Для рассмотрения уголовного дела в особом порядке судебного разбирательства обязательным требованием выступает согласие обвиняемого с обвинением, которое к нему предъявляется, что, без сомнений, предполагает фактическое признание вины, несмотря на то, что признание вины не всегда безусловно равнозначно согласию с обвинением. Значимым является тот факт, что правом выступить с ходатайством о применении особого порядка принятия судебного решения, который регламентирован главой 40 УПК, обвиняемый может воспользоваться как непосредственно в процессе предварительного расследования, так и после его окончания, что, в свою очередь, позволяет прийти к выводу о том, что оно может быть реализовано и после осуществления ознакомления со всеми материалами данного уголовного дела. Де-факто именно ходатайство обвиняемого о рассмотрении уголовного дела в особом порядке после ознакомления со всеми материалами дела и подразумевает, что он выражает согласие с обвинением во всех смыслах, закладываемых в данном понятия. Согласие с обвинением подразумевает не только подтверждение обвиняемым того факта, что им реально было совершено определенное преступление, и его уголовно-правовую оценку (обвинение с позиции его материального содержания), т.е. непосредственно признание вины, которое было озвучено в ходе мероприятий по допросу подозреваемого или обвиняемого, но также и согласие с правомерностью, то есть с соблюдением требований закона и достаточной обоснованности обвинения его в совершении конкретного преступления (обвинения с позиции его процессуального содержания), а следовательно, и согласие с тем объемом доказательств, которые его разоблачают. При даче согласия с обвинением, лицо признает его обоснованность, и, следовательно, признает уличающие его доказательства убедительными и достаточными в их совокупности по количеству и их содержанию. При этом до такой степени убедительными и до такой степени достаточными, что оспаривать обвинение для обвиняемого перестает иметь какое-либо практическое значение.
При изложенном ранее подходе позиция, согласно которой обвинительный приговор, вынесенный судом в порядке особого производства, базируется исключительно на признании вины, была бы некорректна - как минимум в основу такого приговора должно также закладываться и подтверждение обвиняемым факта наличия в деле достаточной по качеству и количеству совокупности доказательств, которые позволяют прийти к однозначному выводу о виновности лица в совершении преступления.
С учетом того, что с материалами уголовного дела знакомы не только прокурор, которым был утвержден акт, содержащий обвинение (обвинительное заключение, обвинительный протокол), и обвиняемый, но также и государственный обвинитель и потерпевший, согласие которых является обязательным для применение особого порядка судебного разбирательства в случаях, предусмотренных главами 32.1 и 40, необходимо признать тот факт, что позиция, которую они по этому вопросу занимают, в силу того, что никто из них не возразил против применения особого порядка или о наличии недостатков или иных нарушений в ходе расследования, также базируется на достаточности доказательств. В связи с изложенным, согласие заинтересованных лиц на рассмотрение дела в особом порядке также может признаваться результатом оценки доказательств, которые имеются в деле.
Изложенные выше рассуждения позволяют нам прийти к следующему выводу: в ходе рассмотрения уголовного дела в особом порядке для оценки доказательств, которая позволяет вынести обвинительный приговор, как и для самой процедуры, характерен консенсуальный характер.
Оценка доказательств, на которых базируются обвинения органов предварительного расследования, подтверждается как стороной обвинения, так и стороной защиты, каждая из которых согласилась на рассмотрение дела и вынесение судом приговора в особом порядке, который исключает исследование доказательств и возможность их оспаривания. Стороны, таким образом, пришли к соглашению по части вопроса достаточности доказательств, что создает условия для принятия решения без исследования доказательств в состязательном судебном процессе, который предполагает свободу и ответственность его участников. Состязательность не только оптимальным образом обуславливает наиболее полное выявление фактических обстоятельств преступления, но также позволяет сторонам отказаться самим и освободить судью от бремени их исследования.
Рассмотрение уголовного дела в порядке особого производства, который освобождает судью от проведения исследования и оценки доказательств, которые имеются в деле, возмещается наложением на него другой обязанности, которая является не менее важной по своей природе - от суда требуется осуществление проверки соблюдения всех предусмотренных условий, которые предоставляют ему возможность отказаться от исследования доказательств в общем порядке в качестве основания для построения его внутреннего убеждения. Перечень обстоятельств, которые надлежит установить, установленный в ч. 4 ст. 316 УПК РФ, предоставляет суду возможность убедиться в том, что обвиняемый, которым было заявлено ходатайство о рассмотрении дела в особом порядке, потерпевший и государственный обвинитель, согласившиеся на особый порядок принятия судебного решения, осознают последствия такого согласия и действуют свободно, информировано и по своей воле.
Несомненно, особенное внимание уделяется выяснению отношения к происходящему со стороны обвиняемого, который отказался от гарантий, предусмотренных презумпцией невиновности. Судья устанавливает, понимает ли обвиняемый обвинение и изъявляет ли он свое согласие с ним, поддерживает ли он заявленное им ходатайство, было ли оно заявлено на добровольной основе, была ли им реализована возможность получить необходимые консультации у защитника, осознает ли обвиняемый последствия вынесения обвинительного приговора, вынесенного без проведения судебного разбирательства, из чего проистекает, что разъяснение данных последствия также относится к обязанностям судьи (ч. 4 ст. 316). В случае возникновения сомнений при любых обстоятельствах, значимых для целей отправления правосудия, суд обязуется перейти к рассмотрению дела в общем порядке (ч. 6 ст. 316) или возвратить дело прокурору для осуществления дознания в общем порядке (ч. 4 ст. 226.9). При этом решение подобного рода судья принимает не только в случае выражения каких-либо возражений против вынесения приговора без исследования доказательств обвиняемым, потерпевшим, государственным или частным обвинителями, но также и самим судом по своей инициативе. В данном случае суд вправе руководствоваться собственным внутренним убеждением. В качестве оснований для принятия такого решения, например, могут послужить отраженные в материалах дела жалобы участников процесса, и обвиняемого и его защитника в первую очередь, на нарушение или иное ущемление их прав, несоблюдение следственными органами порядка производства следственных действий или отказы со стороны органов расследования в удовлетворении процессуальных заявлений и ходатайств, например, о дополнении предварительного расследования.
Изложенное ранее подразумевает, что судья не вправе пренебрегать изучением документов, относящихся к материалам уголовного дела. УПК РФ не содержит прямое указание на право судьи осуществлять ознакомление с материалами дела, что само по себе не соответствует требованиям ст. 240 УПК РФ, в числе которых содержится указание исследование судом доказательств непосредственно. Несмотря на данные обстоятельства, отсутствие процедуры изучения делает для судьи фактически невозможным разрешение множества вопросов, которые непосредственно относятся к назначению судебного заседания. Позиция относительно полноты и содержания доказательств по делу, которая была сформирована в результате ознакомления судом с материалами дела, в частности, с протоколами следственных действий и иными документами, несомненно, существенным образом будет отличаться от того мнения, которое может быть составлено в процессе исследования доказательств в рамках судебного разбирательства. Вместе с тем, данная возможность предоставляет суду основание для понимания достаточности доказательств, которые содержатся в деле, и в отношении которых ссылается обвинение, фактов наличия или отсутствия каких-либо несоответствий требованиям уголовно-процессуального закона или даже нарушений, допущенных в процессе осуществления предварительного расследования, для формирования позиции относительно полноты обеспечения прав обвиняемого, корректности квалификации действий обвиняемого. Судьей не оценивается ни до назначения судебного заседания, ни непосредственно в самом процессе рассмотрения дела достоверность доказательств.
Отраженные выше рассуждения позволяют следующим образом разрешить вопрос относительно разницы между процедурой исследования материалов уголовного дела и осуществлением исследования доказательств: в судебном заседании судом не производится исследование содержания доказательств, так как иное противоречило бы требованиям устности, непосредственности и иным обязательным условиям проведения судебного разбирательства. Вместе с тем судья должен ознакамливаться с материалами уголовного дела, что предоставляет ему возможность для формирования позиции относительно соблюдений требований законности в части осуществления предварительного расследования, а также соблюдения процессуальных и материальных прав и свобод участников расследования. Такая позиция предоставляет судье возможность для выражения согласия и в части оценки доказательств, которая является обязательной составляющей каждого судебного акта обвинительного характера, а также производна от факта дачи согласия обвиняемым в отношении к предъявляемому к нему обвинению.
Как видим, введение в УПК РФ особых порядков судебного разбирательства несколько меняет представление об оценке доказательств, как основанной на их проверке мыслительной деятельности, состоящей в анализе и синтезе формы и содержания доказательств и завершающейся выводом об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности. Поскольку в рассматриваемых условиях закон признает консенсуальную оценку доказательств как достаточное основание для постановления приговора, мы не видим оснований отказываться от такого подхода к оценке доказательств и при рассмотрении уголовного дела в обычном порядке.
Признаки такого подхода, в частности, можно увидеть в правилах рассмотрения вопроса об исключении недопустимого доказательства. Согласно ч. 5 ст. 234 УПК РФ, если стороной заявлено ходатайство об исключении доказательства, судья выясняет у другой стороны, имеются ли у нее возражения против данного ходатайства, и при отсутствии возражений удовлетворяет ходатайство. То есть при отсутствии спора между сторонами судья не проверяет ни обоснованность ходатайства, ни наличие реальных оснований к его исключению, для принятия решения по этому вопросу суду достаточно достигнутого между сторонами консенсуса.
Консенсуальная оценка доказательств предусматривалась законом и ранее. Так, УПК РСФСР 1960 г. в 1993 г. был дополнен разделом Х, устанавливающим особые правила для производства в суде с участием присяжных заседателей.10 Согласно ч. 2 ст. 446 УПК РСФСР в случае, если сделанные подсудимым признания не оспариваются какой-либо из сторон и не вызывают у судьи сомнений, председательствующий вправе, если с этим согласны все участники судебного процесса, ограничиться исследованием лишь тех доказательств, на которые укажут стороны, либо объявить судебное следствие законченным и перейти к выслушиванию прений сторон. Еще раньше аналогичное положение, заимствованное советским законодательством из Устава уголовного судопроизводства 1864 г., содержалось в ст. 282 УПК РСФСР 1923 г.11 Полагаем, что эти правила, поскольку они востребованы практикой применения глав 32.1, 40, 40.1 УПК РФ, актуальны для всех форм уголовного судопроизводства. Подтверждением сказанному является и современная апелляция, в ходе которой суд вправе ограничиться исследованием тех доказательств, о которых ходатайствуют стороны, при согласии сторон он может рассмотреть дело без исследования доказательств, которые исследовались судом первой инстанции (ч. 7 ст. 389.13).
Консенсуальные формы разрешения уголовно-правовых конфликтов, развивающиеся внутри отечественной системы уголовного судопроизводства, есть результат расширения его состязательного начала. В состязательном процессе суд выступает арбитром между спорящими сторонами, при отсутствии спора активность суда становится не нужной, вопросы, в которых достигнут консенсус, решаются значительно быстрее.
Предусмотренный действующим законом упрощенный порядок принятия судебного решения при условии добросовестного выполнения всеми субъектами уголовно-процессуальной деятельности своих обязанностей обеспечивает возможность справедливого разрешения уголовного дела. Если обвиняемый, имевший возможность беспрепятственно и в достаточной мере консультироваться с защитником, подтверждает соблюдение порядка предварительного расследования и демонстрирует понимание последствий своего отказа от возможности оспорить обвинение, а судья не находит иных препятствий к рассмотрению дела в особом порядке, законность и обоснованность вынесенного им приговора не вызовет сомнений.
Встречающееся утверждение об отсутствии у суда возможности выполнить требование п. 7 ст. 316 и убедиться в обоснованности обвинения, поскольку доказательства не исследуются в условиях непосредственности, представляется не бесспорным, а тезис об отсутствии судебного следствия - излишне категоричным. Во-первых, судья обязан исследовать обстоятельства, характеризующие личность подсудимого, а также отягчающие и смягчающие его вину обстоятельства (ч. 5 ст. 316), во-вторых, он исследует, как было показано выше, обстоятельства, сопутствующие заявлению подсудимым ходатайства о применении особого порядка принятия решения, в-третьих, суд обязан выяснить отношение к этому ходатайству потерпевшего и государственного обвинителя, а значит, мотивы их согласия на применение особого порядка. Наконец, закон не запрещает исследовать какие-то доказательства непосредственно, допросить свидетеля, например, для проверки и преодоления возникших у судьи сомнений.
Следует также иметь в виду, что условие непосредственности имеет значение главным образом для исследования устных сообщений свидетелей, потерпевших, обвиняемых. Вещественные доказательства и документы без какого-либо ущерба для непосредственности могут быть изучены - и изучаются, объяснения обвиняемого и потерпевшего судья выслушивает непосредственно, никто из участников судебного разбирательства не может быть ограничен в праве задать им любые вопросы. Полагаем, что при возникновении необходимости допросить свидетеля судья всегда может это сделать, не переходя к обычной судебной процедуре. В связи с изложенным нельзя согласиться с И.Б. Михайловской в том, что установленные в ст. 7 УПК РФ требования законности, обоснованности и мотивированности с появлением в УПК РФ института особого порядка судебного разбирательства, исключившего судебное следствие и устранившего необходимость оценивать доказательства, собранные следствием, уже не являются абсолютными.12 Просто при рассмотрении уголовного дела в особом порядке центр судейского внимания перемещается с вопроса о достаточности доказательств обвинения на вопрос о достаточности гарантий для обвиняемого, что придает своеобразие указанным свойствам приговора. В частности, приговор следует считать обоснованным, если выводы суда о виновности подсудимого и по другим разрешаемым вопросам вытекают из имеющихся в деле доказательств, даже если они не были исследованы в судебном заседании, но при этом никто из участников процесса не был лишен права их исследовать или представить другие доказательства.