Изучение судебной практики показало, что суды в основном правильно применяют уголовный закон при рассмотрении данной категории дел, понимая под угрозой убийством или причинением тяжкого вреда здоровью совершение активных умышленных действий, выражающихся в психическом воздействии на потерпевшего, если имелись основания опасаться этой угрозы.
Угроза убийством связана с намерением виновного вызвать у потерпевшего чувство страха, тревоги, беспокойство за свою жизнь, здоровье или безопасность близких людей.
Способы выражения угрозы могут быть разными: словесно, письменно, жестами, в большинстве случаев словесная угроза подкрепляется демонстрацией оружия. В рассматриваемых делах использовались ножи, шнуры, пояса, молотки, бейсбольные биты, пистолеты и ружья, перцовые баллончики и электрошокеры и пр. Встречались случаи использования разбитой бутылки. А также подушки[14] и провода для удушения. Использовались также различные предметы, похожие на орудие. Например, неустановленный предмет, похожий на металлический совок[15].
Для признания угрозы реальной необходимо установить, что виновный совершил такие действия, которые давали потерпевшему основания опасаться ее осуществления, и что поведение виновного, его взаимоотношения с потерпевшим объективно свидетельствовали о реальности угрозы. Реальность угрозы устанавливается в каждом конкретном случае с учетом всех фактических обстоятельств дела.
Так, подсудимый 29.11.2018 около 09 часов 10 минут, находясь в комнате коммунальной квартиры, по адресу: Х Санкт-Петербурга, имея умысел на угрозу убийством, взял со шкафа, находящегося в комнате указанной квартиры в руку кухонный нож, приблизился к Ложечкиной В.В., сидевшей на диване, на руках которой находилась - П., со словами: «Я тебя ненавижу, убью тебя!», острие ножа направил в область головы Ложечкиной В.В., создав своими действиями обстановку при которой потерпевшая угрозу в свой адрес восприняла реально и опасалась ее осуществления, поскольку он, Ложечкин Н.С., был агрессивно настроен, на уговоры успокоиться не реагировал, физически сильнее ее, указанные действия были сопряжены с угрозой применения ножа[16].
При оценке реальности угрозы убийством суд должен учитывать обстановку, в которой она была выражена, ее субъективное восприятие потерпевшим и характер действий виновного.
Субъективное восприятие потерпевшим угрозы является недостаточным для квалификации преступления и подлежит оценке наряду с иными обстоятельствами, имеющими значение для дела.
Так, Фрунзенским районным судом Санкт-Петербурга осужден Воронцов С.В., который 24 апреля 2017 года, около 23 часов 00 минут, находясь в состоянии алкогольного опьянения по месту своего проживания в доме <адрес> Санкт-Петербурга, в ходе возникшего конфликта с Д. Н.Н., взял в руки неустановленный предмет, похожий на металлический совок и, находясь в непосредственной близости от потерпевшей, замахнулся данным предметом на нее, демонстрируя намерение нанести удар, при этом устно высказал угрозу убийством в адрес Д. Н.Н., и в подтверждение своих угроз , умышленно нанес ей не менее 3 ударов данным предметом по левой руке, после чего, в продолжение своего умысла, взял в руки молоток и, находясь также в непосредственной близости от Д. Н.Н., замахнулся данным молотком на нее, демонстрируя намерение нанести удар, при этом вновь устно высказал угрозу убийством в ее адрес, и в подтверждение своих угроз, умышленно нанес Д. Н.Н. не менее 2 ударов данным молотком в область головы и лица, создав в совокупности своими словами и действиями обстановку, при которой Д. Н.Н. воспринимала его угрозы, как реально осуществимые, и имелись основания опасаться этих угроз[17].
Признавая его виновным по ч. 1 ст. 119 УК РФ, суд сослался на показания потерпевшей о том, что она восприняла действия Воронцова как угрозу убийством, потому что он пришел к ней с ножом, был агрессивен.
Угроза убийством совершается только с прямым умыслом, когда виновный выражает угрозу и желает, чтобы она была воспринята потерпевшим как реальная.
Субъективная сторона преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 119 УК РФ, характеризуется только прямым умыслом, когда виновный осознает, что своими действиями выражает угрозу убийством потерпевшему и желает, чтобы эта угроза была воспринята потерпевшим как реальная.
По смыслу закона угроза убийством должна быть адресована конкретному лицу. Потерпевшим может выступать любое лицо, вне зависимости от возраста, состояния здоровья и иных обстоятельств.
Анализ приговоров по преступлениям, связанным с угрозой убийством, показал, что их содержание в большинстве своем отвечают требованиям постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебном приговоре». Тем не менее, имеются некоторые недочеты: описание преступного деяния в отдельных случаях сводится лишь к указанию времени, места совершения преступления, формальному указанию на совершение подсудимым угрозы убийством в отношении потерпевшего, без описания имеющих значение обстоятельств, зачастую в описательно-мотивировочной части приговора суды фактически не мотивируют выводы о квалификации преступления, ограничившись лишь указанием о доказанности вины подсудимого в совершении преступления. Данные недостатки указывают на необходимость повышения качества приговоров по рассматриваемой категории дел.
Проведенный анализ позволил нам систематизировать полученные сведения по обстоятельствам совершения, основанию, наличия совокупности с другими видами преступлений и наказаниям.
Общая таблица дел с основными показателями по совокупности преступлений и назначению наказаний находится в приложении.
Анализ совокупности преступлений позволил выделить следующее.
Из 53 подсудимых 26 не были судимы. Остальные 27 были судимы по таким статьям как 158, 161, 228, 105, 118, 314, 111, 325, 162. Чаще всего встречалась стать 158.
В абсолютном большинстве дел (90%) встречается совокупность с такими составами, как ч. 1 ст. 105, п. «б» и «з» ч. 2 ст. 111, ч. 1 112, ч. 1 и ч. 2 ст. 116, ст. 207 ч.2 УК РФ, п. «а» ч.1 ст. 213, ч. 1 ст. 161, п.«а» ч.1 ст. 213, ч. 2 ст. 162, ч.1 ст. 318, ч. 1 ст. 158 ч. 1 ст. 115, ч. 1 ст. 109, ч. 1 с. 213, ч. 1 ст. 222, ч. 1 ст. 318, ч. 1 с. 112, ч. 2 ст. 139 УК РФ.
Из 53 дел, только в одном подсудимый признал вину частично. Все остальные подсудимые вину признали полностью. Большинство подсудимых были в состоянии алкогольного опьянения на момент совершения преступления.
Высказывание другому лицу намерения лишить его жизни не всегда подпадает под признаки рассматриваемого состава преступления. Степень общественной опасности и характер причиняемого угрозой вреда зависят от признака ее реальности, на что в диспозиции непосредственно указывает сам законодатель.
Кроме того, в 2010 году Конституционный Суд РФ, рассматривая жалобу заявителя Калугина на неконституционность ч. 1 ст. 119 УК РФ в связи с возможностью привлечения к уголовной ответственности на основании одного лишь отношения потерпевшего к совершенному деянию, разъяснил необходимость доказывать обязательную цель высказывания угрозы - устрашение потерпевшего в форме, дающей основания опасаться ее воплощения[18].
Ни понятие угрозы, ни ее реальность не имеют четкой официальной трактовки и устанавливаются судьей на основе анализа фактических обстоятельств конкретного уголовного дела. Поэтому у правоприменителей нередко возникают трудности с установлением таких оценочных признаков и их истолкованием, что отрицательно сказывается на судебно-следственной практике[19].
По результатам анализа описательно-мотивировочных частей приговоров по уголовным делам можно сделать вывод, что на признание угрозы реальной влияет не только субъективное мнение потерпевшего, но и объективные факторы:
1. Конкретная форма, характер, содержание и интенсивность выражения угрозы (интонация голоса, демонстрация оружия и других опасных предметов, приставление их к частям тела потерпевшего, его насильственное удержание, угрожающая жестикуляция, контакт с телом потерпевшего, удушение, связывание, сочетание словесной угрозы с причинением телесных повреждений).
2. Характеристика личности угрожающего (неуравновешенное психическое состояние, жестокость, преступные связи, предыдущие судимости за насильственные преступления, подверженность вспышкам гнева, агрессии, алкоголизм).
3. Предшествующие отношения с угрозоносителем (регулярное причинение телесных повреждений потерпевшему, его преследование, демонстрация осведомленности о месте проживания и работы, личной жизни потерпевшего, давно сложившиеся неприязненные отношения).
4. Сопутствующая ситуация - место, время, обстановка высказывания угрозы, способные оказать наиболее сильное воздействие на психику жертвы (нахождение в запертом помещении наедине с угрожающим, ночное время, безлюдное место, наличие соучастников).
Однако универсальных критериев оценки не существует, обстоятельства, пусть и существующие в объективной реальности, всегда воспринимаются потерпевшим в зависимости от его характера, физического и психического состояния, возраста, пола, жизненного опыта, уровня знаний и др.
В случае, если угроза не достигла своей цели (получатель угрозы не придает ей особого значения) либо лицо в силу особенностей психики ошибочно принимает действия близких (шуточную угрозу муляжом оружия, сопровождающуюся связыванием и т.д.) за реальное преступление, деяние не имеет всех признаков состава преступления.
В исследованиях, посвященных угрозе убийством, авторами по-разному определяется удельный вес данного преступного посягательства. Так, например, А.Н. Варыгин и О.И. Ильянова считают, что доля угрозы убийством в структуре насильственной преступности составляет около 25 %[20]. Другими исследователям, например, Е.В. Гертелем, указывается на 32 %[21]. Следует отметить, что угроза в уголовном праве понимается и как способ нарушения психической неприкосновенности личности, и как возможная опасность наступления преступных последствий.
Основные подходы в доктрине уголовного права в данном составе преступления исследуют реальность угрозы при совершении данных преступлений.
Объективная сторона состава преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, представлена в форме активных действий. Во-первых, это угроза убийством, во-вторых - угроза причинением тяжкого вреда здоровью. Иные угрозы предусматривают ответственность по иным статьям Особенной части УК РФ.
Под угрозой в рамках ст. 119 УК РФ понимается рассчитанное на запугивание информационное воздействие на психику потерпевшего, выражающее субъективную решимость причинения смерти или тяжкого вреда здоровью. Тем самым виновный стремится вызвать у потерпевшего страх за свою жизнь или здоровье, создать психотравмирующую ситуацию, «скованность» сознания, подчинить своей воле.
Наибольшие трудности квалификации преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, заключаются в установлении признака реальности угрозы.
Исследования судебной практики по ст. 119 УК РФ позволяют сделать вывод, что безусловным основанием опасения осуществления угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью правоприменители признают словесную угрозу: «убью», «замочу», «задушу» и т.п. Однако уголовный закон этого не требует, соответственно, способы выражения угрозы могут быть и иные: письменно, жестами и др.
Необходимо учитывать, что между высказыванием угрозы и моментом ее непосредственного восприятия может пройти разрыв во времени. Это происходит в том случае, если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью доводится до сведения потерпевшего через третьих лиц или информационно-телекоммуникационные сети. В подобных случаях состав преступления, предусмотренного ст. 119 УК РФ, имеет место быть при наличии подтвержденной доказательствами реальности.
В судебной практике наибольшее распространение получила угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью, соединенная с демонстрацией оружия или предметов, используемых в качестве оружия. При этом в материалах уголовного дела необходимо отражать, что используется предмет, который не просто, по мнению потерпевшего, предположительно находится в руках у виновного (слышал шаги, ведущие на кухню, и звон ножа), а конкретно виден потерпевшему[22].
Преступление, предусмотренное ст. 119 УК РФ, считается оконченным с момента доведения угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью до сведения потерпевшего. Если помимо выражения угрозы виновный совершает какие-либо действия по ее непосредственному осуществлению, то в этом случае возможна квалификация как приготовление или покушение на убийство или причинение тяжкого вреда здоровью. В случае, когда помимо угрозы виновный повреждает имущество потерпевшего или причиняет иной имущественный ущерб, то содеянное следует квалифицировать по совокупности преступлений.
Потерпевшим может быть любое лицо, которое имеет возможность восприятия намерения виновного реализовать ее. Иными словами, если потерпевший в силу возраста (малолетний) или психического состояния не осознает характер совершаемого деяния, то содеянное не должно квалифицироваться по ст. 119 УК РФ, поскольку необходимое условие уголовной ответственности - реальность - отсутствует. В том случае если виновный, действуя с единым умыслом, выражает угрозу убийством или причинением тяжкого вреда здоровью в отношении двух или более лиц одновременно, то данное деяние влечет ответственность только по одному факту ст. 119 УК РФ без совокупности преступлений.
В случае если угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью сопровождается применением насилия к потерпевшему, причинившему вред здоровью, то требуется совокупность ст. 119 УК РФ и ст. 115, 112 УК РФ.
Таким образом, для эффективного противодействия такому преступлению, как угроза убийством или причинением тяжкому вреду здоровью, необходимо использовать единообразный подход к установлению признака «реальности» угрозы. Ответственность за угрозу убийством, безусловно, играет превентивную, предупреждающую роль. Более того, такого рода составы называют составами двойной превенции. Но выполняют они соответствующую роль только в том случае, когда о совершении посягательства становится известно правоохранительным органам и они адекватно реагируют на поступившие заявления.
Кроме того, немаловажное значение при оценке функциональной эффективности того или иного состава преступления имеет единообразие правоприменительной практики. Таким образом, последствия применения законодателем такого оценочного признака как наличие оснований опасения угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью может повлечь наступление двух диаметрально противоположных отрицательных последствий.
Оценочные составообразующие признаки состава преступления, к сожалению, не способствуют единообразию правоприменительной практики, а значит снижают уровень эффективности состава преступного посягательства, ответственность за которое предусмотрена ст. 119 УК РФ.
Подводя итог, следует отметить, что уголовная ответственность за угрозу убийством играет положительную роль в предупреждении тяжких и особо тяжких насильственных преступлений, направленных против личности.
Для правильного, эффективного и своевременного расследования преступлений любого вида, в том числе, и угрозы убийством или причинением тяжкого вреда здоровью (ст. 119 УК РФ), следователю (дознавателю) необходимо располагать достаточной информацией об основных элементах, характеризующих эти преступления и их признаках, отобразившихся как в материальных, так и в идеальных следах. Такая информация как раз и содержится в криминалистической характеристике конкретного вида преступления.
Одно из первых научных упоминаний о криминалистической характеристике преступлений мы встречаем в работах А.Н. Колесниченко, который в автореферате докторской диссертации писал, что к числу наиболее существенных положений, общих для всех частных методик, относится «общая криминалистическая характеристика данного вида преступлений» и далее, что «преступление имеет и общие черты криминалистического характера»[23]. В дальнейшем, понятие криминалистической характеристике преступлений, ее содержание и элементный состав неоднократно обсуждались на различных конференциях, издавались научные публикации, в том числе, монографические на уровне диссертационных исследований.