Материал: Шкабин Г.С. Уголовно-правовое обеспечение ОРД, теоретико-прикладные и законодательные аспекты

286

ного преступления и даже в нападениях банды. При этом следует помнить,

что во всех приведенных случаях причиняемый вред является общественно полезным и соответственно непреступным.

Другим примером является ситуация, когда внедренное лицо находится в организованной преступной группе, которая готовит похищение человека.

С целью получения необходимой информации о месте, времени, способе и участниках совершения преступления внедренное лицо по поручению руко-

водителя группы может совершить угон автомобиля, на котором планируется перевозить потерпевшего. При этом других способов получить данную ин-

формацию, а соответственно и пресечь посягательство не было. Подобные действия нельзя рассматривать в качестве преступления, поскольку обста-

новка характеризовалась вынужденностью и не было допущено превышения причинения вреда.

Следует иметь в виду, что один и тот же вред при проведении разных оперативно-разыскных мероприятий может быть в одном случае вспомогатель-

ным, а в другом – сопутствующим. Предположим, что для внедрения в пре-

ступную группу торговцев оружием проводится его проверочная закупка.

В данной ситуации относительно оперативного внедрения вред будет считаться вспомогательным, поскольку его причинение способствует продвижению лица внутрь группы. Однако применительно к проверочной закупке такой вред явля-

ется сопутствующим, так как сущность этого мероприятия состоит именно в таких действиях и фактическая цель его проведения будет достигнута.

Продолжая описывать обстановку проведения оперативно-разыскных мероприятий, необходимо обратить внимание на то, что сам факт нахож-

дения тайного сотрудника правоохранительного органа внутри крими-

нальной среды указывает на причинение вреда общественным интересам.

Дело в том, что на сотрудников органов внутренних дел возлагается за-

конная обязанность по пресечению совершения любых противоправных

287

деяний1. Получается, что бездействие в виде неисполнения этой обязанно-

сти прерывает соответствующие общественные отношения. Такое поведе-

ние, в зависимости от обстоятельств, имеет внешнее сходство с деяниями,

предусмотренными ст. 285 или 286 УК РФ. Наглядной иллюстрацией та-

кой ситуации может служить следующий пример из судебно-следственной практики.

В 2003 г. в г. Сегежа Республики Карелия следователь местного ГОВД подполковник милиции Фофанов создал организованную преступную груп-

пу, в которую вошли граждане Мироненко и Ногтев. Они незаконно приоб-

ретали наркотические средства, которые сбывали различным лицам. С целью пресечения деятельности членов данной группы были проведены оперативно-

разыскные мероприятия: оперативное внедрение и проверочная закупка.

В группу был внедрен сотрудник милиции Г. Находясь внутри криминальной среды, Г. с целью установления характера действий членов группы с согла-

сия своего руководства не пресек преступные действия и позволил членам организованной преступной группы сбыть 21,34 г героина Грицкевичу. Этот героин затем в ходе операции «проверочная закупка» был выкуплен у по-

следнего сотрудником правоохранительных органов2.

Таким образом, обстановка причинения вреда при проведении опера-

тивно-разыскных мероприятий характеризуется двумя обстоятельствами.

С одной стороны, существованием различного рода опасностей для право-

охраняемых интересов, а для оперативного внедрения еще и необходимостью скрывать свое истинное предназначение под угрозой расправы над собой и другими лицами, с другой – необходимостью достижения поставленных це-

лей и решения соответствующих задач.

Тем не менее сама по себе обстановка причинения вреда не может слу-

жить единственным основанием для суждения об общественной полезности

1О полиции : федер. закон от 7 февраля 2011 г. № 3-ФЗ (в ред. от 05 дек. 2017 г.). П. 2 Ч. 1. Ст. 12 // Собр. законодательства Рос. Федерации. 2011. № 7. Ст. 900.

2См.: Кассационное определение Верховного Суда РФ от 9 августа 2006 г. по уголовному делу № 75-006-8. URL : http://www.vsrf.ru (дата обращения: 2.02.2015).

289

с другой. Здесь в принципе применимо правило Г. В. Ф. Гегеля о «целях и средствах». Так, по его мнению, «праведная цель действительно оправдыва-

ет средства, а неправедная их не оправдывает»1. Однако, исходя из данной позиции, можно почти всегда оправдать любые цели и признать их «пра-

ведными» и считать более значимыми по отношению к средствам, поэтому такой подход нуждается в определении границ допустимости причинения вреда.

Учитывая социальную важность защищаемых объектов, считаем допу-

стимым причинение вреда лицом, участвующим в проведении оперативно-

разыскного мероприятия, большинству из правоохраняемых интересов и благ. Исключения, то есть пределы причинения вреда, в зависимости от сте-

пени определенности можно дифференцировать на два вида – конкретно-

определенные и относительные.

К первым следует отнести запрет на причинение вреда таким объектам уголовно-правовой охраны, нарушение которых ни при каких обстоятель-

ствах недопустимо. Такие объекты следует точно определить в законе.

Относительные пределы причинения вреда представляют собой запрет на действия, которые могут причинить вред неограниченному кругу объектов уголовно-правовой охраны, но только при наличии определенных условий.

Фактически такие объекты могут быть самыми разнообразными, а причине-

ние им вреда зависит от сравнения с вредом предотвращаемым.

Рассмотрим оба вида пределов более подробно.

1. Конкретно-определенные пределы причинения вреда. К ним следует отнести прежде всего объекты, связанные с неприкосновенностью личности.

На наш взгляд, ни при каких условиях при проведении оперативно-

разыскного мероприятия недопустимо совершать действия, причиняющие смерть человеку, тяжкий вред его здоровью, а также посягательства на поло-

1 Гегель Г. В. Ф. Философия права : пер. с нем. / ред. и сост. Д. А. Керимов,

В. С. Нерсесянц. М., 1990. С. 189.

290

вую неприкосновенность и половую свободу личности. Аргументируем свою позицию.

Наиболее сложным в данном случае представляется вопрос о причине-

нии вреда жизни и здоровью. Такие ситуации, на наш взгляд, могут возник-

нуть только при осуществлении оперативного внедрения. В последнее время этому уголовно-правовому аспекту было уделено определенное внимание1.

При анализе проблемы отметим противоречие двух моментов. С одной сто-

роны, внедренное лицо, которое действует от имени государства и защищает его интересы, может оказаться в ситуации, когда будет вынуждено причи-

нить вред жизни или здоровью третьего лица, а с другой – это же государство в своем Основном Законе провозглашает жизнь и здоровье человека, право-

послушного гражданина, высшей ценностью.

Разрешение данной проблемы предполагает ответы на ряд вопросов: «Допустимо ли причинить смерть третьим лицам в целях предотвращения,

пресечения или раскрытия преступления?», «Можно ли причинить вред здо-

ровью третьих лиц в тех же целях?», «Если это допустимо, то до какой сте-

пени тяжести?» Ответы на них требуют дополнительного анализа. Постара-

емся его провести.

Вполне естественно, что при поступлении в преступную группу нового кандидата у его членов возникает желание его проверки, которая может вы-

разиться и в совершении деяний, связанных с насилием, опасным для здоро-

вья или жизни третьего лица. В такой ситуации возникает необходимость причинения вспомогательного вреда для поддержания соответствующего об-

раза. Кроме того, внедренное лицо может оказаться в криминальной среде,

деятельность которой направлена исключительно на совершение насиль-

1 См., напр.: Кадников Н. Г. Правомерность причинения вреда при задержании лиц, подозреваемых в совершении терроризма // Научные труды РАЮН : в 2 т. М., 2002. Вып. 2: Т. 1. С. 487–490; Абдуллаев Э. М. Ликвидация террористов – причинение вреда при задержании либо применение исключительной меры уголовного наказания «без суда и следствия» // Юристъ-Правоведъ. 2011. № 4. С. 42–46.