По мнению священнослужителей, представляется вполне возможным и полезным, разделить детей на группы:
1) начальная школа 3-4 классы (изучение богослужений и обрядов церкви)
2) средняя школа 5-9 классы ( «жизнь церкви», т. е. деяния апостолов и жизнь святых и мучеников.
3) в старших классах 10-11 классы (существенно превратить в кружки для изучения священного писания под руководством священника.)
Таким образом, можно констатировать, что позиция РПЦ в вопросе религиозного просвещения в образовательных учреждениях нестабильна и не существует единого мнения по данному вопросу, поэтому РПЦ уделяет религиозному просвещению в интернете большое внимание, как наиболее доступному и массовому средству воздействия на людей
Численность россиян, исповедующих ислам, каждые 10 лет увеличивается примерно на треть: по данным всероссийских переписей население ,в 2000 году приверженцев ислама было 17 млн человек, в 2010 году - 25 млн, и возможно к 2020 г численность достигнет 35 млн. при этом численность россиян, исповедующих другие религии (христианство, иудаизм, буддизм) или не исповедующих никакие религии (атеисты) сокращается каждые 10 лет примерно на 10%: в 2000 году их было 127 млн человек, в 2010 примерно 117 а в 2020 возможной прогноз 105 млн. В результате этих процессов доля мусульман в населении России стабильно растет. Сейчас эта доля составляет 17%, в 2020 возможно будет составлять 25%, и будет продолжать расти. Поэтому мы не могли оставить без внимания исламское посвящение в России.
Перед организаторами воскресных школ и групп ислама стоит комплексная задача: просвещать верующих и давать начатки исламских знаний молодежи, которой в будущем предстоит пополнить ряды мусульманского духовенства. В 1990-х годах подобные группы и школы стали создаваться при каждой крупной мечети. Только в Москве в них сегодня обучается одновременно более тысячи детей и взрослых. Эти просветительские центры весьма схожи с распространенными по всему миру «народными университетами», принимающими в качестве слушателей лиц любого возраста и уровня подготовки. Примером могут служить медресе и университет при мечети в московском районе Отрадное, где предприниматель Р. Баязитов, создатель просветительского общества «Хиляль», построил целый комплекс религиозных зданий, неофициально именуемый «новым Иерусалимом». Как бы символизируя межконфессиональный мир, здесь соседствуют суннитская и шиитская мечети, часовня и церковь, синагога. В медресе при «татарской» (суннитской) мечети обучаются и дети, и старики, причем женщины составляют большинство. Обучение длится два или три года и ведется по воскресным дням, все предметы преподает один преподаватель. Образование можно продолжить здесь же, в Университете татарско-мусульманской культуры, где более глубоко изучаются специальные дисциплины: арабский язык, история ислама, таджвид (правила чтения Корана), тафсир (комментарии к Корану), а также шариат.
В регионах с традиционно мусульманским населением широкое распространение получили бесплатные курсы, где обучают арабскому языку и основам мусульманского миросозерцания, продают или раздают бесплатно исламскую литературу. По окончании курсов учащиеся, избравшие духовное поприще, имеют уровень подготовки, достаточный для продолжения образования в учебных заведениях более высокого ранга. Исламское просветительское движение охватило и те области России, где мусульманские народы не составляют большинство, -- Вологодскую, Самарскую, Нижегородскую, Костромскую, Республику Мордовия и др. В одной только Пензенской области ныне действуют восемь бесплатных подготовительных курсов, где обучают основам ислама.
Пожалуй, наиболее развитая сеть исламских образовательных учреждений существует сегодня в Дагестане. Причиной тому не только многовековые традиции, представление о высоком статусе исламской образованности, сохранившееся в исторической памяти народов этой области Кавказа, но и всесторонняя поддержка, оказываемая системе мусульманского образования руководством республики. По данным Комитета Правительства Республики Дагестан по делам религий, в начале 2001 года в республике насчитывалось 16 высших исламских учебных заведений и 33 филиала, 136 медресе, 203 начальных школы при мечетях. По количеству людей, совершивших хаджж, Дагестан значительно опережает все остальные регионы России.
Многоступенчатая система исламского образования, включающая в себя начальные, средние и высшие медресе, действует сегодня в Татарстане и других областях Поволжско-Уральского региона. Это уже упомянутое историческое медресе «Мухаммадия» и медресе имени 1000-летия принятия ислама в Казани, медресе «Ляля-тюльпан» в Уфе и медресе в Октябрьском (Башкортостан), возрожденная «Хусаиния» (Оренбург), медресе в Альметьевске, Набережных Челнах, Чистополе, Нижнекамске и Буинске. Не так давно состоялся первый выпуск единственного в этом регионе высшего мусульманского учебного заведения -- Российского исламского университета в Казани; дипломы были вручены четырнадцати его выпускникам. В Москве центром религиозно-богословского образования является Высший духовный исламский колледж, созданный при Соборной мечети в 1994 году и уже подготовивший десятки имам-хатыбов (глав мусульманской общины и проповедников, руководящих общей молитвой в мечети), преподавателей основ ислама, богословов. В 1999 году на его базе был создан Московский исламский университет. В 2001 году в Москве была зарегистрирована Духовно-гуманитарная академия имени Мамма-Дибира ал- Рочи, созданная под эгидой Духовного управления мусульман (ДУМ) Дагестана. Ее выпускники получат диплом государственного образца, дающий право работать как в государственных, так и в религиозных учреждениях.
Система исламского образования возрождается не только в традиционно мусульманских республиках, но и в других регионах России. В Самарской области сегодня существуют три медресе и мусульманские курсы, в Тюменской -- три медресе и исламский женский колледж, в Нижегородской успешно работает медресе «Махинур», имеющее множество отделений и филиалов; его преподаватели организуют летние курсы по изучению ислама для самых юных мусульман.
Одним из главных изъянов нынешней системы мусульманского просвещения остается нехватка квалифицированных кадров, способных обеспечить высокие образовательные стандарты. В дореволюционное время выпускники медресе прекрасно владели арабским языком, благодаря чему мусульмане разных этнических групп могли общаться между собой без переводчика и читать в оригинале произведения классиков арабо- мусульманской культуры.
Возможность продолжать обучение в Саудовской Аравии, Египте, Сирии, открывшаяся в последние годы для молодежи, -- безусловно, положительный фактор: тем самым восстанавливаются традиционно существовавшие, но надолго прерванные связи с общемусульманской цивилизацией. С другой стороны, именно это обстоятельство и вызывает определенную тревогу в кругах российских мусульман старшего поколения. Молодые мусульмане «нового призыва» нередко обвиняют своих старших единоверцев в недавнем сервилизме по отношению к безбожной власти или, самое меньшее, в неизбежных компромиссах, на которые тем пришлось идти. Их упреки едва ли вполне справедливы, поскольку лояльность по отношению к власти была не только условием выживания российского ислама, но и чертой, изначально присущей исповедуемому большинством российских мусульман ханафитскому мазхабу (одной из четырех богословско-правовых школ суннитского ислама, основанной в г. Куфа (Ирак) в VIII веке Абу Ханифой).
Показателен в этом смысле известный случай с медресе «Йолдыз» в Набережных Челнах, деятельность которого была приостановлена в 1999 году в связи с обвинениями в религиозном экстремизме и связях с террористами: по данным ФСБ, несколько воспитанников медресе проходили обучение в диверсионных лагерях Хаттаба и Басаева. Хотя эта версия не получила окончательного и достоверного подтверждения, инцидент с «Йолдыз» привлек внимание властей, которые отныне гораздо более пристально следят за тем, чему и как учат шакирдов в современных медресе. Отвергая обвинения в связи с террористами, директор «Йолдыз» М. Ибрагимов, получивший образование в Саудовской Аравии, тем не менее весьма недвусмысленно декларирует свою приверженность фундаментализму, понимаемому им как четкое и безусловное исполнение исламских законов. Отметим, что вероучительный ригоризм в принципе характерен для выпускников Мединского университета, поэтому в среде «умеренных» российских мусульманских лидеров предпочтительным считается обучение молодежи в Дамаске или Каире. Если в 1990-х годах в российских медресе было немало преподавателей из Саудовской Аравии, Ливана, Турции, Сомали, Судана, Иордании, Индии, то ныне их число заметно уменьшилось.
Одной из ключевых проблем мусульманского просвещения по- прежнему остается учебная литература. В начале 1990-х годов потребность в ней удовлетворялась благодаря практически бесконтрольному притоку иностранных изданий. Это вызывало беспокойство руководителей мусульманских регионов, опасавшихся «неханафитского влияния», создавало трудности в их отношениях с федеральными властями. Сегодня более сотни издательств по всей стране специализируются на литературе по исламу -- как вероучительного, так и академического характера. Однако их продукция также может вызывать разногласия.
Так, в феврале 2001 года против издательского дома «Бадр» было возбуждено уголовное дело по факту издания и распространения «Книги единобожия» Мухаммада ибн Сулеймана ат-Тамими как пропагандирующей идеи ваххабизма. Чтобы исключить появление в печати исламской литературы «сомнительного» толка, в Духовном управлении мусульман Татарстана было принято решение о создании экспертного совета -- своего рода цензурного комитета, целенаправленно препятствующего проникновению в Поволжье «неправильного ислама».
Широко развернул свою издательскую деятельность саудовский фонд «Ибрахим ал-Ибрахим». Однако многие его публикации подвергаются заслуженной критике специалистов: переводы текстов на русский выполнены небрежно, а подчас и со значительными смысловыми искажениями. Можно только удивляться, что издательство не находит нужным привлечь к работе профессиональных востоковедов -- таких, например, как Владимир Лебедев, автор образцового учебника «Учимся читать Коран по-арабски». Впрочем, существующие недочеты и упущения в деятельности издательств можно считать трудностями роста. В целом сегодня потребности в исламской литературе удовлетворяются гораздо лучше, чем несколько лет назад.
Представители народов, традиционно исповедующих ислам, составляют в настоящее время не менее трети военнослужащих-«срочников». Скоро должно появиться первое учебное пособие по «воспитательной работе с мусульманским уклоном», автором которого стал советник Председателя Совета муфтиев России Сергей Мельков. Пособие даст ответы на вопросы, которые иногда возникают у офицеров из-за незнания ими особенностей мусульманской религии: ее традиций, нравственных канонов, психологии верующих. Однако работа в армии ведется не только с «политруками». Так, в подмосковном Звенигороде местная исламская организация взяла шефство над самими солдатами, проводя для них лекции в частях и в мечети. По словам руководителя организации Я. Валиуллина, в текущем году занятия по изучению основ ислама станут систематическими и за два года службы юноши смогут пройти начальный курс медресе. Впрочем, исламское просвещение в среде российских военнослужащих не всегда идет гладко. Год назад распоряжением начальника Управления воспитательной работы МВО Е. Веселова была без объяснения причин закрыта газета «Азан» -- специальное приложение к газете «Красный воин» (издатели: Московский военный округ совместно с Духовным управлением мусульман Европейской части России). В июле 2002 года успел выйти из печати лишь первый выпуск газеты тиражом 5 600 экземпляров. Вопрос о возобновлении издания до сих пор не решен.
Сегодня в России существует множество разных изданий исламской направленности -- от общероссийских газет «Ислам Минбаре», «Все об исламе» (тиражи -- 10 000 и 25 000 экземпляров соответственно) и журнала «Мусульмане» (7 000 экземпляров) до махачкалинского журнала «Ислам», столичной «Современной мысли», казанских «Оазиса» и «Благоденствия», дагестанского «Ас-Салама», «Пензенских вестей», самарского «Азана», костромского «Ислама», вологодского «Имана», тюменских «Мусульман Сибири», петрозаводского «Прямого пути» и т. д. Наряду с новостями жизни уммы (араб. -- сообщество мусульман, мусульманская община в целом) соответствующих регионов там публикуются популяризаторские статьи по истории ислама и мусульманской культуры, комментированные отрывки из Корана и хадисов (араб. -- «рассказы», «речения» -- предания о словах и деяниях пророка Мухаммада, затрагивающие различные религиозно- правовые стороны жизни мусульманской общины), расписания намазов (араб. -- «салат», перс. -- «намаз» -- мусульманская каноническая молитва, одно из пяти предписаний ислама); новообращенным разъясняются правила поведения в мечети.
С 1994 года в рамках государственной программы «Голос России» дважды в неделю в эфир выходит часовая радиопередача «Исламская волна». Темы этой передачи -- Коран и его толкование, новости уммы, основы шариата и мусульманской этики, история арабо-мусульманской культуры, уроки классического арабского языка, корано- и хадисоведения, история ислама и его распространения в России. Параллельно на «Радио России» уже более десяти лет по пятницам выходит программа «Сайт ул-Ислам» («Голос ислама»). Помимо сообщений информационного и просветительского характера, литературных чтений и репортажей, радиопортретов современных мусульман, программа включает в себя регулярные конкурсы слушателей. Темы могут быть самыми разными: «Готовы ли вы к Рамадану?», «Что такое хадж?», «Имам Шамиль», «Роль женщины в исламе», «Что такое намаз?», «Ребенок в Исламе» и т. п.
На телеканале «Россия» 15 февраля 2002 года появилась новая пятнадцатиминутная передача «Мусульмане», посвященная традициям и культуре мусульманских народов России (она сменила в эфире прежнюю программу «1001 день»). Передача состоит из трех-четырех сюжетов и сопровождается комментариями ведущей Динары Садретдиновой, выпускницы столичного ГИТИСа. Кроме того, в практику телеканалов -- в том числе и центральных -- с недавних пор входят трансляции моления во время праздника Курбан-байрам в московской Соборной мечети. Таким образом, электронные СМИ федерального уровня уже прервали молчание в отношении российского ислама, хотя «мусульманское присутствие» на радио- и телеканалах пока еще незначительно.