димые бумаги. Однако в связи с переменой процедуры рассмотрения заявлений и условий регистрации общественных организаций в Главном управлении Министерства юстиции дело на сегодня отложено в «долгий ящик». Последующие три попытки завершились отказом зарегистрировать организацию. И проблема тут не только в проволочке со стороны властей, но и в некоторых колебаниях со стороны самих хемшилов. Эти колебания связаны, по-видимому, с переменой текущей ситуации, то есть возможным приглашением турок-месхетинцев Краснодарского края в США на правах политических беженцев. Ажиотаж, вызванный в крае вестью о том, что «Америка дала добро забрать турок», спрово-
цировал ретрансляцию дискурсивного мифа о «коренном» (подразумевается казачье население, русские, иногда скромно отмечаются адыги-шапсуги) и «некоренном» (все остальные) населении. Губернатор Краснодарского края А.Н. Ткачев выступил по телевидению и в прессе в следующем духе: «Я несколько удивлен этой информацией, поскольку на официальном уровне к нам никто не обращался. Если такое случится, власти Краснодарского края возражать не будут. Это личное дело самих турокмесхетинцев и американской стороны. Более того, хочу сказать, что турки-месхетинцы – это не коренное население Кубани. Они вправе самостоятельно принимать такие решения. По данному поводу у нас не будет никаких претензий. Более того, мы будем поддерживать эти процессы». Официальная реакция главы администрации Краснодарского края была более чем прозрачной, и можно только вообразить степень напуганности хемшилских лидеров, оказавшихся некоторое время без достоверной, прямой, неопосредованной информации. В столь напряженной атмосфере звонок из администрации ст. Кубанской (Апшеронский район) стал апогеем страха, растерянности, неопределенности. Депутат районного совета по национальным вопросам Апшеронского района потребовал в первую очередь в течение ближайшей недели составить списки желающих уехать. Представители хемшилов боялись, прежде всего, подвоха, что весь этот «спектакль», возможно, есть тест на лояльность – «у меня промелькнула мысль – а не проверка ли это, не удочка ли, как в 1937 году? И с этой ми-
171
нуты я потерял покой. Я боялся не за себя – за детей, за молодых, большинство из которых хотят уехать. Мы оказались загнанными в угол в политическом плане». Очевидно, исторические ассоциации оказались слишком явными. Главы общин требуемых списков так и не подали, настаивая на встрече для обсуждения американского предложения всеми тремя задействованными сторонами – американскими представителями, хемшилами и представителями местных властей. Но списки не понадобились, поскольку американская инициатива по неизвестной причине так и не была реализована.
В 2004 г. предпринята третья попытка регистрации общественной организации хемшилов. В первый раз документы были возвращены по формально-документальной причине (чиновница из Министерства юстиции не могла взять в толк, о какой общине идет речь, «об обществе любителей кошек»?). Во второй раз община не была зарегистрирована из-за неправильного оформления бумаг, документы были возвращены с правом подачи бумаг повторно. Каждый раз взимается госпошлина в размере 2000 рублей.
Религиозная община хемшилов возглавлялась в начале нулевых молодым Нуриддином Салих оглы (сам отрицает свое лидерство), который выучил несколько молитв и проявляет усердие и последовательность, специального образования не имеет. Книги привозятся из Турции, содержание книг обычно не выходит за рамки текстов Корана и его интерпретаций. Активность при чтении молитв может проявлять любой потрудившийся постичь эти тексты. Таких людей не так много. Кроме «домашнего» духовника, существовал, говоря на языке информантов, общетурецкий Амиров Асванди Закир оглы, 1963 г.р. (приехал из Азербайджана в 1988 г.), работал и учился в Турции 8 месяцев, где и выучил арабское письмо. Привез книги из Турции. Дважды виделся с московским муфтием, сдал экзамены в Москве. Начинал как преподаватель ислама детям (обучил около 2–3 тысяч детей, по его собственной оценке). «Для меня нет национальности, есть ислам». «Язык арабский не знаю, но Коран читаю», – Амиров Асванди беседовал на турецком, поскольку не свободно владеет
172
русским. По его словам, в Майкопе есть последователи следующих мусульманских течений: вахаби, шафи, маликh. Говорил о спецслужбах и их происках. Жаловался на давление со стороны государства в смысле легализации статуса (dovlet terefinden syxysh var – тур.): «дважды отказали в регистрации мусульманской общины. Адвокат сказал, что тут замешано ФСБ». Интервью для записи давать отказался, устно ответил на многие вопросы, хотя и не без опаски. Хемшилы охарактеризовали Асванди как последовательного мусульманина и бесконечно преданного своему делу человека. Сам Асванди Амиров определил свою цель как воспитание молодежи, «чтобы наркоманами не стали». Он признался, что на момент интервью (2005 г.) с майкопским муфтием отношения явно напряжены. Духовник сам был назначен предыдущим муфтием. Жаловался, что из Майкопа его вытеснили, книг не давали, и он «отвернулся». Амиров показал удостоверение от Центрального духовного управления мусульман России и доба-
вил: «[мы] хотим переехать на свою родину» (беседа состоялась
14.01.2005).
Границы хемшилской идентичности
Двусмысленная ситуация, в которой оказались хемшилы в Краснодарском крае, породила большую путаницу для самих хемшилов, местного населения и особенно властных структур, которые не могут разобраться, кто есть кто (телефонные разговоры автора с госчиновниками из Минюста. Краснодарского края). В контексте описанной неоднородности и множественности самоидентификаций люди поставлены в такие условия, что сами уже ничего не понимают. Хемшилские лидеры обнаруживают бессилие и не могут сделать выбор, который принес бы общности наибольшие «экономические, символические, культурные капиталы». Они пребывают в мучительных колебаниях касательно легитимации своего этнического статуса, чтобы обеспечить группе стабильность и процветание.
Но нет единства мнений и в среде рядовых хемшилов. Чаша весов склоняется попеременно то в пользу укрепления турецкой идентичности и объединения усилий за выживание с турками-
173
месхетинцами, то в пользу педалирования уникальных хемшилских культурных корней, то в пользу реконструкции, возрождения «потерянной» армянской идентичности (Хобсбаум 1998). При этом наибольшую осторожность они проявляют в принятии и тем более институционализации последней, возможно потому, что в случае принятия данного «пункта» усилится комплекс вины хемшилов как потенциальных предателей. К опыту депортации с навешиванием ярлыков «неблагонадежных» и «врагов народа» прибавится печать конфессиональной непоследовательности и «неверности». Признать себя армянами означало бы признать «предательство» христианства предками, а позже и предательство идеалов советского строя. К тому же факт христианского прошлого трудно увязывается с господствующими в быту мусульманскими практиками. Сюда примешивается также сложный комплекс ощущений, связанный с общекавказскими представлениями о маскулинности.
Основным признаком группы является нестабильный характер этнической идентичности, размытость ее границ (Aндерсон
2001; Бергер, Лукман 1995; Воронков, Освальд 1998). В этом смысле середина нулевых для хемшилского общества стала знаковой. Сложившиеся социальные условия послужили фоном для артикуляции их четкой этнической реориентации. Хемшилское сообщество встало перед личным выбором собственной этнической идентичности. Каждый представитель группы мог выбрать ее себе между привычной турецкой, «самостийной» хемшилской и, как утверждают, «утерянной» армянской идентичностями. В этом смысле хемшилы – уникальный пример тестирования социального конструирования этничности (Шахназарян 2004).
Литература
Андерсон 2001 – Андерсон Б. Воображаемые сообщества. М., 2001.
Бацаши 1988 – Бацаши Ц.Н. Этно-религиозный состав населения северо-восточной Анатолии в 19–20 вв. Автореф. дисс. … кандидата исторических наук. М., 1998.
Бергер, Лукманн 1995 – Бергер П., Лукманн Т. Социальное констру-
ирование реальности. Трактат по социологии знания. М., 1995.
174
Воронков, Освальд 1998 – Воронков В.И., Освальд И. (ред.). Кон-
струирование этничности. СПб., 1998.
Гордлевский 1962 – Гордлевский В.A. Избранные сочинения. М., 1962. Т. III.
Кузнецов 1995 – Кузнецов И.В. Одежда армян Понта. Семиотика материальной культуры. М.: Восточная литература, 1995.
Курылев 1992 – Курылев В.П. Некоторые малые этнические группы Южного Казахстана (греки, курды, турки, хемшилы) // В.П. Курылев. Материалы полевых этнографических исследований 1988–1989. СПб., 1995.
Мгеладзе, Тунадзе 2003 – Мгеладзе Н.В., Тунадзе T.K. Из истории Хемшинов восточной Турции и Юго-Западной Грузии // Aрхеология, этнология и фольклор Кавказа. Maтериалы международной конференции. Eреван: Эчмиадзин, 2003.
Мегаворян 1904 – Мегаворян А.П. К вопросу об этнографических условиях развития народностей Чорохскаго бассейна // ИКОИГРО. Тиф-
лис, 1904. Т. 17(5).
Меликсет-Беков 1950 – Меликсет-Беков Л.М. Pontica Transcaucasica Ethnica (основано на данных Миная Медичи от 1815-1819 гг.) // СЭ. 1950. № 2.
Новая газета 2002 – Новая газета. № 49. 11–14 июля 2002 г.
Сельская жизнь (Апшеронск). 2002. 18-24.04. № 28 (22740).)
Старченков 1990 – Старченков Г.И. Население Турецкой республики. Демографо-экономический очерк. М.: Наука, 1990.
Торлакиан 2002 – Торлакиан Б. Этнография амшенских армян. Краснодар, 2002.
Хобсбаум 1998 – Хобсбаум Э. Нации и национализм после 1870.
СПб., 1998.
Шахназарян 2004 – Шахназарян Н. Дрейфующая идентичность: случай хемшилов (хемшинов) // Диаспоры. М., 2004. № 4.
Bryer 1988 – Bryer A. Some Notes on the Laz and Tzan // Bryer A. Peoples and Settlement in Anatolia and the Caucasus, 800–1900. London: Variorum Reprints, 1988.
Nekrich 1978 – Nekrich A.M. The Punished Peoples. The deportation and fate of Soviet minorities at the end of the Second World War. New York: W.W. Norton & Company Inc., 1978.
Nisbet 1969 – Nisbet R.A. Social Change and History. New York: Oxford University Press, 1969.
175