Материал: Преступление. как жизненный факт

101

владельцами нового чуда техники»130 (эротических видеофильмов). Сотни мнимых преступников были вызволены из тюрьмы благодаря тому, что искусствоведческая экспертная комиссия, созданная при Генеральной прокуратуре, «открыла» глаза «слепой» Фемиде на вопиющее невежество «экспертов» из числа «библиотекарей и гинекологов, по приговору которых сажали людей за домашний видеопросмотр «Последнего танго в Париже»131.

Мнимым преступлением следует рассматривать кражу, совершенную лицом, болеющим клептоманией. Клептомания (от греч. cléptō – rhfle + mania

– безумие) – импульсивно возникающее непреодолимое стремление совершить кражу (без корыстной цели)132, болезнь, имеющая международный шифр Г 63-2. Однако в российской правоприменительной практике не принято рассматривать клептоманию как болезнь, в силу которой лицо, не способное осознавать характер совершаемых им действий или оценивать их социальное значение, следует признавать невменяемым.

Представляется возможным дать следующее определение «мнимого преступления»: воображаемый, или кажущийся (например, законодателю) преступным акт социального поведения, который на самом деле таковым не является, однако определен как уголовно наказуемый.

Таким образом, в криминологическом аспекте термином «преступление» можно обозначить следующие общественно опасные акты человеческого (девиантного) поведения:

1) виновно совершенное общественно опасное деяние, запрещенное уголовным законом под угрозой наказания, или криминализированное (уго- ловно-правовое понятие);

130 Общество живо, пока оно умеет отделять норму от отклонений // Российская газета. – 2003. – 27 февраля.

131Там же.

132Клептомания // Новый энциклопедический словарь. – М.: Большая Российская энциклопедия, 2001. – С. 521.

102

2)невиновно совершенное деяние, предусмотренное Особенной частью

УК РФ ;

3)виновное деяние, хотя и не предусмотренное уголовным законом, но содержащее общественную опасность, виновность, очевидную противоправность (но не противозаконность) и заслуживающее наказания.

В качестве примера такого некриминализированного деяния можно было бы привести незаконную выдачу паспорта гражданина Российской Федерации, а равно внесение заведомо ложных сведений в документы, повлекшее незаконное приобретение гражданства Российской Федерации. Однако законодателем данное деяние было криминализировано: Федеральным законом от 8 апреля 2008 г. № 43-ФЗ в Уголовный кодекс РФ внесена соответствующая статья 2921.

Представляет научную ценность и прикладное значение криминологическая классификация преступлений. Ее основное назначение заключается в систематизации научных знаний о причинности (детерминации) преступности путем изучения относительно однородных преступлений, в которых проявляются специфические свойства преступности, ее внутренних и внешних связей (закономерностей). Такие совокупности преступлений можно рассматривать как форму того или иного вида преступности, сущность которой обычно определяется доминирующем признаком. К ним относятся: пол, возраст преступника, мотив, метод, сфера совершения преступления и др. В соответствии с этим определяются виды преступности: первичная, вторичная, женская, мужская, насильственная, экономическая, информационная и т.п.

Предметом изучения каждого из видов преступности определены, главным образом, особенности детерминации преступлений этого вида. При этом особое внимание уделяется малоисследованным или вовсе еще не изу-

В качестве примера можно привести извлечение из информационного письма Генпрокуратуры РФ «О состоянии преступности и соблюдении прав и законных интересов несовершеннолетних в 2002 году» от 4.04.2003 г. № 21–12–03: «Особое беспокойство вызывает обстоятельство, что ежегодно от 75 тыс. до 100 тыс. преступлений совершаются подростками, не достигшими возраста привлечения к уголовной ответственности».

103

ченным аспектам связей в том числе – вызывающим, мягко говоря сдержанное или скептическое отношение ряда специалистов к оценке не совсем традиционных криминологических концепций.

Например, большой научный интерес представляет для криминологов информационная преступность. В этом плане некоторые криминологи обращаются к феномену нетрадиционного, энергоинформационного воздействия на психику человека в форме «зомбирования», «приворота», «сглаза», или «порчи» и др. При этом авторы в подтверждение своих суждений приводят разные убедительные аргументы, в частности, ссылаются на Комментарий к Уголовному кодексу РФ под редакцией Ю.И. Скуратова и В.М. Лебедева, в котором излагается положение о возможности причинения вреда здоровью, опасного для жизни, без нарушения анатомической целостности организма. «Такого рода случаи могут иметь место тогда, – пишет проф. Э.Ф. Побегайло, комментируя ст.111 УК РФ, – когда для причинения вреда здоровью… человек вводится в состояние длительного гипнотического или замещенного (зомбированного) сознания, становится невменяемым, но с управляемым воздействием на его психику…»133. Настоящее явление хорошо иллюстрирует преступная деятельность секты «Белое братство» и других сект, число пострадавших от которых только в России составляет до 5 миллионов человек, или четверть миллиона семей134.

Небезынтересно отметить здесь и такой факт. Российские ученые (в частности, группа, руководимая академиком Российской академии медикотехнических наук П. Гаряевым), занимающаяся теоретической генетикой в тесном взаимодействии с физиками, математиками, лингвистами, заложили основы нового научного направления в биологии, которое получила название «Волновая генетика». Была создана аппаратура, которая способна считывать, передавать на расстояние, вводить «волновые матрицы», управляющие

133Побегайло, Э.Ф. Преступления против личности / Э.Ф. Побегайло // Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть / Под общ. ред. Ю.И. Скуратова, В.М. Лебедева. – М., 1996. – С. 32.

134См.: Богданов, В. «Белое братство» зомбирует Урал / В. Богданов // Российская газета.

– 2003. – 27 июня.

105

которого характерно наличие существенного в криминологическом отношении не просто информационного, а массово-информационного признака, т. е. обусловленного феноменом средств массовой информации (СМИ). Имеются в виду посягательства на права и законные интересы участников массовоинформационных отношений в сфере поиска, обработки (подготовки) и реализации массовой информации (продукции СМИ), о которых шла речь в предшествующем параграфе.

Таким образом, массово-коммуникационное (коммуникативное) преступление как криминологическое понятие охватывает более широкий круг признаков информационного преступления. К таким признакам относятся

любые средства распространения информации на неопределенный круг лиц

– листовки, рекламные щиты, надписи на стенах, транспортных средствах и т. п.

В качестве примера, иллюстрирующего методологический подход криминологического познания общественных закономерностей – от частного (преступления) через особенное (преступность) к общему (социуму), – можно привести так называемое инверсионное преступление.

Под инверсионностью преступления (лат. inversio – переворачивание, перестановка) следует понимать совокупность доводов, например, «переворачивающих», или «оборачивающих» правовой характер принципа справедливости в неправовой (противоправный), следуя которому преступник находит моральную поддержку окружения, например, за отмщение насильнику, вымогателю, сутенеру.

Представляется, что «инверсионное» преступление выступает фактором, заметно активизирующим связи в криминальном социуме, способствующий фрагментации общества, или социальной дезорганизации, научную оценку криминогенности которой дал еще Э. Дюркгейм.

Юридический закон, вспомним, «проистекает» из объективной действительности не сам по себе, а через сложный мыслительный процесс зако-