Он также упоминает политический ислам, поскольку разные взгляды Эр-Рияда и Дохи на данный процесс стал еще одним «камнем преткновения».
Взгляд Саудовской Аравии и ее союзников на регион отражает особое понимание политического ислама, при котором религия узаконивает политику, а политика позволяет религии управлять социальным взаимодействием. Это тонкий баланс, в котором нет места для альтернативных моделей управления, которые также вдохновлены религией, например, «Братья-мусульмане» в Египте. Это помогает объяснить требования Королевства о том, что Катар разрывает связи с ХАМАС, «Братьями-мусульманами» и «Хезболлой». Страна должна была бы выдать отдельных лиц и заморозить активы тех, кого Саудовская Аравия и ее союзники считают террористами. Как считает аналитик, первые предлагают альтернативу, которая может поставить под сомнение симбиотическое отношение религии и монархии в Саудовской Аравии, а последние считают его вырожденным. Наконец, политический взгляд Саудовской Аравии и ее союзников на регион является строго антииранским и, похоже, основан на логике «если вы не с нами, вы против нас». Тем не менее, Катар делает то, что делают Кувейт и Оман: он стремится к хорошим отношениям как с Саудовской Аравией, так и Ираном, и с другими странами. По причине такого подхода, Эр-Рияд требует от Дохи разрыва связей с Ираном и прекращения военного сотрудничества с Турцией.
Голландский исследователь не видит положительного исхода блокады ни для одной из стран-участниц. Если альянс под руководством Саудовской Аравии сможет навязать свою волю Катару, ирано-саудовское противостояние неизбежно усугубится, что приведет к еще более глубоким длительным противоречиям. Что касается реализация идеи «единства ССАГПЗ», оно кажется маловероятным из-за характера выдвинутых требований и потому, что и Кувейт, и Оман, вероятно, будут осторожно дистанцироваться от проекта. В качестве альтернативы, если возглавляемый Саудовской Аравией союз будет подорван, или Катар решит его просто проигнорировать, в Персидском заливе, вероятно, начнется постоянная холодная война, что при любом раскладе ставит в затруднительное положение как Европу, так и США. Не исключено, что будет найден компромисс, который разрядит нынешний кризис. Тем не менее, назначение Мухаммада бен Салмана наследным принцем Саудовской Аравии, по мнению Вейна, не обнадеживает, учитывая его «послужной список» в Йемене Van Veen E. Qatarsis of the Gulf means more conflict in the region URL: https://www.clingendael.org/publication/qatarsis-gulf-means-more-conflict-region (date of access: 09.04.2020). . В любом случае, с международной точки зрения, менее важно, достигли ли Саудовская Аравия и ее союзники реальных или пирровых побед, и более важно, что любой из этих результатов может повторно разжечь пламя уже существующих конфликтов. Это то, о чем Белый Дом и Европейский Союз должны думать в первую очередь.
Великобритания традиционно согласовывала собственный курс с целями внешней политики США. В середине июля сообщалось, что Великобритания и США предложили «дорожную карту», которая поможет разрешить противостояние между альянсом под руководством Саудовской Аравии и Катаром, во время поездки госсекретаря Рекса Тиллерсона в регион. Согласно докладу Bloomberg MacDonald F. U.S., U.K. Propose Roadmap to Resolve Qatar Crisis, Official Says // BLOOMBERG, 20.07.2017. URL: https://www.bloomberg.com/news/articles/2017-07-19/u-s-u-k-are-said-to-propose-roadmap-to-resolve-qatar-crisis (date of access: 08.04.2020)., эти предложения включают в себя формирование базы для проведения прямых переговоров, основанных на соглашении, которое разрешило бы давний спор между странами Персидского залива, а также меры по борьбе с терроризмом. Но до сих пор не было никаких ощутимых результатов этой инициативы.
Тем не менее, кризис ССАГПЗ произошел в худший возможный момент для Великобритании, которая сталкивается с огромной неопределенностью после «Brexit», поскольку страна отчаянно ищет новых торговых и инвестиционных партнеров за пределами Европы. ССАГПЗ рассматривается как один из ключевых будущих торговых союзников, и нынешняя ситуация потребует много осторожных дипломатических шагов в сторону обеих направлений в споре в Персидском заливе. Кроме того, Катар является третьим по величине экспортным рынком Великобритании в регионе Ближнего Востока и Северной Африки. Главная забота Лондона заключается в том, что Катару необходимо будет ликвидировать часть британских активов, или их все, большинство из которых связаны со сферой развития собственности, для поддержки катарской валюты и поддержания внутренней экономики страны.
Так, британский аналитик, Питер Солсбери, старший консультант программы по Ближнему Востоку и Северной Африке, посвящает свою статью сложному выбору Запада между Саудовской Аравией и Катаром. «Дипломатический раскол между крошечной богатой газом нацией и ее соседями угрожает разоблачить мрачную сторону британских и американских отношений с государствами Персидского залива» Salisbury P. In Qatar v Saudi Arabia, the West Can't Afford to Pick a Side L.: Chatham House, 07.06.2017.. С самого начала своего анализа Солсбери задается вопросом, как Британия оказалась на периферии ближневосточного кризиса. Вероятно, это связано с тем, что Лондон пытался решить вопросы внутренней политики, а именно «Brexit». Именно по этой причине, руководство страны сконцентрировалось на урегулировании своих проблем, а внешняя сторона политики оказалась второстепенна.
До 2011 г. мало кто на Западе знал о таком государстве как Катар, крошечном арабском эмирате в Персидском заливе. Когда Арабская весна начала бушевать на улицах, «появился маленький революционер и его служба новостей на арабском и английском языках». В таком ключе исследователь высказывается об эмирате Катар и его новостном портале «Аль-Джазира». Активизация эмирата в регионе, участие в политических процессах, субъективное освещение событий Арабской весны и попытки заявить о себе как о равном региональном партнере устраивало не всех. По мнению президента Йемена Али Абдалла Салеха, «у эмирата слишком много денег», а вообще такое негативное высказывание основывается на личной неприязни йеменского руководства и больших амбициях стать крупным игроком в регионе Salisbury P. In Qatar v Saudi Arabia, the West Can't Afford to Pick a Side L.: Chatham House, 07.06.2017. .
Британский аналитик принимает тот факт, что Саудовская Аравия считает себя региональным гегемоном и устала от отказа Дохи придерживаться внешней политики, которую одобряет Эр-Рияд Ibid.. Это ставит западных политиков в затруднительное положение.
Катар является крупным направлением для инвестиций энергетических компаний Великобритании, США и Франции. Они вкладывают миллиарды долларов в объекты экспорта газа, которые, в свою очередь, играют важную роль на европейских и американских энергетических рынках. Барака Обаму беспокоили противоречия в отношениях США с государствами Персидского залива, а его преемник, Дональд Трамп, совершил визит в Саудовскую Аравию во время своей первой зарубежной поездки в рамках обновления отношений с монархиями Залива - шаг, который подтолкнул его к разрыву связей с Дохой. Теперь президент имеет дело с дипломатическим кризисом, который угрожает «поднять крышку» на темной стороне этих отношений.
В заключении, исследователь пишет, что кризис в регионе будет набирать обороты, поскольку сами страны залива справиться с ним не в состоянии, а европейские государства не хотят вмешиваться в ущерб себе. «Вишенкой на торте» Солсбери считает противоречивые отношения Хамада и Трампа, а также поддержку последним изоляции и обвинений эмирата в пособничестве экстремистам Ibid. .
Исходя из этого анализа, можно сделать вывод, что британский автор не видит возможностей преодоления кризиса без западного содействия, что обесценивает все прилагаемые усилия Эр-Рияда и Дохи. Более того, Солсбери не упоминает Иран и Турцию, возможно, по причине нежелания признавать приоритетную роль Тегерана и Анкары в регионе, потому что сама Британия стоит на задворках конфликта.
Его коллега, Джейн Киннинмонт, также высказывалась на тему дипломатического кризиса. Основная идея ее аналитической статьи «Один год спустя. Раскол в Заливе здесь, чтобы остаться» Kinninmont J. One Year On, Gulf Split Is Here to Stay. L.: Chatham House, 05.06. 2018. заключается в том, что ни одно государство, задействованное в конфликте, не понесло достаточных потерь, чтобы пойти на компромисс. То есть, отсутствие сдвигов в поиске решений нет не потому, что проблема слишком сложная, а потому что страны чувствуют себя спокойно, им нет необходимости идти на сближение. Но это не значит, что застой вечен и приведет с саморазрешению.
Западные страны делают катастрофически мало, по сравнению с тем, что обещают. США с самого начала не могут определиться со своей позицией, а внутренний конфликт между Госдепом и президентом приносит свои плоды. Непоследовательная политика в их положении недопустима, поскольку Штаты являются ключевым игроком в поддержании регионального баланса. Европейские страны сетуют на еще один региональный разрыв, но в основном заинтересованы в поддержании деловых и энергетических отношений с обеими сторонами Ibid. . Они видят, что лидеры как Дохи, так и Эр-Рияда не склонны к компромиссу, но и сами не спешат учувствовать.
Исследователь пишет, что Катар почувствовал «экономический шок» после потери возможности торговать с странами-соседями, но довольно быстро нашел альтернативные рынки сбыта: Иран, Турцию и Оман. То есть, экономика эмирата выстояла Ibid. , а раз экономика преодолела блокаду, нет сомнений, что остальные сферы понесут еще меньшие потери.
По экономическим причинам большинство стран продолжают вести дела с обеими сторонами конфликта, даже сами бойкотирующие государства не прервали связи в сфере торговли. ОАЭ продолжают импортировать катарский газ, потому что это необходимо, Египет, входящий в состав участников бойкотирующего лагеря, не стал напоминать Катару о 300 000 египетских экспатриантов Sakr T. Fate of 300,000 Egyptian expats in Qatar still unknown // Egypt Independent, 05.06.2017. URL: https://egyptindependent.com/qatar-egyptian-expats/ (date of access: 28.04.2020)., которые базируются на территории эмирата.
В качестве вывода, британский ученый пишет, что вместо того, чтобы представлять пример нового тяжелого регионального раскола, спор продемонстрировал способность государств региона найти способы справиться с внешним давлением и застраховать свои ставки перед лицом конкурирующих интересов более богатых держав.
Следующая статья Kinninmont J. The Gulf divided. The impact of the Gulf crisis. L: Chatham House, 30.05.2019. этого исследователя посвящена результатам дипломатического кризиса и его влиянию на регион. Джейн Киннинмонт пишет, что в Персидском заливе образовался новый политический ландшафт, который показал два важных момента: во-первых, страны ССАГПЗ, по мнению исследователя, являются образцами политической стабильности в неспокойном регионе, во-вторых, кризис продемонстрировал агрессивный стиль внешней политики новых монархов Саудовской Аравии и Абу-Даби Ibid -C. 4. , являющихся основными драйверами региональных изменений.
Спор, образовавшийся в регионе, является одним из новейших конфликтов на Ближнем Востоке, и уже зашел в тупик, но в такой, в котором государство может спокойно существовать и даже извлекать из него выгоду. Интересная точка зрения, позволяющая думать, что аналитик признает всю безвыходность положения и бездействие правительств, но отдающий отчет в некой приспособленности к сложившимся условиям.
Вражда между лидерами государств стала очень личной, а СМИ и социальные сети свели дискуссии до уровня оскорблений Kinninmont J. The Gulf divided. The impact of the Gulf crisis.-P. 6.. И несмотря на это, исследователь видит решение, которое зависит от нескольких высокопоставленных руководителей, чьи взгляды должны поменяться ради общего блага. Такой исход событий принесет всем странам Персидского залива пользу и найдет отклик у народа, кто страдает больше всех в данной ситуации. Любое сближение может также иметь компонент экономического сотрудничества, включая возобновление торговых и транспортных связей, взаимных инвестиций, совместных энергетических проектов и совместный туризм Ibid. P.7. .
Также аналитик пишет, что даже если кризис будет решен, глубокие разногласия и недоверие между странами ССАГПЗ останется. В будущем это станет еще одним препятствием на пути консолидации усилий в регионе. Напряженность между Ираном и Саудовской Аравией не спадет, а нынешний кризис станет катализатором для укрепления двустороннего альянса между Саудовской Аравией и ОАЭ с одной стороны, и Турцией и Катаром с другой Ibid. P.30. . Если говорить об уже ставших ясными последствиях кризиса, то сейчас многие арабские государства разочарованы Катаром. Его внешняя политика и поддержка террористических групп подверглась широкой критике. Кроме того, «Аль-Джазира» стала еще одним фактором недовольства Ibid. P.32. .
Большинство наблюдателей предполагают, что наиболее вероятным сценарием станет схема удержания конфликта. Такое возможно, поскольку ни одно государство не идет на компромисс. Как ни парадоксально, но две страны в регионе, которые, кажется, имеют наибольшие шансы на политическую стабильность - Катар и ОАЭ - будут активно подрывать друг друга. Тем не менее, динамика может быстро измениться, так как текущее противостояние настолько персонализировано в рамках горстки высших руководителей, что их взгляды могут измениться перед лицом потрясений или неожиданностей, влияющих на региональную политику Kinninmont J. The Gulf divided. The impact of the Gulf crisis. -P.36 .