2.2. Модели деградации |
59 |
бодиться от притяжения звезды или планеты. Следуя за этим воображени ем, можно полагать, что речь идет об известном ускорении технологиче ских, событийных и медиа-потоков современности, а также о скорости других экономических, политических и сексуальных перемен, что задали тот небывалый темп освобождения, который и выбросил нас из сферы, относящейся к реальности, к истории... Вне этого гравитационного при тяжения, которое держит тела в их орбите, все атомы смысла теряются или самоосвобождаются. Каждый одиночный атом следует своей собст венной траектории к бесконечности и растворению в пространстве. Это — точная иллюстрация жизни современных обществ...»
Фактически это описание социальной энтропии через доведение сво боды до абсолюта — свободы самогибели. Освобождая человека от «пут» культуры и морали, от привязанностей к семье и родине, люди и вправду становятся совершенно свободными. После чего остается одно — распад атомизированного, лишенного скреп общества, его гибель и замена дру гим — традиционным обществом. История и вправду кончится, о чем в 1990 году провозгласил философ Ф. Фукуяма, но только история демокра тии. И либерализма, кстати, тоже. Очередной исторический цикл вполне может завершиться атомарным распадом деградировавшего социума, по сле чего начнется очередная глава истории человечества — история «но вого средневековья».
При оценке либерализма как-то забылось, что если демократия роди лась три тысячи лет назад, то либерализм появился много позднее. Как интеллектуальное явление либерализм появился в Западной Европе, а ро ждение как политического течения относится к эпохе Просвещения (XVIII век). Ни античность, ни демократия феодализма (Ганза, итальян ские города-республики, Новгород) либерализма не знала. Это значит, что явление либерализма связано с неким определенным уровнем обществен ного сознания. Каким? Рождение либерализма обусловлено формировани ем в обществе политического понятия о гуманизме. Поэтому в рабовла дельческом и феодальном обществе, в эпоху рабов и крепостных, условий для возникновения целостной практики либерализма не было. Конечно, появлялись отдельные личности с либеральными настроениями, и даже целый исторический период — эпоха Возрождения — связан с гуманиз мом, и ее представителей называют «гуманистами». Но они не были либе ралами. Да, гуманисты ставили в центр земной жизни Человека с его по требностями, чаяниями и отвергали средневековую аскезу. Но это было больше философское, мировоззренческое, чем правовое обоснование по ложения личности в обществе и государстве. Условия для обоснования прав граждан — политических и экономических, на чем стал специализи роваться либерализм, возникли, когда капитализм набрал силу. Этот пери од пришелся на конец XVIII века и получил название эпохи Просвещения.
60 |
Часть 2. Системные характеристики деградации |
Эпоха Просвещения — время разворачивающейся борьбы с наиболее варварскими способами социального управления и внеэкономической эксплуатации, которыми были обременены прежние типы цивилизаций. Одновременно, в экономике возникли условия для отхода от идеологии меркантилизма с ее политикой жесткой таможенной защиты внутреннего рынка от иностранных товаров в пользу свободной торговли и предпри нимательства, как внутри страны, так и в мировом масштабе. Причина тому — технический и промышленный прогресс, положивший предел эффективности средневековой практики автаркии — натуральному хозяй ству. Но во главе экономических свобод стояли пока что не либералы, а демократы.
Либералами стали называться общественные деятели, выступающие за распространение гражданских прав на все категории населения их ли шенные. В этот период демократы вступили в союз с либералами против традиций феодализма и державного абсолютизма. Каждая из сторон ре шала свои задачи, помогая друг другу. Но разница между союзниками со хранялась.
Кто такие демократы, и в чем сущность демократии? Демократия ро дилась в античности как союз товаропроизводителей, созданный ради за щиты своих специфических интересов. Античный полис — это община свободных собственников (граждан), работавших на рынок и создавших свое государство, чтобы защищаться от внешних врагов, решать общест венно-значимые задачи (например, строительства храмов, дорог) и т. п. Ради этого на регулярно собираемых народных собраниях, куца допуска лись лишь собственники производительного имущества, избирались должностные лица: командиры войска, судьи, управленцы полиса. Выбор ными лицами комплектовались исполнительные органы (магистраты) и законодательное собрание (буле, сенат). Несобственники гражданских прав (голосовать, быть избранными на государственные должности) не имели.
В классической демократии право выбирать надо было заслужить, в либеральной демократии его получают все по достижении 18-летнего воз раста. Выражение «поражение в правах» потеряло смысл. Лишь умали шенные и осужденные лишены право выбирать. Как знать, не придет ли время, когда и это посчитают нарушением «прав человека»...
Государство граждан в Греции и Риме следовало политике экспансио низма. Оно и понятно: наличие в полисе большого числа бедных граждан подрывало социальную стабильность государства. То, что считалось в «восточных» обществах нормальным, для античных демократий было неприемлемым. Поэтому греческие полисы активно основывали колонии для избыточного населения, вели обширную внешнюю торговлю, а также войны, захватывая рабов. В этой системе не было места для либералов.
2.2. Модели деградации |
61 |
В демократии, как ее неотъемлемая сущность, был заложен принцип социального соревнования, который ведет к имущественному неравенству. Но в отличие от традиционных обществ оно не предполагает неравенство правовое и политическое. Наоборот, перед законом собственники (поз же :— налогоплательщики) равны. Это давало гражданам в правовом пла не относительно равные стартовые условия.
Из принципа соревновательности вытекает политическая и эконо мическая конкуренция, что дает гибкую иерархию в виде ротации кад ров госуправленцев и менеджеров в частном секторе. Это обеспечивает условия для «социального лифта». У граждан всегда есть шанс сделать карьеру, подняться выше по социальной лестнице, улучшить свое мате риальное положение. Распространение гражданских прав на всех без разбору для демократии губительно, ибо оно подрывает основы сорев новательности. Это было продемонстрировано уже в античности, когда государство взяло на себя материальную поддержку обедневших граж дан. Начиналось все с совершенно правильного решения — помочь семьям погибших воинов. Затем пособия стали выплачиваться уже вне зависимости от вклада граждан в общее дело. Раздачи денег по праздни кам стали делом обычным и привели к разрушающему росту социально го паразитизма.
Демократия — общество «нежное», чье здоровье зависит от ряда же стких факторов, о которых пойдет речь ниже. Поэтому демократии быстро сходили с исторической сцены и долгое время имели локальное распро странение. Современное распространение демократии по планете не должно вводить в заблуждение. Реванш традиционных обществ не за го рами. Одно время казалось, что альтернативой классической демократии и традиционному социуму является социализм, сочетающей положительные качества обоих магистральных способов жизнедеятельности — но не по лучилось.
В современном демократическом обществе привычно считается, что социальная опасность может исходить только от ультрарадикальных сил,— фашиствующих националистов, коммунистов и пр., а либералы всегда воспринимались как ревностные защитники демократии. Собст венно говоря, это их профессия, защищать демократию и ее правовые ин ституты. Но ряд событий подтверждают подозрения, что последователь ная либеральная политика может поставить демократию под удар. Как это происходит?
Раз есть индивиды, чья деятельность способствует понижению этно энергетики, то они создают спрос на идеологию, обосновывающую их право на такого рода деятельность. Самой удобной идеологией в свобод ном обществе для них становится идеология либерализма (в несвобод ном — псевдореволюционные и сектантско-религиозные теории). Свобо
62 |
Часть 2. Системные характеристики деградации |
ды, которые раньше служили пассионариям, все больше начинают слу жить деградантам.
Либеральная демократия — высшая форма эволюции классического демократического социума, но и ее отрицание, в результате чего начинает разложение энергетического потенциала демократии. Дальше двигаться некуда, как только наращивать права сексменьшинств, чтобы их образ жизни в итоге стал образом жизни большинства.
Современный либерализм стал вырождаться, превращаясь в идеоло гию защиты антисистемных тенденций. Либерализм, с его идеями свобо ды и прав для всех без исключения, стал чрезвычайно удобным прикрыти ем для деструктивных элементов и ныне превратился в сердцевину раз растающейся антисистемы западного общества.
Однако в негативных тенденциях следует обвинять не только либера лизм. Немалую лепту вносят и социалисты (социал-демократы). Закон об однополых браках во Франции протолкнула Социалистическая партия. Правда, она к социализму имеет такое же отношение, как Лейбористская (т. е. Рабочая) партия Великобритании к рабочим. Политический спектр ныне настолько размылся, что названия партий условны. Главное, к какой идеологии их влечет, и за какие качества свободы они агитируют. Поэтому понятие «либерализм» можно понимать в широком смысле. Фатально то, что в итоге получается антисистема, состоящая из двух стрежневых эле ментов. Во-первых, деятельность лоббистов бездумного наращивания по требления и социальных расходов объективно ведет к слому системы жизнедеятельности этноса и государства (это удар со стороны левых). Вовторых, слом ценностных ориентиров, без которых не может нормально существовать нация, происходит в рамках либеральной идеи «свободной культуры». Суть такого подхода — замена знаков плюс на минус. То, что считалось ранее безусловно плохим — моральный релятивизм, тунеядст во, праздность — начинает выступать как проявление свободы индивидов. И то, что раньше считалось безусловно хорошим — уважение к своему государству, истории, защита своей экономики и культуры, патриотизм — становится необязательным и даже постыдным.
«Непротивление злу насилием» ныне возводится в абсолютную цен ность под именем «политкорректность» и «права личности». Скрепы об щества расшатываются, и западные этносы начинают терять свою силу. Если в здоровом социуме выражение «вы — свободны» имело смысл «вы свободны творить и добиваться успеха ради себя и общества», то в сверхлиберализованном эта ценностная установка понимается, как «вы свобод ны делать, что пожелаете, даже если ваши желания потенциально разру шительны».
Победивший либерализм доводит понятие свободы до крайнего пре дела — до ее отрицания. Система жизнедеятельности общества начинает
2.2. Модели деградации |
63 |
опираться не на демократическую дисциплину, а на анархию как мать по рядка, что приносит первое время неплохие дивиденды, пока разруши тельные процессы удается контролировать властью и гражданским обще ством. Однако свобода для деструктивных элементов постепенно разру шает социум, тем более, что либералы пасуют перед плебейством и гедо низмом «во имя свободы», отказываясь активно противодействовать мар гинальным субкультурам негативного характера.
Хотя либералы способны, как и любое другое идеологическое тече ние, выдвигать здравые предложения, но в современном виде либерализм, как в свое время «реальный социализм», похоже, отживает .свое, ибо пре вратился в идеологию деградантов, философию капитулянтства перед внешними и внутренними угрозами. Политика усиленного саморазруше ния и саморазорения России в 1988-98 гг. — яркое свидетельство опасно сти либерального деградантства для общества. У либералов (и либерализ ма как идеологии) явно подавлен инстинкт социального самосохранения.
Либерализм XXI века — по многим параметрам антицивилизационный проект, ибо общество разоружается перед антигражданскими экспан сионистами всех мастей. Либералы создают систему, где социальное некачество начинает забивать социальное качество. Либерализм все больше становится защитником набирающих силу элементов энтропийной анти системы, где гуманизм из средства развития личности стал превращаться в средство разложение общества. Гуманизм начинает превращаться в дру гой «изм» — в социальный кретинизм. Культура из сферы развития пере мещается в источник деградации. Подсев на продукцию индустрии раз влечений, людям хочется все более и более примитивного чтива, музыки, тележвачки.
Триада: «гуманизм — паразитизм — социальный идиотизм» есть формула деградации в богатом либерально-демократическом обществе.
Больного можно вылечить, если он понимает, что болен и потому об ращается к врачу, точно так же с больным обществом. Болезни деградации можно попытаться вылечить, если влиятельная часть общества, желатель но в среде правящего класса, осознает необходимость лечения. Но для этого нужно понять природу болезни, знать ее симптомы и, на основе опыта, выработать методы лечения. Но это очень трудно сделать в обще стве, где уже сложилась «культура» деградации, которую можно назвать «антисистемой».
2.2.4. Формирование антисистемы
Синхронизированные и берущие верх деградантные явления в обще стве (этносе) JI. Гумилев предложил называть «антисистемой». По нашему мнению — удачное понятие. В чем суть социальной антисистемы?