Материал: Курс доказательственного права_ Гражданский процесс. Арбитра

Конституционный Суд РФ указал, что стороны по административному делу обязаны по общему правилу доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, при этом обязанность доказывания указанных в ст. 248 оснований для пересмотра результатов определения кадастровой стоимости возлагается на административного истца <2>.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 2004. N 31. Ст. 3282.

<2> СЗ РФ. 2017. N 30. Ст. 4726.

Примером расширительного толкования является Постановление Конституционного Суда РФ от 27 апреля 2001 г. N 7-П "По делу о проверке конституционности ряда положений Таможенного кодекса Российской Федерации в связи с запросом Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области, жалобами открытых акционерных обществ "АвтоВАЗ" и "Комбинат "Североникель", обществ с ограниченной ответственностью "Верность", "Вита-Плюс" и "Невско-Балтийская транспортная компания", товарищества с ограниченной ответственностью "Совместное российско-южноафриканское предприятие "Эконт" и гражданина А.Д. Чулкова" <1>. Это Постановление распространило на таможенные правоотношения действие правовой позиции, сформулированной Конституционным Судом РФ в Постановлении от 25 января 2001 г. N 1-П, в соответствии с которой к основаниям ответственности, исходя из общего состава правонарушения, относится вина, если в самом законе прямо и недвусмысленно не установлено иное. Соответственно отсутствие вины при нарушении таможенных правил является одним из обстоятельств, исключающих производство по делу о данном нарушении, поскольку свидетельствует об отсутствии самого состава таможенного правонарушения. На основании этого в Постановлении от 27 апреля 2001 г. N 7-П Конституционным Судом РФ сформулирована правовая позиция по вопросу распределения обязанностей по доказыванию в делах, возникающих из таможенных правоотношений: "Решая вопрос о распределении бремени доказывания вины, законодатель вправе - если конкретный состав таможенного правонарушения не требует иного - освободить от него органы государственной власти при обеспечении возможности для самих субъектов правонарушения подтвердить свою невиновность. По смыслу оспариваемых положений Таможенного кодекса Российской Федерации, предприятия, учреждения и организации, а также лица, занимающиеся предпринимательской деятельностью без образования юридического лица, не могут быть лишены возможности доказать, что нарушение таможенных правил вызвано чрезвычайными, объективно непредотвратимыми обстоятельствами и другими непредвиденными, непреодолимыми для данных субъектов таможенных отношений препятствиями, находящимися вне их контроля" (п. 1.1). Кроме того, в рассматриваемом Постановлении было обращено внимание на необходимость соблюдения принципа обязательности доказывания обстоятельств дела независимо от распределения бремени доказывания: "...суд, обеспечивающий в связи с привлечением к ответственности за нарушение таможенных правил защиту прав и свобод физических и юридических лиц посредством судопроизводства, основанного на состязательности и равноправии сторон (статья 123 Конституции Российской Федерации), не может ограничиваться формальной констатацией лишь факта нарушения таможенных правил, не выявляя иные связанные с ним обстоятельства..." (п. 1.1).

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 2001. N 23. Ст. 2409.

Правовые позиции, сформулированные по вопросам вины и порядка ее доказывания, впоследствии были распространены на правоотношения, возникающие в исполнительном производстве <1>, и неоднократно использовались в практике Конституционного Суда РФ <2>.

--------------------------------

<1> См.: Постановление Конституционного Суда РФ от 30 июля 2001 г. N 13-П "По делу о проверке конституционности положений подпункта 7 пункта 1 статьи 7, пункта 1 статьи 77 и пункта 1 статьи 81 Федерального закона "Об исполнительном производстве" в связи с запросами Арбитражного суда Воронежской области, Арбитражного суда Саратовской области и жалобой открытого акционерного общества "Разрез "Изыхский" // СЗ РФ. 2001. N 32. Ст. 3412.

<2> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 22 января 2004 г. N 38-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки Павловой Клавдии Филипповны на нарушение ее конституционных прав пунктом 2 статьи 28 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", пунктом 5 части первой статьи 448 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 16 Закона Российской Федерации "О статусе судей Российской Федерации" // СПС "КонсультантПлюс".

Путем толкования законодательства Конституционным Судом РФ была выведена правовая позиция относительно вины налогоплательщика. В то время как в законодательстве отсутствовали какие-либо указания на вину как на основание привлечения к ответственности налогоплательщика, Конституционный Суд РФ указал на наличие такой презумпции в российской правовой системе. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 17 декабря 1996 г. N 20-П "По делу о проверке конституционности пунктов 2 и 3 части первой статьи 11 Закона Российской Федерации от 24 июня 1993 года "О федеральных органах налоговой полиции" <1> говорится, что обязательным признаком налогового правонарушения является вина и при производстве по делу о налоговом правонарушении подлежит доказыванию как сам факт совершения такого правонарушения, так и степень вины налогоплательщика. Презумпция добросовестности налогоплательщика также нашла свое закрепление в правовой позиции, сформулированной в Определении Конституционного Суда РФ от 25 июля 2001 г. N 138-О "По ходатайству Министерства Российской Федерации по налогам и сборам о разъяснении Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 12 октября 1998 года по делу о проверке конституционности пункта 3 статьи 11 Закона Российской Федерации "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" <2>.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 1997. N 1. Ст. 197.

<2> СЗ РФ. 2001. N 32. Ст. 3410.

Представляет интерес правовая позиция Конституционного Суда РФ, касающаяся обстоятельств, не подлежащих доказыванию. В Постановлении Конституционного Суда РФ от 19 июня 2002 г. N 11-П "По делу о проверке конституционности ряда положений Закона Российской Федерации от 18 июня 1992 года "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС" (в редакциях от 24 ноября 1995 года и от 12 февраля 2001 года), Федеральных законов от 12 февраля 2001 года "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС",

от 19 июня 2000 года "О минимальном размере оплаты труда" и от 7 августа 2000 года "О порядке установления размеров стипендий и социальных выплат в Российской Федерации" в связи с запросами Верховного Суда Российской Федерации и Октябрьского районного суда города Краснодара, жалобами граждан и общественных организаций чернобыльцев" <1> отмечался конституционно-правовой характер отношений между государством, с деятельностью которого в сфере ядерной энергетики было связано причинение вреда, и гражданами (такая правовая позиция выражена Конституционным Судом РФ в Постановлении от 1 декабря 1997 г. N 18-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 1 Федерального закона от 24 ноября 1995 года "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О социальной защите граждан, подвергшихся воздействию радиации вследствие катастрофы на Чернобыльской АЭС") <2>. При решении вопроса о возмещении вреда, причиненного Чернобыльской катастрофой, следует исходить из конституционных свобод гражданина и человека независимо от каких-либо обстоятельств, в том числе независимо от профессиональной принадлежности, должностного положения этих лиц и уровня их заработной платы. В связи с этим процедуры назначения и определения размера компенсационных выплат не требуют от гражданина доказывания наличия и объема причиненного здоровью вреда, который подлежит возмещению <3>.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 2002. N 27. Ст. 2779.

<2> СЗ РФ. 1997. N 50. Ст. 5711.

<3> СЗ РФ. 2002. N 27. Ст. 2779.

Правовая позиция по вопросу обстоятельств, не подлежащих доказыванию, содержится в Постановлении Конституционного Суда РФ от 26 декабря 2002 г. N 17-П "По делу о проверке конституционности положения абзаца второго п. 4 ст. 11 Федерального закона "Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы и сотрудников федеральных органов налоговой полиции" в связи с жалобой гражданина М.А. Будынина" <1>. В соответствии с п. 4 данного Постановления не подлежат доказыванию размер задолженности и финансовое положение страховщика, а также обстоятельства, которые могут служить основанием для освобождения страховщика от ответственности за нарушение обязательства. Основанием для невыплаты страховщиком страховых сумм в срок выступает сам факт задержки внесения страховых взносов страхователем.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 2003. N 1. Ст. 152.

В ряде постановлений Конституционного Суда РФ обращалось внимание на то, что в случаях, когда суды при рассмотрении дела не исследуют по существу фактические обстоятельства, ограничиваясь только установлением формальных условий применения нормы, право на судебную защиту, предусмотренное ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, оказывается ущемленным (Постановления Конституционного Суда РФ от 6 июня 1995 г. N 7-П "По делу о проверке конституционности абзаца 2 части седьмой статьи 19 Закона РСФСР от 18 апреля 1991 года "О милиции" в связи с жалобой гражданина В.М. Минакова" <1>, от 13 июня 1996 г. N 14-П

"По делу о проверке конституционности части пятой статьи 97 Уголовно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобой гражданина В.В. Щелухина" <2>, от 28 октября 1999 г. N 14-П "По делу о проверке конституционности статьи 2 Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "О налоге на прибыль предприятий и организаций" в связи с жалобой ОАО "Энергомашбанк" <3>, от 14 июля 2003 г. N 12-П "По делу о проверке конституционности положений статьи 4, пункта 1 статьи 164, пунктов 1 и 4 статьи 165 Налогового кодекса Российской Федерации, статьи 11 Таможенного кодекса Российской Федерации и статьи 10 Закона Российской Федерации "О налоге на добавленную стоимость" в связи с запросами Арбитражного суда Липецкой области, жалобами ООО "Папирус", ОАО "Дальневосточное морское пароходство" и ООО "Коммерческая компания "Балис" <4>). В частности, в Постановлении от 14 июля 2003 г. N 12-П отмечалось, что, отказывая налогоплательщику в возмещении суммы налога на добавленную стоимость при реализации товаров, вывезенных в таможенном режиме экспорта судами через морские порты, со ссылкой на отсутствие коносамента как нарушение требований положений п. 1 ст. 165 Налогового кодекса РФ (далее - НК РФ), налоговые органы исходят из принципа возложения на налогоплательщика бремени по надлежащему документальному подтверждению обоснованности применения налоговой ставки 0% (п. 2.2). Подобная правоприменительная практика, по мнению Конституционного Суда РФ, свидетельствует о формальном подходе к решению вопроса об условиях реализации налогоплательщиком соответствующего права, что приводит к его существенному ущемлению. В связи с этим обращается внимание на возможность взаимозаменяемости доказательств, а именно: поскольку погрузочный билет, применяемый в практике паромных перевозок в качестве документа, подтверждающего прием груза, содержит ту же информацию, что и коносамент, и допускается в качестве доказательств при рассмотрении гражданских правовых споров, связанных с договорами перевозки грузов, он обладает доказательственным значением и в сфере налоговых отношений.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 1995. N 24. Ст. 2342.

<2> СЗ РФ. 1996. N 26. Ст. 3815.

<3> СЗ РФ. 1999. N 45. Ст. 5478.

<4> СЗ РФ. 2003. N 30. Ст. 3100.

Существенное значение для регламентации процесса доказывания имеет правовая позиция Конституционного Суда РФ по вопросу протоколирования порядка исследования новых доказательств, представленных в суд второй инстанции. По смыслу правовых позиций Конституционного Суда РФ отсутствие в процессуальном законодательстве прямого указания на необходимость протоколирования заседания суда кассационной инстанции не препятствует принятию соответствующим судом решения о необходимости ведения такого протокола в случае, если судом кассационной инстанции исследуются новые доказательства по делу, не бывшие предметом рассмотрения судом первой инстанции (Определения Конституционного Суда РФ от 12 июля 2005 г. N 335-О "По жалобе гражданина Дикина Александра Витальевича на нарушение его конституционных прав положениями статей 377 и 388 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" <1> и N 336-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Бровченко Сергея Васильевича на нарушение его конституционных прав статьями 377 и 388 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации" <2>). Возможность ведения протокола на этой стадии судопроизводства вытекает

также из ч. 3 ст. 358 ГПК РФ, предписывающей суду кассационной инстанции исследовать доказательства в установленном для суда первой инстанции порядке, одним из обязательных элементов которого является ведение протокола судебного заседания, где подлежат отражению все процессуальные действия, совершаемые судом (ст. 228 ГПК РФ). Соответственно лица, участвующие в деле, вправе снимать копии с протокола заседания суда кассационной инстанции, если таковой ведется, исходя из общих положений гражданского процессуального законодательства, в частности ст. 35 ГПК РФ о правах указанных лиц <3>. С 1 января 2012 г. ведение протокола в суде апелляционной инстанции стало обязательным в силу прямого указания закона (ч. 5 ст. 327 ГПК РФ (в ред. Федерального закона от 9 декабря 2010 г. N 353-ФЗ)).

--------------------------------

<1> СПС "КонсультантПлюс".

<2> СЗ РФ. 2005. N 42. Ст. 4348.

<3> См.: Определение Конституционного Суда РФ от 21 декабря 2006 г. N 629-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Горохова Валерия Николаевича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 7, пунктом 1 части первой статьи 16, статьями 228 и 231, частью второй статьи 376 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 16 Закона Российской Федерации "О статусе судей в Российской Федерации", подпунктом 4 пункта 13 и пунктом 26 Положения о квалификационных коллегиях судей" // СПС "КонсультантПлюс".

Важное значение для определения пределов доказывания в суде апелляционной инстанции имеет Постановление Конституционного Суда РФ от 21 апреля 2010 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности части первой статьи 320, части второй статьи 327 и статьи 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами гражданки Е.В. Алейниковой и общества с ограниченной ответственностью "Три К" и запросами Норильского городского суда Красноярского края и Центрального районного суда города Читы" <1>. В отношении лиц, привлеченных к участию в деле, но не извещенных о времени и месте судебного заседания, Суд указал, что они объективно лишаются права представить суду первой инстанции свою позицию относительно существа дела, участвовать в исследовании доказательств, возражать относительно ходатайств и доводов других лиц, лиц, участвующих в деле, и т.д. Для них суд апелляционной инстанции выступает как суд второй инстанции. Апелляционному суду должно быть предоставлено право отменить решение мирового судьи, который рассмотрел дело в отсутствие кого-либо из лиц, участвующих в деле и не извещенных о времени и месте судебного заседания, или разрешил вопрос о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле, и направить дело на новое рассмотрение.

--------------------------------

<1> СЗ РФ. 2010. N 19. Ст. 2357.

В Постановлении от 30 ноября 2012 г. N 29-П "По делу о проверке конституционности положений части пятой статьи 244.6 и части второй статьи 333 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.Г. Круглова, А.В. Маргина, В.А. Мартынова и Ю.С. Шардыко" <1> Конституционный Суд РФ указал на конституционную оправданность прямого указания на случаи, когда проверка законности и обоснованности