34 |
Часть 1. Социальная деградация как цивилизационная проблема |
говорится так шумно, эта тема раскручивается так мощно, будто проблема гомосексуализма касается большинства мужчин. А когда будет исчерпана эта тема, то всплывут другие: вопросы: инцеста (контрацептивы исклю чают зачатие, так почему близким родственникам нельзя любить друг дру га?), педофилии (дети ныне взрослеют рано, так почему им нельзя со взрослыми...?) и т. д. Все это будет подаваться в обертке борьбы за свобо ду личности, за гуманизм, на право иметь право «на то, что слева и то, что справа» и пр.
Для общества опасно возрастание влияния гедонистов и деградантов как разрушителей этноэнергетики нации. Гедонисты пропагандируют фи лософию жизни как цепи удовольствий. Деграданта исповедуют капиту лянтство перед внешними и внутренними проблемами как способ приспо собления к имеющимся системным сложностям, решить которые они не в состоянии. Под этот уровень подверстывают не только экономику, уровень государственного управления, но и культуру. К ней тоже резко снижаются требования. Достаточно посмотреть фильмы и почитать художественную литературу «деградантных» периодов любой страны и отчетливо станет видно объединяющее их качество: тяга к социальным маргиналам, к нега тиву, к патологии или, если сказать жестче — тяга к дерьмецу. Они «кон ституируют» эту консистенцию, как экстракт свободы, что тоже понятно: деградантов закономерно тянет к вырожденцам и вырожденчеству.
Деградант способен активно пробиваться во власть, но, достигнув цели, быстро осознает, что имеющиеся задачи ему не по плечу. В нор мальной обстановке такие индивиды оттесняются личностями пассионар ного плана или просто профессионалами, и они занимают в обществе ме сто соразмерное их способностям. Иная ситуация складывается, когда энерговоспроизводство народа не в состоянии обеспечить социум необхо димым числом пассионарных личностей. Это открывает путь к доминиро ванию энергетически слабых индивидов. Придя к власти, им ничего не остается делать, как только начать процесс редукции, чтобы совладеть с имеющимися проблемами. В этом и заключается отгадка «перестройки»
СССР и последующих «реформ» в постсоветской России. Так сказать, делали, что могли и получили то, что сумели сделать.
Российские деграданты легко нашли выход из незавидного положе ния. Когда возникают экономические и управленческие проблемы, да еще неожиданные и к тому же с малопонятной природой своего происхожде ния, то сразу предлагается выход — реформы. Реформирование — «всеобьясняющее» слово, за которым можно скрыть непонимание происходя щего. Предложение начать реформы — способ снять с себя ответствен ность. Реформы легко начать, но, подобно ремонту в квартире, трудно за кончить. Хлипкий результат реформирования всегда можно свалить на объективные обстоятельства. Впрочем, нередко и этого не требуется.
1.3. Носители деградации |
35 |
Обычно к концу реформирования забывается, с какими целями они начи нались. «Реформы», особенно длительные по времени — благоприятная среда для демагогов и деградантов.
Итак, общее правило демократии, а также правящего класса традици онного (авторитарного) государства — с возрастанием «сытости» растет влияние деградантов. Их объективная задача — устранить препятствия для воцарения жизни «в свое удовольствие». Для этого разрушается все, что требует серьезных усилий, в том числе устраняются те качества, которые предполагают определенную степень мобилизованности общества для конкурентной борьбы, его способность аккумулировать силы. Они целена правленно выводят страну на уровень, который по силам деградантам.
Размобилизованность — «идеал» деграданта. К ней они стремятся подсознательно, но целеустремленно. В итоге получается рыхлый, разба лансированный социум, теряющий способность эффективно противосто ять внешним и внутренним угрозам, капитулирующий перед ними ради сохранения спокойной, сытой, безмятежной жизни. Поэтому, если будет предложено, чтобы Россия сконцентрировалась и начала экономическое наступление в сфере производства товаров с высокой добавленной стои мостью, например, в автомобилестроении и электронике, то обязательно последуют «убедительные» и проникновенные рассуждения о том, как это дорого, трудно и не обязательно, что есть более легкие пути использова ния возможностей страны. В России эта позиция нашла свое выражение в «теории естественных конкурентных преимуществ», активно пропаганди руемой в 2000-е годы. Такими «преимуществами» считалось добыча и продажа сырья на «инновационной» основе. Это все равно, если бы спортсмены и тренеры в период подготовки к Олимпийским играм расска зывали, как трудно завоевать медали и, по большому счету, не очень-то и нужно, ибо есть внутрироссийские соревнования, где также дают медали. Понятно, что такая команда олимпийские награды не завоюет. Фактически данная «теория» служит основанием для уклонения от соперничества, хотя на словах все за то, чтобы развивать конкуренция. Но это конкурен ция «не бей лежачего».
В Западной Европе, США и России давно обозначилась тенденция саморазрушения цивилизации. Причем она достигла такого уровня, что социальное и техническое созидание автоматически включает момент са моразрушения. Обществом ощущается негативная тенденция, предприни маются оздоровительные меры, но они недостаточны. Необходимо более глубокое знание причин деградации.
Все знают, сколь важно сохранять конкурентоспособность экономики, но точно также необходимо осознавать важность сохранения и поддержания высокого качества этноэнергетики. Состояние государства определяется не размерами природных богатств, а состоянием национальной энергетики.
ЧАСТЬ 2
Системные характеристики деградации
2.1. СОЦИАЛЬНАЯ ЭНТРОПИЯ
Энтропия в природе — это процесс рассеивания энергии. Она пред ставляет опасность в том случае, если воспроизводство новых порций энергии не в состоянии покрыть ее убыль. В физике космоса угроза эн тропии означает тепловую смерть Вселенной. Было высказано предполо жение, что рассеивание энергии в бескрайнее космическое пространство со временем приведет к такому охлаждению газа и тел во Вселенной, что любые формы жизни станут немыслимыми. Но если даже это и так, то речь идет о столь отдаленной перспективе (миллиарды лет), что никак не скажется на человечестве. А возможна ли подобная угроза для общества? Да, возможна, и тому есть многие исторические примеры. Но данная угро за чаще всего не осознается, хотя бы потому, что в гуманитарных науках только складывается понятие социальной энтропии, а, соответственно, нет ясного понимания принципов и закономерностей ее возникновения.
Трудность описания энтропийных процессов в обществе состоит в том, что сам термин «энтропия» условен. Он взят из физики по методу аналогии и лишь как аналогия способен объяснить процессы, коренным образом отличающие от естественнонаучных. Надо иметь в виду, что ис пользование понятий из физики или биологии — занятие вынужденное, вызванное неразработанностью специфического понятийного аппарата. Многократные попытки отдельных историков и социологов придумать особые, относящиеся только к гуманитарным наукам термины, закончи лись неудачей. Конструирование слов выглядело довольно надуманным и неуклюжим. Попробуйте выговорить, например, слово: «протомилитомагнарный». К немногим успехам относится придуманное Л. Гумилевым бла гозвучное слово «пассионарность». Поэтому, чтобы не обременять текст придуманными терминами, используются привычные слова-понятия.
В чем проявляется социальная энтропия? Казалось бы, в войнах. Вот где затраты колоссальны! Однако европейские государства, несмотря на огромные потери материальных и людских ресурсов, за последние
2.1. Социальная энтропия |
37 |
300 лет развивались очень быстро. В тоже время, между странами Латин ской Америки было небольшое число вооруженных конфликтов, но они не только не смогли догнать Европу, но и значительно отстали от нее. То же самое характерно для Африки и мирных государств Азии. Аналогич ной была ситуация с Древним Римом. Почти непрерывные войны сопро вождались постоянным усилением римского государства, превратившего ся в итоге в «мировую» империю. Причем усиление имперской мощи сопровождалось расцветом культуры. Почему же войны становились ус корителями научно-технического, а порой и социального прогресса, а не тормозом?
Для сравнения обратимся к паровому двигателю. Работа в нем — это разница между максимальной и минимальной температурами производи мой энергии. Соответственно, чем выше температура пара, тем больше возможностей произвести полезную работу. Так и с войной. Она может играть роль очень высокой температуры для разогрева социальной энер гии. Задача правителей найти способы целеустремленного использования имеющейся энергии. В Древнем Риме это удавалось в наибольшей степе ни, в том числе через военную экспансию, что и обусловило превосходст во римлян над окружающими народами. Высокую эффективность исполь зования разогретой социальной энергии продемонстрировала фашистская Германия. Всего за несколько лет в Германии были созданы не только мощные вооруженные силы, которые удалось победить лишь совместны ми усилиями трех великих держав (СССР, США, Великобритании), но и был осуществлен впечатляющий прорыв в ракетостроении и реактивной авиации.
Не преминули использовать Вторую мировую войну для техническо го прорыва и Соединенные Штаты. Самый яркий пример — использова ние атомной энергии.
Несмотря на колоссальные потери, война вывела Советский Союз в сверхдержавы, а ее военно-промышленный комплекс надолго стал локо мотивом научно-технического прогресса. Это говорит о том, что деграда ция не связана с затратами социальной энергии на достижение целей. На оборот, чем активнее общество, чем больше усилий оно прикладывает, тем быстрее наращивает социальные мускулы. Поэтому призывы иных «светлых» умов опереться на иностранный каптал, иностранную рабочую силу, иностранных ученых как средства развития России есть курс на дальнейшее понижение национальной энергетики, что обернется ее исто рическим поражением.
В мире физической природы энергия получается, прежде всего от сжигания топлива, хотя есть и чистые виды получаемой энергии — энер гия ветра, приливов, гидроэнергия (если размер затапливаемых земель невелик). Социальная энергия может быть получена через принуждение к
38 |
Часть 2. Системные характеристики деградации |
труду внеэкономическим путем. Труд рабов и крепостных, а также гибель солдат тоже можно сравнить с процессом «сжигания топлива». Но необхо димый результат можно получить через экономическое и моральное сти мулирование. Самый «чистый» вид социальной энергии — творчество: творчество ученых, конструкторов, художников, а также управленцев всех уровней. Чем выше энергетическая отдача творческой части общества, тем быстрее оно развивается. В итоге «на выходе» имеются общества с очень разным уровнем социального коэффициента полезного действия. Государ ства Латинской Америки в XIX веке имели конституции, законы и поли тическую систему (парламент, многопартийные выборы) сходные с Со единенными Штатами. Но почему-то США развивались намного быстрей, оставив Латинскую Америку далеко позади. Причина тому проста: соци альный КПД, прежде всего в сфере творчества, был намного выше в США, тогда как Латинская Америка за два столетия своей истории не по дарила миру ни одного ученого! Не было сделано ни одного научного от крытия или технического изобретения, а Соединенные Штаты буквально фонтанировали инновациями. Это и решило историческую судьбу этих регионов. Поэтому зависть южных соседей к богатому Северу по большо му счету необоснованна, мол, нас эксплуатируют, а то мы бы... Живи Ла тинская Америка самостоятельно, жизненный уровень населения не только был бы низким, но регион пребывал бы в архаике. Эксплуататоры с севера не просто используют их ресурсы, но поставляют технику, технологии и капиталы, иначе землю до сих пор обрабатывали бы мотыгой и крестьяне ничего не знали бы о тракторе. СССР даже гражданская война и гитлеров ское нашествие не помешали стать великой державой, а в Латинской Аме рике уже 150 лет без устали рассказывают про то, что им кто-то мешает. Мода валить на внешние обстоятельства перекинулась и на другие страны. Чтобы богатеть и развиваться, надо повышать свой социальный КПД, как это сделали некогда бедные Япония, Южная Корея, Тайвань и другие по добные им страны, и дела пойдут в гору. Как именно повышался социаль ная эффективность в мировой истории разными странами и народами рас смотрено в моих книгах, посвященных теории и практике экспансионизма. (Шапталов Б. Н. Экономическая экспансия. Теория и практика обретения национального богатства. М.: Экономика, 2008; Шапталов Б. Н. Теория и практика экспансионизма. Опыт сильных держав. М.: URSS, 2009).
Человечество достигло нынешних высот потому, что в отличие от прочего животного мира, стало открывать способы получения социальной энергии и создавать механизмы преобразования ее в работу. Переход от собирательства и охоты к земледелию и скотоводству — не просто смена форм добывания пищи, но и механизмы использования социальной энер гии общины. Для этого пришлось видоизменять структуру племени, де лать ее более иерархической, и увеличивать долю специализированного