Материал: korkonosenko_sg_aktualnye_problemy_sovremennosti_i_zhurnalis

окультурная многоукладность и «промежуточное» состояние общества, по сравнению с классическими его типами, мешают формулированию ясного социального заказа на миссию журналистики. В этом смысле нам, по всей видимости, еще довольно долго придется жить без надежных опор для согласия в дискуссиях о предназначении прессы.

Тем не менее, мы попробуем выполнить экспертизу перечисленных выше вариантов миссии. О «четвертой власти» разговор уже шел, и остается лишь напомнить, что сужение бытия прессы до социально-полити- ческой сферы равнозначно отказу от идей жизнеподобия и многообразия журналистики. Информационная модель также противоречит этим идеям, волей-неволей навязывая жесткие технологические стандарты публикаций. Кроме того, она фактически исключает самостоятельную ценность мнения и эмоций. И уж совсем не вяжется она с приоритетом свободы, в ее возвышенной трактовке – как неограниченного проявления духовной энергиичеловека,предлагаявзаменофициально-правовуюнезависимость СМИ. Социально-ангажированная модель и медиаторская нам представляются близкими по сути, поскольку в них обеих выражена обращенность прессы к миру жизни, во всей его полноте и многоцветности. Разве что первая в большей степени «очеловечена», а вторая – социализирована. Их без ущерба для плюрализма можно слить в одной трактовке миссии. К тому же название «социально-ангажированная» кажется откровенно неудачным, прежде всего по причине размытости понятия «ангажировать». Служение делу, которое несет благо обществу и человеку, согласно прочной научной традиции, обозначается как социально-гуманистическое, при великом множестве смысловых оттенков этого наименования.

Социально-гуманистическоепредназначениепрессыстановитсяпочвой, на которой формируются деонтологические принципы. Мы не склонны отрицатьтекомплексыпринципов,которыепредлагаютсявмногочисленных источниках по этой теме, включая международные и национальные этические кодексы. Наоборот, взаимодополнение способствует тонкой нюансировке сложных мировоззренческих вопросов. В то же время надо согласиться на минимуме центральных, наиболее емких идей-заповедей. Они как бы развертывают социально-гуманистическую миссию и придают ей объемность в моральном пространстве общества и профессии.

Обобщая, выделим следующие принципы журналистики. Во-пер- вых, социальность. Сегодня есть научно-теоретический материал для

145

того, чтобы использовать это понятие в качестве общепонятного термина. В посвященном ему специальном исследовании социальность журналистики относится «к происхождению и функционированию прессы, ее организации, преобразующему воздействию, строю сознания и культуры журналистов, отражению в прессе подлинной социальной реальности и всего круга участников социальной практики...

Социальность означает теоретико-методологическую обеспеченность журналистских текстов»82. Понятие это содержательно обширное, социальность модифицируется и конкретизируется в зависимости от обстоятельств существования прессы и ее осмысления. В частности, она может возводиться в степень народности и патриотизма.

Во-вторых, гуманизм, как другая составляющая социально-гу- манистической миссии. Для его «расшифровки» мы воспользуемся цитатой из источника, в котором рассматриваются перспективы российской прессы и даже более того – предпринимается попытка ее моделирования. Когда гуманизм выдвигают на первый план в такой проекции, он получает статус основополагающей идеи, или принципа журналистской деятельности. Итак, «постепенно все большее количество журналистов будут понимать, что исходный пункт, альфа и омега бытия – не система, не организация, а живой, реальный человек. Все остальное: классы, коллективы, организации, группы – есть модусы его существования. <…> Постепенно придет понимание того, что к читателю, зрителю, слушателю надо относиться не как к реципиенту или как к объекту управления, манипуляции, воспитания и т. п., а как к живому, сомневающемуся, ищущему эффективных способов организации своей жизни конкретному человеку. При таком подходе возникает возможность подлинного диалога, направленного на совместный поиск ответа на вопрос: “Как жить?”»83. На наш взгляд, здесь сказано многое из того, что характеризует гуманизм как принцип журналистики.

В-третьих, правдивость. Слово это существует во множестве значений, каждое из которых требует специальных объяснений. Заглянем,

82 Малугина В.Ю. Партнерство прессы с социально-политическими институтами как проявление социальности прессы : автореф. дис. …канд. политич. наук / В.Ю. Малугина. СПб., 2006. С. 13.

83 Дзялошинский И.М. Российская журналистика в поисках модели развития / И.М. Дзялошинский // Роль прессы в формировании в России гражданского общества / отв. за вып. М. Дзялошинская. М., 1999. С. 122.

146

например, в Словарь В.И. Даля: истина на деле, истина во образе, во благе; правосудие, справедливость; честность, неподкупность, добросовестность; праведность, безгрешность и др. Не случайно, думается, здесь не упоминается точность – самое простое и формальное требование к журналисту. Правда лежит гораздо глубже поверхностных информационных данных, она в сути явлений и процессов. Нет в этом ряду места и для объективности, которая служит недостижимым идеалом для познающего и отражающего действительность корреспондента. Пожалуй, объективность теснее всего смыкается с истиной, в том числе в ее научном измерении. Тогда она выходит из круга моральных и, следовательно, деонтологических категорий. Это различие тонко подмечено в литературе, посвященной отношениям журналистики с действительностью. «Правда как категория нравственная важнее отвлеченной истины как категории знания. Истина, не связанная с добром, справедливостью, не расценивается как правда». И далее: «Между тем Правда – истина в ее публицистическом выражении – не есть сгусток информации о мире, она – раскрытие представления о нем»84.

Правдивость в субъективном смысле – это внутреннее стремление к верному пониманию мира жизни и неспособность поступаться добытым знанием ради каких-либо выгод. В данном значении она ближе всего к таким нравственным качествам как честность и совестливость. Современные исследователи уделяют им все более пристальное внимание, потому что, надо полагать, замечают отступление от деонтологического принципа журналистики. Иногда вопрос ставится крупно и остро, по-граждански темпераментно: «Совесть рождает истину. И правду. <…> Думается, что у нас сегодня дефицит на совестливую журналистику, да и на информационно-коммуникативную деятельность некоторых государственных служащих. Причиной тому не только ангажированность СМИ, журналистов, коррупция чиновников, но и отступление от совести как глубинной истинности»85.

Еще раз подчеркнем, что формулирование и перечень принципов могут заметно различаться в разных научных источниках, тем более что они всегда связаны с ситуацией морального выбора. Но несомненно, что без обращения к деонтологическим принципам наука о журналистике

84Мансурова В.Д. Указ. соч. С. 146, 147.

85Попов В.Д. Тайны информационной политики: социальный психоанализ информационных процессов / В.Д. Попов. М., 2003. С. 88.

147

предстанет в обедненном виде, и прежде всего это относится к моральномировоззренческим сторонам теории. По этой же причине невозможно представить себе полноценную журналистскую практику, если ее не сопровождает трудная работа выбора принципов и честного следования им.

Вопросы для семинарских занятий

1.Какое содержание вкладывается в понятие «сущность журналистики»?

2.Какие возможны подходы к пониманию сущности журналистики?

3.На каких нормах строится дискуссия в науке и, в частности, в науке

ожурналистике?

4.Что является предметом изучения в деонтологии журналистики?

5.Долг, должное и миссия в журналистике: что означают эти понятия?

6.Какие деонтологические принципы выработаны в мировой и отечес-

твенной журналистике?

Задания для самостоятельной работы

1.Изучите понимание деонтологии в различных «высоких» профессиях.

2.Постройте схему взаимосвязей деонтологических принципов и этических норм журналистики.

6. ГРАЖДАНСТВЕННОСТЬ ЖУРНАЛИСТИКИ: ЗЛОБА ДНЯ ИЛИ АРХАИКА?

● Российский журналист как профессиональный интеллигент ● Личность журналиста в общественном измерении ● Престиж и достоинство журналиста

Предшествующий анализ побуждает нас специально сосредоточиться на личности журналиста. Причем характер затронутых тем не дает возможности ограничиваться прикладными, инструментальными навыками или индивидуальными психическими особенностями работника СМИ. В духовно-культурном поле журналист предстает как активный участник интеллектуального и ценностного обмена, а не просто как функциональная производственная единица.

Российский журналист как профессиональный интеллигент

Направление наших размышлений на эту тему подсказано публикацией ивановского исследователя С.Л. Страшнова, которая носит название «Журналист как интеллигент, просветитель, посредник».

148

В этой работе автор показывает себя продолжателем традиций соци- ально-культурологического изучения прессы, глубоко укорененных

вотечественной научной школе, и не опасается упрека в оторванности от производственно-технологической или рыночно-конъюнктурной злобы дня. Сам предмет обязывает к выбору такого исследовательского ракурса. Неоспоримо верным представляется исходный тезис автора о том, что «вся история отечественной журналистики, по крайней мере, с 30–40-х годов XIX века и до 90-х годов XX, ощутимо совпадает (за малым вычетом) с историей русской интеллигенции и наоборот. Однако анализ их взаимоотношений не может и не должен вестись исключительно в ретроспекции»86.

Попытаемся, восприняв этот импульс, продолжить начатый разговор и, по возможности, расширить набор противоречий, которые он способен приоткрыть. Вслед за своими авторитетными предшественниками С.Л. Страшнов понимает интеллигента как человека, пекущегося об общественном (не собственном) благе, во имя которого он занимается созданием и распространением духовных ценностей. Подлинный интеллигент преодолевает неблагоприятные социально-политические обстоятельства, выполняя свою миссию. Благополучное общество – в частности, так называемое правовое государство – не испытывает потребности в людях данного склада. Таков и журналист. Как тип интеллигента-общественника он встречается в дискомфортной среде, наличие которой служит обязательным условием для его формирования и деятельности.

Есть, однако, и другой взгляд на соотношение свободы и нравственного поведения. Обозревая высказывания отечественных писателей о прессе, саратовский литературовед В.В. Прозоров приходит к выводу о том, что «русская словесность высокой пробы не устает предупреждать: Самодовольно-наглая и беспринципная журналистика опасна для нравственного здоровья человека… Важно понять… (может быть, самое главное!), что скептическое отношение к журналистской братии

вРоссии обусловлено еще одним – драматическим фактором – отсутствием в стране настоящей свободы слова, свободы прессы.

Всущности, российские журналисты на протяжении почти всей трехсотлетней своей истории не были по-настоящему свободны. <…> Как

86 Страшнов С.Л. Журналист как интеллигент, просветитель, посредник / С.Л. Страшнов // Вестн. Иванов. гос. ун-та. Сер. Филология. 2004. Вып. 1. С. 4.

149