Прослужив в Публичной библиотеке около тридцати лет, Крылов вышел в отставку в марте 1841 года, на 72-м году жизни. Он поселился в тихой квартире на Васильевском острове. Последней работой, писателя была подготовка к печати в 1843 году полного собрания своих басен.
.3 Художественные
особенности басен И.А. Крылова
Крылов обратился к басне как к
самому народному, доходчивому жанру. Когда его как-то спросили, почему он пишет
именно басни, Крылов ответил: «Этот род понятен каждому: его читают и слуги и
дети». Басня издавна являлась жанром, особенно близким народной поэзии и
имевшим прочную традицию в русской литературе. Ее связь с народными пословицами
и поговорками, простота и ясность образов, народная мудрость ее морали - все
это делало басню особенно любимой народом. Сатира Крылова, хотя и прикрытая
басенным иносказанием, больно и метко поражала язвы и безобразия не только
современного баснописцу общества, но и общественного строя, основанного на
частной собственности и корысти. Сатирическое острие басен Крылова было
направлено против злоупотреблений, взяточничества, невежества, корыстолюбия и
круговой поруки всего государственного аппарата. Политический смысл басен
Крылова имел в виду Грибоедов, когда заставил плута и доносчика Загорецкого
признать их обличительную силу:
«…А если б, между нами,
Был ценсором назначен я,
На басни бы налег; ох! басни - смерть моя!
Насмешки вечные над львами! над орлами!
Кто что ни говори:
Хотя животные, а все-таки цари».
[29, с. 37]
Эти насмешки над Львами и Орлами у Крылова имели особенно конкретный, подчас злободневный характер, что не лишало, однако, его басни обобщающего, типизирующего значения. В басне применена система намеков, иносказаний, которая обычно называется «эзоповским языком». «Эзоповский язык» служил целям маскировки сатиры. Крылов называл это «говорить истину» «вполоткрыта» - «затем, что истина сноснее вполоткрыта» («Волк и Лисица»). Читатель понимал прекрасно, что басенные Львы и Волки, Ослы и Лисицы отнюдь не отвлеченные аллегории и не сказочные звери, а конкретные исторические деятели. Но дело в том, что сатирическое обобщение в крыловских баснях всегда во многом шире, чем те фактические обстоятельства, которые послужили толчком для создания той или другой басни. Именно в этой широте сатирического адреса, в политической остроте затрагиваемых в басне вопросов и заложено долголетие «крыловской сатиры, неиссякаемая жизнь его басенных образов» [21, с. 4-7]. Единичный, конкретный факт скоро забывается, а его обобщающий, типический смысл и значение приобретают все новые и новые применения.
Крылов неизменно на стороне
угнетенного народа, защищая его против произвола и насилия господствующих
классов, сильных и алчных хозяев жизни. В басне «Волк и Ягненок» он прямо
говорит:
«У сильного всегда бессильный
виноват!» [30, с. 26-27].
Робкий и слабый Ягненок становится
добычей Волка только потому, что тот голоден:
«Ах, я чем виноват?» - «Молчи! устал я слушать.
Досуг мне разбирать вины твои, щенок!
Ты виноват уж тем, что хочется мне
кушать» [30, с. 26-27].
Этот несправедливый «порядок»,
беззаконие и насилие, творимые над крепостными крестьянами, народом, Крылов
неоднократно резко осуждал и обличал в своих баснях («Волки и Овцы», «Крестьяне
и Река», «Пестрые овцы» и др.). Однако, едко высмеивая беззаконие, хищничество
всего строя, который способствовал угнетению народа, Крылов не видел выхода из
создавшегося положения, считая, что открытый протест невозможен и бесцелен.
Иронизируя над либеральным начинанием правительства - созвать сходку зверей,
чтобы расспросить их о Волке, просившемся в овечьи старосты, Крылов тут же
добавляет, что именно мнения овец о Волке на этой сходке и «забыли» спросить
(«Мирская сходка»). Крылов из этой басни делает пессимистический, горестный
вывод:
«Какой порядок ни затей,
Но если он в руках бессовестных людей,
Они всегда найдут уловку,
Чтоб сделать там, где им захочется,
сноровку» [30, с. 98].
Крылов понимает, что беззаконие и
несправедливость не только результат «развращения» нравов, но и политическая
система, возглавляемая самим царем. Поэтому немало едких и смелых басен у нею о
царе-Льве, явно намекающих на деятельность самого Александра I. Такова прежде
всего басня «Рыбья пляска». В басне рассказывается о царе-Льве, который,
получая жалобы на беззакония, творящиеся в его государстве, решил сам проверить
на месте существующие порядки.
«От жалоб на судей,
На сильных и на богачей
Лев, вышед из терпенья.
Пустился сам свои осматривать
владенья» [30, с. 162-163].
Встретившийся ему по дороге
Мужик-староста собирается на разведенном костре поджарить рыб, выловленных им
из воды. На вопрос Льва о том, что он делает, староста нагло отвечает:
«Всесильный царь! - сказал Мужик, оторопев, -
Я старостою здесь над водяным народом,
А это старшины, все жители воды;
Мы собрались сюды
Поздравить здесь тебя с твоим
приходом» [30, с. 162-163].
Льстивое заверение старосты настолько ублаготворяет царя-Льва, что он даже не замечает, что рыбы на сковороде корчатся от боли. Столкнувшись с произволом старосты, расправляющегося по-своему с «водяным» народом, царь-Лев вовсе не осуждает этого злоупотребления властью, полностью доверяя лживой речи старосты, выхваляющего свои «заботы» о нуждах народа («А рыбы между тем на сковородке бились») и даже нагло утверждающего, что рыбы «от радости, тебя увидя, пляшут»! В результате Лев, «лизнув» старосту милостиво в грудь, «отправился в дальнейший путь». Это ядовитое осмеяние прежде всего самого Александра I, любителя путешествовать по России, столь же слепо доверявшего своим ставленникам, в первую очередь Аракчееву. Именно это сходство с императором явилось причиной запрещения басни со стороны правительственных кругов, заставивших баснописца коренным образом переделать свою басню с тем, чтобы Лев явился в ней справедливым радетелем народа. Но смысл этой басни (в ее первоначальной редакции) гораздо шире обличения Александра I. Баснописец хотел показать, что любой царь опирается на клику своих ставленников и равнодушен к страданиям и тяготам народа.
В басне «Пестрые овцы» Крылов с не менее ядовитой иронией изобразил того же Александра I, разоблачив притворство и лицемерие царя, коварно и жестоко расправляющегося с вольнодумцами, в то же время лицемерно выражающего свое сочувствие к судьбе своих же жертв! Эта басня из-за намеков политического характера вообще не была напечатана при жизни Крылова.
Обличая произвол и жестокое самоуправство царя и его приближенных, Крылов тем не менее не восставал против самого строя, против института монархии, оставаясь на позициях просветительства, думая, что просвещенный монарх может своим разумным поведением и следованием законам исправить общество, погрязшее в несправедливости и беззаконии. Незыблемость существующего образа правления, возможность лишь его улучшения средствами воспитания и просвещения - в сущности, такова политическая программа Крылова.
Об истинном отношении Крылова к
власти особенно ясно говорит басня «Лягушки, просящие царя», помещенная в
сборнике басен 1809 года. В ней Крылов высказал свой глубокий скептицизм по
отношению к царской власти и к возможности политических перемен. Ведь на смену
«правлению народну», которым лягушки были недовольны, был им ниспослан Юпитером
царь-чурбан. Но и царь-чурбан скоро «наскучил» лягушкам своей кротостью, и они
вновь стали просить царя «на славу». Новый царь - Журавль, который стал поедать
их без разбора, оказался слишком крут:
«Не любит баловать народа своего;
Он виноватых ест; а на суде его
Нет правых никого;» [30, с. 145].
На новые мольбы лягушек спасти их от такого царя Юпитер отвечал:
«…Не вы ли о Царе мне уши прошумели?
Вам дан был Царь? - так тот был слишком тих:
Вы взбунтовались в вашей луже,
Другой вам дан - так этот очень лих;
Живите ж с ним, чтоб не было вам
хуже!» [30, с. 145].
Таков пессимистический вывод, к которому пришел Крылов, разочаровавшись в возможности улучшения системы власти. Хотя сюжет басни взят им из одноименной басни Лафонтена (восходящей к басне Эзопа), но Крылов во многом заострил его, добавив ряд существенных деталей, наглядно рисующих поведение как новых Царей, так и их подданных. Таков безрадостный взгляд баснописца на возможность политических перемен. Не следует, конечно, возводить это недоверие к возможности социальных перемен в философскую концепцию, но оно свидетельствовало прежде всего об убеждении Крылова в необходимости терпеть власть, чтоб, «не было хуже!» [30, с. 145].
Отечественная война 1812 года, героический подвиг русского народа, разбившего иноземных захватчиков, вызвали широкий общественный подъем. В обстановке этого подъема складывалось творчество великого русского баснописца, являвшегося выразителем народных чаяний. События войны 1812 года вдохновили Крылова на создание таких басен, как «Волк на псарне», «Ворона и Курица», «Раздел», «Щука и Кот».
В басне «Ворона и Курица» Крылов беспощадно высмеивал презренных отщепенцев, тех «ворон», которые свои корыстные личные интересы ставили выше интересов родины. В «Разделе» осужден эгоизм и равнодушие к общему делу защиты отчизны. «Честные торгаши», спорящие из-за раздела барышей в то время, когда пожар охватил весь дом, - таковы в изображении баснописца представители господствующих классов, забывшие об опасности, угрожавшей родине. Заботе о личной выгоде Крылов противопоставляет готовность народа дружно встретить общую беду.
В басне «Волк на псарне» общее патриотическое чувство, готовность народа до конца бороться с вероломно напавшим на родину врагом нашли подлинно эпическое выражение. Крылов наглядно и живописно рисует картину дружного отпора врагу, показывая ошибочный расчет Волка, думавшего попасть в овчарню, а попавшего вместо того на псарню. В описании растревоженной псарни передана картина общенародного движения, партизанской борьбы крестьян с напавшим врагом. В то же время Крылов показывает злобную коварность Волка-Наполеона, понявшего, что ему не уйти от расплаты за свои преступления, и потому предложившего мирные переговоры. Здесь речь идет о фактическом событии - посылке Наполеоном в лагерь Кутузова бывшего посла в России Лористона для переговоров о мире.
Своей басней Крылов давал ответ от лица народа этим попыткам Наполеона уйти от неизбежной расплаты, спастись от народного гнева. Потому и образ Ловчего-Кутузова, отвергшего переговоры и вместо того спустившего на Волка стаю гончих, приобретал величественный характер народного героя, полного достоинства и мужества.
Патриотический пафос крыловских басен, посвященных событиям Отечественной войны 1812 года, особенно близок нам. Во время Великой Отечественной войны с гитлеровскими захватчиками многие басни Крылова инсценировались и перефразировались применительно к современным событиям. Появился ряд острых политических карикатур на фашистских головорезов, в которых использовались тексты и образы басен Крылова
В басне «Пчела и Мухи» баснописец
дал достойную отповедь аристократическим космополитам, праздным и развязным
«мухам», предпочитающим «чужие край» своей родине. Он противопоставляет им
скромных, трудолюбивых «пчел», честно работающих на благо своего народа:
«Кто с пользою отечеству трудится,
Тот с ним легко не разлучится;
А кто полезным быть способности лишен,
Чужая сторона тому всегда приятна…»
[30, с. 130]
Основу процветания страны, государственной жизни Крылов видел в народе, в его созидательном труде. Тунеядству и паразитизму крепостнических верхов он противопоставил идеал народа-трудолюбца. В басне «Листы и Корни» баснописец утверждает животворную, незаметную работу «корней», питающих дерево и дающих возможность существования «листам», легкомысленно кичащимся своей бесполезной красотой.
Крылов стоял в стороне от непосредственной политической борьбы и революционной деятельности декабристов. Но в своих баснях он неоднократно откликался, хотя и в иносказательной форме, на самые насущные и острые вопросы современности.
В басне «Бритвы» Крылов, имея в виду
события 1825 года, говорит о том положении, в котором оказались лучшие,
передовые люди эпохи, и прежде всего декабристы, выброшенные за борт в то
время, как они могли бы принести стране огромную пользу. Участь Н. Тургенева,
А. Бестужева и множества других припомнилась Крылову, когда он писал:
«Вам пояснить рассказ мой я готов:
Не так ли многие, хоть стыдно им признаться,
С умом людей - боятся.
И терпят при себе охотней дураков?»
[30, с. 144].
Басня «Булат» была написана после
отставки генерала Ермолова - популярного героя войны 1812 года, заподозренного
Николаем I в связях с декабристами. Его судьбу и имел в виду Крылов,
подразумевая под «булатом», заброшенным в «железный хлам», талантливого
полководца и государственного деятеля. В рукописном варианте этой басни были
строки, прямо относившиеся к Николаю I:
«Кто, сам родясь к большим делам не сроден,
Не мог понять, к чему я годен» [30,
с. 165].
Крылов до конца жизни сохранил отрицательное отношение к царю и вельможным верхам. Поэтому почти символическое значение имеет его последняя (написанная им в 1834 году) басня «Вельможа», в которой он повторяет излюбленные мотивы своей ранней сатиры, ядовито высмеивая праздного и ограниченного царского сатрапа, за которого все дела вел его секретарь.
Правительственные круги, действуя
через официального «покровителя» баснописца и его непосредственного начальника
А.Н. Оленина, назойливо, хотя и тщетно, следили, чтобы в баснях Крылова не
прозвучали политические, оппозиционные мотивы, вызов насаждаемым правительством
порядкам. О своей невеселой судьбе «соловья», находящегося в клетке под
надзором «птицелова», Крылов сам рассказал в басне «Соловьи». Он с горькой
иронией говорит там о Соловье, который «отягчал» свою «злую долю» тем, что
прославился пением:
«А мой бедняжка Соловей,
Чем пел приятней и нежней.
Тем стерегли его плотней» [30, с.
173].
Этими полными горькой иронии словами закончил Крылов басню о своей безрадостной судьбе пленника.
Было бы неправильно, однако, приурочивать басни Крылова только к каким-либо отдельным конкретным фактам и событиям. Даже в тех случаях, когда эти факты и явились толчком, поводом для создания басни, ее содержание, ее образы, как правило, гораздо шире, чем факт, который натолкнул баснописца на данный сюжет. Так, например, обобщающий смысл басни «Квартет» гораздо шире первоначального повода ее написания - деятельности Государственного совета. Крылов иронически показывает бесплодность любой бюрократической организации, неуспех дела, которое осуществляется невежественными и бездарными, исполнителями.
При всей конкретности персонажей, наличии в основе многих из них исторических прототипов, басенные образы Крылова тем и замечательны, что смысл их неизмеримо шире.
В образе царя-Льва Крыловым воплощены типические черты жестокого и лицемерного самодержца, привыкшего к лести и раболепию, творящего «суд» и расправу по своему усмотрению. Эти черты особенно подчеркнуты Крыловым в таких баснях, как «Лев и Волк», «Лев на ловле» и другие. Львы, Волки, Лисицы, Щуки - алчные и опасные хищники, от которых нет житья скромному труженику. Это чиновники, судьи, приказные - заведомые взяточники и лихоимцы, бесчестные крючкотворы, грабящие и притесняющие народ.
В басне «Медведь у Пчел» Медведь - крупный чиновник-бюрократ, грабящий откровенно и беззастенчиво. Он хорошо знает свою силу и безнаказанность и потому не считает даже нужным «деликатничать» и лицемерить. Под стать ему и Волк - алчный и грубый хищник, несколько, правда, глуповатый. Это циничный чиновный хапуга, но рангом помельче и потому потрусливее. В таких баснях, как «Волк и Мышонок», «Волк и Журавль», «Волки и Овцы», «Волк и Ягненок», «Волк и Лисица», «Волк и Кот», «Волк и Кукушка», показаны полно и откровенно черты жадного хищника, неразборчивого в средствах поживы, наглого, самоуверенного и вместе с тем ограниченного.