого возраста, а задачи выдвигаются обществом. Но решение задач определяется уже достигнутым уровнем психического развития человека и духовной атмосферой общества, в котором человек живет.
По мнению Эриксона, человек на протяжении жизни переживает восемь психосоциальных кризисов, характерных для каждого возраста, благоприятный или неблагоприятный исход которых определяет возможность последующего развития личности (Эриксон Э.Г., 1996).
Первый кризис человек переживает на первом году жизни. Он связан с тем, удовлетворяются или нет основные физиологические потребности ребенка ухаживающим за ним человеком. В первом случае у ребенка развивается чувство глубокого доверия к окружающему его миру, а во втором, наоборот, – недоверие к нему.
Второй кризис связан с первым опытом обучения, особенно с приучением ребенка к чистоплотности (один – три года). Если родители понимают ребенка и помогают ему контролировать естественные отправления, ребенок получает опыт автономии. Напротив, слишком строгий или слишком непоследовательный внешний контроль приводит к развитию у ребенка стыда или сомнений, связанных главным образом со страхом потерять контроль над собственным организмом.
Третий кризис соответствует дошкольному детству (три – семь лет). В этом возрасте происходит самоутверждение ребенка. Игры и планы, которые он постоянно строит и которые ему позволяют осуществить, способствуют развитию у него чувства инициативы. Наоборот, переживание повторных неудач и безответственности может привести его к покорности и формированию чувства вины.
Четвертый кризис происходит в школьном возрасте. В школе ребенок учится работать, готовясь к выполнению будущих задач. В зависимости от царящей в школе атмосферы и принятых методов воспитания у ребенка развивается вкус к работе или же, напротив, чувство неполноценности как в плане использования средств и возможностей, так и в плане собственного статуса среди товарищей.
Пятый кризис переживают подростки обоего пола в поисках идентификаций (усвоения образцов поведения значимых для подростка других людей). Этот процесс предполагает объединение прошлого опыта подростка, его потенциальных возможностей и выборов, которые он должен сделать. Неспособность подростка к идентификации или связанные с ней трудности могут привести к ее «распылению» или же к путанице ролей, которые подросток играет или будет играть в аффективной, социальной и профессиональной сферах жизни. Эриксон считал подростковый период центральным в формировании психологического и социального благополучия человека.
Шестой кризис свойствен молодым взрослым людям. Он связан с поиском близости с любимым человеком, вместе с которым ему предстоит совершать цикл «работа, рождение детей, отдых», чтобы обеспечить своим детям надлежащее развитие. Отсутствие подобного опыта приводит к изоляции человека и его замыканию на самом себе.
Седьмой кризис переживается человеком в сорокалетнем возрасте. Он характеризуется развитием чувства сохранения рода (генеративности), выражающегося главным образом в интересе к следующему поколению и его воспитанию. Этот период жизни отличается высокой продуктивностью и созидательностью в самых разных областях. Если, напротив, эволюция супружеской жизни идет иным путем, она может застыть в состоянии псевдоблизости (стагнации), что обрекает супругов на существование лишь для самих себя с риском оскудения межличностных отношений.
Восьмой кризис переживается во время старения. Он знаменует собой завершение прошедшего жизненного пути, а самоощущение зависит от того, как этот путь был пройден. Достижение человеком цельности основывается на подведении им итогов своей прошлой жизни и осознании ее как единого целого, в котором уже ничего нельзя изменить. Если человек не может свести свои прошлые поступки в единое целое, он завершает свою жизнь в страхе перед смертью и в отчаянии от невозможности начать жизнь заново.
Влияние внешних факторов среды (влияние родительского воспитания, культуры и истории) на развитие личности очень велико, хотя развитию личности нет пределов – оно происходит на протяжении всего жизненного цикла: человек решает все новые проблемы, приобретает новые качества «ЭГО» и меняется. Результаты первых четырех стадий психосексуального развития почти полностью обусловлены влиянием окружающей среды, а разрешение последующих кризисов больше зависят от «ЭГО» человека и меньшей степени – от внешних факторов.