Материал: Третьякова О.А. Проблемы функционирования специализорованных субъектов профилактики

Таким образом, рождение ребенка в несовершеннолетнем возрасте и брак - события чаще не совпадающие. Удельный вес браков среди несовершеннолетних снижается. Какие опыты несовершеннолетних женщин стоят за данными цифрами? Если еще несколько десятилетий назад считалось, что рождаемость среди несовершеннолетних чаще всего встречается в среде «рабочих и неквалифицированных служащих», то теперь матерями становятся в несовершеннолетнем возрасте и девушки из статусных и обеспеченных в материальном состоянии семей.

Таким образом, в настоящее время для России характерна еще одна особенность: пошатнулся последний оплот общества – семья, породившая многочисленные дефекты семейного воспитания.

Бесспорно, дети – самая незащищенная, уязвимая социальная группа. По вине взрослых они оказываются в зонах природных и стихийных катастроф, военных действий, становятся жертвами физического, сексуального, эмоционального насилия, что непременно ведет к отторжению ребенка от семьи, потере духовной связи между детьми и родителями, отчужденности, нередко – уходу на улицу.

Проведенные нами исследования показывают, что 36.3% осужденных несовершеннолетних не имеют отца; 8,7% – не имеют матери; 7,2% - сирота; 10,6% осужденных отметили, что родители лишены родительских прав, и, хотя 47, 8% осужденных имеют обоих родителей; 57% подростков отметили, что члены семьи имели судимость.

Степень и причины семейного неблагополучия разные, начиная от внутрисемейных конфликтов, отравляющих жизнь несовершеннолетних, и до полной потери родителями материнского, отцовского инстинкта, стопроцентной деградации личности матери, отца, порожденной, как правило, хроническим алкоголизмом, наркоманией. В подобных семьях все подчинено непреодолимому влечению к алкоголю, когда забота о детях только мешает и озлобляет. В таких случаях ребенок как бы отторгается от семьи и родителей. Он им просто не нужен, поэтому несовершеннолетние дети, если их некому защитить, уходят на улицу в поисках ночлега, съестного и, конечно, сочувствия, сопереживания. Если их не успевают вовремя обнаружить, подобрать и устроить управомоченные на то органы, чаще всего их путь лежит к беспризорникам. И, надо сказать, что безразличие к ребенку в семье - событие вовсе не редкое. Только в 2011 году комиссиями по делам несовершеннолетних и защите их прав рассмотрено более 150 тыс. дел в отношении родителей, не обеспечивающих должного развития и воспитания детей1. Причем речь идет как раз о таких случаях, когда

1 Бюллетень Министерства труда и социального развития Российской Федерации. – 1998.- № 3. - С. 50.

16

по вине родителей жизнь ребенка превращается в полное страданий существование. Он не просто превращается в сироту при живых родителях, но становится для них обузой со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Отторжение, неприятие ребенка родителями обычно сопровождается жестоким с ним обращением. Мало того, что его не кормят, о нем не заботятся, но его постоянно подвергают телесным пыткам, избивают самым жесточайшим образом обезумевшие от алкогольного или наркотического опьянения близкие. Тем более, что беззащитный ребенок не в состоянии противостоять родительской агрессии. Не случайно детям в особо неблагополучной семье, где родители потеряли человеческий облик, ничего не остается другого, как спастись бегством на улицу. Из проведенных нами исследований явствует, что грубое насилие в отношении детей чаще практикуется со стороны матери — об этом сказали 42,1% опрошенных. Грубому насилию со стороны отца подвергались 39,0%, со стороны отчима - 15,6%, мачехи - 1,1%, брата, сестры - 8,3%, опекуна - 0,3%, прародителей - 3,6%, других родственников - 4,4%, в интернате - 0,6%.

При всей серьезности проблемы насилия в семье отношение к ней в нашей стране снисходительно-терпимое. Факты насилия в семье не принято придавать огласке: считается это внутрисемейное дело. До сих пор не разработан федеральный закон о предотвращении насилия в семье. С 1994 года официальные данные о детях, переживших насилие в семье, нигде не приводится1.

Скорее всего, такой статистики вообще не существует, или она закрыта для общественности. Даже в ежегодные государственные доклады «О положении детей в Российской Федерации» подобные сведения не включаются. Отсутствие информации объяснимо: право на защиту в российском правосудии не обеспечено. Между тем в каждой четвертой семье имеют место факты насилия. Результаты опроса, проведенного НИИ семьи по заказу Комиссии по делам женщин, семьи и демографии при Президенте РФ, показали, что насилие в семье может иметь различные формы – от эмоционального и морального шантажа до применения физической силы, и именно последнее практикуется наиболее часто. Отвечая на вопрос «За что бьют детей в знакомых вам семьях?», респонденты называли следующие причины: за провинности – 26%, срывая раздражение – 29%, когда в доме беда – 20%, когда не могут справиться с ними другим способом – 19%, потому что их не любят – 5%, это делают психически неуравновешенные – 14%, это делают пьяницы, алкоголики – 29%2 .

Физическое насилие выражается в форме ударов по лицу, тряски, толчков, затрещин, удушений, пинков, заключений в запертом помещении,

1Алексеева Л.С. О насилии над детьми в семье // Социс. – 2010. - № 78.

2Периодический доклад о реализации Российской Федерации Конвенции о правах ребенка 19931997 гг. Проект // Семья в России. – 1997. - № 4. – С. 77.

17

избиений ремнем, веревками, причинения увечий тяжелыми предметами и даже ножом. Каждый год более 50 тыс. российских детей убегают из дома, спасаясь от побоев. От общего количества убитых на почве семейнобытовых отношений 38% составляют неспособные защититься дети, инвалиды, женщины1.

Сексуальное насилие над детьми американские исследователи определяют как любой сексуальный опыт между ребенком до 16–18 лет и человеком, который старше его, по крайней мере, на 5 лет. Анализ проведенных нами исследований мнений практических работников правоохранительных органов по вопросу «способствует ли совершенное над детьми насилие в семье, в том числе и сексуальное, формированию личности под- ростка-правонарушителя» показал, что 86,6% сотрудников полностью согласны с этим утверждением.

В нашей стране, по утверждению И.С. Кона, официально факты насилия зарегистрированы у 5-7% семей, но анонимные опросы выявляют более высокие показатели 15-17%2. В 2011 году МВД России упоминало о 3 110 случаев сексуальных посягательств по отношению к несовершеннолетним. По подсчетам же благотворительного фонда «Защита детей от насилия», подобным посягательствам подвергаются более 60 тыс. детей. Однако и в первом, и во втором случае учитываются все сексуальные злоупотребления, не только внутри семьи. По разным источникам, в 75-90% случаев насильники хорошо знакомы жертвам. В 35-45% - насильником является близкий родственник, а в 30-45% - дальний3.

Замалчивание проблем внутрисемейных сексуальных злоупотреблений порождает неверные представления о том, что именно считать сексуальным злоупотреблением и каковы реальные масштабы этого явления. Положение осложняется еще и тем, что российским законодательством дети, подвергнувшиеся насилию незнакомцем, и дети, вовлеченные в сексуальные отношения родителями или близкими, определяются как жертвы одного и того же деяния. На наш взгляд, столь однолинейный подход нельзя считать адекватным.

Как отмечает С.В. Ильина, опыт жертвы насилия оказывается многомерным и мультимодальным: дети страдают в семье, как правило, от нескольких сопутствующих друг другу насильственных действий4. Англий-

1Силласте Г.Г. Закон в тупике (Семья должна быть защищена от насилия) // Обозреватель. – 1998. - № 2. – С. 52-54.

2Дети России: насилие и защита: материалы Всероссийской науч.-практ. конф. – М.: РИПКРО, 1997.

3Там же.

4Илина С.В. Влияние пережитого в детстве насилия на возникновения личностных расстройств // Вопросы психологии. – 1998. - № 6. – С. 65-75.

18

ский исследователь П. Дейл полагает, что в основе любой формы семейного насилия, в том числе, сексуального, лежит насилие эмоциональное (депривация, отвержение), которое он называет «особенно коварным», «причиняющим значительный ущерб развитию личности»1. Российский психолог Е.Т. Соколова считает, что эмоциональное или психологическое насилие над ребенком в семье в не меньшей степени, чем физическое или сексуальное, создает ситуацию, «непригодную для жизни ребенка». Такие феномены, как неадекватные родительские установки, желание «переломить», «усовершенствовать» ребенка, эмоциональная депривация и симбиоз, психологическое манипулирование, унижения и угрозы, заставляют его жертвовать своими насущными потребностями, чувствами, мировоззрением в угоду ожиданиям, страхам или воспитательным принципам родителей2.

Последние годы и в нашей стране намечается поворот от замалчивания к наблюдению и изучению фактов насилия в семье. Так, российскими учеными (С.В. Ильиной, АД. Кошелевой, О.С. Лобза, Е.Т. Соколовой и др.) выявлены «сензитивные» к насилию периоды развития ребенка, когда анатомофизиологические, гормональные, эмоционально-личностные и психосоциальные изменения делают его легко травмируемым. Такими считаются, прежде всего, дошкольный и подростковый периоды. Взрослым в это время необходимо проявлять максимум понимания и отзывчивости. Однако именно незрелость родительских чувств, неумение или нежелание контролировать собственные эмоции и невротические состояния не позволяют выработать терпимость и чуткость к тем изменениям, которые происходят с детьми3. И тогда, как будто неожиданно для всех, у ребенка появляется агрессия, грубость, резкость, неподчинение, провоцирующее физические наказания.

Причины, провоцирующие насилие над детьми в семье, пытаются объяснить многие существующие в настоящее время теории. В основном все они отражают профессиональные убеждения того или иного исследователя. Социологическая модель ссылается на влияние социокультурных факторов (т.е. на стереотип семейных отношений, усвоенный еще в детстве и принятый в данной социальной группе), на жилищные и материальные условия, порождающие хронический психологический стресс и посттравматические расстройства. С психиатрической, медицинской точки

1Handbook of counseling / Ed. by Palmer St., McMahon G.L.: Routledge, 1997.

2Соколова Е.Т. Влияние на самооценку нарушений эмоциональных контактов между родителем и ребенком и формирование аномалий личности // Семья и формирование личности. - М.: МГУ, 1981.

3Кошелева А.Д., Алексеева Л.С. Психологическое насилие над ребенком в семье, его причины и следствия // Насилие в семье: с чего начинается семейное неблагополучие. - М.: ГосНИИ семьи и воспитания, 2009. - С. 202–209.

19

зрения жестокое обращение и пренебрежение ребенком – следствие патологических изменений в психике родителей, деградации, алкоголизации. Социально-психологический подход объясняет проявления насилия личным жизненным опытом родителей, их «травмированным» детством. Психологическая теория основывается на представлении, согласно которому ребенок сам «участвует» в создании предпосылок для жестокого обращения, что автоматически выливается в концепцию плохого обращения как конечного результата деструктивных детско-родительских отношений. Интегрируя все эти подходы в комплексную модель, насилие можно трактовать как многомерный фактор, порождаемый взаимодействием сразу нескольких элементов: личностными особенностями родителей и ребенка, внутрисемейными процессами, стрессами, вызываемыми социальноэкономическими условиями, обстоятельствами общественного характера.

Выделение фактов насилия в семье и определение его причин - лишь первый шаг, направленный на его преодоление. Важны комплексный подход к изучению этого явления, системный анализ особенностей детского развития в ситуации интенсивного усложнения отношений с родителями, ориентация на диагностику, включающую выявление психологических новообразований в сфере сознания личности, и, как заключительный этап, оказание разносторонней квалифицированной помощи1.

Решение проблемы домашнего насилия над детьми в России на общегосударственном уровне сводится к таким радикальным мерам, как лишение родителей юридических прав на ребенка и последующее его помещение в приют или в закрытое государственное воспитательное учреждение (интернат, детский дом). Такая стратегия вызывает множество протестов и дискуссий: государство, таким образом, признает свою неспособность помочь семье в урегулировании конфликтных ситуаций. Привычной домашней обстановки лишается ребенок, наказывается именно жертва. Кроме того, даже переживая жестокое обращение, многие, и особенно маленькие дети, искренне привязаны к «родным» мучителям. После разлучения они еще сильнее чувствуют себя никому ненужными, отрезанными от привычного круга, укрепляющего их веру в себя и предоставляющего хоть какую-то опору. Что касается родителей, то наказание лишь развязывает им руки и полностью снимает ответственность. К тому же подобные меры применяются только в крайних случаях, а насилие может иметь и скрытые формы: периодически наносимые «случайные» травмы, психологическое давление, отсутствие медицинской помощи, лишение возможности учиться, недостаток любви и заботы, сексуальные совращения и т.д. Таким об-

1 Алексеева Л.С. Указ. соч. - С. 79.

20