документировании
и представлении результатов
оперативно-розыскной
деятельности
Проанализируем типичные ошибки и нарушения закона, которые наиболее часто допускают правоприменители различных регионов при проведении документирования и представления результатов ОРД.
Ошибка 1 — ненадлежащее лицо. Постановление о проведении оперативного эксперимента часто утверждается ненадлежащим лицом. Согласно ч. 7 ст. 8 ФЗ об ОРД этот вид ОРМ проводится на основании постановления, утверждаемого только руководителем органа, осуществляющего ОРД. В практике это постановление часто утверждается заместителем начальника, начальником подразделения (например, заместителем начальника РОВД — начальником МОЕ, заместителем начальника УФСБ, начальником СБ, ОБЭП, ОРЧ) и т.п.
Разновидности ошибки:
документы, составляемые в ходе и по результатам ОРМ (акты, справки и т.п.), подписывают лица, не уполномоченные к их проведению, — постовые милиционеры, участковые, сотрудники ОМОН, подразделе ния охраны и т.п. В ст. 13 ФЗ об ОРД дан закрытый перечень органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность. Руководители уполномоченных органов своими приказами определяют перечень подразделений, правомочных осуществлять ОРД (ч. 3 ст. 13). Так, ак тами МВД России участковые милиционеры не отнесены к соответст вующим оперативным подразделениям;
в соответствии с ч. 4 ст. 13 ФЗ об ОРД органы, ее осуществляющие, решают определенные этим Законом задачи исключительно в пределах
28
своих полномочий, установленных соответствующими законодательными актами. По одному из изученных уголовных дел подразделения УФСБ проводили комплекс ОРМ по поручению следователя по уголовному делу, возбужденному по ч. 2 ст. 129 УК (клевета, содержащаяся в средствах массовой информации). Между тем в соответствии со ст. 10 Федерального закона «О федеральной службе безопасности» «органы федеральной службы безопасности осуществляют оперативно-розыскные мероприятия по выявлению... шпионажа, террористической деятельности... и других преступлений, дознание и предварительное следствие по которым отнесены законом к их ведению». В результате этого нарушения закона по жалобе подозреваемого все полученные на основе ОРД доказательства были признаны недопустимыми. Аналогичные нарушения закона имеют фатальный характер и могут повлечь постановление оправдательного приговора.
Ошибка 2 — нет оснований для проведения ОРМ. В постановлении о проведении оперативного эксперимента не указываются основания для проведения ОРМ (ст. 7 ФЗ об ОРД), которые должны иметь место на момент принятия решения о его проведении. Разновидности ошибки:
в описательной части постановления указано: «гр-н М. требовал деньги у гр-на С.». Нет указаний на предусмотренные законом признаки про тивоправного деяния (п. 2 ч. 1 ст. 7 ФЗ об ОРД), т.е. указаний на при знаки конкретного состава преступления, предусмотренного Особен ной частью УК (ч. 1 ст. 290);
в ходе судебного разбирательства выясняется, что основания для про ведения ОРМ, т.е. признаки тяжкого преступления, появились только в ходе или даже после проведения оперативного эксперимента;
оперативный работник в своих свидетельских показаниях на следствии и в суде не может пояснить, какие сведения, из каких источников и ко гда им полученные, стали основанием для проведения ОРМ. В итоге защитник заявляет, что решение о его проведении принято в отсутст вие предусмотренных законом оснований; основания появились позд нее и т.п.
Рекомендации:
требовать от оперативных работников описания соответствующих оснований как минимум в следующих документах: в рапорте о необхо димости проведения оперативного эксперимента; в описательной части постановления о его проведении (см. образец 1 приложения 1 настоя щего издания); в описательной части постановления о представлении результатов ОРД (см. образец 3 приложения 1 настоящего издания);
следователям, государственным обвинителям необходимо тщательно допрашивать оперативных работников по вопросу о том, какие из пре дусмотренных законом оснований имелись в их распоряжении до про-
29
ведения ОРМ. Если вы его об этом не спросите, спросит квалифицированный защитник в суде. Последствия предвидеть нетрудно. Ошибка 3 — не тяжкое преступление. Оперативный эксперимент проводится на основании сведений о признаках преступления небольшой или средней тяжести, например при наличии данных о простом, т.е. неквалифицированном взяточничестве (ч. 1 ст. 290 УК — состав средней тяжести). Между тем проведение оперативного эксперимента допускается только в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия тяжкого преступления, а также в целях выявления и установления лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших (ч. 8 ст. 8 ФЗ об ОРД). Имеющиеся на момент принятия решения о проведении оперативного эксперимента сведения должны указывать как минимум на признаки ч. 2 ст. 290 УК или иного тяжкого преступления. Это нарушение закона также может иметь самые неблагоприятные последствия.
Ошибка 4 — нет постановления о проведении ОРМ. Оперативный эксперимент организуется без составления постановления о его проведении. Между тем этот вид ОРМ проводится только на основании постановления, утвержденного руководителем органа, осуществляющего ОРД (ч. 7 ст. 8 ФЗ об ОРД).
Рекомендация: обязательно выносить соответствующее постановление; называть его правильно — постановление о проведении оперативного эксперимента (см. образец 1 приложения 1 настоящего издания); подшивать его только в ДОУ или, если принято соответствующее решение, и в ДОУ, и в уголовное дело. В первом случае в постановлении о представлении результатов ОРД (см. образец 3 приложения 1 настоящего издания) и в сопроводительном письме (см. образцы 4 и 5 приложения 1 настоящего издания) следует указать о том, где находится постановление.
Ошибка 5 — нужны ли «понятые»? К участию в оперативном эксперименте на разных его этапах привлекаются лица, которых называют понятыми. Однако законодательство об ОРД не предусматривает обязательного участия в проведении ОРМ лиц, поименованных таким образом. Усугубляя эту ошибку, оперативные работники разъясняют «понятым» их «права и обязанности», ссылаясь на положения УПК и делая соответствующие записи в акте (протоколе). Такого рода правоустановлений законодательство об ОРД также не содержит.
Очень часто присутствие так называемых понятых становится ахиллесовой пятой стороны обвинения. На судебном следствии они не являются по вызову, меняют показания или забывают их; устанавливается их заинтересованность. Часто недальновидные оперативные работники используют своих друзей и знакомых, студентов-практикантов, не аттестованных работников тех же подразделений (секретари, уборщицы и т.д.). В результате вместо усиления доказательственной базы стороны обвинения эти «поня-
30
тые» часто ее ослабляют. Вместе с тем оптимальный подход к их участию в ОРМ иногда дает ценные дополнительные доказательства. Рекомендации:
если все-таки принято решение об участии посторонних лиц в ОРМ, не следует называть их «понятые», лучше «незаинтересованные лица», «представители общественности», «присутствующие» и т.п. Не следует разъяснять им их якобы права, обязанности, предупреждать их об от ветственности и ссылаться при этом на произвольные статьи УПК, ФЗ об ОРД и т.п. Таких правоустановлений в законодательстве нет;
серьезно следует отнестись к подбору присутствующих граждан. Это должны быть благонадежные, но в то же время незаинтересованные лица, которых следует затем тщательно допросить, обеспечить их явку в суд, пресечь возможные попытки со стороны защиты воздействовать на них с целью изменить показания. Следователю, а затем государст венному обвинителю необходимо лично удостовериться в том, что именно в присутствии этих лиц проводились юридически значимые действия (изымались помеченные деньги и т.д.), что они все это пом нят и никоим образом не заинтересованы в исходе дела.
Ошибка 6 — не то мероприятие. В документах, составляемых по результатам ОРМ, часто допускаются ошибки в названии ОРМ. Встречаются названия «следственный эксперимент», «комплекс ОРМ по изобличению вымогательства взятки» и т.п. Между тем в ФЗ об ОРД (п. 14 ч. 1 ст. 6) предусмотрено ОРМ с названием именно «оперативный эксперимент». Иное название является нарушением закона и может повлечь признание всех полученных доказательств недопустимыми.
Ошибка 7 — смешение процедур. Сначала проводится оперативный эксперимент, а по его результатам при изобличении взяткополучателя составляется протокол об административном правонарушении с изъятием денежных купюр и иных предметов.
Рекомендация: необходимо четко различать и разграничивать ОРД, которая проводится с целью выявления, раскрытия и расследования преступлений, и административную деятельность, осуществляемую на основаниях и в порядке, предусмотренном КоАП. В рамках последней могут быть обнаружены и зафиксированы следы (признаки) преступлений и иных правонарушений, доставлены и задержаны лица, произведен их досмотр, изъятие вещей и документов и т.д. (ст. 27.1, 27.7, 27.10 и др. КоАП). Но вряд ли допустимо смешивать оперативно-розыскные и административные процедуры, хотя мне не встречались дела, по которым это обстоятельство стало бы основанием признания доказательств недопустимыми.
И все же оперативный эксперимент как ОРМ, направленное на выявление тяжкого преступления, вряд ли может завершаться документированием административного правонарушения.
31
Ошибка 8 — незаконные досмотр и изъятие. При документировании факта изъятия предмета взятки часто составляются акт досмотра, протокол изъятия и т.п. с необоснованными ссылками на ст. 11 Закона РФ «О милиции», ст. 6 ФЗ об ОРД, статьи КоАП (см. гл. 3.5 настоящего издания) или без всяких ссылок.
Между тем законодательство не содержит соответствующих данному случаю оснований. Так, в ФЗ об ОРД нет такого вида ОРМ, как досмотр, право на досмотр не включено в ст. 15 Закона. Пункт 2 ч. 1 ст. 11 Закона РФ «О милиции» позволяет проводить досмотр только в соответствии с законодательством об административных правонарушениях. В предшествующей редакции этой нормы Закона работникам милиции предоставлялось право производить личных досмотр лиц «в порядке, установленном федеральным законом». Многие практические работники толковали эту норму в том значении, что для личного досмотра достаточно ссылки только на Закон о милиции. Пора очнуться от этого опасного заблуждения (о правомерных вариантах досмотра и изъятия предметов в ходе проведения ОРМ см. гл. 3.4—-3.5 настоящего издания).
Ошибка 9 — провокация преступления. В рамках ОРМ со стороны взяткодателя допускается провокация взятки и других преступлений, что можно квалифицировать по ст. 304 УК и как подстрекательство к совершению других преступлений (ч. 4 ст. 33 и соответствующая статья Особенной части). Часто только в суде «всплывает» информация о том, что взяткодатель говорил взяткополучателю примерно так: «Ну, прошу тебя, возьми деньги!». Взяткополучатель отказывался, но взяткодатель настоял на своем.
Рекомендации:
инициатива в получении взятки всегда должна исходить от взяткопо лучателя, что должно подтверждаться показаниями участвующих лиц, другими доказательствами. Положительным моментом является нали чие аудио-, видеозаписи соответствующего разговора между взяткода телем и взяткополучателем. Но следователю необходимо лично убе дится, что содержание стенограммы разговора в точности соответству ет содержанию аудиозаписи;
о разграничении провокации взятки и правомерного проведения ОРМ см., например, п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 февраля 2000 г. № 6 «О судебной практике по делам о взяточниче стве и коммерческом подкупе».
Пленум, в частности отметил, что, решая вопрос о наличии состава преступления, предусмотренного ст. 304 УК, суду надлежит проверять, не было ли предварительной договоренности с должностным лицом о согласии принять предмет взятки. При отсутствии такой договоренности и отказе принять предмет взятки или подкупа лицо, пытавшееся вручить названный предмет в целях искусственного создания доказательств совершения преступления либо шантажа, подлежит ответственности по ст. 304 УК.
32
Вместе с тем Пленум указал, что не является провокацией взятки проведение предусмотренного законодательством ОРМ в связи с проверк. заявления о вымогательстве взятки.
Ошибка 10 — нарушен особый порядок. В соответствии с Конституцией РФ ограничение тайны переписки, телефонных переговоров, телеграфных и иных сообщений, а также права на неприкосновенность жилища допускается только на основании судебного Рвения (ст. 23 и 2: ложения конкретизированы в ч. 2-6 ст. 8 ФЗ об ОРД. К сожалению, не
единичны факты:
прослушивания телефонных переговоров без судебного решения, в частности при наличии такого решения в отношении не того телефон ного номера, который реально прослушивался;
прослушивания телефонных переговоров в сроки за пределами уст новленных судебным решением;
нарушение 24-часового срока уведомления суда и 48-часового срока получения судебного решения «в случаях, не терпящих отлагательст ва» (ч. 3 ст. 8 ФЗ об ОРД);
получение судебного решения и проведение прослушивания в othod нии лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлении, не относящихся к категории тяжких или особо тяжких, а также лиц, которые не могут располагать сведениями об указанных категориях преступлений (ч. 4 ст. 8). Так, прослушивание проводится в отношении подозреваемых по ч. 1 ст. 290 УК или оперативные подразделения не обосновывают, почему те или иные лица - не подозреваемые (обви няемые) могут располагать вышеуказанными сведениями;
. оперативное обследование жилого помещения проводится без судеб ного решения и (или) согласия проживающих в нем лиц. Часто недобросовестные оперативные работники сначала проникают в жилище без согласия проживающего, а позднее берут у-него «подписку о
согласии».
Все эти нарушения закона не только влекут признание недопустимыми будущих доказательств, но и могут стать основанием для возбуждения уголовного дела против оперативных работников по признакам преступлений, предусмотренных ст. 137—139, 286 и др. УК.
Ошибка 11 — не обеспечены гарантии неприкосновенности. В ношении таких категорий лиц, как депутаты Государственной Думы и члены Совета Федерации (ст. 98 Конституции РФ), судьи всех уровней (съ 1 Конституции РФ), прокуроры или следователи прокуратуры (ст. < рального закона «О прокуратуре Российской Федерации»), нарушения г; рантий неприкосновенности носят единичный характер. Между тем , вольно часто соответствующие нарушения допускаются в отношении ада катов, например при попытке изобличения их в покушении на дачу в В соответствие с ч. 3 ст. 8 Федерального закона «Об адвокатской деятель-
33
ности и адвокатуре в Российской Федерации» проведение ОРМ и следственных действий в отношении адвоката (в том числе в жилых и служебных помещениях, используемых им для осуществления адвокатской деятельности) допускается только на основании судебного решения. При этом не имеет значения, знали ли оперативные работники, что лицо, в отношении которого осуществляются ОРМ, имеет статус адвоката. Полученные таким образом сведения как минимум «подвергаются санкциям ничтожности».
Ошибка 12 — нет постановления о представлении результатов ОРД. В уголовном деле и в ДОУ отсутствует постановление о представлении результатов ОРД следователю (ч. 3 ст. 11 ФЗ об ОРД; см. также образец 3 приложения 1 настоящего издания). Часто это постановление по ошибке называют иначе — «постановление о передаче...», «постановление о направлении результатов ОРД по подследственности...» и т.п.
Согласно п. 10 и 17 Инструкции это постановление подготавливается в одном экземпляре и приобщается к материалам ДОУ или соответствующего номенклатурного дела. Однако изучение практики показывает, что копия постановления обычно приобщается к материалам уголовного дела. Стоит ли это делать — вопрос тактики обвинения в судебной стадии уголовного судопроизводства. Нужно помнить, что в последнем варианте постановление будет изучено стороной защиты в порядке ст. 217 УПК и его копия может остаться у защитника. Это же обстоятельство нужно учитывать и в отношении постановления о проведении ОРМ, в отношении других документов (см. гл. 3.3 настоящего издания).
Ошибка 13 — снова о ненадлежащем лице. Постановление о представлении результатов ОРД может быть утверждено ненадлежащим лицом. Однако согласно ч. 3 ст. 11 ФЗ об ОРД оно подписывается только руководителем органа, осуществляющего ОРД.
Разновидности ошибки — постановление утверждается заместителем начальника, начальником подразделения (например, заместителем начальника РОВД — начальником МОБ, заместителем начальника УФСБ, начальником СБ, ОБЭП, ОРЧ) и т.п. Эта малозначительное, казалось бы, нарушение, так же, как и ошибка 1 настоящей главы, имеет фатальный характер, т.е. может повлечь постановление оправдательного приговора.
Ошибка 14 — нет сопроводительного документа. К уголовному делу не приобщается сопроводительный документ (см. образцы 4 и 5 приложения 1 настоящего издания), подписанный руководителем органа — субъекта ОРД (п. 10 Инструкции). В отношении некоторых, а точнее практически всех документов, составляемых по результатам проведения ОРМ, нет обязательного требования их приобщения к материалам уголовного дела (см. гл. 2.2 и 2.3 настоящего издания). Но в нем все-таки должен быть сопроводительный документ, предусмотренный п. 10 Инструкции.
Ошибка 15 — нет описывающего документа. Для приобщения к уголовному делу не представляются документы, непосредственно описы-
34
вающие проведение данного вида ОРМ: акты, справки, рапорта и т.п.1 Так, в деле имеются акт вручения технических средств, денег и далее только протокол обыска, в рамках которого изымаются помеченные купюры, и т.п. В результате все обстоятельства оперативного эксперимента не находят своего отражения в документах. Если оперативные работники в рамках судебного допроса не могут дать точные и непротиворечивые показания, сторона обвинения рискует «проиграть дело».
Рекомендации:
всегда составлять как минимум документ под названием «акт оперативного эксперимента» (см. образец 2 приложения 1 настоящего издания) и в нем подробно описывать все действия, события, обстановку, перечислять участвующих лиц и т.д.
следователям, государственным обвинителям необходимо подробно допрашивать лиц, участвовавших в проведении оперативного эксперимента.
Ошибка 16 — не оформлены изъятые предметы. Изымаемые в рамках ОРМ предметы, деньги, записанные аудио-, видеокассеты не оформляются надлежащим образом (номера денежных купюр, упаковка предметов, реквизиты печатей на упаковке, подписи участвующих лиц и т.п.; см. также образцы 4 и 5 приложения 1 настоящего издания). Это приводит к возражениям со стороны защиты и сомнениям у суда по поводу относимости и достоверности формируемых доказательств.
Рекомендация: соответствующие предметы необходимо оформлять и документировать по правилам работы с вещественными доказательствами.
Ошибка 17 — нет приложений. В нарушение п. 15 и 19 Инструкции в резолютивной части постановления о представлении результатов ОРД следователю (см. образец 3 приложения 1 настоящего издания) не перечисляются подробно подлежащие представлению конкретные документы. Иногда все-таки учиняется запись «приложения», но либо предметы не перечислены и не описаны подробно, либо не указывается, что они упакованы, опечатаны. Иногда все приложения описаны в сопроводительном письме, но не приведены в постановлении.
Рекомендация: оформить все тщательно и в обоих документах.
' Следует все-таки называет его актом, как отмечено в приложении к Инструкции. К тому же слово «протокол» у судей ассоциируется с уголовно-процессуальным документом.
35
V. Проблемы
использования результатов оперативно-розыскной
деятельности в ходе судебного разбирательства
5.1. Устранимые и неустранимые,
существенные и не существенные
нарушения законодательства
Изучение массива уголовных дел о взяточничестве показало, что большая часть допускаемых нарушений закона носит, условно говоря, устранимый и (или) незначительный характер. И хотя мы прекрасно понимаем, насколько может показаться некорректным такое утверждение с позиции уголовно-процессуального закона и права, все-таки каждый практикующий юрист даже интуитивно понимает, о чем идет речь (ошибки см. в гл. 4 настоящего издания).
Такие ошибки, как неправильное название ОРМ (вместо оперативного следственный эксперимент — ошибка 6 в гл. 4 настоящего издания), неточное название документов «обязательного характера» (вместо постановления о представлении результатов постановление о передаче результатов -— ошибка 10), неоформление приложений к постановлению о представлении результатов ОРД (ошибка 15) и т.п., с формальной стороны являются прямыми нарушениями оперативно-розыскного законодательства.
Развивая далее мысль с позиции интересов стороны защиты, например для речи в прениях адвоката-защитника, можно прийти к выводу о том, что поскольку результаты ОРД — это только сведения, полученные в соответствии с ФЗ об ОРД (ст. 5 п. 361 УПК; см. также гл. 1.1 настоящего издания), то любые, даже формальные, незначительные нарушения этого Закона исключают возможность использования результатов ОРД в уголовном судопроизводстве. К такому же выводу, увы, приводит и буквальное толкование