Материал: Borodin_S_V_Otv-t_za_ubiystvo-M-1994

¹См.: Загородников Н. И. Преступления против жизни. С. 217. ²См.: Курс советского уголовного права. Т. II. М. С. 312—313.

7. Неосторожное убийство 115

З агородников обоснованно считал, что по делам об убийстве расчет на силы природы как признак самонадеянности исключается¹.

Дело в том, что расчет на силы природы не создает полной уверенности в предот­вращении смерти потерпевшего. В сознании виновного остаются сомнения в возможности предотвратить гибель человека, но он все же идет на это, не исключая по существу вероятность наступления смерти. Следовательно, психическое отношение виновного к по­следствиям характеризуется безразличием, т.е. косвенным умыслом.

4. При разграничении умысла и неосторожности при убийстве возникают и другие
   вопросы, например, каково значение предупреждения со стороны потерпевшего или дру­
   гих лиц о том, что определенные действия виновного при их продолжении могут повлечь
   наступление смерти. Так, П. совершил убийство 12-летней Г. — ученицы 6 класса. Группа
   учеников с двумя учителями отдыхала во время экскурсии на берегу реки Старицы под
   крутым обрывом. П. проходил мимо над обрывом. Увидев внизу людей, он взял ящик
   гудрона весом 10 кг и бросил к реке в направлении сидевших учеников. Ящик застрял в
   кустах. Учителя предупредили П. о том, что ящиком можно убить кого-нибудь. Несмотря
   на это, П. взял другой ящик с гудроном в два раза тяжелей и бросил его вниз в том же
   направлении. Этим ящиком и была убита Г. Омский областной суд квалифицировал эти
   действия по пп. «б» и «д» ст. 102 УК, а судебная коллегия по уголовным делам Верхов­
   ного суда РФ переквалифицировала их на ст. 106 УК. Судебная коллегия сослалась на
   то, что П., по его словам, хотел лишь попугать учеников. Других доводов в определе­
   нии не приводится, а значению предупреждения со стороны учителей не дается никакой
   оценки. С решением Судебной коллегии можно было бы согласиться, если бы последствия
   наступили после того, как П. бросил первый ящик. В данном случае предупреждение об
   опасности причинить смерть при продолжении начатых действий дает основание считать,
   что П. действовал с. косвенным умыслом — безразлично относился к последствиям, ко­
   торые могут наступить. В самом деле, вряд ли можно утверждать, что в этой ситуации
   виновный только должен был и мог предвидеть наступление смерти потерпевшей. Разу­
   меется, это нельзя сформулировать как общее правило, но предупреждение в указанном
   смысле в конкретных случаях должно всегда получить соответствующую оценку.

5. О признании убийства совершенным по неосторожности возникает вопрос и при
   так называемом отклонении действия. Этот вид фактической ошибки, когда осуществле­
   ние преступного намерения в отношении другого потерпевшего происходит не вследствие
   того, что виновный ошибочно принимает его за человека, которого он намерен лишить
   жизни, а вследствие каких-то других причин, которые от него не зависят. К-н осужден
   за неосторожное убийство Ш. и покушение на убийство О. и К. Было установлено, что
   О. и К. напали на улице на К-на, избили его, а позже пришли к его дому, кричали, вы­
   зывали его для расправы, разбили стекло в окне. К-н схватил ружье, зарядил его одним
   патроном, выбежал на улицу и выстрелил в убегавших О. и К. В это время к дому К-на
   по склону оврага поднималась группа молодежи, среди которой находилась Ш. Она-то и
   была убита картечью. По обстоятельствам, которые изложены, К-н не предвидел, но мог
   и должен был предвидеть причинение смерти не только О. и К., но и другим лицам. В
   данном случае умышленное действие, направленное на убийство О. и К., повлекло смерть
   Ш. Эта смерть явилась результатом неосторожности К-на. Совершенное им преступление
   судом правильно квалифицировано в этой части по ст. 106 УК.

Отклонение действия необходимо отграничивать от ошибки в объекте (при убийстве — в личности потерпевшего). В действиях К-на налицо совокупность неосторожного убий­ства с покушением на умышленное убийство в состоянии аффекта, т.е. «двойная вина». Ошибка в личности потерпевшего при убийстве не изменяет формы вины и не оказывает влияния на квалификацию.

¹См.: Загородников Н. И. Указ. соч. С. 217.

116 7. Неосторожное убийство

3 . Убийство, совершенное по неосторожности, необходимо отграничивать от случайно­го причинения смерти, когда уголовная ответственность за лишение жизни другого чело­века не наступает, поскольку лицо, причинившее смерть, не предвидело этих последствий и не могло их предвидеть. Это положение прямо в законе не отражено, но оно вытекает из общего указания о том, что уголовной ответственности и наказанию подлежит только лицо, виновное в совершении преступления.

Случайное причинение смерти должно отграничиваться от обоих видов неосторожного убийства, совершаемых в результате как преступной самонадеянности, так и небрежности.

Если лицо предвидит возможность причинения смерти другому человеку и предпри­нимает с должной осторожностью и предусмотрительностью все необходимые меры для предотвращения ее наступления, но смерть все же наступает по причинам, от него не зависящим, оно не может нести ответственность за последствия, так как оно не проявило самонадеянности и наступивший результат является «случаем». При этом условии отсут­ствует сознание противоправности и общественной опасности совершаемых действий. При самонадеянности же у виновного всегда имеется сознание противоправности (обществен­ной опасности) своего поведения.

При расследовании и рассмотрении дел об убийстве указанное различие не всегда учитывается. Так, за неосторожное убийство был осужден Б., который, являясь директо­ром кинотеатра, не обеспечил соблюдения правил пожарной безопасности, в результате чего во время возникшей паники погибло пять человек. Суд установил, что при демонстра­ции кинофильма начал тлеть трансформатор и в зрительном зале появился дым. В этот момент раздался крик неизвестной женщины: «Горим, пожар!». Все бросились к дверям, в результате образовалась давка и наступили указанные тяжкие последствия.

Вышестоящий суд, рассмотрев дело в кассационном порядке, признал осуждение Б. по ст. 106 УК неправильным. Экспертиза установила, что кинотеатр отвечал всем требова­ниям противопожарной безопасности, все предписания пожарной охраны администрацией выполнялись, никакой реальной опасности гибели граждан от пожара не существовало. Трагедия произошла в результате паники, возникшей после крика неизвестной женщины.

В судебной практике случайное причинение смерти рассматривается как убийство по небрежности чаще, чем как убийство в результате самонадеянности.

Для отграничения неосторожного убийства от случайного причинения смерти имеет значение наличие или отсутствие условий, позволяющих сделать обоснованный вывод о возможности предвидения лицом наступления смерти потерпевшего. Однако в практике встречаются и такие случаи, когда лицо признается виновным в неосторожном убийстве, даже когда оно не предвидело и не могло предвидеть развитие событий, не говоря уже о том, что оно не предвидело и не могло предвидеть наступление смерти другого человека. По приговору Тасеевского районного народного суда Красноярского края К. был осужден по ст. 106 УК за неосторожное убийство Т., т. к. допустил столкновение повозки, запря­женной лошадью, со встречным автомобилем. Было установлено, что лошадь, ослепленная на перекрестке автомобилем, испугавшись, помчалась галопом по левой стороне дороги. Несмотря на усилия К., который пытался остановить лошадь, сани попали под передние колеса встречного автомобиля. Находившаяся в санях Т. получила смертельные телесные повреждения. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного суда РФ приговор отме­нила, а дело прекратила за отсутствием состава преступления, поскольку К. не предвидел, что лошадь испугается, будучи ослепленной фарами автомобиля, не предвидел появления другой машины, с которой произошло столкновение, кроме того, по обстоятельствам дела не мог и не должен был это предвидеть. Произошел несчастный случай и, следовательно, К. не может нести ответственности за неосторожное убийство.

Необходимо подчеркнуть, что для ответственности за последствия, наступившие по небрежности, строго говоря, не имеет значения, сознавало ли лицо фактическую сторону