Материал: Государственного университета

Original article

Occupations of urban female population of Orenburg Governorate according to data of the Russian imperial census of 1897

Elena V. Burlutskaya¹, Konstantin A. Abdrakhmanov²

^1,2OrenburgStatePedagogicalUniversity,Orenburg,RussianFederation

¹ida777@yandex.ru

²kostya.abdrakhmanov@mail.ru
Abstract. Modernization processes that began in Russia in the second half of the XIX century were inevitably changing the social status and social role of the female part of Russian society. These changes were most pronounced in urban areas. In the past few years, the problem of the structure of urban employment has often been the subject of scholarly discus- sion. However, the issues of women's self-employment in the post-reform era, their inclusion in the process of socially organized labor, and the sources of their independent incomes are still mostly unstudied. The analysis of the data of the Russian Imperial Census of 1897 on Orenburg Governorate in comparison with the data on other Russian provinces shows distinctive features of the participation of the urban female population of Orenburg Governorate in the system of social labor and its financial self-sufficiency. According to the data, the most common sources of income for local urban female population were occupations in service industry, revenue from capital or real estate, occupations in industrial production, and welfare provided by the state, nongovernment organizations or individuals. The specific way in which the urban female population of Orenburg Governorate was engaged in various occupations was formed under the influ- ence of such factors as the remoteness of the region from the capital cities, heterogeneous and constantly changing com- position of the local population, and a large percentage of the migrants among the townspeople.

Keywords: Orenburg Governorate, everyday life, female urban population, everyday business activity, self- employment, sources of income
Acknowledgements: The work was carried out within the framework of the RFBR grant for the implementation of the scientific project No. 17- 31-00010 “Everyday life of a provincial townswoman in post-reform Russia (based on materials from the Orenburg province of the second half of the XIX century)”.

© Е.В. Бурлуцкая, К.А. Абдрахманов, 2023

Процессы урбанизации и модернизации, охватив- шие в конце XIX в. большинство городских центров Российской империи, неизбежно затрагивали их насе- ление. Темп жизни ускорялся, трансформировались традиционные социальные нормы и установки, при- вычные социальные роли, менялся весь образ жизни. Экономический быт населения подвергался, пожалуй, наиболее существенным переменам. Возникали новые сферы занятости, связанные с промышленным производ- ством и сферой услуг, развитием средств транспорта и связи. Роль женщин в общественно организованном труде становилась все более значительной. Степень финансовой независимости женской части городского населения повышалась. Эти социальные и экономиче- ские процессы приобретали различный характер в от- дельных регионах страны. Удаленная от столиц, окраин- ная Оренбургская губерния в эту эпоху превратилась в один из ведущих центров притяжения населения, транзитный пункт колонизационных потоков на во- сток и юго-восток.

Цель исследования – выявление особенностей структуры самозанятости женского населения городов Оренбургской губернии в конце XIX в. Выдвигается гипотеза, что эта структура зависела от особенностей географического расположения региона и специфики его социальной структуры. Объект исследования – трудовая сфера повседневности горожанок Оренбург- ской губернии в конце XIX в. Предметом научного анализа выступает структура их занятости по данным Переписи 1897 г.

Хронологические рамки исследования охватыва- ют вторую половину века – от начала Великих ре- форм Александра II, послуживших толчком к началу модернизационных процессов, до Первой всеобщей переписи населения Российской империи 1897 г., зафиксировавшей произошедшие в женском социуме изменения.

Как отмечают современные авторы, профессия «и за- нятия имели важное значение в стратификации рос- сийского общества начала ХХ в., когда под воздей- ствием модернизационных процессов, происходивших в стране, усложнялась его дифференциация» [1. С. 41– 42]. В то же время, по мнению других исследователей,

«при всей весомости и важности этого критерия (про- фессии. – Е.Б., К.А.), он не может быть исчерпываю- щим применительно к российскому обществу начала ХХ в.», поскольку «представители одной профессии могли относиться к разным стратам, на что оказывали влияние разница в доходах, должностных различиях, сословии и т.д.» [2. С. 229].

К анализу проблемы структуры занятости город- ского населения неоднократно обращались представи- тели отечественной науки. Возникло даже новое направление исторических изысканий, получившее название «историческое профессиоведение» [3]. В ре- зультате исследований, выполненных В.Н. Владими- ровым, А.В. Демкиным [4] и другими учеными, была

создана русскоязычная версия Международного исто- рического стандарта классификации профессий HISCO (Historical International Standard Classification of Occu- pations), которая предоставила историкам возможность унифицировать процесс сравнения профессиональных структур населения различных территорий и эпох, проследить и проанализировать динамику развития профессиональной структуры населения.

Наиболее активно изучением профессиональной структуры населения занимаются сибирские исследо- ватели – В.А. Скубневский, Ю.М. Гончаров [5], Е.А. Брюханова [6] и др. Однако к занятиям именно женской части населения исследователи обращались достаточно редко. В публикациях последних лет чаще встречаются лишь отдельные замечания, касающиеся женской профессиональной занятости. Так, по мнению Ю.М. Гончарова, «вовлечение в XIX в. женщины в профессиональную деятельность способствовало ее общественной активности и отразилось на ее соци- ально-экономическом статусе – все это вместе взятое положило начало кризису патерналистских ценно- стей» [7].

Таким образом, хотя структура занятости город- ского населения Российской империи во второй поло- вине XIX в. уже становилась предметом научного обсуждения, занятия и источники доходов женской части городского населения в указанный период оста- ются практически не изученными. На материалах Оренбургской губернии подобных научных исследо- ваний не проводилось.

Методологическую основу исследования составили историко-сравнительный и статистический методы. Сопоставление имеющихся в материалах переписи статистических данных по Оренбургской губернии с аналогичными показателями соседней Самарской и отдаленной Смоленской губерний позволили опреде- лить специфику сферы самозанятости женской части городского населения юго-восточной окраины Россий- ской империи.

Таблица 1 посвящена анализу занятий женской ча- сти городского населения губернии. В данных Пере- писи 1897 г. было выделено 65 различных групп заня- тий. Для удобства мы разбили их на более крупные сообщества, получив в итоге 23 различных варианта получения средств к существованию. Эти варианты были сгруппированы в еще более крупные разделы в соответствии с Международным историческим стан- дартом классификации занятий (HISCO).

Соотнесение структуры HISCO с данными перепи- си 1897 г. было произведено на основании работы Е.А. Брюхановой [6. С. 66–68]. В первую группу во- шли квалифицированные специалисты и работники интеллектуального труда (группы занятий 3–12, 36 и 63 по Переписи 1879 г.), в вторую – «административные, управление и конторские служащие» (группы 1, 2, 45), в третью – работники сферы торговли (группы 46–59), в четвертую – работники сферы обслуживания (группы

13, 60–62, 64), в пятую – работники сельского хозяй- ства и промыслов (группы 17–21), в шестую – работ- ники сферы производства, транспорта, неквалифициро- ванные рабочие (группы 22–35, 37–44). Отдельно были выделены группы дополнительной квалификации (группы 14, 15, 65) и лишенные свободы (группа 16).

В табл. 1 были учтены исключительно женщины, имеющие самостоятельные занятия, без членов се- мейств. Нам было интересно проследить распределение женского населения по группам занятий именно в плане того, какие виды деятельности давали горожанкам Оренбургской губернии средства к существованию.

Судя по данным табл. 1, в городах губернии почти 18% женщин имели самостоятельный доход. Учитывая, что в целом по губернии процент женщин, имеющих самостоятельные занятия, составлял 5,6% [9. С. XIX],

занятость горожанок была почти в три раза выше. Больше всего работающих женщин было в Челябинске (почти четвертая часть всех женщин города), а меньше всего – в Илецкой Защите (чуть более 5% горожанок).

Высокий процент горожанок, имеющих собствен- ный доход, свидетельствовал о начавшихся в городских социумах модернизационных процессах, расширявших степень женской свободы. Однако в Оренбургской губернии эти процессы отчетливо наблюдались лишь в Челябинске и Оренбурге, в то время как другие го- родские центры сохраняли традиционную социальную структуру, в которой женщины находились в зависи- мости, в том числе и финансовой, от мужчин.

Соотношение самозанятых женщин в группах HISCO по городам Оренбургской губернии проследим с по- мощью рис. 1.