Дипломная работа: Анализ перевода поэмы Дж. Мильтона Потерянный рай на норвежский язык

4.2 Использование латинизмов: проблемы перевода

В рамках данной работы был проведен анализ того, как именно А. Сандвед переводит лексические латинизмы, встречающиеся у Дж. Мильтона, и, если норвежский язык не позволяет передать данные лексемы латинизмами, компенсирует ли переводчик это какими-либо другими стилистическими средствами. Поскольку, как уже было сказано, однозначно идентифицировать латинизм в английском тексте поэмы довольно сложно, было принято решение проанализировать как латинизмы, найденные самостоятельно, так и латинизмы, на которые указывали в своих работах авторитетные исследователи-мильтоноведы. Учитывая, что А. Сандвед принял решение не передавать латинизмы в поэме с помощью слов латинского происхождения, задача найти примеры переводов латинизмов с помощью латинизмов поставлена не была. В данном случае важнее рассмотреть то, какое именно значение каждой из этих лексем А. Сандвед использует при переводе, ведь в некоторых случаях Дж. Мильтон употреблял слова латинского происхождения в их исконном латинском значении, в некоторых - в значении, установившемся в английском языке, а в некоторых - сразу и в том, и в другом значениях, тем самым используя прием создания неоднозначности (ambiguity). Для сбора этимологических сведений об исследуемых лексемах из английского языка были использованы онлайн-словари Online Etymology Dictionary, далее OED (etymonline.com), и Oxford Living Dictionaries, далее OLD (en.oxforddictionaries.com).

Итак, далее будут рассмотрены примеры использования Дж. Мильтоном латинизмов и их перевода А. Сандведом. Латинизмы будут приведены в порядке появления их в тексте поэмы.

В первой книге поэмы Дж. Мильтон употребляет слово «uxorious» в довольно необычном для этой лексемы контексте. Эта лексема была заимствована в английский язык в конце XVI века, по-латински звучит как «uxorius». В обоих языках значение слова - «преданный своей жене» (иногда, в зависимости от контекста, «чрезмерно»). В большинстве текстов слово действительно употребляется именно в таком значении. Дж. Мильтон использует это слово для описания царя Соломона, который построил храм языческой богини Астарты и тем самым предал своего Бога, «искушенный прекрасными идолопоклонницами» Русский перевод: «И те же гимны в честь ее Сион// Пятнали. На горе Обиды храм// Поставил ей женолюбивый царь.// Он сердцем был велик, но ради ласк// Язычниц обольстительных почтил// Кумиры мерзкие». . Довольно странно было бы описать его в данном контексте как «преданного своего жене». Однако комментарий американского исследователя Д. С. Кастана (Kastan) помогает понять, в чем дело. Он пишет, что «uxorious» в данном случае значит «чрезмерно любящий своих 700 жен» [Milton 2005: 25] (именно столько жен было у Соломона, согласно Библии). Получается, что Дж. Мильтон употребил данное слово с ироническим оттенком: с одной стороны, он использовал его в оригинальном значении «верный своей жене», но, с другой стороны, в большинстве случаев употребление этого слова подразумевает наличие у описываемого человека одной жены, а у царя Соломона их было значительно больше.

А. Сандвед не отразил в переводе авторскую иронию, но отметил, что речь идет о многих женщинах, а не об одной. Слово «uxorious» он перевел норвежским «kvinnekjжr», что значит «любящий женщин». Слово «kvinnekjжr» в норвежском языке заимствованием не является.

Далее будет рассмотрен случай употребления латинизма, обнаруженный Д. Кастаном во второй книге поэмы. Когда Сатана собирает свои войска на совет в Пандемониуме, Вельзевул поднимает вопрос о том, кто должен отправиться на исследование нового мира и пролететь над пропастью, разделяющей ад и рай Русский перевод: «<…> Какой смельчак// Стопой скитальческой измерит бездну// Неизмеримую// <…> Кого из нас// Над пропастью вселенской удержать// Возмогут неустанные крыла// И взмах за взмахом, продолжая лет,// В счастливый край гонца перенесут?». Дж. Мильтон обозначает эту пропасть словом «abrupt», которое в английском языке, согласно OED и OLD, существует только как прилагательное, причем заимствованное из латыни около 1580 года и в большинстве случаев используемое в значении «внезапный, неожиданный». Данное прилагательное образовано от латинского причастия от глагола «abrumpo», означающего «отрывать, отрезать». Однако в латыни также есть существительное «abruptum», означающее «пропасть», и здесь Дж. Мильтон скорее вставил в поэму именно его.

А. Сандвед верно интерпретировал значение данного слова и перевел его как «dypets svelg», то есть буквально «глотка глубины» или «глубокая пропасть» (норвежское слово «svelg» имеет как буквальное, так и переносное значение). Латинское происхождение слова, как и в большинстве случаев, в переводе никак не отражено.

В третьей книге, где Дж. Мильтон пишет о том, как ангелы воспевали Сына Божьего, в котором любой может увидеть отраженное сияние Бога Отца (в отличие от самого Бога Отца, которого не может увидеть никто, кроме Бога Сына), поэт использовал слово «effulgence» для описания сияния Бога Отца Русский перевод: «Затем Тебя воспели, первозданный,// Подобный Богу, Им рожденный Сын.// Нескрытый облаками облик Твой// Являет всемогущество Отца,// Которого воочью увидать// Не может никакое существо.// Почиет отблеск славы на Тебе// Господней; Божий Дух в Тебя вселен».. Данное слово с очень высокой степенью вероятности является латинизмом, не прижившимся в английском языке во время написания поэмы, поскольку в OED можно найти информацию о том, что Дж. Мильтон употребил эту лексему впервые в истории английского языка. Это слово было заимствовано поэтом напрямую из латыни и происходит от позднелатинского существительного «effulgentia» («сияние»), образованного от глагола «effulgere» («сиять»).

А. Сандвед перевел его как «gjenskinn», что означает «отблеск». В данном контексте это слово точно отражает смысл, заложенный автором, но никак не отражает тот факт, что лексема, использованная в оригинале, являлась ярко выраженным латинизмом.

В пятой книге поэмы, где речь идет о том, как Адам и Ева просыпаются вместе и выходят трудиться в поле, в тексте нами был обнаружен явный латинизм - слово «arborous», означающее в данном случае «образованный деревьями» Русский перевод: «Все прояснилось, и пора в поля// Супругам; но сперва, покинув сень,// Наружу выйдя, на дневной простор,// <…> здесь они, склонясь// Благоговейно, с искренней любовью,// Молитву утреннюю вознесли». Ни в OED, ни в OLD нет никакой информации об этой лексеме, и это может служить подтверждением того, что данное слово является латинизмом. Дж. Мильтон пишет, что Адам и Ева вышли на открытую местность из-под тенистой крыши, образованной деревьями. А. Сандвед в норвежском переводе, как ни странно, опускает эту подробность, и пишет просто о том, что герои вышли и остановились, не указывая при этом ни куда, ни откуда они вышли. Вероятно, это можно объяснить тем, что объем перевода данного отрывка значительно превышал объем оригинала, и А. Сандведу пришлось жертвовать некоторыми деталями ради сохранения формы.

В пятой книге поэмы нами был обнаружен еще один латинизм. Дж. Мильтон пишет о том, как Рафаил летит, наклонившись вперед, чтобы поговорить с Адамом. Для описания положения героя в пространстве автор использует слово «prone», которое к моменту написания поэмы уже существовало в английском языке (согласно OED, с 1400 года в переносном значении - «склонный к чему-либо», а с 1570 года в пространственном - «лежащий ничком»), тем не менее ни одно из этих значений не совпадает с этимологическим латинским значением «наклонившийся вперед», в котором эта лексема употреблена в тексте Русский перевод: «Дух к Земле,// Сквозь ширь эфирную свой быстрый лет// Направил, средь бесчисленных миров».. Из этого можно сделать вывод, что здесь слово «prone» можно считать латинизмом.

В данном случае А. Сандвед также верно трактовал значение слова, переведя его норвежским выражением «pе skrе», но никак отразил тот факт, что это латинизм.

В начале шестой книги поэмы, где повествуется о том, как Бог отправляет архангелов воевать против Сатаны и гневается на своего врага, Дж. Мильтон использовал латинизм «reluctant». Данное слово употреблено для описания пламени, которое загорелось от гнева Бога Русский перевод: «Державный глас умолк; и в тот же миг// Густые тучи мглой заволокли// Святую Гору; черный повалил// Клубами дым, исторгнув пламена,// О гневе пробужденном возвестив».. Согласно OED, эта лексема была заимствована из латыни в середине XVII века в значении «неохотный», в котором оно существует в английском языке по сей день. Однако здесь, судя по контексту, слово употреблено не в этом значении, а в этимологическом латинском значении «противоборствующий», то есть огонь был зажжен из-за желания противодействовать врагу. А. Сандвед не перевел данную лексему буквально, вместо этого он наделил пламя совершенно другой характеристикой, в норвежской версии оно горит буквально «змееподобными языками». Сложно с точностью сказать, почему переводчик позволил себе полностью заменить этот эпитет. Едва ли можно предположить, что А. Сандвед неверно понял текст оригинала, поскольку это не единственный раз в поэме, когда Дж. Мильтон использует данное слово в этом значении, и в других случаях перевод совпадает с оригиналом по смыслу (ср. кн. X стр. 515 и норвежский перевод). Скорее это расхождение доказывает, что поэтический перевод - один из самых вольных видов письменного перевода, в котором автор может иногда пренебрегать точностью ради сохранения поэтических качеств текста.

Следующий пример был взят из статьи З. Пикарда о латинизмах у Дж. Мильтона [Pickard 2003; последнее обращение 28.05.18]. В седьмой книге, когда Рафаил рассказывает Адаму о том, как Бог создал мир, он говорит, что в определенный момент выросли деревья, и на них появились почки, которые потом должны были стать цветами Русский перевод: «<…> и статные стволы// Деревьев, словно в пляске, наконец,// Восстали, простирая ветви крон,// Сплошь в завязях обильных и плодах».. Для обозначения возникновения почек Дж. Мильтон использовал глагол «gem», который в английском языке существует только в значении «украшать драгоценными камнями» (OED). В то же время в латыни существует глагол «gemmare», как раз означающий «пускать почки». А. Сандвед перевел это место как «ветви тотчас же были украшены цветами в почках», то есть он верно трактовал латинское значение слова, однако ожидаемо не смог передать в переводе его латинское происхождение.

Проанализируем результаты исследования, собрав их в таблицу:

Про примеры под номерами 1, 3 и 4 можно сказать, что это новые слова для английского языка, причем в первом случае известно, что Дж. Мильтон употребил это слово не первым, но при жизни поэта оно, скорее всего, воспринималось как латинизм. В третьем случае практически точно известно, что Дж. Мильтон первым употребил эту лексему в английском языке. Про четвертый случай точной информации найти не удалось, однако это слово определенно воспринималось современниками Дж. Мильтона как латинизм. Примеры 1 и 3 были переведены норвежскими лексемами, точно соответствующими оригиналу по смыслу, но не имеющими латинского происхождения. Пример 4 переведен не был, поскольку А. Сандвед решил не включать эту деталь в перевод по неизвестной причине.

Примеры 2, 5, 6 и 7 - это лексемы, существующие в английском языке в определенных значениях, но употребленные в тексте поэмы в других, а именно, латинских этимологических, значениях. В шестом случае мы можем наблюдать вольный поэтический перевод, а в остальных случаях А. Сандвед перевел эти лексемы именно в том значении, а каком их употребил Дж. Мильтон, но никак не маркировал стилистическую особенность этих слов в переводе.

Таким образом, получается, что А. Сандвед в большинстве отдельно взятых случаев верно интерпретировал, в каком значении Дж. Мильтон употребил тот или иной латинизм, но сознательно не отразил в переводе происхождение этих лексем, поскольку сделать это не позволяли языковые средства.

4.3 Использование лексики, относящейся к высокому стилю