В некоторой степени процесс подстраивания под китайский кинорынок, вкусы китайских цензоров и китайской аудитории уже происходит. Хотя необходимо признать, что такой процесс на данный момент ещё не принял угрожающего оборота, экономическое воздействие китайской киноиндустрии на зарубежные фильмы уже заметно. Для крупнобюджетных голливудских кинематографистов уже стало довольно привычной практикой приглашать в свои фильмы на второстепенные или третьестепенные роли китайских актёров, частично переносить место действия фильма в Китай, рекламировать китайские бренды и показывать позитивный образ Китая. Самым ярким примером использования таких методов стал фильм «Трансформеры 4: Эпоха истребления», в котором были применены все перечисленные способы повышения шансов получить место в квоте импортных фильмов. Причём на данный момент уже далеко не очевидно, для чего такие методы используются в большей степени - для привлечения внимания китайской аудитории или для удовлетворения негласных запросов людей, принимающих решение о включение того или иного иностранного фильма в квоту. Безусловно, по началу такое внимание к Китаю в фильмах со стороны западных кинематографистов вызывало восторг китайской аудитории, однако причины такого часто немотивированного использования китайских мотивов довольно скоро становятся очевидными, эти манипуляции быстро приедаются, вплоть до того, что могут вызывать раздражение у некоторой части аудитории.
Тем не менее, опасения о нарастающем влиянии Китая и угрозах, которое это влияние может нести для мировой киноиндустрии, существует в среде американских специалистов. Существовали они, вероятно, и в 2007 году, когда Торговое представительство США и Американская ассоциация кинокомпаний подали иск в Третейскую группу ВТО об ограничении Китаем прав торговли аудиовизуальной продукцией. Хотя, безусловно, стоит подчеркнуть, что в то время опасения глобального влияния Китая были далеко не главным мотивом обращения США к органам арбитража - во-первых, тогда китайский кинорынок не находился даже в списке десяти самых крупных в мире, а, во-вторых, идеи о некой «желтой угрозе» (или об «острой силе» Китая как авторитарной формации «мягкой силы» How China's “sharp power” is muting criticism abroad . The Economist. ) были довольно маргинализированы другой восходящей в то время концепцией о так называемой Чимерике. Основной мотив был чисто экономический - отдельные голливудские кинокомпании и киноиндустрия Голливуда в целом ежегодно теряли из-за протекционистских мер значительный объём потенциальной прибыли на растущем рынке.
Претензии со стороны США, поданные в ВТО, делились на две основные категории. Первая категория - о том, что Китай предпринимает «меры, которые дают государственным и полугосударственным компаниям эксклюзивное право на импорт фильмов для кинотеатрального показа» China -- Measures Affecting Trading Rights and Distribution Services for Certain Publications and Audiovisual Entertainment Products . WTO. . Речь в данном случае шла о тотальном доминировании в этой сфере деятельности China Film Group Corporation и Huaxia Film Distribution. Вторая категория претензий - о том, что Китай предпринимает «меры, накладывающие ограничения на доступ к своему рынку для иностранных поставщиков услуг, желающих участвовать в распространение аудиовизуальной продукции развлекательного характера»87 Ibidem.. Под такими мерами подразумевались и импортные квоты, и невысокая доля сборов, отдаваемая иностранным кинокомпаниям в качестве прибыли, и цензура иностранных фильмов со стороны китайского правительства.
Хотя стоит признать, что две эти категорий претензий взаимосвязаны, т.к., например госмонополия на импорт фильмов в Китае является одной из основ механизма цензуры в киноиндустрии, первичным фильтром этого механизма. Этот механизм схож с тем, что существовал до середины 80-ых на внутреннем рынке - дистрибьютор-монополист являлся одним из главных цензоров, т.к. от его решения о закупке или незакупке фильма зависело увидит ли китайская аудитория данный фильм, либо он так и не дойдет до киноэкранов.
Разбирательство иска США против Китая привлекло серьезное внимание специалистов. По мнению Платонова, на это есть две причины - во-первых, «никогда ранее в практике ВТО не рассматривались споры, касающиеся выполнения членами этой организации обязательств по т.н. торговым правам, т.е. правам на осуществление экспорта и импорта товаров» Платонов Н.В . О решении ВТО по спору об ограничении Китаем прав торговли аудиовизуальной продукцией // Российский внешнеэкономический вестник, 2010, №3. С. 5., так как «тематика торговых прав выходит за рамки стандартного пакета обязательств членов ВТО и находит свое отражение в качестве т.н. обязательств ВТО-плюс» Там же. ; во-вторых, сторона ответчика никогда ранее не использовала в качестве аргумента статью XX (а) ГАТТ, в которой говорится о том, что различные протекционистские меры могут быть применены в качестве мер, «необходимых для защиты общественной морали». Именно таким образом представители китайской индустрии объясняют правомерность применения цензуры для импортируемых в КНР кинофильмов.
В целом, данное разбирательство затянулось на 2,5 года. Третейская группа ВТО постановила, что Китай действительно применяет некоторые дискриминационные практики по отношению к иностранным кинофильмам. Кроме того, группа не нашла основания считать статью XX (а) ГАТТ убедительным оправданием использования цензуры в киноиндустрии. Китаю было рекомендовано устранить всё установленные нарушения China -- Measures Affecting Trading Rights and Distribution Services….
Китай признал решение третейской группы и факт несоответствия отдельных законов КНР стандартам ВТО и попросил дать 14 месяцев на принятие мер, которые должны были помочь устранить нарушения. Однако как показало время, как и в других случаев, когда Китай оказывался ответчиком в арбитраже ВТО Webster T. Paper Compliance: How China Implements WTO Decisions// Michigan Journal of International Law/ 2014. Vol 35.№ 3. P. 545, власти Поднебесной оказались очень избирательны в устранение нарушений.
Потребовалось еще почти 2,5 года переговоров уже между руководством США и Китая вне рамок органов ВТО, чтобы две стороны смогли прийти к соглашению. В 2012 году две страны подписали Меморандум о взаимопонимании в области киноиндустрии. Американцам удалось достичь ряда реальных уступок от Китая. Во-первых, была увеличена квота иностранных фильмов по системе revenue-sharing - с 20 фильмов в год до 34. Однако эти дополнительные 14 фильмов обязательно должны показываться в Китае в формате IMAX 3D. Во-вторых, доля сборов, которую иностранные кинопроизводители получают от проката в Китае выросла с 13-17,5% до 25%, что, безусловно, стало некоторым прорывом в этой области, но тем не менее на большинстве других кинорынков доля сборов, отдаваемая продюссерам фильма равна 50%. В-третьих, было обещано, что отныне цена фильмов, приобретаемых китайскими дистрибьюторами по системе flat-fee, будет составляться исходя из положения на китайском рынке и коммерческих перспектив киноленты. Это впоследствии привело к значительному увеличению стоимости покупок зарубежных фильмов в рамках данной квоты - если до 2012 года фильм мог быть продан на китайский рынок за сумму от 25 тысяч долларов до 500 тысяч долларов, то после подписания Меморандума, некоторые киноленты продавались за цену в несколько миллионов долларов Liang T. History of China Import Film Quota and Revenue-Sharing Remittance. Green Hanson Jacks. . Такой уровень цен сделал довольно коммерчески выгодным попадание в квоту для практически всех неголливудских фильмов и среднебюджетных американских картин.
Кроме того, в Меморандуме говорится, что китайское руководство разрешит частным дистрибьюторам получать лицензию на прокат иностранных кинофильмов. Однако на деле данное обещание было выполнено лишь частично. Распространение крупнобюджетных зарубежных фильмов по системе revenue-sharing так и осталось прерогативой China Film Group Corporation и Huaxia Film Distribution. Однако ряду местных частных дистирибьюторов было позволено импортировать фильмы меньшего масштаба. Эти компании в свою очередь стали активно экспериментировать с различными моделями распределения доходов от сборов фильмов. Например, в 2017 году компания Leomus Pictures (КЁКуУ°ТµУРПЮ№«Лѕ) опробовала модель, которую можно назвать гибридом revenue-sharing и flat-fee - китайская компания приобрела право на прокат фильма «Обитель зла: Последняя глава» в Поднебесной за 7 миллионов долларов с условием, что если фильм соберёт в китайском прокате больше 80 миллионов долларов, то в этом случае компания Sony, ответственная за производство фильма, получит значительную долю от сборов (в итоге картина заработала в Китае 160 миллионов долларов) Papish J. Evil takes up residence. China film insider. .
Договориться же о смягчении цензуры со стороны китайских властей так и не удалось. Всё чего пообещала китайская стороны - это то, что процесс проверки иностранных фильмов будет более быстрым и открытым, то есть ГГУРКТ стало обязано уведомлять иностранную кинокомпанию о причине отказа в выдачи разрешения на показ фильма на территории КНР Memorandum of Understanding Between the United States of America and CHINA. Films for Theatrical Release. .
Тем не менее несмотря на то, что Китай пошёл на ряд уступок, США остались недовольны результатом разбирательства. Различные конфликты в сфере киноиндустрии между Китаем и США происходили как во время рассмотрения жалобы американцев третейской группой ВТО, так и после подписания Меморандума о взаимопонимании. Например, в конце 2007 ГГУРКТ без предварительного уведомления устроило внезапный блэкаут для импортных фильмов, который продлился три месяца. Премьеры иностранных фильмов, которым уже дали разрешение на показ в Поднебесной, были вычеркнуты из расписания будущих премьер. Этот блэкаут стал наиболее длинным из временных запретов на показ иностранных фильмов с момента вступления Китая в ВТО Davis. D. Re-nationalizing China's film industry… P.47..
Китай также продолжил практику недопуска в прокат фильмов из-за того, что они не смогли пройти проверки цензоров. Чаще всего причиной тому становилось чрезмерное количество насилия и/или сцен непристойного содержания, присутствующих в том или ином фильме. Дело в том, что в Китае на данный момент не существует шкалы возрастных ограничений для кинофильмов (что тоже вызывает осуждение со стороны американских киноспециалистов). Иными словами, если фильм проходит проверку цензоров, то он в Китае подходит для просмотра аудиторией любого возраста. Поэтому в большинстве случаев фильмы, получившие в США рейтинг R (российский аналог - 18+), практически не имеют шансов попасть в китайский прокат без значительной переработки набора сцен в фильме. Однако, по всей видимости, понятия о допустимом для психики несовершеннолетних уровне насилия в кино в США и Китае разнятся - за 24 года в китайский прокат всё-таки попало 36 фильмов с рейтингом R, причём 21 один из них не подвергся перемонтированию по требованию местных цензоров Papish. J. R-Rated films in China. China film insider. .
Кроме того, китайские цензоры не отличаются последовательностью и объективностью при проверке фильмов на соответствие нормам морали.
Например, в 2013 году в китайский прокат был допущен фильм «Джанго освобождённый» режиссёра Квентина Тарантино, чьи работы известны большим количеством крови в кадре и крайне жестокими сценами насилия. После премьеры в Поднебесной, фильм вызвал бурное обсуждение в китайском обществе и вскоре был снят с проката, успев, однако, заработать в Китае 2,6 миллионов долларов.
Также китайские цензоры нередко снисходительно относятся к местным фильмам, содержащим сцены с чрезмерным насилием, особенно если речь идёт о фильмах жанра «основной мотив». Например, фильм «Операция «Меконг», собравший в китайском прокате 174 миллиона долларов содержит сцены потребления тяжелых наркотиков детьми 8-летнего возраста и подробный показ их игры в «русскую рулетку».
Тем не менее, необходимо отметить, что в 2016 году появились первые предпосылки, что полноценная система возрастных ограничений всё-таки появится в Китае. Тогда было законодательно установлено, что кинокомпании, ответственные за производство и распространение фильмов, обязаны информировать китайскую аудиторию о сценах в их фильмах, которые могут навредить моральному и психическому здоровью. За последние полтора года в китайский прокат с таким предупреждением вышло два голливудских фильма - «Логан» и «Аннигиляция» Yin Y. Annihilation debuts in China with content warning. China film insider. .
После 2012 года вокруг китайского кинорынка возник и один совершенно новый конфликт. Американская сторона начала подозревать китайские кинотеатры в мошенничестве в пользу фильмов местного производства. Обычные зрители в Интернете неоднократно сообщали, что, покупая билеты в кинотеатры на зарубежные фильмы, они получали бумажные билеты, на которых было написано название какого-либо находящегося на тот момент в прокате китайского фильма. Посетителям кинотеатров обычно объясняют это техническими неисправностями и просто зачёркивают чернилами название китайского фильма, вручную вписывают на билет название зарубежной киноленты. Иностранные аналитики подозревали, что таким образом деньги, на которые были куплены такие билеты, идут в пользу не того фильма, который зрители собирались посмотреть, а на счета отечественных картин. Таким образом, по мнению американских экспертов, американские компании теряли значительную сумму денег на китайском рынке.
В 2015 году во время визита в США Председатель КНР Си Цзиньпин подписал с Президентом США Бараком Обамой соглашение. Оно позволило иностранным компаниям провести аудит работы китайских кинотеатров с целью выяснения мотивов, причин, масштабов выше описанной практикиO'Connor. Directed by Hollywood, Edited by China: How China's Censorship and Influence Affect Films Worldwide // U.S.-China Economic and Security Review Commission.2015. P. 5..
Китайское руководство признаёт существование такой мошеннической практики и ещё до аудита начало наказывать кинотеатры за подобную деятельность - в марте 2016 года 116 кинотеатров были лишены лицензии на кинотеатральный показ на срок до 90 дней и также подверглись штрафам Brzeski P. China Punishes 326 Cinemas for Box-Office Fraud. The Hollywood Reporter. .