1-я глава плана 2-й части: „Сидят любовники, и он умоляет разорвать с мужем. Она отделывается, говорит, что умру”.[5]
Возобновляя работу после того, как был создан план, Толстой, помня о резервных главах, посвященных событиям дня скачек, пишет небольшое вступление к дальнейшему: после объяснения на даче Алексей Александрович уехал в Петербург и погрузился в свои занятия. Затем сообщается, что осенью Нана вернулась с дачи в Петербург, идет обобщенный рассказ о том, как сложилась жизнь и Каренина и Гагина после возвращения с дачи. Гагин целые дни проводил у Нана. Такая жизнь была „мучительна” и для Каренина и для Гагина. Они „кланялись друг другу, не глядя в глаза, но никогда не произносили ни одного слова”, Нана как будто не хотела чувствовать „всего ужаса этого положения”. После этого написан небольшой эскиз неожиданной встречи Гагина с Карениным у подъезда дома (в нем есть некоторое сходство с соответствующей сценой в завершенном романе), и далее создан большой диалог между Гагиным и Нана, посвященный трудностям создавшегося положения. Гагин настаивал на необходимости решительной перемены жизни, Нана уклонялась от ответа и жестоко нападала на мужа, которого защищал Гагин. Нана находилась в состоянии нервного возбуждения и призналась Гагину в своих предчувствиях неблагополучного конца беременности. „С этих пор Гагин не пытался более изменять существующего положения и с страхом ждал родов”.[12]
Таково содержание первой главы новой части. По плану вторая глава должна быть посвящена поездке Каренина в Москву. Так глава и начата: „Несколько недель перед родами Алексей Александрович по поручению государя уехал на ревизию”.
Именно этой фразой закончился обширный вариант „Молодец баба”. Больше нельзя найти в рукописях текста с таким же сочетанием имен, как в данном варианте, и это одни из самых убедительных аргументов, которым приходится руководствоваться. Ему нельзя ничего противопоставить, И дальнейший ход исследования с разных сторон будет подтверждать его основательность.
Итак, полный состав второго варианта следующий:
1. Весь первый раздел, включающий в себя сцены первого дня, написан заново с использованием двух соединительных листов из первого варианта.
2. Сцены оканчиваются планом всего произведения, причем эти сцены соответствуют в плане первым двум главам 1-й части.
3. Имеющиеся в плане следующие четыре главы 1-й части, которые соответствуют комплексу событий дня скачек, на этой стадии творчества и не перерабатывались и не создавались вновь. Для них отложен соответствующий материал первого варианта.
4. В дальнейшей работе в соответствии с планом Толстой продолжал описание событий, логически вытекающих из разрыва между супругами после скачек.
5. Рассказав о жизни Карениных и Гагина после возвращения Нана с дачи, Толстой перешел к описанию поездки Алексея Александровича в Петербург и после первой же фразы нового раздела навсегда прервал работу над вторым вариантом романа.[14]
Толстой решил начать действие не с кульминации в отношениях будущих Анны и Вронского, как было в первых двух вариантах, а с момента их первой встречи, т. е. решил предварительно показать зарождение и развитие этих отношений. Вариант „Молодец баба” закончился отъездом Алексея Александровича Каренина на ревизию (в плане точно сказано о поездке в Москву). Эта не реализовавшаяся еще пока мысль, может быть, и дала повод начать предысторию с приезда в Москву некоторых действующих лиц.
В следующем, третьем по счету варианте действие и начинается в Москве. Заглавие еще не определилось, и вместо него поставлен своего рода шифр: NN. В сюжете нет пока ничего общего с тем, что известно по окончательной редакции. Содержание небольшого этого отрывка следующее. Приехала в Москву княгиня Гагина, чтобы благословить своего сына на брак с Кити Щербацкой. В то же время в московском доме Гагина гостил его приятель помещик Копя Нерадов, привезший из деревни на выставку телят своей выкормки. И внешностью и душевным складом Нерадон напоминает будущего Константина Левина. Он „не такой, как все люди”, нападает на земство, пишет книгу, в которой стремился „разрабатывать русскую мысль”. Бросается в глаза своеобразие дружбы между Гагиным и Нерадовым, заключающееся в том, что Нерадов тоже влюблен в Кити, на которой собирался жениться Гагин, и столкновение интересов совсем не отражалось на близких отношениях двух приятелей. Это одно должно было затруднить развитие сюжета, который был, таким образом, обречен на неудачу. В нем не упомянуты даже супруги Каренины, из-за предстоящей катастрофы в семье которых автор искал новую завязку произведения.[14]
Раньше, чем отбросить вариант, Толстой сделал попытку отодвинуть действие назад,—начать не с приезда Гагиной домой, а с встречи ее на московском вокзале. Появился четвертый вариант1. Он имеет заглавие, впервые точно определившееся: „Анна Каренина”, и подзаголовок: „роман”.
Особенность нового варианта состоит в том, что, в отличие от первых трех, действие начинается с боковой интриги — с сюжета „невестки”, утешать которую приехала Анна (так впервые она названа в четвертом варианте).
Начало произведения приняло очертания, хорошо знакомые по завершенному роману. Они сводятся к следующему. Пробуждение Степана Аркадьича Алабина на утро после ссоры с женой, открывшей его неверность. Сборы его в „присутствие”, цирюльник, разговор Алабина с дочкой, завтрак, попытки примирения с Долли. Ожидание приезда сестры Анны. Следующая сцена на московском вокзале — первый набросок будущего большого полотна. Присутствуют все главные лица: встречающие — Гагин и Алабин, приехавшие.— мать Гагина и Анна Каренина. Новыми как будто персонажами являются Степан Аркадьич Алабин и его жена.[16]
Таким образом, новый полный вариант романа, впервые озаглавленного „Анна Каренина”, составился из двух отрывков, самостоятельно возникших и впоследствии объединенных. Сюжетный объем их таков: ссора в семье Алабиных, встреча на московском вокзале сестры Алабина Анны и матери Гагина; в московском доме Гагиных беседа материке сыном об его предстоящей женитьбе на Кити Щербацкой; Гагин и его приятель Нерадов, оба влюбленные в Кити.[6]
Как указывалось выше, подобная ситуация, при которой соперничество около Кити не усложняло отношений друзей, мало способствовало дальнейшему развитию сюжета, строящегося на острых конфликтных столкновениях, и вариант, несмотря на попытки расширить его, не имел данных для роста и навсегда был отброшен.
Тем не менее, работа над четвертым вариантом принесла много полезного для общей композиции. Прежде всего, зародилась новая сюжетная линия будущего Левина. Важны поиски „пролога”, закончившиеся выбором для вступления побочной темы будущих Облонских — такой темы, которая объединяет две центральные темы — Карениных и только что появившегося Левина. Наконец, самое главное,—проблемы, возникшие к тому времени и отразившиеся в откинутом варианте, послужили импульсом для возникновения следующего, пятого по счету, самого обширного варианта.
Пятый вариант повторил то же заглавие: „Анна Каренина”, после которого имеется новый подзаголовок, свидетельствующий о дальнейшей детализации романа в сознании автора: „Часть I. Глава I”. Появился эпиграф к 1-й части, предсказывающий столкновение уже -ясно обозначившихся для автора двух сюжетных линий: „Одно и то же дело женитьба для одних есть забава, для других мудренейшее дело на свете”. Тут же, на ходу, заглавие пишется заново, с подзаголовком „роман”, опять с обозначением части и главы. Добавляется эпиграф ко всему произведению: „Отмщение мое”, а частный эпиграф повторен в несколько другой редакции.[7]
Забота об эпиграфе свидетельствует о том, что новая сюжетная линия введена на правах одной из центральных проблем и что роман будет развиваться по методу контраста. Хотя заглавие по-прежнему приковывает внимание к Анне Карениной, роман начинается Константином Ордынцевым, прежде называвшимся Константином Нерадовым, а впоследствии Константином Левиным.
Список заметок, сменивший повествование, свидетельствует о каком-то временном торможении в работе, о желании сначала привести в систему’ предстоящие этапы развития сюжета. Поэтому и рукопись оборвалась. Однако совпадающее сочетание имен дает возможность привлечь к пятому варианту другие рукописи, являющиеся прямым продолжением. Они посвящены событиям, зафиксированным в заметках, которыми окончилась только что рассмотренная рукопись. В новой рукописи описан бал у генерал-губернатора (в опубликованном романе, просто великосветский бал)1, на другой день поспешные сборы Анны домой, ее признание Долли о своем кокетстве с Гагиным (не Удашевым). Достаточно глухого перечня, чтобы воспроизвести канву соответствующих глав 1-й части. Так же и дальше: Анна в поезде. На первой станции (!) она вышла из нагона. Неожиданно появляется Гагин (фамилия не названа), его признание Анне: „Моя жизнь — не моя, а ваша, II навсегда”. „Она закрыла лицо руками и ушла в вагон. Всю ночь она не спала, и эта тряска, колеблющийся свет, свист, стук и буря на дворе мучили ее?”.[2]
На последней странице этой рукописи имеются оборванные фразы, заметки к плану, относящиеся к деревенской жизни Ордынцева, как будто на этом оборвалось развитие сюжета. В действительности оно не прекратилось.
Анализ, применявшийся прежде, дает возможность и здесь восстановить дальнейший процесс создания романа,, найти еще несколько рукописей, имеющих подобное сочетание имен, т. е. безусловно относящихся к данному периоду работы. Сопоставляя только что рассмотренные рукописи с дальнейшими, нельзя не обратить внимания на чрезмерно большой разрыв сюжета. Закончилось болезнью Кити, а ближайшая новая рукопись посвящена поездке А. А. Каренина на ревизию. Переводя этот разрыв на главы окончательного текста, можно определить границы его от главы I второй части до главы VI четвертой части. [7]
Зная приемы Толстого по предыдущим вариантам, можно догадаться, как поступил автор и в данном случае. Ведь имеющийся здесь пробел в сюжете как раз полностью соответствует варианту „Молодец баба”.. Следовательно, его и не стал переделывать Толстой, считая материал вчерне готовым. Точно так же он поступил в свое время при работе над вариантом „Молодец баба”, забронировав часть текста первого варианта, так сделал и в четвертом варианте, присоединив к нему третий вариант. В настоящем случае, привлекая весь материал „Молодец баба”, Толстой, разумеется, принимал его и с той частью, которая в „Молодец баба” перешла из первого наброска.
Во всех таких случаях Толстой не только не перерабатывал, но и не стремился согласовывать старое с новым в деталях, в именах и фамилиях, так сказать, перескакивая через эти разделы к следующим. Не переработка, а дальнейшее развитие интересовало в данный момент автора.
Следующая рукопись посвящена описанию тяжелой жизни Каренина, который чувствовал, что „стал в невыносимое для себя самого, для них обоих и для света в постыдное и невозможное положение”. Наконец Степан Аркадьич обратился к нему с предложением о разводе. После мучительных волнений Каренин согласился. Через месяц они были разведены, и Удашев с Анной уехали венчаться в ее имение верст за двести от Москвы, а Каренин остался с сыном в Петербурге, продолжая служить, „с воспоминанием всего перенесенного позора”.[7]
Рукопись заканчивается планом следующих, уже не реализованных глав, посвященных другой сюжетной линии: „Ордынцевы жили в Москве, и Кити взялась устроить примирение света с Анной. Ее радовала эта мысль, это усилие. Она ждала Удашева, когда Ордынцев прибежал с рассказом о ее теле, найденном на рельсах. Ужас, ребенок, потребность жизни и успокоение”.
В таком виде с большой долей вероятности можно восстановить пятый, последний полный черновой вариант романа, составленный нами из рукописей, находящихся в совершенно различных местах рукописного фонда этого романа. Части их в разное время, в разные стадии творчества были подвергнуты переработкам и оставались среди того материала, с которым органически слились. Подобрав рукописи в соответствии с их первоначальной композицией, мы внимательно следили за тем, чтобы взять из них действительно первый слой, откинув то, что появилось в позднейшей стадии труда.
План, имеющийся в варианте „Молодец баба”, полностью реализован в пятом варианте. Отступление состоит лишь в том, что в нескольких местах здесь вкраплена тема будущего Левина. Она не получила завершения, в то время как сюжетная линия той героини, имя которой носит роман, Т. е. первая тема, вызвавшая к жизни это произведение,, реализована полностью—доведена до развязки. Первый вариант с фамилиями Ставрович и Балашов тоже кончается гибелью Анны, и его общая структура, пройдя через несколько редакций, в какой-то степени завершена в пятом варианте.
При анализе художественного произведения часто употребляется такой термин, как «проблематика». В романе или повести писатель излагает свою точку зрения. Она, конечно же, субъективна, а потому и вызывает споры критиков и читателей.
Проблематика – это центральная часть художественного содержания, неповторимый авторский взгляд на реальность. Проблематика – это субъективная сторона содержания. Тематика – объективная. Можно составить длинный список книг на определенную тему. Например, назвать не один десяток произведений, посвященных конфликту между поколениями. Но вы не найдете романа, идентичного по идейности книге Тургенева «Отцы и дети». [9]
Проблематика - это нравственное отношение писателя к тому или иному предмету. Число тем, которые вдохновляют прозаиков на литературное творчество, не так велико. Крупных писателей, книги которых имеют схожую проблематику, мало. Автор и читатель «Проблема» в переводе с греческого означает "задание". Это слово часто встречается в различных сферах человеческой деятельности. В литературном творчестве проблематика – это задача, которую ставит автор. Это вопрос, который он задает в своем произведении, причем не себе, а читателям. Антон Чехов утверждал, что не следует смешивать два совершенно разных явления: решение вопроса и постановку вопроса. Писатель должен правильно поставить вопрос, и в этом заключается его главная задача.
Несложно определить проблематику в таких произведениях, как «Анна Каренина», «Евгений Онегин». В них нет решения авторских вопросов. Но поставлены они верно. [5]
При чтении «Анны Карениной» возникают вопросы. Правильно ли поступила главная героиня, уйдя от мужа? Погубил ли свою возлюбленную Вронский или он, прежде всего, сам стал жертвой собственной страсти? И критики, и читатели отвечают на эти вопросы по-разному. Но проблематика романа затрагивает в первую очередь особенности русского дворянского общества XIX века. Трагедия героини Толстого в том, что в ее окружении на первом месте благопристойная форма, а уже потом чувства. Типы проблематики Литературоведы выделяют несколько видов этого важного аспекта художественного содержания.
Изучением проблематики произведения начали заниматься в XIX веке. Но первые классификации появились только в 20-м столетии. Одна из них принадлежит литературоведу Бахтину. Он различал проблематику по авторскому подходу к изображению человека. Поспелов выделил следующие виды: национально-историческая; мифологическая; нравоописательная; романная.
Существует еще множество классификаций проблематик, и каждую из них приводить не имеет смысла. Так, современный исследователь Есин, помимо мифологической, выделил такие типы, как национальная, романная, социокультурная, философская. При этом некоторые из них разделил на подтипы. Для того чтобы понять, что такое проблематика, лучше привести примеры из литературы. Какова проблематика повести «Тарас Бульба»? Несложно догадаться. Ведь автор использует национально-исторический тип. Но присутствуют в произведении Гоголя и романные аспекты проблематики.