Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

жении 1960-х–1970-х годов, также усиливались. Необходимость сфокусировать внимание на экономическом строительстве заставила Хуа Гофэна избрать более сдержанную и компромиссную платформу для консолидации. Именно поэтому в его выступлении не содержалось привычного призыва «продолжать критику Дэн Сяопина и вести борьбу с правым поветрием». И только в ответ на прозвучавшие на совещании призывы восстановить Дэн Сяопина на руководящих постах Хуа Гофэн вновь заявил о необходимости продолжать его критику за совершенные им ошибки и борьбу против линии Мао Цзэдуна.

8 января 1977 г. в годовщину смерти Чжоу Эньлая на площади Тяньаньмэнь состоялось стихийное выступление трудящихся с требованиями пересмотреть «тяньаньмэньский инцидент» 1976 г. и вернуть Дэн Сяопина в руководство страны, восстановив его на всех постах. Аналогичные выступления прошли в других городах Китая. Во время их проведения появились дацзыбао, в которых были подвергнуты критике Ван Дунсин, У Дэ и Чэнь Силянь за связи с «четверкой» и участие в подавлении событий на площади Тяньаньмэнь.

Вразных городах появились дацзыбао и с критикой Хуа Гофэна, которого обвиняли в связях с «четверкой» – «отколовшийся от банды четырех», фабрикации завещания Мао Цзэдуна «если дело в твоих руках, я спокоен»; связях его политической карьеры с Кан Шэном. В марте 1977 г. в Чжуншаньском университете г. Гуанчжоу появился материал «Открывайте огонь по Хуа Гофэну». Аналогичные дацзыбао появлялись и на протяжении всего 1978 г., их отличительной особенностью стали критические высказывания в адрес Мао Цзэдуна.

Вэтих условиях Дэн Сяопин вновь предстал и как потенциальный лидер, и как реальный конкурент Хуа Гофэну.

Интересы поддержания стабильности и логика политической борьбы требовали от Хуа Гофэна всемерного сохранения статус-кво. Следуя этой логике, разоблачение и критика «четверки», арест которой утвердил его в качестве нового лидера, должны были вписаться в политическую реальность, созданную еще при жизни Мао Цзэдуна. Для этого необходимо было увязать критику «четверки» с основными политическими кампаниями «культурной революции», в том числе с критикой Дэн Сяопина. Несмотря на требования населения и настойчивые предложения кадровых работников различных уровней его реабилитировать, дать переоценку «тяньаньмэньскому инциденту» и таким образом вплотную подойти к пересмотру «культурной революции», Хуа Гофэн последовательно сдерживал такое развитие событий. Одновременно он был вынужден учитывать, что среди партийных руководителей, особенно среднего и низшего уровня были сильны позиции «левых», которые с настороженностью воспринимали все шаги, расходившиеся с линией «культурной революции». Перед Хуа Гофеном остро стояла задача найти такую формулу, которая бы аргументировала подобную позицию и стала идейно-теоретической платформой его курса.

21 января 1977 г. в подготовленном группой советников проекте выступления Хуа Гофэна впервые появилась фраза: «все решения, принятые Мао Цзэдуном, мы должны защищать, нельзя от них отказываться, все наносящее вред словам или делам Мао Цзэдуна необходимо решительно пресекать, нельзя с

этим мириться». Впоследствии после литературной обработки эта формулировка появилась в редакционной статье «Хорошо изучать документы, ухватиться за решающее звено», опубликованной «Жэньминь жибао», «Цзефанцзюнь бао» и «Хунци» 7 февраля. Статья была подготовлена по инициативе Хуа Гофэна теоретической группой под руководством заместителя начальника Канцелярии ЦК КПК Ли Синя. В ней эта фраза выглядела в следующем виде: «мы должны решительно защищать абсолютно все решения, принятые Мао Цзэдуном; мы должны всегда неукоснительно следовать абсолютно всем указаниям Мао Цзэдуна». Статья затем была перепечатана другими печатными изданиями по всей стране. Она ориентировала на изучение речи Мао Цзэдуна «О 10 важнейших взаимоотношениях» и речи Хуа Гофэна на Втором Всекитайском совещании учебы у Дачжая. Поставив, таким образом, в один ряд Хуа Гофэна с Мао Цзэдуном, статья стала важнейшей политической и идейно-тео- ретической декларацией нового руководства. Этот курс, позже получивший название «два абсолюта», предельно точно выражал политические интересы Хуа Гофэна, а также некоторых других членов высшего руководства страны, стремительная политическая карьера которых была следствием личных симпатий и поддержки со стороны Мао Цзэдуна.

Однако в изложенной позиции Хуа Гофэна сразу же обнаружились слабые места. Категоричность лозунга «двух абсолютов» оставляла ему крайне узкое пространство для маневра. В частности, первоначальной формулировке «двух абсолютов» не соответствовало решение о бальзамировании Мао Цзэдуна. Более того, лозунг «двух абсолютов» включал и ошибки, допущенные Мао Цзэдуном в период социалистического строительства, к которым в общественном мнении сложилось устойчиво негативное отношение. Для убедительности этого лозунга необходимо было разделить Мао Цзэдуна и «культурную революцию», в организации и проведении которой решающую роль, как всем хорошо было известно, сыграла «четверка», а также целый ряд следовавших из этого событий и решений.

Невозможность исправления ошибок «культурной революции» в соответствии с этим курсом вызвала его неизбежную критику со стороны ветеранов партии. Тесная связь с Мао, которой так добивался Хуа Гофэн, не могла не сказаться на его авторитете и не только укрепляла его, но и, наоборот, начала подтачивать и разрушать.

Впрактическом плане острейшей проблемой стала выработка отношения

ксобытиям последнего года жизни Мао – «инциденту на площади Тяньаньмэнь» и отставке Дэн Сяопина. Для ее решения нужно было разделить «тяньаньмэньский инцидент» и его следствие – отставку Дэн Сяопина, явившуюся результатом заинтересованной политической интерпретации этих событий «четверкой». Однако именно эти события позволили Хуа Гофэну занять место преемника Мао Цзэдуна. Канонизация этих событий могла оградить его от критики со стороны «прагматиков»-ветеранов и конкуренции со стороны Дэн Сяопина.

Реабилитация Дэн Сяопина

8 января 1977 г. в годовщину смерти Чжоу Эньлая на площади Тяньаньмэнь состоялась стихийная демонстрация с лозунгами, призывающими пересмотреть тяньаньмэньский инцидент и вернуть Дэн Сяопина к работе. 29 января 1977 г. на заседании комиссии по расследованию преступлений «четверки» Е Цзяньин заявил, что в «тяньаньмэньском инциденте» нет прямой вины Дэн Сяопина, и в очередной раз предложил вернуть его к работе. Эту позицию активно поддержал Ли Сяньнянь. Примерно в это же время командующий Гуандунским военным округом Сюй Шию и первый секретарь Гуандунского парткома КПК Вэй Гоцин от имени провинциального комитета партии направили в ЦК письмо, в котором потребовали восстановить Дэн Сяопина на партийных и государственных постах. Напряжение в партийном руководстве нарастало.

На проходившем с 10 по 22 марта рабочем совещании ЦК КПК Хуа Гофэн уточнил свою идейно-политическую позицию. В своем выступлении он повторил тезис «двух абсолютов», но уже в новой редакции: «мы должны защищать все решения, принятые Мао Цзэдуном, необходимо пресекать все слова и поступки, наносящие вред образу Мао Цзэдуна». «Тяньаньмэньский инцидент» он по-прежнему называл контрреволюционным, и вновь призвал продолжить критику Дэн Сяопина и борьбу с «правым поветрием», но использовал для этого уже новую аргументацию. Он заявил, что критика Дэна, которую вела «четверка», шла вразрез с указаниями Мао Цзэдуна и документами ЦК КПК № 4 и № 5 от 1976 г. – только после ее разгрома была восстановлена правильная линия в критике Дэн Сяопина.

В распространенных на совещании материалах указывалось, что «поспешное возвращение Дэн Сяопина к работе может негативно сказаться на общей ситуации и критике «четверки»». Пытаясь избежать обострения, в беседе с руководителями рабочих групп на совещании Хуа Гофэн призвал их не касаться «тяньаньмэньского инцидента» и вопроса о «товарище Сяопине». Однако ряд ветеранов проигнорировал эту просьбу. Е Цзяньин заявил, что «во-первых, события на площади Тяньаньмэнь неправильно классифицировать как контрреволюционные, необходимо говорить о реабилитации его участников. Во-вторых, необходимо изменить формулировки в оценке тов. Дэн Сяопина, чтобы создать ему условия для работы». Чэнь Юнь в представленном письменном выступлении указал, что большинство участников событий на площади Тяньаньмэнь пришли почтить память премьера Чжоу Эньлая и выразить обеспокоенность тем, кто будет его преемником. На его взгляд, в нынешних обстоятельствах необходимо провести расследование на предмет участия «четверки» в организации беспорядков, а вопрос о Дэн Сяопине и «тяньаньмэньском инциденте» не связаны между собой, поэтому «требования вернуть Дэн Сяопина к работе абсолютно справедливые и необходимые, я их полностью поддерживаю». Его позицию публично поддержал Ван Чжэнь, который напомнил, что в 1975 г. Дэн Сяопин возглавлял работу ЦК и Госсовета, проводил линию Мао Цзэдуна и добился в этом больших успехов. По его словам Дэн Сяопин был в первых рядах борцов с «бандой четырех» и поэтому

сейчас «вся партия, вся армия и весь народ искренне хотят его скорейшего возвращения к работе». Инцидент на площади Тяньаньмэнь был им назван «воплощением классовой сознательности и борьбы линий», «гордостью нашего народа». Схожую позицию в своих выступлениях заняли Гэн Бяо и Яо Илинь. Несмотря на то, что все указанные выступления по настоянию Ван Дунсина не были опубликованы, они сыграли важную роль в создании новой атмосферы в партии.

Хуа Гофэн оказался не готов противостоять такому мощному давлению и был вынужден смягчить позицию. 14 марта он заявил, что критика Дэн Сяопина велась по решению Мао Цзэдуна и поэтому была необходимой, но после разгрома «четверки» постепенно созревают условия для пересмотра этого дела: «вода проложит себе русло». Он также вынужден был признать, что события на площади Тяньаньмэнь 5 апреля 1976 г. были стихийным выражением искренних чувств к Чжоу Эньлаю, которым воспользовались немногочисленные контрреволюционные элементы, а борьба «четверки» с Дэн Сяопином была составной частью ее заговора с целью захвата власти, поэтому «в подходящее время Дэн Сяопину надо будет разрешить вернуться к работе». Это признание стало важным знаком того, что позиция Хуа Гофэна начинает претерпевать изменения.

Понимая, что возвращение Дэн Сяопина рано или поздно произойдет и противостоять этому становится все сложнее, Хуа Гофэн постарался избежать дальнейшего обострения борьбы и соперничества за лидерство. С целью сохранить единство партии он принял решение заранее оговорить условия возвращения Дэн Сяопина к работе. Хуа Гофэн потребовал, чтобы перед своим возвращением Дэн Сяопин в письменной форме признал «тяньаньмэньский инцидент» контрреволюционным выступлением, что стало бы основанием для выделения дела Дэн Сяопина в отдельное производство. 7 апреля 1977 г. к Дэн Сяопину были направлены Ван Дунсин и Ли Синь с предложением выступить перед своей реабилитацией с самокритикой и в письменной форме признать тяньаньмэньские события «контрреволюционным инцидентом». Это признание выбивало бы из рук Дэн Сяопина все политические козыри, снижало его шансы на успех в борьбе за лидерство и одновременно повышало авторитет нового Председателя ЦК КПК. Если бы такое требование выдвинул Мао Цзэдун, у Дэн Сяопина, вероятно, не было бы выбора, как это относительно недавно уже произошло. (В ноябре 1975 г. в разговоре с Мао Юаньсинем и в присутствии Ван Дунсина и Чэнь Силяня Дэн Сяопин отказался признавать заслуги «культурной революции». Об этом разговоре было доложено Мао Цзэдуну. В результате Дэн Сяопин все-таки был вынужден выступить с самокритикой и написать соответствующее письмо Мао Цзэдуну в январе 1976 г. Оно уже не повлияло на его скорую отставку, но борьба за принципиальную позицию тогда обеспечила ему широкие возможности для продолжения активной политической деятельности после смерти Мао.) Сейчас ситуация складывалась для него гораздо более благоприятно. В этих обстоятельствах он категорически отказался от такого предложения и еще раз подтвердил, что события на площади Тяньаньмэнь были революционными по своему характеру – «это

не зависит от того, вернусь я к работе или нет». Компромисс на условиях Хуа Гофэна был им отвергнут.

Поддержка ветеранов и происходящие в позиции Хуа Гофэна подвижки открыли перед Дэн Сяопином широкие политические перспективы. Стало ясно, что Хуа Гофэн как центр идейно-политической консолидации уже не устраивает значительную часть партийного руководства, а другой альтернативы кроме Дэн Сяопина оно не имеет.

Почувствовав после разговора с Ван Дунсином коренной перелом в развитии ситуации, 10 апреля Дэн Сяопин направил Хуа Гофэну, Е Цзяньину и ЦК КПК письмо, в котором, выразив поддержку последним выступлениям Хуа Гофэна и, в очередной раз, его назначениям на высшие посты в партии и государстве, поблагодарил ЦК за признание того, что сам он не связан с «инцидентом на площади Тяньаньмэнь» и за оценку этих событий как правильных

исправедливых, прозвучавшую в некоторых выступлениях на недавно завершившемся рабочем совещании ЦК. В письме он также признал, что в 1975 г. в его работе были недочеты и ошибки, и он полностью признает «критику и наставления великого вождя Мао Цзэдуна». Продемонстрировав, таким образом, на словах лояльность действовавшему Председателю ЦК, он в качестве непререкаемого авторитета указал только на Мао Цзэдуна, что вполне укладывалось в курс «двух абсолютов» и соответствовало общей атмосфере в стране. В то же время, воспользовавшись обсуждением своего персонального дела как поводом, Дэн Сяопин откровенно высказался по принципиальным политическим вопросам. В частности он писал: чтобы вести к победе партию и социалистическое строительство в Китае, а также международное коммунистическое движение, «партия, армия и народ всегда должны руководствоваться верными идеями Мао Цзэдуна». Заявив о необходимости следовать «верным идеям Мао Цзэдуна», он недвусмысленно нацелился на главную идейную опору Хуа Гофэна – курс «двух абсолютов» и подготовил условия для перевода политического процесса в практически неведомое для нового Председателя ЦК русло – русло внутрипартийной теоретической дискуссии, а не политической борьбы.

Такому повороту в партийной жизни способствовал и выход 16 апреля в свет 5-го тома «Избранных произведений Мао Цзэдуна». Значительная часть из 70 работ периода 1949–1957 гг., включенных в том, до этого не появлялась в открытой печати. За этими тщательно отобранными работами явно просматривалось желание Хуа Гофэна предложить новую редакцию идейно-теорети- ческого наследия Мао Цзэдуна и построить свой курс на преемственности периоду, предшествовавшему «культурной революции», который соответствовал

илозунгу «двух абсолютов», и не был непосредственно связан с трагическими событиями последних лет жизни Мао. Оперируя его цитатами, он, в частности, подверг критике абсолютизацию классовой борьбы, дискредитировав, тем самым, политическую линию «четверки». Пост главного редактора 5-го тома наделял Хуа Гофэна правом выступать в качестве главного толкователя воли вождя и слиться, таким образом, с его легитимностью.

Однако лозунг «двух абсолютов», укрепляя его политический и государственный статус в настоящем, одновременно демонстрировал неспособность