Правительство Российской Федерации
Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего профессионального образования
«Национальный исследовательский университет
«Высшая школа экономики»
Факультет гуманитарных наук
Образовательная программа «Культурология»
ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА
На тему Никколо Паганини как современный киногерой
Завертяева Валерия
Москва, 2018
Оглавление
Введение
Итальянский скрипач-виртуоз и композитор Никколо Паганини (1782-1840), генуэзец по происхождению, покоривший множество концертных залов Европы, известен в мировой культуре не только вкладом в музыкальную сферу, но и конструированием своего публичного образа.
«Паганини... был феноменальным виртуозом. Он изобрел новый стиль эффектной (spectacular) игры на скрипке, который он использовал в своих собственных композициях. Ему также повезло начать свою карьеру в замечательный исторический период, и он был первым виртуозом, кто воспользовался этими превосходными условиями для выступления (performing)» Здесь и далее перевод мой. - В. З.. Эта фраза музыковеда Богдана Муценберга (Muchenberg, 1991, 33 (цит. по Wagner, 2015, 17)) весьма репрезентативна и акцентирует те аспекты, характерные для славы Паганини, которые не связаны непосредственно с музыкальной наукой и музыковедческой стороной исследований персоны виртуоза, но интересны для данной работы: перформативность выступлений, умение уловить Zeitgeist, уникальность и исключительность Паганини как феномена.
Технически, помимо Паганини, в XIX веке существовало множество выдающихся музыкантов, значительно повлиявших на мировую и европейскую культуру и вошедших в историю музыки: Людвиг ван Бетховен, Иоганн Себастьян Бах, Ференц Лист, Фридерик Шопен, т.д. Вокруг их имен также сложились и функционировали определенные мифологические ландшафты, не оставшиеся без внимания исследователей - к примеру, в 1967 г. вышла монография «The Skein of Legends around Chopin» за авторством Адама Харасовски. Однако биографии этих музыкантов не оказались в фокусе кинематографических экспериментов так, как биография Паганини.
Существует ряд художественных фильмов о Бетховене, к примеру, «Immortal Beloved» (1994, реж. Б. Роуз, Великобритания-США) и «Copying Beethoven» (2006, реж. А. Холланд, Германия-США-Венгрия), есть двухсерийный фильм «Ференц Лист - Грёзы любви» (1970, реж. М. Келети, СССР), несколько фильмов посвящены Шопену и его отношениям с Жорж Санд: «A Song to Remember» (1945, dir. Ch. Vidor, США), «La note bleue» (1991, реж. А. Жулавский, Франция-Германия), «Impromptu» (1991, реж. Д. Лэпин, Великобритания-Франция), «Chopin. Pragnienie miіoњci» (2002, реж. Е. Антчак, Польша). Интересна в контексте данного исследования могла бы быть музыкальная трагикомедия «Lisztomania» (1975, реж. К. Расселл, Великобритания), чей сюжет основан на феномене “листомании”, захватившем Европу в период жизни Ференца Листа, и представляющем жизнь композитора как историю восхождения и заката рок-звезды «Листомания». Материал из Википедии - свободной энциклопедии. (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9B%D0%B8%D1%81%D1%82%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D1%8F). Просмотрено: 17.05.2018..
Однако именно Паганини оказывается героем байопиков и фигурантом фильмов о музыкантах не в единичных случаях, а систематически с первых лет существования синематографа Список приведён по материалам: «Паганини, Никколо». Материал из Википедии - свободной энциклопедии. (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D0%B0%D0%B3%D0%B0%D0%BD%D0%B8%D0%BD%D0%B8,_%D0%9D%D0%B8%D0%BA%D0%BA%D0%BE%D0%BB%D0%BE). Просмотрено: 17.05.2018.:
· Паганини (Paganini, 1923, реж. Х. Голдберг, Германия)
· Franz Schuberts letzte Liebe (1926, dir. A. Deutsch-German, Германия)
· Die lachende Grille (1926, dir. F. Zelnik, Германия)
· Paganini in Venedig (1929, dir. F. Clifford, Германия)
· Casta diva (1935, dir. C. Gallone, Италия)
· The Divine Spark (1935, dir. C. Gallone, Англия)
· Фантастическая симфония (La symphonie fantastique, 1942, реж. Кристиан-Жак, Франция)
· Россини (Rossini, 1942, реж. M. Bonnard, Италия)
· Heavenly Music (1943, dir. J. Berne, США)
· A Song to Remember (1945, dir. Ch. Vidor, США)
· The Magic Bow (1946, dir. B. Knowels, Англия)
· Bohemian Rapture (Housle a sen, 1947, dir. V. Krska, Чехословакия)
· Casta diva (1956, dir. C. Gallone, Италия-Франция)
· Оправдание Паганини (1969, реж. Н. Лактионов, СССР).
· Паганини (Paganini, 1973, реж. О. Йорк, ФРГ)
· Паганини (Paganini, 1976, реж. Н. Перакис, Италия)
· Никколо Паганини (1982, реж. Л. Менакер, СССР-Болгария)
· Весенняя симфония (Frьhlingssinfonie, 1983, реж. П. Шамони, ФРГ)
· Зигфрид (Zygfryd, 1986, реж. А. Домалик, Польша)
· Ужас Паганини (Paganini Horror, 1989, реж. Л. Коцци, Италия)
· «Паганини» (Kinski Paganini, 1989, реж. К. Кински, Италия-Франция)
· Moi, Hector Berlioz (2003, dir. P. Dupouey, Франция)
· Паганини: скрипач дьявола (Paganini: The Devil's Violinist, 2013, реж. Б. Роуз, Германия-Италия)
Приведённый список позволяет предположить, что в образе Паганини есть определенная киногеничность, заложен ресурс, дающий импульс интерпретациям и трактовкам образа, “обыгрыванию” его в таком перформативном медиа, как кино. Именно Паганини оказывается самой романтизированной и мифологизированной фигурой среди музыкантов своего времени - и, что особенно важно для данного исследования, продолжает оставаться достаточно “заряженным” образом по сей день, предоставляя определенное поле возможностей для репрезентаций и потенциал для реализации в пространстве массовой культуры.
Современный кинематограф извлекает эти мифы из образа Паганини, конструируя на их основе драматургию и нарратив биографических фильмов, актуализируя эти мифы через сближение с пространством современных селебрити, внутри которого функционируют те же мифы. В подтверждение последнему утверждению можно привести, к примеру, статью «"Me and the Devil": Legends of Niccolo Paganini and Robert Johnson» (Everett, Narvaez, 2001) - в ней проводится сравнительный анализ легенды Паганини и Роберта Джонсона, одного из наиболее известных блюзменов XX века.
Данное исследование, однако, ставит более широкоформатную задачу: вывести и рассмотреть общую систему клише, по которой в байопиках создается образ Паганини как современной звезды, киногероя, селебрити.
«В сегодняшней поп-культуре образ музыканта важен так же, как музыка, которую он создает, если не более. Этот феномен не так нов, как можно подумать, а датируется скорее периодом Романтизма, когда общество начало видеть в музыканте созидающего гения, а не ремесленника» (Aylward, 2016).
Несомненно, потенциал Паганини как “героя”, если применять терминологическую парадигму Томаса Карлейля, восходит корнями к контексту романтизма, в рамке которого функционировали - и функционируют, - мифы вокруг персоналии Паганини. В байопиках итальянский виртуоз предстает перед зрителем как человек творческий и, более того, гениальный в своём творчестве, и эта рамка, как правило, становится ключевой, задающей тон всему повествовательному нарративу.
Конструирование гениальности как мифа массовой культуры, романтизация таланта как маркера исключительной личности - феномен XIX века, чему посвящен целый сегмент исследований.
Показательна здесь работа Ольги Вайнштейн «Конструкция литературного культа в эпоху романтизма» (Вайнштейн, 2011), в которой описываются приемы и практики, с помощью которых конструировался популярный тиражируемый образ поэтов-романтиков. Именно в романтическую эпоху закладывались те стратегии формирования и поддержки репутации в публичном пространстве, которые многие исследователи рассматривают как основообразующие прообразы для современного феномена селебрити.
Именно анализу байопиков о Паганини на предмет извлечения этих тропов, клише и штампов и изучения механизмов их функционирования, посвящена данная исследовательская работа. По аналогии с «formula stories» («формульными повествованиями») Джона Кавелти, который исследовал символы, легенды и мифы популярной культуры - в частности, на примере массовой литературы в монографии «Adventure, Mystery and Romance: Formula Stories as Art and Popular Culture» (Cawelti, 1976) - в дальнейшем в исследовательской работе комплекс этих мифов, тропов и клише будет чаще всего называться «формулами».
Это сближение методологического аппарата исследований литературного поля и поля celebrity studies базируется на семиотическом подходе к анализу массовой культуры, «в соответствии с которым она понимается не столько как система знаков, сколько как среда, в которой функционирует нечто как знак. Семиологов в меньшей степени интересуют проблемы сосуществования массового и немассового, эстетической оценки явлений массовой культуры, и в большей - устроение самого коммуникативного поля, в котором нечто функционирует и распознаётся как текст массовой культуры. Иными словами, массовая культура трактуется здесь как коммуникационная система, условием возможности которой выступают знаковые системы». (Кожемякин, 2013).
Исходя из этой концепции, феномен селебрити можно рассматривать как миф, функционирующий внутри «текста» массовой культуры, который можно последовательно раскрыть, деконструировать и проанализировать, а нарративную структуру фильмов рассматривать родственной литературным нарративам, функционирующей по тем же принципам и использующей аналогичные тропы.
В качестве кейса для данного исследования были выбраны три фильма:
· Никколо Паганини (1982, реж. Л. Менакер, СССР-Болгария)
· Паганини (Kinski Paganini, 1989, реж. К. Кински, Италия-Франция)
· Паганини: Скрипач Дьявола (Paganini: The Devil's Violinist, 2013, реж. Б. Роуз, Германия-Италия)
Критериями отбора послужили, во-первых, технические моменты: сравнительно недавние, на момент 2018 г., даты завершения съемок и выхода фильмов, достаточно высокие оценки на сайте Kinopoisk.ru и наличие рецензий в СМИ, что легитимизирует выбор фильмов как известных массовому зрителю продуктов культуры, упоминание в аналитической литературе - так, например, фильму о Паганини посвящено эссе в сборнике «Klaus Kinski, Beast of Cinema: Critical Essays and Fellow Filmmaker Interviews» (Edwards, 2016).
Кроме этого, примечательным фактом оказалось то, что в заглавной роли фильмов Кински и Роуза выступают персоналии, сопровождаемые своим собственным «мифом celebrity». Внутри данных байопиков, таким образом, конструируется усложненное celebrity-пространство, и восприятие зрителем героя Паганини смешивается с восприятием современной звезды на теле- и киноэкране, что интересно рассмотреть в качестве культурного феномена.
Во-вторых, ввиду предполагаемого анализа Паганини как медийной личности, в фокус внимания исследования попали репрезентируемые в выбранных фильмах образы Паганини, образы публики и взаимоотношений Паганини с публикой. Согласно предварительной гипотезе, позднесоветский кинематограф, находясь в поле культуры, идеологически заточенном на иные практики создания героев, не обладал теми аппаратами конструирования славы, которые были свойственны западному медиа-пространству.
Не ставя себе задачей рассматривать техники героизации в советской культуре, мы, однако, задействовали для сравнительного анализа четырехсерийный фильм «Никколо Паганини» Менакера, чтобы рассмотреть задействованные в нем «формулы» и celebrity-практики.
Для данного исследования контекстная парадигма образа Паганини как селебрити своего времени, которая часто рассматривается в исследованиях, посвященных культуре знаменитостей и изучению публичной сферы, весьма важна - как было упомянуто выше, рабочая гипотеза исследования предполагает, что в байопиках образ Паганини репрезентируется за счет корпуса «формул», близких современным техникам саморепрезентации музыкантов-знаменитостей.
Культура селебрити к настоящему моменту изучена достаточно широко и не теряет актуальности в качестве объекта анализа: Издательство Ивана Лимбахта готовит к публикации в 2018 г. монографию Антуана Лилти «Публичные фигуры: Изобретение знаменитости (1750-1850)».
Несмотря на то, что наблюдается тенденция к выделению celebrity studies в отдельный, самостоятельный корпус исследований, это поле остается по-прежнему междисциплинарным и задействует методологии широкого спектра культуроведческих и социальных наук.
Традиционно историографический обзор celebrity studies начинается с уже упомянутого Томаса Карлейля и его сборника лекций «Герои, почитание героев и героическое в истории» (Карлейль, 2008), первая публикация в 1841. Ученый эпохи Романтизма, Карлейль работает в рамках т.н. «теории великих людей», представляющей мировую историю как совокупность биографий выдающихся личностей, за которыми признается моральное право вести и направлять толпу.
Примечательна среди прочих и монография “Падение публичного человека” Ричарда Сеннета (Сеннет, 2002). В ней автор, разбирая случай Паганини как харизматической личности и публичного человека XIX века, акцентирует внимание на том, что «именно к 1830-1840-e гг. культура личности так сильно и таким образом углубила эту веру в собственных глазах профессионального исполнителя и в глазах других, что он стал единственной активной публичной фигурой, единственным, кто может побудить других ощущать себя вполне включенными в публичную сферу» (Сеннет, 2002, 221-222). Сходной исследовательской проблематике - конструированию славы как феномена в период романтизма, - посвящены статьи, вошедшие в сборник «Constructing Charisma: Celebrity, Fame, and Power in Nineteenth-Century Europe» под редакцией Эдуарда Беренсона и Евы Гилои (Berenson, Giloi, 2010). Включающий ряд статей о конструировании политической известности, «имперских героев» и «royal celebrity», сборник также включает раздел «Celebrity as Performance» - он посвящен знаменитостям-исполнителям и перформативности феномена селебрити, что представляет особый интерес для исследовательской рамки данной работы.