Материал: Шапталов Б.Н. - Деградация и деграданты. История социальной деградации и механизмы её преодоления - 2014

Деградация системы означает снижение ее способности к воспроиз­ водству силы. Чтобы уравновесить ее расход и приход, системе приходит­ ся прибегать к редукции — уменьшению числа входящих в нее элементов и, соответственно, упрощению своих управленческих связей, снижению управленческой нагрузки. Именно этому подспудному желанию следовала московская делегация в Беловежской пуще, предложив ликвидировать Советский Союз. Но это дало лишь временное облегчение. Процесс сни­ жения энерговоспроизводства толкает к дальнейшей редукции, которая переходит в новую антикачественную стадию — перманентную дряблость социального организма. Это как у стариков: с возрастом растет стремле­ ние к покою, снижаются требования к наполненности своей жизни, и так пока не наступает окончательное успокоение.

Социальная деградация иногда носит объективный характер. Извест­ ны случаи, когда оттесненные врагом племена, попадали в тяжелые при­ родные условия и теряли часть накопленного культурного наследия. Но деградация может быть добровольной. Самое распространенное явление добровольной деградации среди людей — алкоголизм и наркомания.

Деградация может проявляться как побочный продукт социальной деятельности, не затрагивающий ядра общества, а может сложиться в сис­ тему. Самоорганизация — непременное свойство развившейся системы. Когда деградация набирает силу, она становится системной и тоже обрета­ ет свойства самоорганизации, и стремится к обретению устойчивости. Деградация начинает жить по своим энергетическим принципам — жить энергией распада. И тогда остановить процесс саморазрушения становит­ ся невозможным.

И последнее соображение. Социальная деградация не может идти «вообще». Как болезнь она имеет своих распространителей, она порожда­ ет своих носителей. Энергия распада толкает их верх, блокируя при этом созидательные элементы.

1.3. НОСИТЕЛИ ДЕГРАДАЦИИ

1.3.1. Попутные замечания

В свое время нашумел фильм-трилогия «Матрица». Дискуссия вы­ глядела весьма надуманной. По сюжету некий внешний разум придумал систему тотального контроля над людьми, поместив их в виртуальную реальность, где они чувствовали себя если ни счастливыми, то существо­ вали вполне комфортно. Надуманность споров состояла в том, что в фильме ясно показано, что как раз «реальный мир» хакеров во главе с их

предводителем Нео и есть фикция. Именно они сотворили компьютерный мир-игру, в котором персонажи могли перемещаться по телефонным про­ водам, драться, попирая закон гравитации (зависать в воздухе, бегать по стене) и легко уклоняться от пуль. В фильме продемонстрировано, как это делается: прежде чем уйти в «реальный мир», хакеры подключали свой мозг к компьютеру. Получается, не фантастический Архитектор, а предво­ дитель хакеров Нео контролировал сознание своих подопечных! Для этого он и объявил подлинный мир иллюзорным, предложив вместо него сете­ вой (и игровой) мир под названием «Матрица». Но фильм выстроен так, что логика зрителей выворачивается: очевидное становится не очевидным, а обманка воспринимается как реальность. Задача такой логики — видеть то, чего нет, и не видеть (игнорировать) то, что очевидно. Эту ситуацию ныне называют постмодернизмом.

Один из отцов перевернутой логики французский философ Ж. Бодрийяр объявил реальную жизнь «утерянной», вместо нее выдумы­ вается новая реальность, для чего необходимо снять своеобразную копию с утерянного оригинала. Такую копию он назвал симулякром. Название прижилось.

(Стоит отметить, что Франция весь XX век являлась родиной многих весьма специфических философско-культурных теорий, становившихся модным — дадаизма, кубизма, экзистенциализма... Правда, все они быст­ ро сходили на нет.)

Итак, для мира симулякров реальность — фикция Людям только ка­ жется, что они живут, а на деле живут, укутанные в информационные ко­ коны, ими манипулируют сильные мира сего. Само по себе такой посыл верен и он давно разрабатывается социальными критиками самых поли­ тических направлений. Традиция такой критики восходит к теориям отчу­ ждения Гегеля и Маркса. И вывод Бодрийяра и его последователей тоже не нов: надобно взорвать эту псевдореальность. И взрывают и убивают «по идейным» соображениям, а почему бы и нет, раз реальность фикция, и надо звать живых вырваться из коконов? Объявим войну лейтенантам Смитам!

Конечно, Бодрийяр к преступлениям не звал, наоборот, сознавая та­ кую опасность, доказывал тщету террористических усилий. Однако Маркс тоже предостерегал против казарменного коммунизма, но именно под знаменем марксизма Сталин, Мао, Пол Пот и Ким Ир Сен построили в своих странах казарменный «коммунизм». Логика учения в обществе «пролетарской диктатуры» вела к антилогике, как реальности, в которой марксизм становился симулякром.

Прежде чем объявлять мир «фикцией», который надобно заменить Нео-новой реальностью, стоит подумать, кто воспользуется такой фило­ софией? (В частности, стоило бы подумать, кем бы стал вожак хакеров

Нео в случае его победы? Не новым ли диктатором?). Известно, что доро­ га в ад вымощена благими намерениями. И «благие теоретики», а равно практики, имеют непосредственное отношение к теме деградации: воюя с «неправильной» реальностью, творится новая, которая часто оказывается тупиковой. И эта реальность оказывается питательной средой для лично­ стей, играющих на понижение этноэнергетики народа и общества. Таких людей будем называть деградантами.

У JI. Гумилева пассионарии — носители энергетической мощи этно­ са, а субпассионарии, как слабые индивиды, ее растрачивают. На деле деграданты обладают немалой силой, иначе они не смогли бы сокрушать государства изнутри. Пусть их сила деструктивна, но все равно это Сила! Что она собой представляет?

1.3.2.Личность и психология деграданта в сопоставлении с пассионарием

Отом, что в обществе могут набрать силу элементы его разлагающие, было замечено еще в древности. Гумилев саркастически назвал таких лю­ дей "жизнелюбами", «...поскольку они являются особями нового склада, (то) создают свой императив: "Будь таким, как мы", т. е. не стремись ни к чему такому, чего нельзя было бы съесть или выпить. ...жизнелюбы уме­ ют только паразитировать на жирном теле объевшегося за время "цивили­ зации" народа. Сами они не могут ни создать, ни сохранить. Они разъеда­ ют тело народа, как клетки раковой опухоли организм человека, но, побе­ див, т. е. умертвив соперника, они гибнут сами» (Гумилев Л. Н. Этногенез

ибиосфера Земли. М., 1989. С. 419).

Собственно обществом (в отличие от населения) следует называть ту часть народа, которая хранит и цивилизиционно-культурный код и разви­ вает на его основе материальную и духовную культуру. Если общество разрушается, деградирует, то социум превращается в народонаселение, и в этом качестве может существовать длительное историческое время, но без способности к прогрессу. Срок такой жизни, похоже, зависит от накоплен­ ного во время взлета культурного багажа. Чем «толще» слой, тем дольше проедание. Хотя, надо признать, что скорость течения деградационных процессов — открытая проблема. Это как в химии: в разных веществах — разная скорость тления. Одно ясно: деградация в обществе идет через лю­ дей, а в природе нет ничего сложнее, чем Человек. Поэтому проблема де­ градации одновременно сочетает в себе политический, экономический, культурный и психологический аспекты — все то, что можно объять поня­ тием «социология».

Во времена, когда социологии как науки не было, зеркалом социаль­ ных процессов являлась литература. Онегин и Печорин — это пассионар­

ный (энергетически заряженный) тип личности, но не имеющий значимой, мобилизующей цели в жизни. Андрей Болконский — пассионарий, имев­ ший ложную мобилизующую цель. А вот Обломов и обитатели чеховских дворянских усадеб — личности, не способные делать дело, даже если бы перед ними стояла значимая цель (а она стояла, хотя бы цель не разорить­ ся и спасти источник своего существования). Эволюция дворянских лите­ ратурных типов от начала XIX и к веку XX вполне показательна для ил­ люстрации хода энтропийных процессов в правящем классе России. Свержение дворянской монархии в марте 1917 году стало закономерным завершением этого процесса.

Но чеховские персонажи — это пассивные деграданты, личности с угасшей энергетикой, живущие скорее по инерции. Если б дело ограничи­ валось таким типом индивидов, то проблема деградации намного упро­ стилась бы. Процесс описывался бы понятным природным циклом: моло- дость-зрелость-старость-дряхлость. И такого рода описаний жизнедея­ тельности государства и общества создано немало. Однако схемы получи­ лись чересчур прямолинейными по сравнению с жизнью. К тому же не удавалось объяснить механизм социального старения. С чего это вдруг еще недавно пышущее здоровьем и силой государство вдруг начинало хиреть и разваливаться? Потому что «старость» наступила? Но почему сейчас, а не позже? Непонятно. Недаром с античности был популярен жанр биографий исторических деятелей. Слишком многое зависело от индивидуальных качеств правителей, военачальников, политиков. С ними связывался расцвет государств и упадок. Они, в сущности, были индика­ торами состояния общества и этноса. По Наполеону, Цезарю и Александ­ ру Македонскому можно судить о самом народе.

Одно время казалось, что, раз дело в правителях, то демократия — лучшее средство против слабой власти, ибо позволяет избавляться от не­ умелых управленцев, не дожидаясь их смерти, как при монархическом режиме. Но та же античность продемонстрировала иное: деградации под­ вержена и демократия. И этот политический строй на каком-то этапе так­ же становится беззащитен перед деградантами.

Так кто они — деграданты? Что ими движет?

Можно различить две основные группы: 1) ориентированные на рас­ ширение рамок личной «свободы» до бесконечности, в следствии чего возникает угроза социальной катастрофы, и 2) деграданты, использующие традиционные институты для своей деятельности.

У деградантных «борцов за свободу» вполне привлекательные лозун­ ги. На деле же за ними кроется стремление к освобождению и, главное, узакониванию в глазах общества своего подполья — того уровня сознания, которое психиатры отнесли к «подсознательному», «бессознательному», «первобытному», «животному» в человеческой личности. О снятии запре­

тов как способе борьбы с неврозами толковали многие известные ученые и интеллектуалы, в том числе ссылаясь на Ф. Ницше и 3. Фрейда.

По существу, истинное желание таких личностей — возвести скотст­ во в норму, как природное «негреховное» естество («что естественно, то не безобразно»). Пример тому деятельность маркиза де Сада и его по­ клонников, видящих в его писаниях особый вклад в культуру. Но развитие цивилизации шло не через «естество», а, наоборот, через формирование морали, а мораль не может существовать без запретов и ограничений. В животном мире нет понятия инцеста, гомосексуализма, убийства и во­ обще понятия преступления. Если крокодил убивает своих детенышей, а лев — выводок своего брата в борьбе за лидерство в прайде — то это не есть преступление, а подчинение инстинктам. Но человек стал человеком, когда преодолел животные инстинкты и сформулировал иные правила поведения. Отказ от них есть скатывания на доцивилизованный уровень. Поэтому индивиды, подрывающие основы культуры — деграданты.

Деградантом пропагандируется вседозволенность: «всё можно, что хочется, и нельзя осуждать тех, кто дозволяет себе то, что им хочется». Это принципы разрушения, хотя они объявляются принципами свободы.

Глубинная задача деграданта — растление общества. Поэтому он не остановится на каком-то одном рубеже, а будет ратовать за все новые и новые послабления от норм морали вплоть до полного снятия моральных запретов.

Но почему нельзя выстроить цивилизацию на основе «природных ин­ стинктов»? Зачем нужны запреты и моральные регуляторы?

Да, можно жить в норах и пещерах, питаться в сыром виде тем, что дает природа. Но цивилизация преодолевает природную среду и создает искусственную среду обитания. В итоге искусственная среда формирует нового — цивилизованного — человека как социальный, а не только био­ логический тип. Безусловно, это отчуждение от природы наряду с огром­ ными преимуществами породило свои проблемы, над решением которых люди бьются со времен формирования первых цивилизаций. Но попытка решить их самым простым и «очевидным» способом — снятием запретов, ведет к разрушению основ жизнедеятельности общества. Потому запреты в древних обществах табуировались, объявлялись священными, и все главные религиозные книги — Веды, Библия. Коран — содержат в себе запретительные предписания.

Сохранение равновесия между биологическим и социальным в чело­ веке, смягчение существующего антагонизма — задача, не имеющая легко­ го и однозначного решения. И попытка упростить ее — путь к деградации.

В химии есть понятие автокатализа, когда в веществе накапливаются катализаторы, ускоряющие реакцию разложения. Этот описание приме­ нимо и к деградантам.