Материал: Государственного университета

Как видно из табл. 1, массовое закрытие храмов в рассматриваемом регионе началось с 1934 г. Если в 1932 г. постановлениями Западно-Сибирского край- исполкома было ликвидировано всего 15 храмов, то в 1934 г. был закрыт уже 31 приход, в 1935 г. – 44,

в 1936 г. – 38 [8. Л. 23–33].

Т а б л и ц а 1

Количество_церквей,_закрытых_постановлениями'>Количество церквей, закрытых постановлениями Западно-Сибирского крайисполкома в 1931–1937 гг.

Годы	Количество закрытых церквей
1931	17
1932	15
1933	11
1934	31
1935	44
1936	38
1937	27

Примечание.Составлено по: [8. Л. 23–33].
С декабря 1934 г. в Западно-Сибирском крае нача- лось повсеместное снятие колоколов с церквей под предлогом недостатка меди для программы индустри- ализации. Кроме этого на нужды государства были изъяты ценности, оставшиеся в церквях после волны изъятия религиозного имущества в 1921–1922 гг. На рассматриваемой территории компания по сбору цер- ковной бронзы осуществлялась в течение лета-осени 1935 г. под контролем Западносибирской краевой ко- миссии по вопросам культов при президиуме Запсиб- крайисплкома. Начало этого процесса было положено циркуляром Постоянной комиссии при Президиуме ВЦИК от 8 июня 1933 г. «По вопросу регулирования колокольного звона и снятия колоколов с тех молит- венных зданий, где колокольный звон прекращен» [9. С. 25–26].

На местах вопросами закрытия культовых построек занимались местные органы власти – районные и го- родские исполнительные комитеты советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Вынесенное ими решение о закрытии должно было быть утвержде- но в региональных органах власти – исполнительных комитетах краев или областей. В то же время оконча- тельное решение оставалось за высшим законодатель- ным, распорядительным и контролирующим органом – ВЦИК [10. С. 100]. При этом важно подчеркнуть, что количество закрытых церквей служило одним из основ- ных показателей антирелигиозной работы, вследствие чего усилилось административное давление местных властей на процедуру закрытия [11. С. 289–290].

Закрытие и разрушение церквей зачастую осу- ществлялось вопреки действующим законодательным нормам, не дожидаясь не только соответствующего решения ВЦИК, но и решения крайисполкомов и обл- исполкомов [12. С. 199]. Важно отметить, что закрытые церкви рекомендовалось использовать под обществен- но-культурные и бытовые учреждения, хозяйственные помещения, клубы, школы, библиотеки, торговые за- ведения и склады. Нередко здания полностью разру- шались, а земельные участки изымались. В качестве причин закрытия, как правило, назывались задолжен- ность по налогам, многочисленные штрафы за антиса-

нитарное состояние, а также массовые ходатайства населения с просьбой закрыть церковь [13. Л. 75]. Кро- ме того, предлогами для закрытия могли выступать и необходимость проведения ремонта в здании церкви, отсутствие регистрации у религиозного общества либо дезорганизация последнего. Сложившаяся ситуация с закрытием храмов в Барнаульской и Бийской епар- хиях наглядно представлена в табл. 2.

Т а б л и ц а 2

Количество и статус приходов, действовавших на территории

Барнаульской и Бийской епархий по состоянию на 1935 г.

Название епархии	Количество приходов
Барнаульскаяепархия
Действующих приходов	36
Закрытых приходов	9
Причина закрытия:
дезорганизация общества	4
задолженность по налогооблажению	2
отказ в регистрации	3
Бийскаяепархия
Действующих приходов	49
Закрытых приходов	14
Причина закрытия:
дезорганизация общества	2
задолженность по налогооблажению	1
отказ в регистрации	4
требование капитального ремонта	4
засыпано хлебом	3

Примечание. Составлено по: [14. Л. 72].
Как видно из табл. 2, в 1935 г. в Барнаульской и Бийской епархиях перестали функционировать 23 хра- ма, из которых 6 были закрыты по причине дезоргани- зация религиозного общества, 7 – из-за отказа в реги- страции, 3 – из-за неуплаты налогов. В Бийской епар- хии 3 храма были изъяты для использования под зер- нохранилище, а 4 церкви были закрыты из-за необхо- димости капитального ремонта, который верующие отказались осуществлять. Еще 4 общины отказались проходить процедуру регистрации [14. Л. 72].

При этом нередкими были случаи административ- ного произвола, когда местные власти, желая увели- чить показатели по сданному металлу, а также уско- рить процесс изживания религии, незаконным путем закрывали церковь и снимали с нее колокола. Зача- стую местных жителей принуждали подписывать формальные заявления об отступничестве от религии под угрозой лишения их жилья, карточек на хлеб и одежду. Так были ликвидированы церкви в селах Чистюньке, Верх-Алейском и Красноярке, а в с. Воло- дарка храм был засыпан зерном.

В Барнауле, несмотря на многочисленную общину верующих, насчитывавшую свыше 2 100 человек, был закрыт и переоборудован под элеватор Знаменский собор. Результатом жалоб верующих в краевой испол- нительный комитет, комиссии по религиозным вопро- сам в Новосибирске и Москве стало предложение чи- новников совершать богослужения в сторожке при храме [15. С. 99]. Кроме того, по решению барнауль- ского городского Совета народных депутатов были разрушены здания Иоанно-Предтеченской церкви и Петропавловского собора, а также закрыты храм Зна-

мения Божьей Матери и Покровский собор. В Смолен- ском районе Западно-Сибирского края комиссия в со- ставе членов сельского совета, осмотрев здания церквей, расположенных в селах Старо-Тырышкино и Соло- новка, закрыла последние под предлогом ветхости и необходимости капитального ремонта. В с. Токареве Поспелихинского района после перевода священника Иоанна Жарикова в другой приход власть отобрала у верующих ключи от храма, запретив проведение церковных служб из-за отсутствия постоянного свя- щенника. Под предлогом массовых ходатайств трудя- щихся были закрыты церкви в с. Ермачихе Ребрихин- ского района [14. Л. 72] и с. Чернопятово Павловского района. При этом здание последней было передано сельсовету для использования под клуб [16. Л. 5, 8, 50]. В 1935 г. православная община с. Ребриха отказалась ремонтировать здание Михаило-архангельской церкви, не нуждавшееся, по их мнению, в ремонте. В то же вре- мя, по оценкам местных властей, зданию угрожал обвал и требовался срочный ремонт на сумму 10 500 рублей [17. Л. 3 об., 7]. Официальной причиной закрытия церк- ви был назван отказ религиозного общества содержать здание и невозможность произвести необходимый ка- питальный ремонт. Впоследствии здание закрытой церкви было переоборудовано под кинотеатр, на что было потрачено 2 тыс. 360 руб. [17. Л. 3, 3 об.]. По аналогичной причине в 1936 г. была закрыта синагога в г. Куйбышеве, здание которой позднее стали исполь- зовать под детский дом [18. Л. 2, 9]. В Барабинском районе вследствие ряда нарушений действующих за- конов здание римско-католического костела г. Каинска по распоряжению Горсовета было передано под клуб учащихся Сберегательного техникума [19. Л. 23, 84]. В 1937 г. в г. Барнауле прекратила свое существование еврейская синанога, построенная на средства верую- щих и существовавшая с 1908 г. [20. С. 201]. В сентяб- ре 1937 г. была ликвидирована церковь в с. Локоть Локтевского района Алтайского края. Основная при- чина закрытия церкви заключалась в необходимости ремонта здания, осуществлять который религиозная об- щина села отказалась. Кроме того, в рассматриваемый период в районе фиксировался недостаток помещений для школ. По ходатайству трудящихся (из 944 трудя- щихся села 853 проголосовали за ликвидацию церкви и переоборудование здания под школу) храм был за- крыт [21. Л. 1, 55, 60, 78].

Отдельно необходимо остановиться на реакции крестьян, присутствовавших при насильственном за- крытии и разрушении церквей. Важно подчеркнуть, что, несмотря на отсутствие случаев массового сопро- тивления процессу закрытия храмов, периодически фик- сировались единичные случаи недовольства такими действиями властей. Так, в с. Смоленском Смоленско- го района большинство крестьян отказались снимать крест и колокола со здания церкви. После того как местный житель Сергиенко вызвался осуществить снятие креста, жителями этого села была предпринята попытка застрелить активиста, причем установить личность стрелявшего местным властям не удалось. В с. Кытманово Кытмановского района при снятии колоколов местными жителями была устроена заба-

стовка с целью сорвать закрытие церкви и предотвра- тить ее разрушение [22. С. 215]. При этом произошел своего рода процесс дифференциации сельского обще- ства. С одной стороны, представители старшего поко- ления, как правило, открыто не демонстрировали свое недовольство, но и не одобряли закрытия и разруше- ния храмов. С другой стороны, сельская молодежь во многом поддерживала инициативы советской власти в данном направлении.

Несмотря на то, что усилиями некоторых верую- щих была спасена часть церковных святынь, икон и алтарных крестов, большинство культовых предметов было уничтожено или осквернено. Из них делали до- рожки, сундуки (например, в с. Выползово, Тальмен- ский район), табуретки (например, в с. Плоское, Тре- тьяковский район), сжигали и ломали. В Усть- Пристанском районе ряд икон Казанского монастыря перевернули ликом вниз и сколотили из них обеден- ные столы, при этом знаменитая чудотворная икона Казанской Божьей матери «была положена перед две- рью сельсовета ликом вниз» [22. С. 223]. Один из жи- телей с. Корболиха Третьяковского района изготовил из большой иконы входную дверь [23. С. 220].

Важно подчеркнуть идентичность формулировок, использовавшихся при закрытии храмов не только в Западной Сибири, но и в других регионах страны. В качестве примера можно привести решение прези- диума облисполкома Ивановской области о ликвида- ции церкви в с. Красное Юрьев-Польского района:

«…община распалась… молитвенное здание более семи месяцев бездействует…» Другой пример связан с за- крытием храма в г. Александрове с такими формули- ровками: «…принимая во внимание 1) чрезвычайно острый жилищный вопрос в г. Александров, 2) что за закрытие указанной церкви с целью использования ее под общежитие высказалось большинство жителей этого района…» [24. С. 47].

В целом можно констатировать, что, несмотря на провозглашенную в стране свободу совести и равен- ство всех граждан, численность православных прихо- дов, как и последователей других религиозных тради- ций, в регионах стала активно снижаться. По данным Уполномоченного по делам Русской православной церкви при СНК СССР, за период 1931–1937 гг. поста- новлениями Западно-Сибирского крайисполкома была прекращена деятельность 185 православных храмов [20. С. 77].

Таким образом, можно заключить, что принимаемые советской властью на протяжении 1930-х гг. решения были направленны на постепенное уничтожение рели- гиозной жизни в стране, что негативно сказалось на положении конфессий, в том числе и в Западной Си- бири. Серьезный удар по религиозной жизни в регионе нанесли постановления «О религиозных объединени- ях» и «Об урегулировании колокольного звона в церк- вах». Последнее использовалось местными властями для увеличения показателей по сданному металлу. Активное проведение в жизнь кампании по закрытию церквей и снятию с них колоколов привело к значи- тельному сокращению сети храмов, действовавших на юге Западной Сибири. Последующее объявление

«безбожной пятилетки» и меры экономического воз- действия привели в 1938 г. к закрытию всех храмов на территории Барнаульской епархии и вхождению по- следней в состав Новосибирской епархии. В аналогич-

ной сложной ситуации оказались не только православ- ные, но и другие религиозные общины, деятельность которых к началу Великой Отечественной войны на легальном уровне фактически прекратилась.

Списокисточников

1. 
   Хронологическое собрание законов, указов Президиума Верховного Совета и постановлений Правительства РСФСР. М. : Госюриздат, 1959. Т. 2: 1929–1939. 496 с.
   
2. 
   О регистрации религиозных объединений : постановление НКВД от 01.10.1929 № 329 // Бюллетень НКВД РСФСР. 1929. № 37. С. 690–691.
   
3. 
   Трагедия советской деревни. Коллективизация и раскулачивание : документы и материалы. М. : РОССПЭН, 2000. Т. 2: Ноябрь 1929 – де- кабрь 1930. 927 с.
   
4. 
   Об утверждении Положения о Постоянной центральной и местных комиссиях по рассмотрению религиозных вопросов : постановление Президиума ВЦИК РСФСР от 30.05.1931 // Собрание узаконений и распоряжений рабочего и крестьянского правительства, издаваемое Народным Комиссариатом Юстиции. 1931. № 27. С. 358.
   
5. 
   Гордеева О.Б. Отражение политики репрессий 1930-х гг. в протоколах собраний сельских советов старообрядцев Забайкалья // Вестник Ир- кутского государственного технического университета. История. Исторические науки. 2014. № 9 (92). С. 265–270.
   
6. 
   Рафиков Р.Г. Администрация Западно-Сибирского края в решении «церковного вопроса» на рубеже 20–30-х гг. // Страницы истории Ново- сибирской области: люди, события, культура : I обл. науч.-практ. конф. краеведов : тез. докл. и сообщ. Новосибирск, 1995. С.47–49.
   
7. 
   Справочник административно-территориальных изменений на Алтае. 1917–1980. Барнаул : Алт. кн. изд-во, 1987. 360 с.
   
8. 
   Государственный архив Новосибирской области (ГАНО). Ф. 1418. Оп. 1.
   
9. 
   Крейдун Г. Барнаульская епархия: 20 лет возрождения. Барнаул : Алт. дом печати, 2014. 320 с.
   
10. 
    Дроботушенко Е.В. Закрытие православных храмов в Восточном Забайкалье в 30-е годы XX века // Гуманитарный вектор. 2017. Т. 12, № 4. С. 99–104.
    
11. 
    Козлов Ф. Н. Государственно-церковные отношения в 1917 – начале 1940–х гг. в национальных регионах СССР (на примере республик Марий Эл, Мордовии и Чувашии). М. : Полит. энцикл., 2017. 335 с.
    
12. 
    Одинцов М.И. Русская православная церковь накануне и в эпоху сталинского социализма. 1917–1953 гг. М. : РОССПЭН, 2014. 424 с.
    
13. 
    Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 5263. Оп. 1. Д. 679.
    
14. 
    Государственный архив Алтайского края (ГААК). Ф. 536. Оп. 1. Д. 242.
    
15. 
    150 лет Знаменскому собору Барнаула // Барнаульский хронограф : календарь знаменат. и памят. дат. Барнаул, 2009. С. 96–102. 16. ГАРФ. Ф. 5263. Оп. 1. Д. 677.
    

17. ГАРФ. Ф. 5263. Оп. 1. Д. 680.

18. ГАРФ. Ф. 5263. Оп. 1. Д. 669.

19. ГАРФ. Ф. 5263. Оп. 1. Д. 666.

20. Овчинников В.А. К вопросу о периодизации истории Русской православной церкви в Сибири в светский период (1917–1991) // Вестник Кемеровского государственного университета. История. Исторические науки. 2015. № 1 (61). С. 72–80.

21. ГАРФ. Ф. 5263. Оп. 1. Д. 671.

22. 
    Щеглова Т.К. Деревня и крестьянство Алтайского края в XX веке. Устная история. Барнаул : БГПУ, 2008. 527 с.
    
23. 
    Алтайская деревня в рассказах ее жителей / под науч. ред. Т.К. Щегловой, Л.М. Дмитриевой. Барнаул, 2012. 448 с.
    
24. 
    Полозова К.А. Отражение советского законодательства о религии на деятельности православных религиозных объединений в СССР в 1929– 1990 гг. (по материалам Верхнего Поволжья). Иваново : Ин-т управления, 2014. 253 с.
    

References

1. 
   Presidium of the Supreme Council & the Government of the RSFSR. (1959) Khronologicheskoe sobranie zakonov, ukazov Prezidiuma VerkhovnogoSoveta i postanovleniy Pravitel'stva RSFSR [Chronological collection of laws, decrees of the Presidium of the Supreme Council and decrees of the Government of the RSFSR]. Vol. 2. Moscow: Gosyurizdat.
   
2. 
   NKVD. (1929) O registratsii religioznykh ob"edineniy : postanovlenie NKVD ot 01.10.1929 № 329 [On the registration of religious associations: Decree of the NKVD dated October 1, 1929, No. 329]. Byulleten'NKVDRSFSR. 37. pp. 690–691.
   
3. 
   Danilov, V., Manning, R. & Viola, L. (eds) (2000) Tragediya sovetskoy derevni. Kollektivizatsiya i raskulachivanie: dokumenty i materialy [The tragedy of the Soviet village. Collectivization and dispossession: documents and materials]. Vol. 2. Moscow: ROSSPEN.
   
4. 
   Presidium of the All-Russian Central Executive Committee of the RSFSR. (1931) Ob utverzhdenii Polozheniya o Postoyannoy tsentral'noy i mestnykh komissiyakh po rassmotreniyu religioznykh voprosov: postanovlenie Prezidiuma VTsIK RSFSR ot 30.05.1931 [On the a pproval of the Regulations on the Permanent Central and Local Commissions for the Consideration of Religious Issues: Resolution of the Presidium of the All-Russian Central Executive Committee of the RSFSR dated May 30, 1931]. Sobranie uzakoneniy i rasporyazheniy rabochego i krest'yanskogo pravitel'stva, izda-vaemoeNarodnymKomissariatomYustitsii. 27. p. 358.
   
5. 
   Gordeeva, O.B. (2014) Otrazhenie politiki repressiy 1930-kh gg. v protokolakh sobraniy sel'skikh sovetov staroobryadtsev Zabaykal'ya [Reflection of the repression policy of the 1930s in the minutes of Old Believers’ rural councils in Transbaikalia]. Vestnik Irkutskogo gosudarstvennogotekhnicheskogouniversiteta.Istoriya.Istoricheskienauki. 9(92). pp. 265–270.
   
6. 
   Rafikov, R.G. (1995) Administratsiya Zapadno-Sibirskogo kraya v reshenii “tserkovnogo voprosa” na rubezhe 20–30-kh gg. [Administration of the West Siberian Territory in resolving the “church issue” at the turn of the 1920s and 1930s]. Stranitsy istorii Novosibirskoy oblasti: lyudi, sobytiya,kul'tura[Pages of the History of the Novosibirsk Region: People, Events, Culture]. Proc. of the Conference. Novosibirsk. pp. 47–49.
   
7. 
   Executive Committee of the Altai Regional Council of People's Deputies. (1987) Spravochnik administrativno-territorial'nykh izmeneniy na Altae.1917–1980[Directory of administrative-territorial changes in Altai. 1917–1980]. Barnaul: Alt. kn. izd-vo.
   
8. 
   The State Archive of Novosibirsk Region (GANO). Fund 1418. List 1.
   
9. 
   Kreydun, G. (2014) Barnaul'skayaeparkhiya:20letvozrozhdeniya[The Barnaul diocese: 20 years of revival]. Barnaul: Alt. dom pechati.
   
10. 
    Drobotushenko, E.V. (2017) Zakrytie pravoslavnykh khramov v Vostochnom Zabaykal'e v 30-e gody XX veka [Closing of Orthodox churches in Eastern Transbaikalia in the 1930s]. Gumanitarnyyvektor. 12(4). pp. 99–104.
    
11. 
    Kozlov, F.N. (2017) Gosudarstvenno-tserkovnye otnosheniya v 1917 – nachale 1940–kh gg. v natsional'nykh regionakh SSSR (na primere respublikMariy El, Mordovii i Chuvashii) [State-church relations in 1917 – early 1940s in the national regions of the USSR (a case study of the republics of Mari El, Mordovia, and Chuvashia)]. Moscow: Polit. entsikl.
    
12. 
    Odintsov, M.I. (2014) Russkaya pravoslavnaya tserkov' nakanune i v epokhu stalinskogo sotsializma. 1917–1953 gg. [The Russian Orthodox Church on the eve and in the era of Stalinist socialism. 1917–1953]. Moscow: ROSSPEN.
    
13. 
    The State Archive of the Russian Federation (GARF). Fund 5263. List 1. File 679.