Материал: Проблемы социальных и гуманитарных наук. Радугин А.А., Перевозчикова Л.С
3.Сэмс К. Воздушная война во Вьетнаме. Эр форс. (С англ.) Декабрь, 1965 г. – Лл. 72-83. (США)
4.Mesko J. VNAF. South Vietnamese Air Force 1945-1975. Squadron\Signal publ., inc. 1987. 64 p.
5.Kizey B, Leader R. Colorfull U.S. NAVY A-4 Skyhawks. Airlife Publ. Ltd. England. 1996. – 84 p.
6.Кириллов В. Штурмовик в бою. Зарубежное военное обозрение, №2. 1984. – С. 12-
19.
7.B-52. Przeglad Konstrukcij Lotniczych. Altair Ltd, 1992. – 68 s.
8.Никольский М. «Потрошители» в небе Индокитая. Техника и оружие. №7, 1997. –
С.31-40.
9.Боевые действия американской авиации во Вьетнаме. Сборник переводных статей № 53. КВВА, Монино, 1966 г. С. 4-12.
10.Гагин В.В. Воздушная война во Вьетнаме. Воронеж, 1999. – 104 с.
11.Хелферс Дж., Тиллман Б. Флот США. ВВС США. М.: Изд-во Эксмо. 2004. – 571-
779 с.
12.Taras P. Wietnam 1950-1975. AJ-Press. 1996. – 66-67 s.
20
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (27), 2021
УДК 93/94
Воронежский государственный технический |
Voronezh State Technical |
университет |
University |
магистрант 1 курса |
Master student of 1 course |
А.Е. Дубинина |
A.E. Dubinina |
Россия, г. Воронеж, |
Russia, Voronezh, |
e-mail: a.e.dubinina@yandex.ru |
e-mail: a.e.dubinina@yandex.ru |
А.Е. Дубинина
«РУССКИЙ КАГАНАТ» В ОЦЕНКЕ В.В. СЕДОВА
В статье рассматривается концепция В. В. Седова о «Русском каганате». В рамках разработанной концепции В. В. Седов рассматривает «Русский каганат» как славянское государственное образование, предшествующее хронологически Древнерусскому государству. Автор статьи раскрывает основные положения концепции и их аргументацию.
Ключевые слова: Русский каганат, локализация, русь, Восточная Европа, В.В. Седов, славяне, волынцевская культура.
A.E. Dubinina
«RUSSIAN KHAGANATE» IN THE ASSESSMENT OF V.V. SEDOV
The article considers the concept of «Russian khaganate» of V.V. Sedov. As part of the developed concept, V.V. Sedov considers « Russian khaganate» as a Slavic state, previous chronologically the Old Russian state. The author of the article reveals the main provisions of the concept and their argumentation.
Key words: Russian khaganate, localization, rus, Eastern Europe, V.V. Sedov, slavs, volyntsevo culture.
Происхождение и становление древнерусского государства является ключевой проблемой начального этапа отечественной истории. Одной из дискуссионных составляющих этой проблемы являются сообщения восточных и западных письменных источников о «кагане» народа «рос», породившие гипотезы о существовании в IX в. на территории Восточной Европы государства – «Русского каганата».
В конце 90-х гг. XX в. В. В. Седов выступил с новой концепцией предыстории Древнерусского государства, которая расходится с утвердившимся после 70-х гг. XX в. представлением о том, что народ «русь» и, соответственно «Русский каганат» относятся к скандинавской по происхождению этнической группе, базировавшейся на берегах озера Ильмень и реки Волхов [1, с. 33]. Он посвятил отдельную статью проблеме «Русского каганата», в которой изложил свою точку зрения по этому вопросу.
Большую ценность исследование В. В. Седова представляет благодаря комплексному привлечению источников о «Русском каганате». Он привлекает не только письменные источники, но и использует большой круг накопленных ранее данных по археологии, нумизматике, лингвистике.
Для раскрытия концепции В. В. Седова о Русском каганате в первую очередь необходимо рассмотреть карту Восточной Европы в VIII–IX вв.
_________________
© Дубинина А.Е., 2021
21
Славянский мир на карте Восточной Европы VIII – начале IX в. не был однородным. В VIII в. усиливается культурная и языковая дифференциация славян [2, с. 253]. Славяне расселялись на широких пространствах, смешиваясь с местным населением и создавая новые культуры [3, с. 5].
Накануне образования древнерусского государства Восточную Европу заселяли несколько славянских группировок, вышедших из «антского» культурного образования [4, с. 37]. Они разделили территорию Восточной Европы на четыре части.
Крайний юг (бассейн верхнего течения Днестра и южное Поднепровье) по «Повести временных лет» занимали хорваты, уличи, тиверцы. В археологии они нашли отражение в пеньковской археологической культуре [4, с. 38].
Вюго-западной части Восточной Европы в VIII–IX вв. от правобережья Киевского Поднепровья до верхнего течения Западного Буга расположились славянские племена, описанные в Повести временных лет: волыняне, древляне, поляне и дреговичи [5, с. 138]. В археологии они нашли свое отражение в культуре типа лука-райковецкой [4, с. 45]. По археологическим данным территория волынян охватывает верховья рек Стыри, Буга и Горыни. Древляне разместились в верховьях рек Уж и Тетерев. Дреговичам принадлежало среднее течение р. Припять. Поляне заняли просторную территорию поречья Днепра с Ирпенью и устьем Десны [4, с. 47].
На севере (Псковская земля, частично Новгородская земля, Верхнее Поднепровье и Подвинье) обитали кривичи. По археологическим данным им принадлежат памятники культуры длинных курганов. В. В. Седов, в отличие ряда других исследователей [6, с. 80], определял носителей этой культуры как славян, так как для них была характерна кремация, свойственная всему славянскому населению вплоть до X в. Культура длинных курганов соотносилась с летописным племенем кривичей [3, с. 7].
На юго-востоке Восточной Европы в левоборежной части Среднего Поднепровья сформировалась волынцевская культура, генетически связанная с более ранней именьковской культурой, существовавшей в IV–VII в. в Среднем Поволжье [4, с. 52].
Носители новой волынцевской культуры поселились на территории Подесенья с бассейном Сейма. На западе территория волынцевской культуры заканчивается на правом берегу Днепра. Крайней юго-восточной точкой распространения памятников волынцевской культуры является верхнее течение Северского Донца. В этом направлении носители волынцевской культуры граничили с салтово-маяцкой культурой. Носители этих двух культур активно контактировали друг с другом, о чем свидетельствует наличие салтовомаяцких вещей в ареале распространения волынцевской культуры и наоборот [2, с. 197].
Памятники волынцевской культуры В. В. Седов усматривал также в бассейне Верхнего и Среднего Дона. На протяжении второй половины VIII в. и первой половины IX в. волынцевская культура начинает постепенно трансформироваться в роменскую [4, с. 55]. С волынцевской культурой генетически связаны боршевская и верхнеокская славянские культуры [5, с. 138].
Волынцевская археологическая культура представляет большой интерес для исследователя, так как именно она соотносилась с «Русским каганатом», который предшествовал Древней Руси.
ВVIII–IX вв. на карте Восточной Европы значительную роль играл Хазарский каганат. Его территория была очень обширной от Крыма до среднего течения Дона. Этнический состав населения Хазарии не был однородным. Элиту государства представляли
хазары. Также в состав государства вошли славяне, болгары, угры и другие племена [7, с. 13].
В VIII в. на землях Хазарии была распространена «салтово-маяцкая археологическая культура, которая являлась общей культурой для всего населения Хазарии [7, с. 13]. Однако, в рамках общей салтово-маяцкой культуры, исследователи выделяют локальные культуры, по которым прослеживаются места проживания различных этносов, входивших в состав
22
Проблемы социальных и гуманитарных наук. Выпуск № 2 (27), 2021
Хазарского каганата [8, с. 155]. В рассматриваемый период Хазария достигла пика своего могущества, она становится политическим образованием, мощной военной силой.
Большой интерес Хазария представляла для Византии, так как сдерживала кочевые племена, которые совершали набеги на северные границы империи. Соперников в Северном Причерноморье и Азовско-Каспийском регионах у Хазарского государства не было [7, с. 11]. При этом на юго-востоке Хазария имела очень сильного соседа – Арабский Халифат [9, с. 102]. Известно, что на юго-востоке Хазарии были выстроены мощные фортификационные сооружения, благодаря которым проникновение арабов из-за Кавказского хребта удавалось сдерживать.
Таким образом, на карте Восточной Европы VIII–IX вв. В. В. Седов выделял два основных источника образования «Русского каганата» в IX в. – это славянские племена на северо-западе и Хазарский каганат на юго-востоке.
Стремясь решить проблему «Русского каганата», В. В. Седов ставит ряд вопросов. Вопервых, где локализуется каганат и этнос русь, его образующий. Во-вторых, какое место это государство занимало среди других государств Восточной Европы. В-третьих, как долго оно существовало и каковы были причины его исчезновения.
Для решения первого вопроса В. В. Седов сопоставляет «Баварский географ» начала IX в. и синхронную ему археологическую карту Восточной Европы. В результате В. В. Седов отождествляет племя «русов» «Баварского географа» с волынцевской культурой, которая находится на карте между Хазарией и территорией древлян [10, с.7].
В качестве косвенных аргументов ученым привлекаются восточные письменные источники IX в.. Одним из таких источников было сочинение «Книга путей и стран». Это сочинение стало поводом говорить о том, что русы были частью славянского мира [11, с. 384].
В. В. Седов рассмотрел и сочинение Ибн Русте начала X в., однако его правомерно использовать и к исследованию истории IX в., так как это сочинение уходит корнями к середине IX в. В сочинении сказано: «У них есть царь, называемый хакан-рус» [12, с. 48]. О существовании «Русского каганата», которое было независимо от хазар, знали и в Европе, о чем свидетельствует упоминание «хакана русов» в письменном западноевропейском источнике IX в. «Бертинских анналах».
Если волынцевская культура является материальным отражением «Русского каганата», то носители этой культуры должны были называть себя «русь». Таким образом, именно волынцевцы, а не пришельцы с севера, создали первое славянское государственное образование [5, с. 145].
С точки зрения В. В. Седова, волынцевская культура генетически связана с именьковской культурой. Поэтому необходимо рассмотреть ее характеристику.
Носители именьковской культуры расселялись в IV–VII в. в Среднем Поволжье. Впервые именьковскую культуру со славянами связала Г. И. Матвеева, сопоставив ее с культурами полей погребальных урн [13, с. 60]. Она же провела параллель с пшеворской культурой, носители которой, вероятно, были славянами.
А. П. Смирнов проводил исследование по сопоставлению интересующих В. В. Седова культур: волынцевской и именьковской, в результате которого предположил, что волынцевская археологическая культура является продолжателем именьковских культурных традиций. Опираясь на это исследование В. В. Седов выдвинул гипотезу о том, что волынцевская культура сформировалась в результате миграции носителей именьковской культуры на территорию левобережного Поднепровья, где в результате контактов с местными пеньковским и колочинским населением сформировалась волынцевская культура [5, с. 147]. В. В. Седов полагал, что именно на территории волынцевской культуры зародился этноним «русь», который восходит к иранским языкам [4, с. 63].
Для подтверждения этого тезиса В. В. Седов обратился к «Баварскому географу» – источнику начала IX в. «Географ» повествует о том, что рядом с хазарами жили русы, а
23
рядом с русами – некие лесные жители, которых отождествляют с древлянами. Как пишет В. В. Седов, «Географу» известны и волыняне, и уличи, и тиверцы [10, с. 7].
Именно носители волынцевской культуры образовали «Русский каганат» IX в. на юговостоке Восточной Европы, на основании которого возникла Древняя Русь. В. В. Седов отмечал, что территория распространения волынцевской культуры совпадает с территорией Русской земли в узком смысле слова, которая по летописным данным является ядром древнерусского государства [4, с. 78].
Ученый аргументировал свою гипотезу, привлекая византийские источники. В конце 20-х гг. IX в. Хазарии была необходима помощь в постройке защитных сооружений от набегов недружественных народов с севера. О помощи в организации защиты Хазария просила Византию. В ответ на просьбу из Византии была отправлена экспедиция Петроны Каматира, которая возглавила строительство крепости Саркел на левом берегу Дона в устье реки Цимла. Это событие известно благодаря Константину Багрянородному. Крепость Саркел, как предполагал В. В. Седов, была построена именно для защиты от набегов с севера, так как Дон в это время еще не был крупной транспортной магистралью и не было необходимость осуществлять над ним контроль. Помимо этого, мастера из Византии проводили обширные работы по укреплению границ Хазарии на северо-западе, по берегам реки Тихая Сосна и в верховьях Северного Донца. По археологическим именно эта территория являлась границей между волынцевской и салтово-маяцкой культурами. Для укрепления границ византийские мастера выстроили 7 крепостей – городища Верхнесалтовское, Верхнеольшанское, Красное, Маяцкое, Мухоудеровское, Алексеевское и Колтуновское. Эти крепости имели ряд особенностей по сравнению с крепостями, выстроенными ранее на юго-востоке Хазарии, на Северном Кавказе и Нижней Волге [10, с. 4].
Эти крепости, по археологическим данным несколько отличаются от крепостей, выстроенных ранее на юго-востоке Хазарии, на Северном Кавказе и Нижней Волге [10, с. 4]. Одной из отличительных черт этих новых крепостей, выстроенных в византийской традиции, были мощные стены из обработанного камня или кирпича и четкая геометрическая планировка [14, с. 17].
В. В. Седов обращает внимание на Правобереженое Цимлянское городище. По мнению историка, оно осуществляло контроль за переправой через Дон до 30-х гг. IX в., то есть до постройки крепости Саркел. Крепость была уничтожена в результате набега. В. В. Седов предположил, что крепость уничтожили те, против кого была позже выстроена крепость Саркел [7, с. 17].
Таким образом, В. В. Седов полагал, что большая группировка славян на северозападе Хазарского каганата, археологически представленная волынцевской культурой, уже в 30-х гг. IX в. была серьезной угрозой для Хазарии. По мнению ученого, «Русский каганат» IX в. был известным в Восточной Европе государственным образованием. О его существовании знали и восточные и европейские авторы. Отметим при этом, что ни в каких источниках «каганат» не фигурирует, а речь идет лишь о правителе – «кагане». В связи с этим рассмотрим, как В. В. Седов объясняет происхождение этого титула.
Титул «каган» в 30–60-е гг. IX в. русы использовали как символ независимости и могущества, заимствовав его у хазар. В государственных образованиях с оседло-кочевым населением титул «каган» означал высшего правителя. Этот титул достался киевским князьям «по наследству» от правителей «Русского каганата». Об этом свидетельствуют древнерусские письменные источники, в частности «Слово о законе и благодати», где сказано, что «Владимир Святославович назван великим каган нашей земли». При этом В. В. Седов не исключает, что ранее русы-волынцевцы находились под властью Хазарского государства [15, с. 155].
Еще одной чертой «Русского каганата», которая, по мнению ученого, определяет статус этого образования как государства – наличие собственных монет. В качестве таковых рассматривались подражания арабским дирхемам, найденные на территории Поднепровья.
24