Материал: Государственного университета

Original article

Social consequences of the mobilization in Primorskaya Oblast’ during the World War I (1914–1917)

Vadim L. Agapov¹, Anna A. Savchuk²

^1,2FarEastern FederalUniversity,Vladivostok,RussianFederation

¹agapov_vl@mail.ru

²adas_87@mail.ru

Abstract. Mobilization in the Russian Empire during the World War I was 12 million of people which led to the large financial commitments on just formed welfare system. The purpose of this article is to study the situation of soldiers' families during the War using the example of the Primorsky Region, one of the most remote provinces of Russia. Main sources are the documents of the Russian State Historical Archive of the Far East (Medical Department of the Primorsky Regional Government; Primorsky Regional Military Services Presence, Office of the Amur Governor-General, Committee of the Khabarovsk Union of Soldiers), State Archives of the Russian Federation (Police Department of the Ministry of the Interior) and materials of primorsky press during the war.

By the military reform of Alexander I there was no subsidy for the conscripts and their relatives. Also, a mobilized

person had to buy the uniform, got some food and sometimes even buy a horse (for example, Cossacks). It was a real problem for soldier’s families to get their legal allowance which automatically made them almost paupers. Peasant’s farms with the necessity to help a soldier lose more than 60 roubles a year. In these conditions soldier’s wives had to use unofficial prostitution for earning more money. It was very actual for the Far Eastern cities where traditionally lived more men than women. Medical department of Primorskaya Oblast’ was worried about this fact because of the venereal diseases spreading in the cities throw unofficial prostitution. Soldier’s wives practiced unofficial prostitution even if they had a salary because its number was not enough for the good standard of living. Moreover, the society was waiting for it because a wife without husband became an easy victim. Situation became worse when mobilization in Primorskaya Oblast’ started in 1914. Far Eastern newspapers and magazines fixed soldier’s dissatisfaction, their anxiety for the fami-
© В.Л. Агапов, А.А. Савчук, 2023

Первая мировая война 1914–1918 гг. стала круп- нейшей из войн, которые на тот момент знало челове- чество. К весне 1916 г., по подсчетам российского журнала «Современный мир», «воюющие страны мо- билизовали 45 миллионов человек лучшего рабочего возраста. Из этого количества около 16 миллионов уже ранено, убито и в плену...» [1. С. 1]. За все годы войны, по более поздним данным «Энциклопедии Британни- ка», в 16 воюющих странах (включая США и Японию) было призвано в ряды вооруженных сил 65 млн чел., в том числе в России 12 млн, в Германии – 11 млн, в Британской империи – 8,9 млн, во Франции – 8,4 млн, в Австро-Венгрии – 7,8 млн. Общие потери убитыми и умершими составили 8,5 млн чел., ранеными 21 млн, в том числе в России – 1,7 и 5 млн соответственно, в Германии – 1,77 и 4,2, в Британской империи – 0,9 и 2,1, во Франции – 1,35 и 4,3, в Австро-Венгрии – 1,2 и

3,6 млн чел. [2. P. 775].

Наибольшие цифры мобилизованных, как и потерь, были в Российской империи. Ставка Верховного главно- командующего сообщала, что до 1 мая 1917 г. были при- званы 15,8 млн чел., потери к этому времени составили 775,4 тыс. убитых и пропавших без вести, 348,5 тыс. уво- ленных со службы по ранению или болезни и 3 344 тыс. взятыми в плен [3. С. 85]. Участник войны генерал- лейтенант Н.Н. Головин считал, что эта цифра (более 15 млн мобилизованных) «ближе подходит к действи- тельности» [4. С. 96].

Помимо необходимости обмундировать, экипиро- вать, вооружить и содержать в течение четырех лет столько оторванных от производительного труда лю- дей, власти воюющих стран столкнулись и с другой социальной проблемой: что делать с еще большим количеством лишившихся кормильцев членов семей граждан, призванных на военную службу?

Наиболее прогрессивно к решению этой проблемы подходили в Англии. Во времена войн с Наполеоном правительство и парламент не интересовались соци- альными последствиями экономического кризиса. За- бота о семьях военнослужащих осуществлялась через институт «законов о бедных», т.е. через благотвори- тельные организации. В Первую мировую войну госу- дарство взяло эту обязанность на себя через военное министерство. Причем во главу угла закон поставил не

«нужду», а «родство» с солдатом, отдающим свои си-

лы службе государству. Такая политика была высоко оценена старейшим российским либеральным журна- лом «Вестник Европы». Автор статьи в январском но- мере за 1915 г. А. Чекин называл социальное законо- дательство кабинета Асквита (введение социального страхования и пенсионного обеспечения, создание института общественных работ) «плодами новой со- циальной психологии», коллективной ответственности за благополучие индивида [5].

В самой России положение членов семей призван- ных на войну солдат было не столь благополучным, и мобилизация стала одним из факторов социального напряжения, приведших страну к революции в 1917 г. Первая мировая война существенно изменила положе- ние населения, в первую очередь русских женщин. Необходимость изыскивать пропитание себе и детям оказалась сопряжена с рядом трудностей, как субъек- тивно-психологических (перестройка традиционного менталитета русской женщины, зачастую не работав- шей на оплачиваемой работе), так и экономических (низкая оплата труда женщин) и законодательных (сложности с законодательным определением зоны ответственности Российского государства и общества за жен призванных на войну солдат). В ситуации еще большей правовой и экономической незащищенности оказались родители мобилизованных солдат, а также другие члены семей мобилизованных. Но именно женщины-солдатки впоследствии стали главной дви- жущей силой Февральской революции 1917 г.

Цельнашей статьи – изучить положение солдат- ских семей в годы Первой мировой войны на примере Приморской области – одной из самых отдаленных провинций России.

Основные источники: документы Российского госу- дарственного исторического архива Дальнего Востока (РГИА ДВ. Ф. 3. Врачебное отделение Приморского областного правления; Ф. 16. Приморское областное по воинской повинности присутствие; Ф. 702. Канце- лярия Приамурского генерал-губернатора; Р-4365. Ко- митет Хабаровского союза солдаток) и Государствен- ного архива Российской Федерации (ГА РФ. Ф. 102. Департамент полиции Министерства внутренних дел), а также материалы приморской прессы периода войны (газеты «Далекая окраина», «Дальний Восток», «При- амурские ведомости», «Уссурийский край» и др.).

Призыв на военную службу в поздней Российской империи осуществлялся на основании Устава о воин- ской повинности 1874 г. и Положения о государствен- ном ополчении, которые ввели вместо устаревших рекрутских наборов всеобщую воинскую повинность. Срок действительной службы для пехоты и артиллерии составлял 3 года, для прочих сухопутных войск – 4 го- да, для флота – 5 лет. В запасе чины, служившие в пе- хоте и артиллерии, числились 15 лет, чины прочих су- хопутных войск – 13 лет, чины флота – 5 лет [4. С. 18].

Призыву подлежали мужчины, достигшие 21 года. Устав освобождал от службы 48% ежегодного призыва по семейному положению (во Франции на этом основа-