Итак, в рамках проведенного исследования нами было проанализировано 10 англоязычных документов white paper и их русскоязычные варианты, общим объемом 677 страниц (340 страниц составляют тексты на АЯ, 337 -- на РЯ). Алгоритм исследования был следующим: 1) в каждом англоязычном тексте фиксировался каждый англоязычный термин из списка и его орфографические варианты; 2) в соответствующих переводных русскоязычных текстах фиксировались способы передачи каждого из данных вариантов; 3) способы передачи определялись согласно приведенной в §1.2. классификации.
Кроме того, при оценке качества переводов нами были приняты во внимание другие виды текстов по тематике блокчейн-технологий: пособие «Блокчейн: сфера новой экономики» М. Свон [27], статьи, созданные профессиональными исследователями блокчейн-технологий на русском языке [15; 34], а также упомянутый ранее глоссарий, составленный экспертами РАЭК [30]. По классификации М. Лейчика, они являются одновременно терминосоздающими, терминоиспользующими и терминофиксирующими, поскольку, с одной стороны, обосновывают происхождение, употребление и написание терминов, с другой -- используют термины как уже заранее закрепленные способы номинации понятий, с третьей -- фиксируют происхождение терминов и объясняют значения соответствующих понятий. Мы не включали эти тексты в количественный анализ, но учитывали приведенные в них варианты при попытке выбора оптимальных способов передачи терминов.
Итак, из указанных трёх глоссариев нами было отобрано 23 лексические единицы (при выборе мы опирались на англоязычный вариант). Отбор проводился по следующим критериям: насколько значимы обозначаемые данными терминами понятия в контексте краудфандинга, в каком количестве текстов white paper они встречаются, насколько высока вариативность способов их передачи. При этом мы принимали во внимание тот факт, что в глоссариях даже англоязычные термины приведены в разных орфографических вариантах, а некоторые из них имеют термины-синонимы. В Приложении 1 приведен список отобранных терминов с разъяснением понятий, которые они обозначают -- при его составлении мы брали за основу один из вариантов обозначения.
Данные лексические единицы можно считать терминами, поскольку они соответствуют большинству критериев терминологичности: относятся к специальной области употребления, имеют дефиницию, независимы от контекста, стилистически нейтральны, конвенциональны (создавались намеренно), воспроизводимы в речи. Некоторые из них имеют несколько вариантов толкований, что ставит под сомнение критерий содержательной точности -- это говорит о несформированности терминологии. Для терминов также характерны частичная синонимия (ICO/crowdsale/tokensale), полисемия (bitcoin как платежная система и криптовалюта), межкатегориальная многозначность (hash как функция и как результат ее применения).
Как мы видим, почти все перечисленные термины сложились в английском языке за счет его собственных ресурсов (за исключением слов fiat, где был взят латинский корень fiat -- «декрет, указание» [27, с. 7], и cryptocurrency, где корень crypto- заимствован из древнегреческого). Среди способов терминообразования используются следующие: семантический (hash -- образовано от общеупотребительного to hash «рубить, крошить» [46, с. 12]), морфологический (сложение основ: blockchain, bitcoin), синтаксический (словосочетания utility token, smart contract, public key), заимствование из общеупотребительной лексики (bounty, token), заимствование из других терминосистем (white paper, roadmap -- из сферы маркетинга), аббревиация (DApp, ICO).
На следующем этапе анализа мы обратились к выборке текстов white paper с целью наблюдения за непосредственным функционированием всех перечисленных терминов в дискурсе. При анализе материала было выявлено 103 способа передачи (130 способов с учетом вариантов написания) 54 вариантов терминов, выражающих 23 понятия из сферы краудфандинга с привлечением блокчейн-технологий (результаты отражены в таблице -- см. Приложение 2). При этом обнаружены следующие закономерности.
Во-первых, в английском языке равноправно сосуществуют различные орфографические варианты слов. Так, варианты bitcoin и Bitcoin, utility token и utility-token, whitepaper, white paper и White Paper употребляются без различия в одинаковых значениях и схожих контекстах: разные варианты могут встречаться в пределах одного и того же предложения. Всего из 23 терминов у 13 обнаружены орфографические и морфологические варианты (учитывались: написания со строчной/заглавной букв, раздельное/слитное/через дефис написания сложных терминов, аббревиация/полное написание). Данное явление в целом характерно для английского языка, в котором «орфография сложных слов оказывается неустойчивой» [2, с. 171]. Различные орфографические варианты английских слов мы указали в таблице (см. Приложение 2). Нужно отметить, что в некоторых случаях эти различия в написании отражаются при переводе (например, в одном из текстов написание слова Smart Contract раздельно и с заглавных букв было отражено в переводе как «Смарт Договор»), но в большинстве случаев четкой закономерности не обнаружено. Так, Blockchain и blockchain в пределах одного документа равным образом переводились как «блокчейн», а cryptocurrency -- как «криптовалюта» и «крипто валюта».
Во-вторых, при переводе в целом отмечается ярко выраженная вариативность и отсутствие сложившейся единой практики передачи терминов фиксированными соответствиями. В большинстве случаев в пределах одного и того же текста отдельно взятое понятие передается несколькими способами. Данная тенденция противоречит принципам качественного перевода, о котором упоминал С. В. Гринев-Гриневич: «в тексте перевода необходимо избегать синонимичного употребления терминологических единиц; все термины, символы, сокращения должны быть унифицированы» [7, с. 244]. Рассмотрению вариативности при передаче терминов на русский язык посвящен следующий раздел.
Необходимо отметить, что слово не всегда является единицей перевода и объектом переводческого решения. Иногда несовпадение грамматических структур русского и английского языков вынуждает переводчика прибегнуть к грамматическим и комплексным трансформациям [14, с. 172]. По этой причине в некоторых случаях можно заметить, что количество упоминаний одного и того же понятия может не совпадать в англоязычном и русскоязычном текстах. Например, в таблице указано, что понятие, именуемое token, в текстах на английском языке упоминается 662 раза, а на русском -- 680 раз. Это зачастую является следствием более экономного способа выражения в английском языке: например, в одном из текстов название токенов FND на английском употребляется без уточнений (“FND is destroyed”), а в русском проводится экспликация: «токены FND, которые были выкуплены, уничтожаются» (см. Документы white paper, п. 4). Другой пример: английское слово fiat может функционировать и как существительное, и как прилагательное (см. Арнольд о конверсии [2, с. 136]). В последнем случае оно становится частью атрибутивного словосочетания и переводится рядом способов, требующих выбора синтаксической структуры, свойственных для РЯ -- таким образом, единицей перевода становится не слово, а словосочетание. Указанные особенности были по возможности отражены в таблице: некоторые сочетания слов указаны в отдельных строках к вариантам передачи терминов.
финансовый термин перевод английский
2.2 Зафиксированные способы перевода английских терминов блокчейн-технологий и обоснованность их использования
На основе проведенного исследования можно заключить, что англоязычные термины блокчейн-технологий передаются на русский язык такими способами, как: прямое заимствование (трансплантация, транслитерация, транскрибирование, а также трансформируемое заимствование), смешанное заимствование, семантическое калькирование, семантическая конвергенция (в качестве отдельного случая - модуляция). Остановимся на каждом из них подробно.
Трансплантация
Результатом такого способа передачи является появление в языке терминов-трансплантов, или иноязычных вкраплений -- единиц, которые переходят в язык в написании и произношении языка-оригинала. В связи с современными процессами глобализации, в русском языке ярко выражена тенденция появления иноязычных вкраплений [20, с. 130]. Это объясняется такими экстралингвистическими факторами, как лавинообразное появление в иноязычной среде новых технологий, тесные контакты между представителями данных языковых сообществ, знакомство реципиента с иностранным языком-«донором», а также «модное» звучание иностранных слов, их способность привлекать внимание [6; 19; 20].
Итак, в проанализированных текстах white paper из 23 англоязычных терминов 11 хотя бы единожды передавались в написании латиницей. Из них этот способ передачи является частотным для терминов: blockchain (65 из 297), Bitcoin (60 из 81), BTC (48 из 53), Ethereum (39 из 45), ETH (41 из 46), tokensale (25 из 56), white paper (11 из 48), ICO (171 из 178), STO (48 из 50), peer-to-peer (25 из 37), DApp (24 из 36). При этом ближайшими «конкурирующими» способами передачи являются транлитерация и трансплантация (в случае с peer-to-peer - также модуляция).
Среди указанных слов можно, как представляется, выделить три категории. Во-первых, в неизмененном виде передаются аббревиатуры и буквенные обозначения валют (напр., ICO, ETH). В некоторых случаях они сопровождаются экспликацией - например, указанием в скобках расшифровки и значения, однако чаще всего такими пояснениями пренебрегают. Во-вторых, оригинальное написание сохраняют названия платежных систем (Bitcoin, Ethereum) -- вероятно, под влиянием такой же тенденции в передаче названий иностранных компаний и предприятий [20]. В-третьих, к трансплантации прибегают при передаче специфических элементов процесса ICO, которые, как и само явление ICO, возникли в англоязычных странах и были для них «эндемичными» (например, white paper, tokensale).
Как указывает Л. П. Крысин, появление в языке лексических единиц в виде иноязычных вкраплений является начальным этапом их освоения [17, с. 37] -- то есть, в сущности, на данной стадии они ещё не принадлежат лексическому составу языка. По мнению исследователя, хотя они не соответствуют графической и орфоэпической норме русского языка (поскольку передаются чужеродным алфавитом и произносятся по правилам иностранного языка), при этом соответствуют нормам семантической и синтаксической и являются важнейшим средством передачи понятий, возникших в другой языковой среде [19, с. 577 -- 578]. Поэтому в случае всех перечисленных терминов (за исключением аббревиатур) необходимо способствовать их дальнейшему освоению в языке: приспособление к русскоязычной произносительной и орфографической нормам (транслитерация или транскрипция).
В случае аббревиатур дело обстоит сложнее. Аббревиатуры гораздо более ёмки и лаконичны по своей форме, чем развернутые переводные термины -- а при создании термина требование к его краткости является одним из важнейших. В случае же побуквенной передачи аббревиатур побуваквенно (ICO -- Initial Coin Offering -- первичное предложение монет -- ППМ) страдает критерий мотивированности и прозрачности значения. К тому же, употребление иноязычных аббревиатур уже стало привычным и частотным для носителей русского языка.
Также мы склонны считать, что при использовании приема трансплантации желательно сопровождать термины-транспланты пояснением. Передача понятий с помощью иноязычного вкрапления без пояснений и комментариев может быть характерна для текстов, рассчитанных на аудиторию посвященных, «своих» читателей [20, с. 131]. В данном же случае не стоит забывать, что читателями white paper могут быть не только профессиональные криптоинвесторы, но и любые желающие вложиться в проект -- для успешного привлечения инвестиций важно, чтобы текст был понятным максимально широкой аудитории. В связи с этим представляется разумным снабжать иноязычные вкрапления короткой экспликацией при их первом употреблении в тексте. Альтернативным вариантом может быть размещение в конце документа грамотно составленного глоссария, разъясняющего значение терминов-трансплантов.
Транскрибирование
Способы транскрибирования и транслитерации находятся в тесной взаимосвязи и, с одной стороны, близки друг к другу, а с другой неизбежно противопоставляются. В сущности, в обоих случаях заимствуются форма и содержание иноязычного слова с приспособлением последней к орфоэпическим (при транскрибировании) и орфографическим (при транслитерации) нормам переводящего языка -- что представляет собой один и тот же путь по решению задачи по передаче иноязычного термина. Во многих работах по сопоставительному терминоведению и переводоведению они рассматриваются вместе. Так, Б. Н. Климзо подчеркивает: «под [транслитерацией] мы будем иметь в виду и [транслитерацию], и транскрипцию, так как иногда просто невозможно определить, чем мы имеем дело...» [12, c. 24]. Такой путь передачи терминов широко применяется в наше время, но оценивается некоторыми исследователями неоднозначно, поскольку, по их мнению, способствует «засорению» языка элементами чуждой лексики [35, с. 65]. С другой стороны, признается, что данные способы передачи современны, частотны, обладают большим потенциалом и отвечают целям быстрого освоения языком новых явлений, появившихся в другой языковой среде [21, с. 49 -- 52], являясь «мощным средством перевода однословных технических неологизмов» [12, с. 24].
С другой стороны, принципиально важно различать приемы транскрибирования и транслитерации, поскольку отсутствие учета закономерностей их использования может привести к таким неприемлемым последствиям, как сосуществование в языке разных произносительных вариантов терминов. В современной традиции приему транскрибирования отводится ведущая роль, поскольку в условиях глобализации и межъязыковых контактов необходимо учитывать устный дискурс, где произношение слова чрезвычайно значимо. Транслитерация играет вспомогательную роль, обеспечивая произношение, близкое к оригиналу, но в то же время по законам принимающего языка: таким образом, рекомендуемым вариантом признается «транскрипция с сохранением некоторых элементов транслитерации» [14, с. 173]. Тем не менее, в современности наблюдается наплыв транслитерированных слов, созданных без учета этих переводческих правил. Д. М. Бузаджи критикует эту тенденцию, говоря о том, что предпочтительнее использовать сложившиеся правила транскрипции [5, с. 18].