Материал: Khrestomatia_po_istorii_Dalnego_Vostoka_Kniga_1

Уссури, из Киевской губернии. Здесь я родился, учился в церковноприходской школе, батрачил у богатых ка­ заков в Лончаково, работал на станции Розенгартовка (она в километре была) ремонтным рабочим. В реке было полно рыбы, но ловили ее только мы, мальчишки. Взрослые считали это предосудительным делом, кото­

был выпас для скота днем и для лошадей ночью... Лес начинался у крайних хат. Можно было бы заняться охотой: водились кабан, изюбр, медведь, пушной зверь. Но и это не было принято, охотники тоже подвергались осмеянию. Считалось, что крестьянин должен за­ ниматься хозяйством. Деревня хлебопашествовала. Возле дома разрабатывалась десятина земли, а вто­ рая — поблизости, на заимке. Крупных земледельцев у нас не было, зато бедноты хватало. Сеяли яровую рожь, пшеницу, рожь, овес, ячмень, гречиху, просо, лен, ко­ ноплю, кукурузу, подсолнух, а из овощей — огурцы, лук, чеснок, капусту, ну и картофель. Большинство наших крестьян имели одну-две лошади или пару во­ лов, дойных коров (очень плохих по удоям), свиней, домашнюю птицу. Все хозяйство содержалось толь­ ко для семьи, на продажу ничего не производилось. Техники — никакой. Косили вручную, жали серпами и молотили зимой цепами. Сенокосные угодья были далеко — по заболоченным и кочковатым берегам Би­ ры и Бирушки. Рабочую зимнюю обувь — улы, олочи — делали из сыромятных кож, стелили в них осоку. Ле­ том носили лапти из лыка. Из конопли и льна вили веревки, ткали полотно и шили рубахи и штаны. Прав­ да, часть мануфактуры уже покупали. Прокормиться от урожая до урожая не могли и нанимались. Работа­ ли на железной дороге, уходили в Приморье во время уборки хлебов. Заработанное брали зерном. На зиму уходили в город. Отец наш, например, работал в Ха­ баровске возчиком, брат — на железной дороге, а я на заводе Скидельского и в других местах».

Вот как устраивались новоселы одной переселенче­ ской группы 1909 года:

Г. Ф. Казанский: «Мы — переселенцы из Румынии. Наши предки — «староверы»— с незапамятных времен переехали туда, но сохранили свои обычаи, язык. Пос­ ле 1905 года по нашим русским деревням объявили:

565

кто желает, может переселиться на Дальний Восток. Старики послали ходоков. Понравилось приволье. В 1909 году мы переехали на Амур и основали село Верхнеспасское. Было нас до 150 семей, и ни у кого ни одной лошади. Построили землянки, раскопали огоро­ ды, посадили овощи. Растет хорошо. Но к июлю — августу начала неудержимо прибывать вода в Амуре, все у нас потопило. Предложили селиться нам в иных местах — кому за Амуром (основали Марковку), кому в 20 верстах от Хабаровска, в тайге... Основали мы Смирновку, 25 дворов. Все занимались крестьянством, но земля плохо кормила. Многие по нескольку лет кор­ чевали под огороды лес: все делалось вручную... На нашем участке стояли 82 лиственницы... Мы в лето по­ ставили дом и ушли на заработки. Мать занималась огородом и тоже ходила в город — стирать, нянчить де­ тей у купцов. Старший брат нанялся в работники к старожилу села Воронежского. Потом многие стали за­ ниматься извозом, как только завели по одной лошад­ ке. Везли в город дрова, бревна...»

П. С. Зубарев (тоже из Верхнеспасского): «...С 1911 до 1913 работал кочегаром на мельнице у крестьянина Дудевского, с весны 1913 до осени 1914 — матросом на пароходе «Инженер Мерцаль» в Благовещенске. К это­ му времени наши переселились в Смирновку, я вернул­ ся домой и работал в семье отца до весны 1915 года, а там меня призвали в царскую армию...»

П. С. Донич: «Мы переселились из Бессарабии, и нашу одинокую заимку в 5 верстах от Марковки назы­ вали «молдаванской». Семья состояла из шести чело­ век: отец, мать, нас три брата и сестра. Построили зем­ лянку и жили в ней много лет. Тайга — и нет никого поблизости. Распахали немного земли, и отец занялся хозяйством, старший брат — рыбалкой, я — охотой, а младший брат с матерью и сестрой собирали ягоды на продажу».

А. Л. Марков: «Марковка названа по нашей фами­ лии. Переселились сюда с другого места в 1914 году. Начальство дало деревне (14 домов) название Новосергеевка, но крестьяне воспротивились и упорно на­

зывали по фамилии отца, так как он первый переехал сюда. По Амуру славились лодки-румынки из нашей де­ ревни. Яйцеобразной формы, они легко, как утки, «отыгрывались» на волне во время шторма. Удобны

566

для рыбной ловли. Я научился у отца и потом был в колхозе мастером по постройке таких лодок».

П. Е. Ивахнишин (из поздних переселенцев): «Пе­ реселились мы в 1910 году, образовали село КаменецПодольское, на Хору. Только кое-как успели постро­ иться, началась мировая война. Землю поднять не ус­ пели, разработали маленькие огородишки. Жили тем, что давала тайга. Большинство работало от подрядчи­ ков на лесозаготовках. На все село — пять коров да пять коней...»

Вот какая беспросветная нужда тяжелым бременем лежала на большинстве семей переселенцев При­

амурья.

На Дальнем Востоке всем известно имя легендарно­ го партизанского командира Ивана Шевчука. Это о нем говорил П. П. Постышев: «Шевчук со своим отря­ дом до 1920 года (потом в Народно-революционной армии) дрался с белыми за Советскую власть и име­ ет колоссальное количество заслуг наряду с другими руководителями партизанских отрядов».

Иван Павлович Шевчук — выходец из бедной кре­ стьянской семьи села Чапля Каменец-Подольской губернии. В 1909 году большое семейство Шевчуков нужда погнала на Дальний Восток. Переселенцы меч­ тали здесь получить землю, избавиться от бедности. Но хорошие земли новым поселенцам уже не доста­ лись. И они вынуждены были остановиться на таеж­ ной речке Тунгуске. В деревне Архангеловке, где по­ селилась семья Шевчука, жизнь была не слаще, чем на Украине. Трудная таежная земля нелегко отдавала свои дары новопоселенцам, поэтому им пришлось под­ рабатывать на постройке моста через Амур.

Иван вскоре совсемзабросил деревню и переселился в Хабаровск, устроился на пристань грузчиком.

Его жизнь среди рабочего люда продолжалась не­ долго. В октябре 1913 года Ивана призывают в сол­ даты. Он попадает на фронт второй мировой войны. На франте Шевчук дослужился до унтер-офицера. За храбрость и геройство был награжден тремя Георги­ евскими крестами.

На войне Иван Павлович узнал большевистскую правду. Он становится членом полкового комитета. Вскоре он уезжает на побывку к семье на Дальний Восток. В Иркутске судьба его свела с Павлом Пет­

567

ровичем Постышевым. Эта встреча многое дала Шев­ чуку для его политического роста.

Прибыв в Хабаровск, он приходит к выводу, что на­ зад на фронт нет смысла возвращаться, что здесь кадровый командир очень нужен для организации большевиков. И Шевчук активно включился в рево­ люционную борьбу.

С Украины прибыл на Дальний Восток Демьян Иванович Бойко-Павлов. Строил Амурскую железную дорогу. В числе других первопроходцев ему довелось прокладывать тоннель через Хинганские горы в райо­ не Облучья, потом работал на хабаровском «Арсена­ ле». Рабочие завода горячо любили этого волевого, энергичного и смелого большевика. Он доходчиво объяснял им политическую обстановку в стране и крае, много рассказывал о партии, ее борьбе за народное счастье. Откуда же молодой рабочий парень узнавал обо всем этом? Не все знали, что Бойко уже давно твердо стал на путь ленинской партии. А было это так.

«Беспросветная нищета, голод, безработица заста­ вили меня искать работу на далекой восточной окраине страны, — писал Бойко в своих воспоминаниях. — В на­ чале 1914 года я завербовался на строительство Амур­ ской железной дороги. Стал кузнецом на постройке Облученского тоннеля. Здесь работало много политических ссыльных, действовала большая социал-демократическая организация, в работе которой и стал я принимать ак­ тивное участие...

В августе 1914 года в кузнечные мастерские, где я работал уже мастером (станица Пашково на Амуре), поступил наряд на производство капитального ремон­ та транспортных средств отправляемого на фронт ка­ зачьего эшелона. На другой день я получил через связного социал-демократической организации из Об­ лучья задание: «Примите в мастерской все меры к срыву отправки эшелона на фронт».

Я сразу предпринял первый шаг: вместо того что­ бы на воскресный день оставить кузнецов в мастер­ ской для работы по подготовке эшелона, распустил всех по домам. Сам остался в мастерской, и тут меня застали казаки, пришедшие проверять, как мы выпол­ няем срочный заказ. Увидев, что в мастерской пусто, арестовали меня за саботаж и срыв отправки эшелона.

Под арестом я был месяц. Под конвоем ходил.

568

Работы в тоннеле подходили к концу. Я с группой товарищей отправился в Хабаровск. Здесь не без тру­ да (отдав все свои сбережения — десятку — мастеру) устроился на «Арсенал». Вскоре познакомился с теми, кто мне по духу. Большевистской организации у нас еще не было, были отдельные большевики и старые ра­ бочие и участники революционных событий 1905— 1907 годов... И я вместе с ними вступил в активную борьбу с меньшевиками и эсерами, которые захватили руководство в заводском комитете и после Февральской революции вели яростную агитацию за войну «до по­ бедного конца», за поддержку буржуазного Временно­ го правительства. Мы давали крепкий отпор социалпредателям, и политические настроения большинства рабочих «Арсенала» быстро склонялись на сторону большевиков».

В целом экономика Дальнего Востока, несмотря на большой прирост населения, в начале века развивалась медленно. У правительства была одна забота — по­ стройка на восточной окраине страны каторжных тю­ рем, крепостей и казарм для усиления военных гарни­ зонов. Промышленники и купцы думали только о том, как бы побыстрее набить свои кошельки за счет экс­ плуатации дешевой рабочей силы. Они хищнически от­ носились к природным богатствам края. К тому време­ ни многие месторождения полезных ископаемых земли дальневосточной были отданы царским правительством в концессию иностранным владельцам. Тяжелый гнет богачей как в городе, так и в деревне, как русских, так и иностранных толстосумов вынуждены были нести ты­ сячи и десятки тысяч бывших переселенцев, а ныне обез­ доленных батраков и крестьян, нещадно эксплуатируе­ мых рабочих на заводах, железной дороге, на рудниках. Рабочие заводов, приисков жили в тягчайших условиях. Тяжелый труд по 12 часов в сутки, низкая заработная плата, шалаши и землянки, где приходилось им ютить­ ся после рабочего дня, — вот что получал «от сильных мира сего» рабочий человек, прибывший в этот край за десять тысяч верст от своих родных мест за счастьем и долей.

На Дальнем Востоке, и в частности в Приморье, осо­ бенно открыто хозяйничали иностранные предпринима­ тели, расхищая громадные природные богатства края, нещадно эксплуатируя его население. Не отставали от

569