Материал: Шмонин А.В. История органов, расследующих преступления экономической направленности. Ч. 1

5. Дореформенный период

временное владение или сохранение (ст. 1704), займах (ст. 1705– 1708) и доверенностях (ст. 1709–1711).

Рассматривая регламентацию процессуальной деятельности по уголовным делам о преступлениях экономической направленности, закрепленную в положениях Свода законов, отметим, что следствие являлось первой стадией уголовного судопроизводства

иставило задачу обнаружить, действительно ли имело место преступление и кем оно совершено, выявить смягчающие и отягчающие вину обстоятельства. Следствие дифференцировалось на две разновидности: «предварительное» (аналог позднейшего дознания)

и«формальное» (аналог позднейшего предварительного следствия). В городе оно производилось городской полицией, в уезде – земской полицией1. При необходимости губернатор мог поручить расследование заседателям судебных мест, губернским стряпчим уголовных дел, советникам губернских правлений. Следствие по наиболее важным делам вели особо на то уполномоченные чиновники, состоявшие при губернаторах, генерал-губернаторах, министре внутренних дел, а также комиссии, которые нередко назначались императором. Надзор за следствием возлагался на губернаторов, губернские правления, прокуроров, стряпчих и «начальство» следователя2.

Предварительное следствие по Своду законов 1857 г. определялось как первоначальное расследование с целью выяснения прежде всего того, было ли событие, и если да, то имело ли оно признаки преступления, а также установления виновных в его совершении. Дознание в качестве стадии уголовного судопроизводства Сводом не предусматривалось, хотя на практике им называлось предварительное следствие в целом. Последнее производилось не только письменно, но и устно и в большинстве случаев без соблюдения процессуальной формы, не ограничивалось какими-либо сроками. Материалы предварительного следствия доказательственного значения в суде не имели.

Таким образом, закрепив в Своде законов 1832 г. процессуальную сторону деятельности органов предварительного расследования России, законодатель не внес каких-либо существенных изменений в его организацию.

1 Согласно положениям ст. 767 ч. 2 т. 15 Свода законов 1832 г. производство следствия и все меры, к нему относящиеся, осуществлялись полицией.

2 См.: Колдаев А. В. Следствие и полицейское дознание по Своду законов Российской империи 1875 г. // Правоведение. 1988. № 1. С. 90–96.

131

5. Дореформенный период

Главным доказательством вины считалось письменное признание обвиняемого. Приговор выносили по формальным признакам: сколько – «за», сколько – «против». За недоказуемостью вины дело прекращалось, но тогда человек на всю жизнь оставался «во подозрении».

Судопроизводство в рассматриваемый период имело следующие особенности.

Как и прежде отсутствовал единый акт отправления правосудия в целом и досудебного производства в частности.

Свод законов Российской империи усовершенствовал уголовный процесс, однако сохранил его сословность и элементы формальной системы доказательств (совершенные и несовершенные). Совершенным доказательством считалось такое, которое «исключает всякую возможность к показанию невиновности подсудимого», несовершенным – доказательство, «не исключающее возможности к показанию невиновности подсудимого». Одно совершенное доказательство признается достаточным для обвинения, а «одно несовершенное доказательство виновности вменяется только в подозрении», однако несколько несовершенных доказательств в совокупности могли составить совершенное доказательство. Уголовное судопроизводство стало делиться на стадии, что позволило довольно четко распределить функции его участников на каждой из них.

Следствие Я.И. Баршевым определялось как «первая безусловно  необходимая  часть  уголовного  судопроизводства,  которая  объемлет в себе все действия необходимые для того, чтобы убедиться  в  действительности  какого-либо  преступления  и  привесть  все  обстоятельства  его  в  возможно  полную  известность». Цель уголовного следствия состоит в том, «чтобы  посредством  его  привесть  в возможно полную известность все обстоятельства, которые обусловливают приложение уголовного закона к известному случаю и на  основании которых можно сделать решительный приговор, т. е. обвинительный или освобождающий совершенно, или только в известном отношении», а предмет уголовного следствия, по его же определению, «составляет полное уяснение и приведение в известность  того, действительно ли и в какой мере нарушена правда, выраженная  в известном законе, деянием или недеятельностию известного лица,  и должны ли пасть на него последствия этого нарушения или наказание. Поэтому следствием о преступлении должен быть обнаружен  и приведен в возможно полную известность весь состав преступления, т. е. 1) действительно ли учинено преступление и какое; 2) кем  оно  учинено,  или  кто  его  виновник;  3)  в  какой  степени  оно  должно 

132

5. Дореформенный период

быть ему вменено, нет ли при этом обстоятельств, увеличивающих  или уменьшающих вину»1.

Данная формулировка предмета уголовного следствия свидетельствует о преемственности Свода законов 1832 г. ранее принятому законодательству (Уставу благочиния).

Следствие представляло собой «изыскание всех обстоятельств  дела  или  происшествия,  составляющего  преступление,  и  собрание  доказательств  к  открытию  и  обличению  виновного»2. Такое следствие, в свою очередь, распадалось на предварительное (дознание) и формальное.

Предварительное следствие представляло собой «совокупность всех следственных мер, предпринимаемых для собрания всех материалов, которые служат к тому, чтобы иметь возможность судить о том, должно ли и можно ли известное лицо, по причине известного действия, поставить в состояние обвинения». Вместе с тем формальное следствие включало в себя совокупность тех действий «которые  направляются  против  известного  лица,  поставленного  в состояние обвинения по причине известного преступления, чтобы  иметь возможность окончательно решить, действительно ли и в каком виде и степени учинило оно рассматриваемое преступление и достойно ли оно наказания, или, напротив, это лицо должно быть освобождено от лежащего на нем подозрения»3.

Таким образом, предварительное следствие (или дознание) осуществлялось и с помощью чисто розыскных средств, например преследования лиц, совершивших преступление и скрывшихся (погоня), и с помощью поисковых действий, ставших по терминологии Свода законов 1832 г. следственными (осмотр, обыск, выемка).

Соотношение между предварительным и формальным следствием показано председателем Вятской палаты уголовного и гражданского суда Н. Калайдовичем. В частности, он писал: «Следствие бывает  двух видов: предварительное, иначе называемое дознанием или изысканием,  и  формальное,  собственно  следствие...  Формального  следствия  без  предварительного  быть  не  может.  Предварительное  следствие  или  предшествует  формальному,  или,  если  время  и  обстоятельства 

1 Баршев Я. И. Основания уголовного судопроизводства с применением к российскому уголовному судопроизводству. М., 2001. С. 50.

2 Назанский  В. Производство дел следственных, извлеченное из Свода законов Российской империи. СПб., 1834. С. 3.

3 Линовский  В. Опыт исторических разысканий о следственном уголовном судопроизводстве в России. Одесса, 1849. С. 147, 166.

133

5. Дореформенный период

это позволяют, идет с ним рядом. Формальное следствие есть только приведение в законные формы того, что открыто предварительным  следствием. Формальное следствие всегда назначается для суда; предварительное следствие служит или для самого следствия, или для начальства, которое предписало ему произвести дознание».

Более подробно и обстоятельно объяснил различия между предварительным следствием и формальным асессор Владимирского губернского правления Н.В. Оболенский. К таким различиям он относил:

«1.  Предварительное  следствие,  иначе  дознание,  может  быть  произведено каждым, кому только от надлежащего начальства поручено будет; формальное же следствие всегда производится полицейскими  чиновниками  и  теми,  кому  поручено  будет  начальством,  имеющим на то по закону полное право.

2.  Предварительное следствие может быть произведено без депутата со стороны того ведомства, к которому по состоянию своему  принадлежит  обвиняемый  или  оговариваемый  в  преступлении,  а формальное – всегда при депутате.

3.  Предварительное следствие всегда производится прежде формального. Случается, что, в зависимости от сведений, собранных предварительным следствием, формального следствия не нужно даже и начинать.

4.  Предварительное  следствие  не  пишется  на  бумаге,  когда  оно  идет рядом с формальным; оно пишется на бумаге (без соблюдения для  формального следствия установленных образцов) только тогда, когда  производится отдельно, по предписанию начальства и для представления ему. Формальное же следствие всегда и непременно нужно производить на бумаге, во всем согласно принятым для того формам, так  как оно, без соблюдения формальностей, не будет иметь никакой силы.

5.  Одно  предварительное  следствие  необходимо  только  для  лица, его производящего, и для начальства, по предписанию которого  оно производилось, но не для судебного места, которое всегда основывает свой приговор на формальном следствии.

6.  Признание,  сделанное  преступником  при  предварительном  следствии, составляет только несовершенное доказательство, а при  формальном – совершенное.

7.  Предварительное следствие без формального следствия может  быть,  а  формальное  без  предварительного  невозможно,  потому  что  последним облекается в законные формы то, что открыто первым.

8.  При предварительном следствии не делается «повального обыска о поведении обвиняемых» и не дается очных ставок как им, так 

134

5. Дореформенный период

и тем, которые об одном и том же преступлении «совершенно разно- речат» между собой; а при формальном – наоборот.

9.  При предварительном следствии дознается только, действительно ли преступление учинено, и для этого необходимо обращать  внимание на все те обстоятельства и признаки, которые открывают  виновных  и  обнаруживают,  если  возможно,  по  горячим  следам  преступление; а при формальном следствии эти обстоятельства и признаки  закрепляются  в  законные  формы,  и  требуется,  сверх  того,  чтобы преступление было приведено в совершенную известность»1.

Средствами для достижения целей формального следствия служили допрос обвиняемого и «собрание разного рода уголовных доказательств», которое осуществлялось путем личного осмотра, получением собственного признания от обвиняемого, показаний свидетелей, производства повального обыска, обнаружения и исследования документов. В случае неполноты и несовершенства собранных доказательств следовало восполнить эти недостатки посредством очной ставки и очистительной присяги.

После окончания формального следствия все материалы, завизированные печатью и прошнурованные, передавались на рассмотрение соответствующих полицейских инстанций, наделенных правом в качестве низшего суда отправлять правосудие по «маловажным делам о обидах, ущербах и убытках».

Уголовное судопроизводство, как и в XVIII в., основывалось на доктрине формальной оценки доказательств, что означало отсутствие у судьи права самостоятельно их оценивать. Он был обязан руководствоваться уже заранее установленной (в законе) их иерархической шкалой, которая начинались с главного доказательства – собственного признания обвиняемого. Между тем в 1801 г. Указом Александра I запрещались пытки при ведении следствия. Но к концу его царствования ревизии то и дело изымали в провинциальных полицейских участках рогатки, колодки и прочий нелегальный пыточный инвентарь2. В 50-х гг. XIX в. на всю Москву были известны «аскольдовы могилы» – семь абсолютно темных подвалов в здании Басманной полицейской части, откуда заключенные выходили слепыми3.

1 Оболенский Н. В. Практическое руководство к производству следствий. Ч. 1. М., 1855. С. 1215.

2 См.: Эдельман О. Следствие и суд в дореволюционной России // Отечественные записки. 2003. № 2. С. 188–195.

3См.: Ларин А. М. Заметки о предварительном следствии в России // Государство

иправо. 1993. № 3. С. 72.

135