Материал: Borodin_S_V_Otv-t_za_ubiystvo-M-1994

94 6. Убийство при превышении пределов необходимой обороны

р ечь идет о необходимой обороне или о превышении ее пределов. В тех случаях, когда обороняющийся применяет те же средства защиты, что и посягающий для нападения, этот вопрос не вызывает больших трудностей. Он возникает тогда, когда при защите примене­ны более эффективные средства, чем при нападении. Встречаются случаи механического признания превышения пределов необходимой обороны лишь на том основании, что обо­роняющийся применил оружие, а нападающий не был вооружен. Нередко такой подход приводит к необоснованному осуждению. Так, З. была осуждена по ст. 105 УК за убий­ство К. при превышении пределов необходимой обороны. Суд установил, что осужденная и потерпевший в течение нескольких лет часто встречались. Затем З. прекратила встречи с К. и уговаривала его оставить ее в покое. Однажды К., находясь в нетрезвом состоянии, пришел в дом, где проживала З., и стал стучать в дверь, но она его не пустила. В этот момент они нанесли друг другу оскорбления. Продолжая требовать открыть ему дверь, К. стал угрожать З. убийством, затем начал ломать дверь. Когда он выломал филенку двери, З. взяла висевшее на стене ружье, зарядила его и в пролом двери произвела два выстрела, которыми убила К. Суд признал, что З. превысила пределы необходимой обороны. Однако Пленум Верховного суда СССР не согласился с такой оценкой действий З. и указал, что средства защиты, примененные ею, соответствуют конкретной обстановке, сложившейся в результате неправомерных действий К., степени и характеру угрожавшей опасности, а также силам и возможностям З. по отражению нападения. Пленум обвинительный при­говор отменил, а дело производством прекратил.

Приведенный пример убедительно показывает несостоятельность попыток заранее предопределить неправомерность вооруженной защиты от невооруженного нападения.

3.3. Анализ соотношения интенсивности нападения и защиты по многим делам этой категории имеет важное значение. В самом деле, чем интенсивнее действует нападающий, тем большую угрозу для обороняющегося он создает, заставляя его также действовать интенсивнее.

В настоящее время взгляд, согласно которому лицо, подвергшееся общественно опас­ному посягательству, вправе активно защищаться от нападения, в литературе считается общепризнанным. К сожалению, до последнего времени встречаются случаи, когда право­мерность активной зашиты от нападения ставится под сомнение, если лицо, подвергшееся нападению, имеет возможность спастись бегством, обратиться к органам власти, к граж­данам или избрать какие-либо иные способы защиты, не носящие характера активного сопротивления посягающему. Это одна из наиболее распространенных ошибок в след­ственной и судебной практике.

Так, прокуратурой Брянской области был привлечен к уголовной ответственности работник милиции А. за убийство М. при следующих обстоятельствах. А. в 12 часов ночи шел домой из дома культуры по пустынной улице районного центра, прилегающей к парку. Неожиданно из-за столба выскочил М., бывший в нетрезвом состоянии, напал на А., угрожая «рассчитаться по всем правилам», а когда А. попытался убежать, то М. настиг его со словами: «Теперь ты от меня не уйдешь». В этот момент А. обнажил оружие, предупредил М. окриком и выстрелом вверх, но М. продолжал наступать с ножом в руке. А. выстрелил в М. и убил его.

Суд оправдал А., считая, что он действовал в состоянии необходимой обороны. По протесту прокурора оправдательный приговор был отменен. Только Президиум Верховного суда РФ признал оправдательный приговор правильным и указал в постановлении, что у А. были все основания для активной обороны от общественно опасного посягательства.

Отступление от лица, совершающего общественно опасное посягательство, или бег­ство от него создает обстановку безнаказанности для правонарушителей. Тем более недо­пустимо выдвигать такое условие правомерности действий для работников милиции, при­званных охранять общественный порядок. Бегство работника милиции от нападающего

6. Убийство при превышении пределов необходимой обороны 95

п реступника при наличии возможности пресечь преступление должно рассматриваться как грубое нарушение им своих служебных обязанностей.

Выяснение соотношения интенсивности нападения и защиты по большинству дел поз­воляет более полно и всесторонне выяснить характер и опасность посягательства. В то же время необходимо учитывать, что понятие интенсивности нападения не всегда применимо для характеристики нападения. Нельзя, к примеру, один выстрел из ружья произвести более или менее интенсивно. Здесь общественная опасность достаточно полно характери­зуется средством нападения.

3.4. Чтобы правильно решить вопрос о наличии или отсутствии превышения пре­делов необходимой обороны в случае причинения смерти нападающему, необходимо учи­тывать также обстоятельства, характеризующие соотношение сил сторон и обстановку посягательства. Учет такого рода обстоятельств по некоторым делам может иметь реша­ющее значение для вынесения законного и обоснованного приговора. Так, не может не учитываться соотношение сил нападающею и обороняющеюся, способность последнего к отражению посягательства. Имеет значение возраст, пол, физическая подготовка и си­ла. Например, для отражения нападения физически сильного невооруженного мужчины престарелым человеком или подро стком будет оправдано применение в качестве средств защиты оружия или предметов, его заменяющих, и соответственное причинение вреда нападающему. Наоборот, для отражения нападения физически слабого человека лицом, обладающим достаточной физической силой, применение оружия может повлечь превы­шение пределов необходимой обороны.

Число лиц, совершающих общественно опасное посягательство, оказывает опреде­ленное влияние на его оценку. Пленум Верховного суда СССР, считая необоснованным осуждение Н. за убийство при превышении пределов необходимой обороны (он ударил потерпевшего И. камнем по голове), признал, что Н. применил средства защиты непо­средственно в момент нападения, когда его здоровью и жизни угрожала реальная опас­ность. Средства защиты, имея в виду численное превосходство нападающих, уже дважды избивавших Н. в этот вечер, соответствовали характеру и опасности посягательства.

Даже тогда, когда нападение осуществляет одно лицо, а другие сообщники не прояв­ляют активности и поддерживают его лишь своим присутствием, опасность посягатель­ства возрастает. Для обороняющегося в таких случаях очевидно, что в любую минуту в результате вмешательства других лиц соотношение сил может резко измениться в пользу нападающего.

Имеет значение и обстановка, в которой происходит посягательство. Например, в лесу или на пустынной улице нападение требует более решительных средств зашиты, чем нападение, совершенное днем на людной улице, где есть возможность прибегнуть к помощи других лиц. Правда, при этом необходимо иметь в виду, что при наличии общественно опасного посягательства, угрожающего жизни, не всегда есть возможность обратиться за помощью к другим лицам. Во всяком случае, как уже подчеркивалось, необращение за помощью к другим лицам не должно оказывать влияния на решение вопроса о правомерности причиненного вреда.

Приведенные выше обстоятельства, относящиеся к характеристике защищаемого бла­га, соразмерности средств зашиты и нападения, их интенсивности, соотношения сил сто­рон и обстановки, в которой совершается посягательство, для правильного разрешения вопроса о квалификации убийства по ст. 105 УК должны оцениваться в совокупности. Разумеется значимость указанных обстоятельств в каждом конкретном случае различна и подлежит индивидуальной оценке.

4. Закон (ст. 13 УК) не содержит указания об определении начала и окончания состо­яния необходимой обороны.

Представляется, что не может быть состояния необходимой обороны до того, как возникла непосредственная угроза нападения и охраняемые законом права и интересы

96 6. Убийство при превышении пределов необходимой обороны

о казались в опасности. Вместе с тем, право на необходимую оборону возникает не только при осуществлении нападения, но и в тех случаях, когда имеется реальная опасность приведения угрозы расправой в немедленное исполнение. С другой стороны, лицо, под­вергшееся нападению, имеет право на оборону в течение всего общественно опасного посягательства до того момента, когда для него становится очевидным, что нападение окончилось. Это общие положения, которые, по нашему мнению, могли бы служить осно­вой для определения границ состояния необходимой обороны во времени. В литературе по данному вопросу нет единого мнения. Многие авторы допускают возможность превы­шения пределов необходимой обороны не только вследствие несоразмерности защиты и характера происходящего нападения, но и вследствие несвоевременности обороны¹.

В. Ф. Кириченко, И. И. Слуцкий и некоторые другие авторы полагают, что превыше­ние пределов необходимой обороны возможно только при несоразмерности интенсивности защиты с интенсивностью нападения и характером защищаемого интереса². Несвоевре­менность защиты эти авторы либо рассматривают как второстепенный, дополняющий при­знак, либо вообще не относят к превышению пределов необходимой обороны, ссылаясь на то, что при нарушении границ необходимой обороны во времени отсутствует состояние необходимой обороны и потому не может быть речи о превышении ее пределов.

По нашему мнению, наиболее обоснована позиция, которую занимал А. А. Пионтков-ский. По его мнению, В. Ф. Кириченко и И. И. Слуцкий «правы лишь наполовину. В тех случаях, когда... опасность посягательства не была еще наличной, нельзя говорить о возникновении права на необходимую оборону. Поэтому причинение вреда лицу, кото­рое может лишь в будущем совершить нападение, нельзя рассматривать как превышение пределов необходимой обороны».

Заметим, что ни один из авторов, отстаивающих возможность превышения пределов необходимой обороны при так называемой преждевременной обороне, не может привести случая из практики. И. С. Тишкевич ссылается на постановление Президиума Верховного суда РСФСР по делу А., который, сидя верхом на лошади, с расстояния 5—6 м выстре­лил в Ш., угрожавшего убийством и с ножом в руках приближавшегося к А., несмотря на предупреждение последнего, что он будет стрелять. Однако в данном случае не было преждевременной обороны. Суд квалифицировал действия А. по ст. 103 УК, не признав, что нападение Ш. на А. было действительным и реальным. Президиум Верховного суда РСФСР эти доводы суда счел неубедительными и указал, что А. совершил убийство при превышении пределов необходимой обороны. Следовательно, Президиум нашел, что напа­дение было действительным и реальным, но А. превысил пределы необходимой обороны. Преждевременной обороны в данном случае не было, поэтому, вполне понятно, о ней в постановлении Президиума ничего не говорится³.