Квалифицирующие обстоятельства объекта преступления, предусмотренного ч.2 ст. 105 УК РФ, характеризуют жертву преступления: убийство двух или более лиц (п. «а» ч.2 ст. 105 УК); убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга (п. «б» ч.2 ст. 105 УК); убийство лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии, а равно сопряженное с похищением человека либо заложника (п. «в» ст. 105 УК); убийство женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности (п. «г» ч.2 ст. 105 УК).
К объективной стороне квалифицированного убийства относятся обстоятельства, характеризующие, в первую очередь, способ действия. Это убийство, совершенное: с особой жестокостью (п. «д» ч.2 ст. 105 УК); общеопасным способом (п. «е» ч.2 ст. 105 УК); группой лиц по предварительному сговору или организованной группой. (п. «ж» ч.2 ст. 105 УК).
К субъективной стороне данного преступления относятся следующие отягчающие обстоятельства, характеризующие мотивы и цели убийства: из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом (п. «з» ч. 2 ст. 105 УК); из хулиганских побуждений (п. «и» ч. 2 ст. 105 УК); с целью сокрыть другое преступление или облегчить его совершение, а равно сопряженное с изнасилованием или насильственными действиями сексуального характера (п. «к» ч. 2 ст. 105 УК); по мотиву национальной, расовой и религиозной ненависти или вражды либо кровной мести (п. «л» ч. 2 ст. 105 УК); в целях использования органов или тканей потерпевшего (п. «м» ч. 2 ст. 105 УК).
.2 Уголовно-правовое значение мотивов и целей преступления
Термин «мотив» обозначает побудительную причину действий человека. Такое понимание мотива обосновано психологией и устоялось ней. Наука уголовного права восприняла это значение, с уточнением того, что мотив характеризует причину не всякого, а только преступного поведения. Таким образом, между психологическим и уголовно-правовым значениями понятия «мотив» нет принципиальных различий. Поэтому прав Б.С. Волков, когда пишет: «Диалектика взаимоотношений психологического и уголовно-правового понятия мотива очень проста: она выражает соотношение общего и частного, рода и вида».
В сфере уголовного права мотив понимается как внутреннее побуждение к преступному деянию, его движущая сила, его психологическая причина. В начале прошлого века российский ученый М.П. Чубинский определял мотив преступления как «внутреннюю силу, которая, порождая волевой процесс, движет индивидом в его сознательной деятельности и приводит при содействии всей его психики к результатам, проявляющимся вовне». Такое понимание мотива разделяется большинством и современных представителей уголовно-правовой науки. Однако остается дискуссионным вопрос о степени осознанности мотива.
Так, одна группа ученых определяет мотив преступления как осознанное побуждение, т.е как духовное основание преступления. Например Д.П. Котов определяет мотив преступления как «порожденное системой потребностей, осознанное и оцененное побуждение, принятое лицом в качестве идеального основания оправдания своего преступного поведения». Другие ученые пытаются обосновать тезис о том, что «мотивы могут иметь как осознанный, так и подсознательный (неосознанный) характер». Именно такое утверждение высказано О.С. Капинусом. Он пишет: «Дело в том, что при исследовании потребностей, мотивов, целей и аналогичных категорий мы так или иначе сталкиваемся с психикой человека, т.е. субъективным отражением объективной действительности в сознании человека, поэтому не вполне правильно вести речь об осознанной или неосознанной потребности, цели и т.п. Все они либо присутствуют в сознании, либо отсутствуют. Что же касается поведения, носящего установочный характер, то и оно относится к осознанному, но отработанному до автоматизма сознанию, мотивация же в данном случае просто носит «свернутый» характер (стимул - действие)».
Сравнивая указанные варианты понимания мотива преступного поведения следует признать, - последний не соответствует данным психологии, в которой действительно утверждается, что содержание психической деятельности человека не исчерпывается осознанными мотива. Это обстоятельство точно описал Б.С. Волков отметивший, что полная характеристика мотива предполагает его анализ в рамках единого психического процесса, в котором «мотив, сознание, воля и другие психологические признаки выступают в единстве и взаимообусловленности». Отсюда видно, что область подсознательного находится за пределами мотивов.
Исходя из изложенного полагаю правильным определять мотив преступления как осознанное, психическое побуждение человека к действию, обусловленное его потребностями, интересами и эмоциями. Отталкиваясь от этого определения считаю возможным определить мотив убийства при отягчающих обстоятельствах, как осознанное, психическое побуждение виновного лица к умышленному причинению смерти другому человеку.
«Цель» в психологии определяется как осознанное предвосхищение результата действий. Психологами «цель» характеризуется, как правило, с двух сторон. С одной стороны цель - это идеальный образ какого-либо результата, существующего исключительно в сознании человека, а с другой - как образ будущего будущего результата. Учитывая указанные психические аспекты категории «цель» и применительно к уголовному праву, Б.С. Волков определяет преступную цель как «идеально представляемый результат, к достижению которого лицо стремится, совершая общественно опасное деяние».
С моей точки зрения дефиниция цели, предложенная Б.С. Волковым, достаточно обоснована, емкая и лаконичная. Кроме того, к её достоинствам следует отнести и то, что в ней идеальное не сливается с результатом. В этой связи трудно согласиться с мнением Р.И. Михеева о том, что цель - это достижение преступного результата. Следует иметь в виду, что отождествление цели и результата преступного деяния объективно ведет к утери, либо целью, либо результатом, своего самостоятельного уголовно-правового значение. Прав А.И. Рарог когда пишет: «Ошибка названного автора состоит в том, что будущий желаемый результат неосновательно отождествляется им с общественно опасным последствием, входящим в объективную сторону преступления. Если бы цель и последствие означали одно и то же, то не было бы никакой необходимости вводить специальную цель деяния в число признаков состава преступления. Цель никогда не совпадает с последствием и отделена от него во времени. Квалификация преступления определяется постановкой цели, а вовсе не ее реализацией. Именно наличием цели, находящейся за рамками объективной стороны преступления с материальным составом, обусловлено повышение общественной опасности деяния».
Цель преступления может быть обязательным признаком субъективной стороны, а может находиться за пределами состава того или иного вида преступления. Отсутствие в поведении лица цели, если она является обязательным признаком, означает отсутствие и субъективной стороны, а, следовательно и оснований для привлечения к уголовной ответственности. Если цель не является признаком субъективной стороны, её установление способствует выявлению степени социальной опасности личности виновного, что учитывается при индивидуализации ответственности и наказания.
Цели, как и мотивы, должны устанавливаться во всех случаях совершения не только умышленных, но и неосторожных преступлений. При легкомыслии цель не охватывает преступного последствия, так как виновный уверен, что оно не наступит. Целью в некоторых случаях легкомыслия является предотвращение возможного преступного последствия.
Таким образом, изложенное позволяет определить цель преступления как представление о желаемом результате, к достижению которого стремится виновный, совершая уголовно-противоправное деяние. Исходя из этого полагаю возможным определить цель убийства при отягчающих обстоятельствах, как желание виновного причинения смерти другому человеку, сопряженного с одним из признаков, перечисленных в ч.2 ст. 105 УК РФ.
Цель следует отличать от мотива. С точки зрения Н.П. Печникова это отличие заключается в том, что она определяет направленность действий, это представление о результате, к достижению которого лицо стремится, мотив же - это то, чем руководствовалось лицо, совершая преступление.
Преступные мотивы и цели тесно связаны между собой. Исследовав эту связанность, А.В. Наумов пришел к выводу: «Для того чтобы мотив реально вызвал деятельность, нужна постановка определенной, соответствующей мотиву цели. Именно цель превращает таящиеся внутри психики влечения, чувства в движущие мотивы».
Мотив и цель преступления тесно связаны с виной. Как замечает В.А. Якушин, «содержание самой вины во многом определяется как мотивом, так и целью преступления. Без уяснения мотива и цели совершаемого невозможно порой отличить одно преступление от другого, непреступного или даже социально полезного и желательного для общества поведения». Однако мотив и цель деяния связаны не просто с виной, а с определенной ее формой. В этой связи, на мой взгляд, следует с вниманием отнестись с высказыванию В.В. Лунеева о том, что «между содержанием мотива (цели) и формами вины есть неполная корреляционная зависимость... Если содержание мотива (цели) преступного поведения непосредственно или опосредованно (прямо или косвенно) «охватывают» указанные в уголовном законе последствия, то это соответствует умышленному деянию, а если не «охватывают» - неосторожному. Степень этого «охвата» позволяет дифференцировать умысел на прямой и косвенный, а неосторожность - на легкомыслие и небрежность». Исходя из приведенных соображений, автор делает, например, вывод о том, что «при прямом умысле мотивом выстрела, причинившего смерть человеку, может быть кровная месть, при косвенном - желание избежать задержания, при самонадеянности (легкомыслие) желание попугать окружающих, а при небрежности - желание опробовать механизм спуска».
Таким образом, понимание мотива и цели как признаков субъективной стороны преступления, основывается на признании того, что: мотивы и цели преступления тесно связаны между собой; мотивы и цели неразрывно связаны с виной; мотивы и цели входят только в составы умышленных преступлений; мотивы и цели входят в субъективную сторону преступлений как самостоятельные признаки, связанные с виной и в дополнение к ней.
С позиции изложенных характеристик мотива и цели преступления, появляется возможность предметно раскрыть вопрос об их уголовно-правовом значении. Потребность в анализе мотивов и целей преступления с этой стороны продиктована, в первую очередь, интересами правоприменительной практикой. Так, согласно данным, полученным О.С. Капинусом в результате проведенного исследования, доля приговоров и кассационных определений, отмененных или измененных из-за неустановления или неверной оценки мотива и цели преступления, составила 14% от общего числа отмененных или измененных судебных решений по уголовным делам. В свою очередь, Верховный Суд РФ неоднократно указывал судам на строгое соблюдение требования уголовного закона об установлении мотива преступления. Так, Президиум Верховного Суда РФ, изучив материалы конкретного уголовного дела, указал - «когда мотив преступления, являющийся предметом доказывания по уголовному делу, не установлен, приговор не может быть признан законным, он подлежит отмене, а дело - направлению на новое расследование».
Анализ соответствующей научной литературы показывает, что данный вопрос детально изучен криминологами. Они и сделан вывод о том, что значение мотива и цели преступления выражается в осуществляемых ими функциях. Но проблема количества функций, названных субъективных признаков, вызывает дискуссию.
Например, А.И. Рарог полагает, что мотив и цель выполняют в уголовном праве четыре функции. Он пишет: «Во-первых, они играют роль признаков, придающих деянию характер уголовно наказуемого и отграничивающих преступление от непреступных деяний... Во-вторых, мотив и цель, введенные в состав преступления в качестве обязательного признака, могут отграничивать одно преступление от другого, т.е. определять квалификацию по различным уголовно-правовым нормам... В-третьих, включение мотива и цели в диспозицию уголовно-правовой нормы может создавать квалифицированные виды преступлений... В-четвертых, мотив и цель, не будучи включенными в диспозицию конкретной уголовно-правовой нормы, могут играть роль обстоятельств, смягчающих («ж» И «з» ч. 1 ст. 61 УК) или отягчающих наказание (п. «е» и «ж» ч. 1 ст. 63 УК)». Аналогичного мнения придерживается и В.А. Якушин. О.С. Капинус, кроме четырех выше названых функций, осуществляемых мотивом и целью в уголовном праве, называет и функцию криминализации и декриминализации социально-значимых деяний.
С моей точки зрения имеются достаточные основания утверждать, что уголовно-правовое значение мотива и цели преступления сводится к четырем функциям.
Первая функция выражается в их роли придания деянию уголовно-правового характера и отличения преступления от иных правонарушений. Так, невыплата свыше двух месяцев заработной платы может быть признанна преступлением только при условии того, что мотивом ее является корыстная или иная личная заинтересованность. Иначе говоря, о преступлении данного вида можно говорить только тогда, когда имеются признаки наличия в субъективной стороне мотива или цели невыплата свыше двух месяцев заработной платы. Однако надо отметить, что эта функция мотива и цели неприменима к убийствам, преступность которых не зависит от мотивов и целей деяния.
Особенность второй функции мотива и цели в уголовном праве заключается в том, что они определяет уголовно-правовую квалификацию преступных деяний. В том случае мотив и цель являются обязательными признаками составов преступлений. Так, убийство следователя из мести за то, что он направил уголовное дело с обвинительным заключением в суд, не может квалифицироваться по ст. 317 УК РФ. Это объясняется тем, что преступление совершено по мотиву мести не за охрану общественного порядка или общественной безопасности, а за производство предварительного следствия и изготовления обвинительного заключения. Поэтому оно должно квалифицироваться по ст. 295 УК РФ.
Специфика третьей функции мотива и цели состоит в том, что законодатель придает им значение квалифицирующих признаков. Так, убийство из хулиганских побуждений квалифицируется не по ч. 1, а по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Но отсутствие хулиганского мотива, в свою очередь, исключает квалификацию убийства по п. «и» ч. 2 ст. 105 УК РФ. Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ переквалифицировала приговор на том основании, что мотивом рассматриваемого убийства послужило не явное неуважение к обществу и общепринятым нормам морали, а противоправное поведение самого потерпевшего. Аналогичным образом, убийство с целью скрыть другое преступное деяние следует квалифицировать по п. «к» ч. 2 ст. 105 УК РФ, а не по ч. 1 этой статьи.
Четвертая функция мотива и цели в уголовном праве заключается в том, что они, не влияя на квалификацию преступления, обеспечивают индивидуализацию, т.е. справедливость наказания, выступая при этом в роли обстоятельств, смягчающих или отягчающих наказание.
Подытоживая изложенное в настоящем разделе работы, считаю важным сделать следующие выводы.
. Уголовный кодекс РФ впервые установил законодательное определение понятия убийства - «умышленное причинение смерти другому человеку» (ч. 1 ст. 105). С моей точки зрения следует признать удачным отказ законодателя от понятия «неосторожное убийство», в связи с чем полагаю правильным понимать убийство как общественно опасное, противоправное, умышленное причинение смерти другому человеку.
. Квалифицированным убийством, т.е. убийством при отягчающих обстоятельствах, принято считать убийство, совершенное при наличии хотя бы одного из отягчающих обстоятельств (квалифицирующих признаков), перечисленных в ч. 2 ст. 105 УК. При этом все остальные признаки основного состава убийства должны быть налицо.
. Исходя из признанного в науке уголовного права понимания мотива, считаю возможным определить мотив убийства при отягчающих обстоятельствах, как осознанное внутреннее побуждение виновного лица к умышленному причинению смерти другому человеку.
. Цель преступления может быть обязательным признаком субъективной стороны, а может находиться за пределами состава того или иного вида преступления.
. Принимая во внимание господствующее в науке уголовного права понимание цели преступления как представление о желаемом результате, к достижению которого стремится виновный, совершая уголовно-противоправное деяние, полагаю возможным определить цель убийства при отягчающих обстоятельствах, как желание виновного причинения смерти другому человеку, сопряженного с одним из признаков, перечисленных в ч.2 ст. 105 УК РФ.