Материал: 5046

91

жеством субъектов, а потому может приобретать различные значения в зависимости от характера данных отношений 1.

Автор полагает, что в таком случае необходимо будет каждый раз указывать, в каком значении используется этот термин в конкретном договоре. Между тем как и сторонники анализируемой точки зрения предлагают исключить его использование в договорах и иных юридических текстах, либо заранее оговаривать, в каком значении используется данный термин впредь до приведения в систему использования термина «страховой риск»2.

По мнению автора, если согласиться с возможностью существования различных понятий риска в зависимости от характера данных отношений, то соответственно не должна существовать и проблема: в каком именно значении в конкретных отношениях используется термин «риск». Поэтому не должна возникать и необходимость в исключении использования понятия «риск» либо оговаривания его значения.

Тем не менее именно анализ положений действующего ГК РФ дает все основания для вывода об отсутствии единообразного использования термина «риск». Сообразно с этим в ГК РФ отсутствует легальное определение понятие страхового риска. В отличие от ГК РФ в п. 1 ст. 9 Закона о страховании такое понятие дано. Под риском понимается предполагаемое событие, на случай наступления которого проводится страхование. Также в Законе о страховании указывается на такие необходимые признаки события, рассматриваемого в качестве страхового риска, как вероятность и случайность его наступления. Заметим, что определение «страхового риска», данное в Законе о страховании, является неполным, так как в роли обстоятельств, рассматриваемых в качестве страховых рисков, могут выступать и предполагаемые действия, к примеру, угон автотранспортного средства.

Действующий ГК РФ, как отмечает Ю.Б. Фогельсон, использует термин «риск» в разных статьях в четырех значениях: событие, на случай наступления которого производится страхование (в ст. 936, 952, 954, 967, 970 ГК РФ); возможный вред, как таковой (в ст. 211, 939 ГК РФ); степень или величина возможного вреда (в ст. 944, 945, 948, 959 ГК); страховой интерес (в ст. 929, 958 ГК РФ)3.

Прежде всего следует обратить внимание на недопустимость смешения таких понятий как страховой интерес и страховой риск, которое встречается в законодательстве и на практике. Так, по мнению Е.А. Суханова, одним из объектов имущественного страхования является риск наступления имущественной ответственности4. Представляется, что указанная позиция основывается на формулировках некоторых положений ГК РФ, зафиксированных в ст. 929 и 958. Однако, как мы уже отмечали, анализируя положения ст. 929 ГК РФ, в ней говорится об объектах страховой защиты, к которым относится имущество и его сохранность, гражданская ответственность, предпринимательский риск, то есть речь идет об имущественных интересах, связанных с перечисленными объектами.

В связи с указанным выше необходимо изложить п. 2 ст. 929 ГК РФ в следующей редакции:

«2. По договору имущественного страхования могут быть, в частности, застрахованы имущественные интересы, связанные с:

1) утратой (гибелью), недостачей или повреждением определенного имущества

(статья 930);

1Емельянов А.С. Правовые основы обязательного государственного страхования (на примере органов внутренних дел). Дис. … канд. юрид. наук, М., 1998. С. 71.

2Там же.

3Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2000. С. 40.

4Суханов Е.А. Комментарий ГК РФ. Страхование (глава 48) // Хозяйство и право. 1996. № 10. С. 10.

92

2)ответственностью по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, а в случаях, предусмотренных законом, также ответственности по договорам – имущественные интересы, связанные с гражданской ответственностью (статьи 931 и 932);

3)убытками от предпринимательской деятельности из-за нарушения своих обязательств контрагентами предпринимателя или изменения условий этой деятельности по не зависящим от предпринимателя обстоятельствам, в том числе риск неполучения ожидаемых доходов – имущественные интересы, связанные с предпринимательским риском (ст. 933)».

Соответствующие изменения, в свою очередь, должны быть внесены и в ст. 931, 932, 933 и 958 ГК РФ, а также и в иные нормативно-правовые акты, в которых названы объекты страховой защиты, определяемые в настоящее время аналогично ГК РФ. Так, к примеру, вместо такой формулировки ст. 3 Закона «О медицинском страховании граждан в Российской Федерации», согласно которой «объектом добровольного медицинского страхования является страховой риск, связанный с …», необходимо изложить ее

вследующей редакции:

«Объектом добровольного медицинского страхования является имущественный интерес, связанный с затратами на оказание медицинской помощи при возникновении страхового случая».

Вместе с тем нельзя отрицать того, что категории страхового интереса и страхового риска тесно связаны. Так, при страховании имущества интерес в сохранении имущества может быть только у лица, которое несет риск его утраты или повреждения.

Используются в ГК РФ и иные понятия для определения страхового риска.

В соответствии со ст. 211 ГК РФ риск случайной гибели или случайного повреждения имущества несет, по общему правилу, его собственник. Заметим, что в названной статье в качестве риска рассматривается только случайное обстоятельство. В ст. 939 ГК РФ речь идет о выгодоприобретателе как лице, несущем риск последствий невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, которые должны были быть выполнены ранее. На взгляд автора, в указанных статьях прежде всего говорится о том, на ком лежит обязанность несения риска. И если рассматривать такой риск как возможный вред, как таковой1, то правильно в этом случае будет говорить именно об обязанности несения вреда. О таком понимании риска применительно к каждому обязательству говорил еще Д.И. Мейер, отмечая, что обязательство нести ущерб, вызванный тем, что действие, составляющееся предмет обязательства и представляющееся при заключении его возможным, делается невозможным, и составляет риск или страх по обязательству (periculum)2.

По нашему мнению, в ситуации, описываемой Д.И. Мейером, речь идет о возмещении убытков как одной из форм гражданско-правовой ответственности. И современный законодатель следует именно такому пониманию обязанности по возмещению ущерба. Относительно того, что последствия случайной гибели или случайного повреждения имущества в соответствии со ст. 211 ГК РФ возлагаются на собственника или на выгодоприобретателя, а согласно ст. 939 ГК РФ на них же падают последствия невыполнения или несвоевременного выполнения обязанностей, то это закономерно, так как первый из указанных лиц обладает наибольшем количеством средств для того, чтобы избежать негативное воздействие на свое имущество, а второй получает выгоду от того, что договор заключен в его пользу. И в том и в другом случае это не будет являться формой ответственности для указанных лиц.

1Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2000. С. 40.

2Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. М., 1997. Ч. 2. С. 151. (Классика русской цивилистики).

93

Из сказанного выше следует, что в ст. 211 и 939 ГК РФ речь идет не и о риске как о гражданско-правовой категории, а об ином правовом явлении.

Нет основания и для утверждения о том, что под страховым риском понимается степень или величина возможного вреда1. Прежде чем остановиться на аргументах, доказывающих это, необходимо отметить, что в соответствии с п. 1 ст. 944 ГК РФ на страхователе лежит обязанность сообщить страховщику все известные ему обстоятельства, имеющие существенное значение для оценки страхового риска. Такими обстоятельствами признаются во всяком случае обстоятельства, определенно оговоренные страховщиком в стандартной форме договора страхования или в его письменном запросе. В Англии на страхователя возлагается обязанность раскрыть не только существенные факты, действительно ему известные, но и те, которые «разумный человек» в аналогичной ситуации должен был знать2.

Однако в случае если договор страхования заключен при отсутствии ответов страхователя на какие-либо вопросы страховщика, то страховщик лишается впоследствии право требовать расторжения договора либо признания его недействительным на том основании, что соответствующие обстоятельства не были сообщены страхователем

(п. 2 ст. 944 ГК РФ).

Кроме того, в отличие от англо-американского права, в котором страховщик имеет право требовать признания договора недействительным независимо от вины страхователя, российским правом такая возможность предоставляется только, если будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения о существенных обстоятельствах. Такой договор может быть признан недействительным как совершенный под влиянием обмана в соответствии со ст. 179 ГК РФ, так и как не соответствующий п. 1 ст. 944 ГК РФ, то есть по основаниям ст. 168 ГК РФ. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным в случае, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали.

Автор полагает, что уже из приведенных положений следует, что страхователь должен сообщить сведения о возможности наступления события или действия, на случай наступления которого и проводится страхование, а не как о размере возможных убытков от наступления страхового случая. Хотя именно в последнем значении употребляется термин «страховой риск» в абз. 1 п. 1 ст. 944 ГК РФ. Между тем положения других статей ГК РФ свидетельствуют о невозможности использования термина «страховой риск»в таком значении.

Так, согласно ст. 945 ГК РФ, страховщик при заключении договора страхования может воспользоваться своим правом на оценку страхового риска. При страховании имущества страховщик вправе произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости назначить экспертизу в целях установления его действительной стоимости, а в личном страховании – провести обследование страхуемого лица для оценки фактического состояния его здоровья.

Не дают оснований для вывода о том, что страховой риск – это размер возможных убытков от наступления страхового случая, и положения ст. 948 и 959 ГК РФ. В ст. 948 ГК РФ предусматривается, что при наличии одновременно двух условий: во-первых, если страховщик не воспользовался до заключения договора своим правом на оценку страхового риска; во-вторых, если он же был умышленно введен в заблуждение относительно страховой стоимости имущества, то стоимость, указанная в договоре страхования, может быть оспорена.

1Фогельсон Ю.Б. Комментарий к страховому законодательству. М., 2000. С. 40.

2Гражданское и торговое право капиталистических государств: Учебник. М.: Международные отноше-

ния, 1993. С. 406.

94

В ст. 959 ГК РФ зафиксированы последствия увеличения страхового риска в период действия договора страхования. По сравнению с нормами Закона ФРГ от 30 мая 1908 года «О договоре страхования»1, в котором такие последствия зависят от того, какое увеличение произошло (субъективное, объективное или несущественное), ГК РФ предоставляет право страховщику при условии его незамедлительного уведомления страхователем (выгодоприобретателем) о ставших ему известными значительных изменениях в обстоятельствах, сообщенных ему при заключении договора, потребовать изменения условий договора страхования или уплаты дополнительной страховой премии соразмерно увеличению риска. Причем страховщик может воспользоваться лишь одной из предоставленных ему возможностей. Нельзя требовать одновременно и уплаты дополнительной страховой премии, и изменения условий договора страхования. И только в случае, если страхователь или выгодоприобретатель не исполнит свою обязанность по уведомлению об обстоятельствах, влекущих увеличение страхового риска, страховщик может потребовать расторжения договора страхования и возмещения убытков, причиненных расторжением договора. Указанные права страховщика могут быть реализованы только в договорах имущественного страхования.

При личном страховании названные последствия изменения страхового риска в период действия договора страхования могут наступить при условии, если страхователь и страховщик предусмотрят это в договоре.

Представляется, что в ст. 948 и 959 ГК РФ говорится о риске как вероятности наступления страхового случая, а не как размере или степени возможного вреда. Наличие вреда как раз и будет являться последствием того обстоятельства (действия или события), от возможности наступления которого проводилось страхование. Из сказанного следует, что определение страхового риска, закрепленное в п. 1 ст. 9 Закона о страховании, включает в себя и возможный вред от предполагаемого события или действия. Такие термины, как «размер» и «степень», являются понятиями, тесно связанными с риском. Так, под степенью риска понимается большая или меньшая вероятность наступления обстоятельства, на случай наступления которого проводятся страхования.

На основании вышеизложенного можно прийти к выводу, что определение страхового риска, данное в п. 1 ст. 9 Закона о страховании, соответствует истинному его значению, а использование его в других значениях в ГК РФ является не более, чем недоразумением. В литературе справедливо отмечается, что в некоторых случаях различное толкование страхователем и страховщиком термина «страховой риск» приводит к судебному разбирательству2. Тем не менее отсутствие однозначного толкования термина «риск», впрочем, как и любого другого, не может служить основанием для исключения его из употребления. Необходимо лишь прийти к его единообразному пониманию, основанному на буквальном толковании норм закона. Действия же Российской Высочайшей учрежденной комиссии по составлению Гражданского Уложения, исключившей из проекта главы XX «Страхование»упоминание термина «риск» по причине его неоднозначного толкования, не может служить примером3.

В любом случае без страхового риска нет обязательства по страхованию, а сам риск является конститутивным элементом страхового обязательства. Страхователю и страховщику в момент заключения договора неизвестно, наступит или не наступит определенное ими в качестве страхового риска обстоятельство. Страховщик, получив страховую премию, не знает, будет или не будет он исполнять свою основную обязанность по производству страховых выплат. А страхователю неизвестно, будет или не бу-

1Германский закон от 30 мая 1908 года о страховом договоре. СПб., 1909.

2Фогельсон Ю. Введение в страховое право. М., 1999. С. 12.

3Пресс Г.С. Страхование. Законы, уставы, положения и судопроизводство по делам о взыскании пожарных убытков со всеми разъяснениями. СПб., 1904. С. 189-199.

95

дет произведена ему или указанному им лицу такая выплата, хотя им уже уплачена страховая премия.

Таким образом, при ненаступлении обстоятельства, определенного в качестве страхового риска, «выгода» будет на стороне страхователя, а «потеря» на стороне страхователя, а при наступлении такого обстоятельства соответственно «выгода» будет на стороне страхователя, а «потеря» на стороне страховщика. Причем условие о страховом риске должно быть согласовано сторонами как необходимое для данного договора в силу прямого указания закона. Именно наличие такого условия предопределяет отнесение страхового обязательства к рисковым.

Поэтому необходимо внести изменения в ст. 942 ГК РФ, согласно которой существенным условием договора как имущественного, так и личного страхования, при заключении которых должно быть достигнуто соглашение между страхователем и страховщиком, назван страховой случай, а не страховой риск. Однако страховой случай является уже совершившимся событием или действием, тогда как в силу рисковости самого договора страхования в момент достижения соглашения между сторонами о заключении договора страхования неизвестно, наступит он или нет. Кроме того, и в самой ст. 942 ГК РФ это условие звучит следующим образом: о характере события, на случай наступления которого осуществляется страхование (страховой случай) (пп.2 п. 1 ст. 942 ГК РФ); о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страховой случай) (пп.2 п. 2 ст. 942 ГК РФ).

Сопоставление приведенных выше формулировок с определением страхового риска, данного в Законе о страховании, а также и с иными нормами как названного Закона, так и ГК РФ, позволяет прийти к единственно верному выводу о том, что именно достижение соглашения о страховом риске является необходимым условием заключения договора страхования, а то, что в скобках указанных выше положений ст. 942 ГК РФ в качестве такого условия назван страховой случай, является следствием недоразумения.

Существуют и иные сделки, которые относятся к рисковым. К таковым относится проведение игр и пари, которые порождают обязательства из односторонних действий.

Сделки из игр и пари также, как и договор страхования, относятся к рисковым сделкам1. Сопоставление игр и пари с договором страхования, а зачастую и их отож-

дествление проводилось многими как зарубежными, так и российскими исследователями2.

1В законодательстве нет легального определения игр. В доктрине под игрой понимается обязательство, в силу которого организаторы обещают одному из них определенный выигрыш, который в некоторых случаях зависит от степени ловкости участников игры, сноровки, умения и способностей участников игр. Под пари понимается основанное на риске и заключенное между двумя или несколькими лицами (как физическими, так и юридическими), соглашение о выигрыше, исход которого зависит от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или нет (см.: О налоге на игорный бизнес: Федеральный закон РФ от 31 июля 1998 года // Собрание законодательства Российской Федерации. 1998. № 31. Ст. 3820). В литературе отмечается, что если в игре участники имеют возможность влиять на ее результаты, то в пари обстоятельство наступает независимо от сторон, которые лишь констатируют его наступление (см.: Гражданское право: Учебник / Под ред. А.П. Сергеева, Ю.К. Толстого. М., 1996. Ч. II. С. 690; Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части второй (постатейный) / Под ред. д- ра юрид. наук, проф. О.Н. Садикова. М., 1996. С. 651). Такая характеристика игр в целом неверна, так как не во всех играх их участники могут вмешиваться в ее процесс.

2См.: Herrmanu. Theorie der Versicherung. Ibid 1749 (цит. по: Никольский П.А. Основные вопросы страхования. Казань, 1893. С. 123-125); Никольский П.А. Основные вопросы страхования. Казань, 1893. С. 127-128; Evg. Reboul, Etudes sur les assurances. Assurances sur la vie. 5 ed, 1865. Р. 41. (цит. по: Никольский П.А. Основные вопросы страхования. Казань, 1893. С. 132).