Материал: АРМЯНЕ в исторических и этнокультурных процессах XVIII–XXI вв

Неканоническое христианство – это религиозная повседневность армян, включающая в себя особое понимание религии и веры, специфические практики, отличающиеся от одобренных ААЦ форм проявления религиозности и отправления культа. Это целостная система, состоящая одновременно из христианской веры и магических ритуалов, связанных с поклонением Богу Отцу, Иисусу Христу, Деве Марии, общеармянским и локальным святым, а также почитание природных объектов и предметов, наделяемых святостью (Antonyan 2011. P. 327). Сельские христианские практики включают в себя обязательное паломничество и прикладывание к святыням, визионерство, веру в откровения, приоритет личного мистического опыта и индивидуального религиозного поведения. Посещение и поклонение местным святыням приравнивается к посещению церкви и может полностью его заменять.

Объекты, входящие в вернакулярный религиозный комплекс в изучаемом нами регионе, можно с определенной долей условности разделить на несколько типов. К первому типу относятся общедоступные сельские часовни, молельни, домашние святилища – объекты, расположенные внутри села и его строений, обустроенные сельскими жителями на свои средства. Сельское святилище, как правило, связано с семейной святыней – тан сурбом. Второй тип – святилища, расположенные за пределами села рядом с природными объектами. К третьему типу мы бы отнесли церковные строения, вне зависимости от степени их сохранности. Следует отметить, что подобное деление условно. Часто не суще-

вовсе религиозно безграмотными верующими (устной). Американский фольклорист Л. Примиано предложил термин «вернакулярный» (vernacular) как более нейтральный и точнее отражающий суть явления (Primiano 1995). Определение «вернакулярный» в сочетании с «религиозностью», «практиками», «традициями», «христианством» в последние годы прочно вошло в научный оборот. Тем не менее ряд исследователей, в том числе арменоведов, полагают, что «вернакулярность» в большей степени указывает на местную специфику более общего явления, а определение «вернакулярный» уместно использовать в тех случаях, когда говорится об особенностях и локальных различиях внутри общего поля неканонического апостольского христианства в Армении, когда народное христианство или народная религиозность в целом складывается из некоторого числа или даже множества различных вернакулярных вариаций (Abramyan, Hambhardzumyan 2018: 72).

181

ствует четких семантических и пространственных границ между домашней святыней и сельской молельней, между почитаемыми руинами церкви и святилищем, связанным с родником или деревом. В сознании местных жителей все они находятся в общем сакральном поле, выделяясь лишь степенью своей святости. Для всех этих типов существуют общие ритуалы и практики почитания.

Отечественная этнография о сельских святынях

Народное христианство в Армении долгое время оставалось «невидимым» как для советской антирелигиозной пропаганды и официальных деятелей ААЦ, так и для советских этнографов и западных исследователей религии. В советский период изучать религию возможно было лишь в рамках религиоведения, отдельные аспекты «народной религии» освещались в работах фольклористов и палеографов. Этнографическое изучение различных форм проявления религиозности долгое время происходило в жестких рамках теории «пережитков», а вернакулярная религиозность рассматривалась в качестве «пережитков дохристианских культов» (Abramyan 2011. P. 300). Переоткрытие данной темы арменоведами в рамках антропологии религии происходит в Армении уже в постсоветскую эпоху.

В отечественной этнографии об армянских сельских святилищах кратко упоминается в работе А.Е. Тер-Саркисянц «Армяне. История и этнокультурные традиции». Алла Ервандовна всесторонне изучала темы, связанные с семейными и брачными обычаями в Армении и диаспоре, и религиозный аспект армянской культуры был вне сферы ее прямых научных интересов. Тем не менее, исследуя особенности воспроизводства этнической традиции, она не могла обойти вниманием столь важную составляющую армянской идентичности. В этой монографии вводится в

научный оборот обширный архивный и полевой материал, собранный в ходе работы Армянского отряда Кавказской экспедиции ИЭ АН СССР в 1960–1980-е гг., публикуется несколько фотографий сельских и домашних святилищ – сурбов (ТерСаркисянц 1998. С. 224–229). В Архиве ИЭА РАН хранится об-

182

ширный фотоматериал, большая часть которого собрана лично Аллой Ервандовной во время детальных обследований деревень и сел различных областей Армянской ССР. Часть материалов – это неопубликованные фотографии сельских святынь. По нашему мнению, они представляют интерес, в частности, для сравнительного анализа материальной составляющей вернакулярной религиозности сельской Армении. Некоторые из фотографий Архива мы используем в качестве иллюстраций и публикуем впервые.

Деревенские святилища

Все святыни называют одним словом сурб, что в переводе с армянского означает «святой», «священный». Сурб – это собственно святой, локус его пребывания и пространство его почитания, к примеру, часовенка или церковь5. Сурб – это и сущность сакральной природы, и материальный объект, находящийся во владении семьи. Святой может ассоциироваться с одним или несколькими предметами. Сурбом могут быть церковь или руины церкви, хачкар6, книга, камень, родник, дерево, гора, пещера, а также изображение – в общем, все то, что местные жители по ка- ким-то причинам наделяют святостью. Подобные святыни в Армении встречаются повсеместно. Одни из них признаются лишь жителями конкретного села, к другим стекаются паломники со всей округи, а иногда и со всей страны. Подобные общеармянские святыни имеют особый статус и отдельный день почитания. Обычно он совпадает с праздником Вознесения Господня – Амбарцум – и отмечается на 40-й день после Пасхи7.

———————

5Святилища, часовни и молельни также называют матур (арм. matuur – часовенка). В селах, где проходила наша работа, местные жители этот термин не использовали (о терминах см. Antonyan 2011).

6Хачкар, дословно «камень-крест» (от арм. «khach» – крест, «kar» – камень) – особый вид армянского религиозного памятника, представляющий собой каменную стелу или плиту с вырезанным крестом. Широко распространены также деревянные резные хачкары.

7О некоторых таких святилищах Котайкской области, объединенных в единую паломническую сеть, и о борьбе между ААЦ и местными жителями см. иссле-

дование Л. Абрамяна «The Chain Of Seven Pilgrimages in Kotaik, Armenia» (Abramian, Hambhardzumyan 2018).

183

Вселах существуют целые комплексы сурбов. К примеру, в уже упомянутом небольшом селе Лусагюх две действующие церкви, руины церкви IV в. Мхеи Ванк, также являющиеся сурбом, домашние сурбы-молельни и несколько сурбов в ближайших окрестностях. По данным информантов, в селе около двадцати домашних сурбов. Они расположены в хозяйственных помещениях рядом с хлевом, в специальных пристройках или в комнатах в домах. Есть также несколько отдельно стоящих на частной территории сурбов-часовенок.

Вповседневной жизни сурбы пользуются у местных жителей значительно большей популярностью, чем церкви. Их посещают часто (минимум раз в неделю), в отличие от церквей, куда идут окказионально по праздникам или особым поводам. Некоторые информанты сообщали нам, что ходят в молельни практически ежедневно. «Разницы никакой нет: идти сюда или в церковь. Это то же самое. Тут только не раздают хлеб. Тут ты один, сам с Богом, никто не мешает... Ты можешь прийти и сказать, что хочешь, Богу. Я люблю ходить, мне так очень нравится»

(информантка А., 22 года) (ПМА 2016).

У каждого сурба есть тот, кто за ним присматривает, и тот, кто

внем убирает. Если он расположен на территории домохозяйства, смотрителем, скорее всего, будет старшая женщина в семье. Она поддерживает в нем порядок и контролирует его посещаемость. Внутреннее пространство сурбов организуется хозяевами совместно с посетителями. В армянском апостольском христианстве не используют канонические изображения святых. В церквях нет икон, но встречаются немногочисленные разнородные изображения: репродукции икон, самодельные картины на религиозные темы, вырезки из журналов и католических календарей с картинами на библейские и евангельские сюжеты. Подобные вещи присутствуют и в сельских сурбах. Очень популярны, к примеру, репродукции и журнальные вырезки с «Сикстинской мадонной» Рафаэля и «Мадонной Литта» Леонардо да Винчи.

Всвятилищах присутствует церковная утварь, а также нарисованные на ткани или собственноручно вырезанные из дерева изображения Христа и Девы Мариам, макеты или изображения

184

церквей, хачкары, платки или куски ткани с нашитыми крестами – шушпы. Это вотивные подношения сурбу в благодарность за избавление от болезни или несчастья или же наоборот – с просьбой о помощи. Забрать такой дар из сурба никто, даже сам даритель, не может.

Шушпы и дары хранятся в сурбах десятилетиями. Изучая архивные материалы, мы заметили, что предметное наполнение сурбов 1960–1980-х гг. мало отличается от современного. Мы видим практически те же изображения и предметы. Вместе с тем появляется новая значимая категория – это вотивные подношения военнослужащих и их родных, а также макеты и изображения часовен и церквей.

Сурб в доме Ервандяна Хачика, с. Кучак, Апаранский р-н, Армянская ССР.

Фото А.Е. Тер-Саркисянц, 1983 г. © Фотоархив ИЭА РАН

185