На практике договоры с иностранцами на рыболовные и зверобойные угодья (за исключением Дальнего Востока) обычно облекались в форму концессионных договоров. Из договоров СССР, специально касающихся рыболовства, важны Юрьевский мирный договор с Финляндией от 14/Х-20 и соглашение с Финляндией от 20 сентября 1922 г. В силу этого последнего производство рыбной ловли и тюленьего промысла в территориальных водах Финского залива сохранялось исключительно за гражданами РСФСР (СССР). Наоборот, Юрьевский договор давал финским рыбакам право ловли в части территориальных вод СССР (северного и восточного побережья Рыбачьего полуострова до мыса Шарапова).
Особые постановления содержит законодательство СССР в отношения допущения иностранцев к горно-промысловым работам. В силу ст. 3 "Положения о недрах земли и их разработке" от 7 июля 1923 г. право на производство таких работ, которым пользуются все граждане и юридические лица СССР, предоставляется иностранцам и признанным в СССР иностранным юридическим лицам не иначе как с разрешения СНК в каждом отдельном случае. Таким образом, в отношении разработки недр для иностранцев установлен исключительно концессионный порядок.
Социалистический протекционизм. В 1923 г. советское правительство окончательно определило экономическую политику как курс на "социалистический протекционизм". На двенадцатом съезде РКП (б) 17-25 апреля 1923 г. были приняты "Тезисы по промышленности". "Заграничные закупки и заказы, говорилось в его девятом параграфе "Финансирование, кредитование, налоги и таможенные ставки", хотя бы и по ценам ниже внутренних, должны решительно отметаться во всех тех случаях, когда они не безусловно необходимы и когда размещение соответственного заказа внутри страны может послужить серьезным толчком к развитию соответственной отрасли нашей государственной промышленности" (своего рода импортозамещение). "Только последовательно и настойчиво проводимая система социалистического протекционизма может обеспечить в нынешний переходный период действительное развитие промышленности Советского государства, находящегося в капиталистическом окружении" [23]. Приведённая цитата ясно даёт понять, что советское руководство с уходом В.И. Ленина поменяло политику в отношении иностранного капитала: теперь на первый план начинает выдвигаться отечественный производитель. Но этот курс позволял некоторые послабления в отношении отдельных форм иностранных вливаний в экономику СССР [24].
Поводом послужили выявленные "некоторые нарушения монополии внешней торговли", которые требовалось устранить. В переходный период после введения в стране нэпа целый ряд иностранных фирм учредили в России свои филиалы или представительства. Большей частью это происходило без всякого одобрения со стороны властей, в других случаях путём отметки у местных властей, отвечающих за регистрацию торговых предприятий внутри страны. В последнем случае имело место явное нарушение законов, поскольку такая регистрация предусматривалась только для национализированной внутренней торговли, получившей послабления в 1921 г. Для внешней торговли таких послаблений введено не было.
Пришлось устранять "прежние недоразумения" и ещё раз закреплять в новом апрельском декрете 1923 г., положение, что иностранные фирмы допускаются к производству торговых операций в пределах РСФСР и к открытию контор, отделений, представительств и т. п., не иначе, как в порядке, предусмотренном положением о ГКК по заключению НКВТ. Все существовавшие ко времени опубликования настоящего Постановления в пределах РСФСР представительства иностранных фирм обязаны были получить положенное разрешение в месячный срок, "по истечении коего все представительства, не получившие разрешения, немедленно ликвидируются". Полномочный представитель РСФСР в Германии считал это важным указанием для дальнейшего развития торговых отношений с зарубежными странами. Таким образом, писал он, "не регулировавшееся ранее в законодательном порядке и, следовательно, рассматриваемое молчаливо, как недопустимое ни при каких обстоятельствах, теперь получило направление, следуя которому это участие может быть обеспечено". Учреждение отделений и представительств иностранных фирм стало возможно лишь посредством получения концессии от русского правительства. Теперь "в данной области" не могла иметь места взаимность, поскольку "внешняя торговля в Германии является свободной и организована на началах частнособственнической экономики" [24].
"Государственным учреждениям, производственным государственным предприятиям и их объединениям, кооперативным организациям, а равно частным обществам и лицам разрешалось, с соблюдением действующих законов о внешней торговле, заключение сделок по внешней торговле в пределах РСФСР только с теми представительствами иностранных фирм, кои получили упомянутое разрешение. Лицам, состоящим на государственной службе РСФСР, запрещалось принимать на себя представительство каких бы то ни было иностранных фирм и организаций. Гражданам РСФСР, не состоящим на государственной службе, разрешалось брать на себя представительство для совершения торговых операций лишь тех иностранных фирм, кои имеют установленное законом разрешение. "Лица, виновные в нарушении настоящего Постановления, карались по ст. 136 Уголовного Кодекса РСФСР (она предполагала за нарушение положений законов о государственных монополиях наказание в виде принудительных работ или лишение свободы на срок не ниже шести месяцев).
Отдельные, виновные в нарушении постановления лица, карались, сверх того, ещё и по ст. 114 (за взятку - лишением свободы на срок до пяти лет с конфискацией имущества или без таковой; за посредничество в совершении преступления и укрывательство взяточничества - лишением свободы на срок до двух лет с конфискацией имущества или без таковой). "Получение взятки, совершённое при отягчающих обстоятельствах, как-то: а) особые полномочия принявшего взятку должностного лица, б) нарушения им обязанностей службы или в) допущение вымогательства или шантажа, карается лишением свободы со строгой изоляцией на срок не ниже трёх лет вплоть до высшей меры наказания и конфискацией имущества". Лицо, давшее взятку, не наказывалось в том случае, если своевременно заявило о вымогательстве взятки или оказало содействие раскрытию дела о взяточничестве. В противном случае оно каралось лишением свободы на срок до 3 лет [26].
Подведение первых итогов нэпа. В нашей исследовательской литературе о развитии советской экономики утверждается, что фактически концессии не имели решающего значения в ближайшие после провозглашения нового курса годы. Восстановление экономики проходило, как известно, за счёт сил и средств самой страны, за счёт внутреннего накопления, а не притока капиталов извне. Итоги 2-х лет нэпа подвёл XII съезд ВКП (б). Он констатировал, что в стране решена первая элементарная задача "во что бы то ни стало оживить оборот, не боясь известного развития капитализма". В резолюции ХII съезда РКП (б) подчёркивалось: "Опыт истекшего года подтвердил, что государственное социалистическое строительство при новой экономической политике вполне совместимо в известных, и притом широких, пределах с активной ролью частного, в том числе иностранного, капитала в сфере промышленности. Необходимы дальнейшие систематические мероприятия, направленные на привлечение к промышленности иностранного капитала во всех тех формах, целесообразность которых уже обнаружилась до настоящего времени: концессии, смешанные общества, аренда. Но далее вставали более широкие и сложные проблемы: "на почве реставрированного оборота" следовало "направить поднимающиеся производительные силы на социалистический путь". Предстояла "борьба за неуклонное усиление социалистических элементов в народном хозяйстве, за социалистическое строительство изо дня в день, в рамках каждого очередного вопроса текущей политики и экономии". Нэп признавался в его решениях как элемент отступления, поворота назад, для того, чтобы можно было "сначала отступить, а потом разбежаться и сильнее прыгнуть вперёд" [27].
Прыжок получится только к 1925 г., когда страна, уже без своего вождя, отметила первые признаки хозяйственного возрождения, первые крупные успехи на фронте социалистического строительства: развитие крупной машинной индустрии, электрификация, Волховстрой, гидроторф, подъём сельскохозяйственного производства, общий рост товарооборота. Успехам способствовал "рабоче-крестьянский блок", прочный союз пролетариата с основной массой крестьянства, сохранение командных высот в руках пролетариата, собственности на землю и т. д.
Но и XIII съезд партии в мае 1924 г., отметив несомненные успехи в развитии советской экономики, продолжил прежнюю линию - на усиление социалистических элементов в общенародном хозяйстве, на дальнейшее регулирование рынка, на систематическое вытеснение частного торгового аппарата и замена его государственной торговлей и кооперацией. Стали обнаруживаться серьёзные трудности в экономике: появилось аграрное перенаселение, последствием процесса накопления средств внутри деревни стало классовое расслоение - рост сельской буржуазии и пролетаризация беднейших элементов. В 1925 г. в деревне ликвидируются остатки "военного коммунизма", облегчаются условия применения наёмного труда в сельском хозяйстве, вводятся новые налоговые льготы мелкой и кустарной промышленности, облегчается возможность краткосрочной аренды земли и т. п.
Но для сохранения "генеральной линии партии" требуются новые меры, нацеленные на укрепление социалистических начал в народном хозяйстве. Необходимо повышение удельного веса социалистической промышленности, государственной и кооперативной торговли, национального кредита и других "командных высот пролетарского государства" [10, с. 1447]. Ставится задача вытеснения "капиталистических элементов" и остаётся шаг до сталинского штурма высот социалистической индустриализации. Ярким примером может служить история известного до революции предприятия, поставленного на службу строительству "социалистической" экономики.
Русское акционерное общество "Сименс-Шуккерт", бывшее заграничным отделом германской фирмы, владело в С.-Петербурге двумя электротехническими предприятиями: заводом военных и морских приборов и заводом динамо-машин, выпускавшим генераторы и двигатели. В 1914 г. с началом первой мировой войны, после отстранения от руководства РАО "Сименс-Шуккерт" лиц немецкого и австрийского подданств, введена система особых правлений, деятельность которых находилась под специальным государственным контролем. Председателем правления РАО "Сименс-Шуккерт" становится А.И. Путилов - известный финансист, глава Русско-азиатского банка, а одним из директоров-распорядителей Л.Б. Красин. Красин начинал работать в компании в 1908 г., во время эмиграции в Германии, а в 1911 г. стал первым заместителем главы её Берлинского отделения. В 1912 г. он возглавил Московское отделение компании, а через год уже в Санкт-Петербурге стал директором русского отдела фирмы, руководителем всеми русскими предприятиями РАО "Сименс-Шуккерт". С таким послужным багажом Красин пришёл в революцию, занял пост народного комиссара (министра) внешней торговли советского правительства и полпреда в Великобритании и Франции.
Имевшее в 1917 г. более трёх тыс. рабочих, предприятие остановилось с началом гражданской войны, уже в мае 1918 г. В сентябре 1922 г. Петроградским электромашиностроительным трестом завод был восстановлен под именем "Электроаппарат", начал свою производственную деятельность в 1925 г. как завод отечественного высоковольтного электроаппаратостроения. Он быстро вышел на довоенный уровень объёмов производства, что было вызвано большой потребностью в его продукции. В соответствии с планом ГОЭЛРО он поставлял на новые электростанции и линии электропередач высоковольтное оборудование. В эти годы на заводе были построены новые корпуса цехов, появились кузнечное и литейное отделения, отделение резки металлов, склад готовых изделий и др. Завод сыграл большую роль в индустриализации СССР [28].
4. Закрепление статуса Торгового представительства в международных договорах
Система монополии внешней торговли получила молчаливое признание в целом ряде государств, признавших Советскую Россию де-юре. В договорах советских республик с Чехословакией, Италией, Германией, Норвегией, заключённых в 1923-1925 гг., ТП получили и правовое признание. Но в части, касающейся хозяйственных прав иностранцев, в большинстве международных договоров материальные нормы отсутствовали, и права эти основывались на принципе наибольшего благоприятствования.
Все первые договоры советского правительства с зарубежными странами о торговле и мореплавании (с Италией, Германией, Норвегией, Турцией, Латвией, Персией, Эстонией, Швецией, Грецией) определяли международно-правовое положение торгового представителя как лица, входящего в состав дипломатического корпуса страны своего пребывания. В них широко использовалось в отношении торговых представительств понятие экстерриториальности (внеземельности), против которого в первые десятилетия ХХ века среди международников развернулась нешуточная борьба. Многие уже тогда возражали использовать это понятие как фикцию, которая расширяла рамки дипломатических привилегий за пределы необходимого. Как считал, к примеру, А.В. Сабанин, согласие с тем, что фикция экстерриториальности существует, давало право дипломатическому представителю быть совершенно свободным от необходимости уважать местные законы. Но эта обязанность установлена в посольском праве "самым категорическим образом", и не отрицается никем, в том числе сторонниками теории фикции. К их числу он относил большинство английских и многих американских учёных, которые были убеждены в правомерности права убежища, вытекающего из фикции экстерриториальности. Но и Сабанин, противник предоставления миссиям права убежища, не возражал против использования этого понятия как охватывающего всю совокупность дипломатических привилегий. Советское договорное право часто пользовалось этим понятием именно в таком смысле, в частности, говоря о правовом положении служебных помещений торговых представительств СССР за границей [29].
Правовое положение ТП в международных договорах. Как правило, договоры признают прямо или косвенно, что монополия внешней торговли принадлежит в Союзе государству. Вследствие этого договорный контрагент предоставляет ТП право производить на своей территории функции, возложенные на представительство законами СССР, в том числе и осуществлять от имени Союза на данной территории внешнюю торговлю.